Терапия, основанная на реакции
Терапия, основанная на реакции — это применение практики, основанной на отклике (сокращённо RBP), в области терапии. Психотерапевтический подход, который рассматривает людей как активных агентов, реагирующих на сложные социальные контексты[1]. Общий подход концептуализирует человека как активного агента, реагирующего на сложные социальные контексты и находящегося в них. Он опирается на принципы социальной справедливости и прав человека. Этот подход оставляет позади радикальный, внутрипсихический фокус на отдельном человеке, который так часто встречается в психологии и психотерапии.
Терапевтический подход
Терапевтический подход — это относительно новый психотерапевтический подход в работе с людьми, испытывающими трудности любого рода (например, брак, горе, виктимизация, совершение насилия и т. д.). Подход был разработан в 1990-х годах Алланом Уэйдом при участии Ника Тодда и Линды Коутс. Подход предполагает анализ социального взаимодействия, социального контекста, социальных реакций и того, как человек реагирует и осмысливает эту сложную психосоциальную ситуацию.
Этот подход оказался чрезвычайно полезным в работе с жертвами и лицами, совершающими насилие. Аллан Уэйд — эксперт по социальному взаимодействию, и это позволило ему проанализировать, что на самом деле делают жертвы и преступники, а не принимать широко распространённые мифы о том, что они, как считается, делают. Коутс и Уэйд сформулировали разницу между взаимными и односторонними действиями и отметили, что насильственные действия часто ошибочно представляются как взаимные. В соответствии с этим жертвы ошибочно воспринимаются как пассивные реципиенты насилия, тогда как на самом деле они активно ему сопротивляются (например, «Маленькие акты жизни: Повседневное сопротивление насилию и другим формам угнетения»[2]). Однако после десятилетий практики и исследований было доказано, что всякий раз, когда с людьми плохо обращаются, они сопротивляются.
«Практика Response-Based — один из самых элегантных, обнадёживающих, генеративных и уважительных подходов, с которыми мне посчастливилось познакомиться за долгие годы. Я помню свой удивлённый вздох, когда впервые услышала, как Аллан Уэйд представляет свою работу. Это было так просто и в то же время так глубоко. Я говорю это не только как профессионал, который смог передать эти знания клиентам, но и как человек, который получил пользу из первых рук, восстанавливаясь после травмирующего нападения, о котором я впоследствии написала». Имельда Маккарти[3].
В этом подходе используется основанное на клиенте всеобъемлющее определение сопротивления, чтобы учесть тот факт, что жертвы сопротивляются психически, духовно, физически и психологически. Сопротивление включает в себя:
Любой психический или поведенческий акт, посредством которого человек пытается противостоять, выдержать, отразить, остановить, предотвратить, воздержаться, противодействовать, воспрепятствовать, отказаться подчиняться или противостоять любой форме насилия или угнетения (включая любой вид неуважения), или условиям, которые делают такие действия возможными, может быть понят как форма сопротивления. Сопротивление является благоразумным — жертвы правильно предполагают, что сопротивление будет встречено эскалацией насилия и жестокости, поэтому они склонны сопротивляться скрытно.
Этот подход находит всё большее распространение по всему миру. Например, на сайте приюта для женщин в Калгари говорится следующее:
«Когда люди подвергаются насилию, они делают многое, чтобы противостоять ему и сохранить своё достоинство и самоуважение. Это называется сопротивлением. Сопротивление может включать в себя отказ делать то, что хочет от них обидчик, противостояние и попытки остановить или предотвратить насилие, неуважение или угнетение». В традиционной терапии специалисты (и другие люди) склонны фокусироваться на том, чего жертва «не делала», и обвинять жертв в том, что они были «пассивны» или не предприняли определённых действий (например, не кричали о помощи). В таких подходах не учитываются детали социального контекста, которые повлияли на реальную реакцию жертвы. Например, женщину могут критиковать за то, что она не кричала о помощи, но когда её спрашивают, она объясняет, что не кричала о помощи, потому что хотела оградить детей от свидетелей нападения на неё.
В практике, основанной на реагировании, клиент рассматривается как «агент», обладающий способностью реагировать на действие и действующий в социальном контексте. RBP фокусируется на том, что на самом деле сделала жертва. Пример: терапевт, работающий на основе реагирования, не будет спрашивать жертву: «Что вы почувствовали?», а вместо этого спросит: «Когда [акт насилия] был совершён по отношению к вам, как вы отреагировали? Что вы сделали?»
Философия центра терапии, основанной на реакции
Целью Центра практики реагирования является предоставление и продвижение социально справедливых и эффективных ответов на насилие и другие формы угнетения и неблагоприятных условий посредством консультирования, образования, исследований, супервизии и адвокации.
Центр практики реагирования направляет и координирует исследования, разработки и применение идей практики реагирования в различных условиях. Он стремимся сотрудничать с отдельными людьми и организациями, чтобы способствовать развитию и применению этих идей, повышать осведомлённость и расширять возможности отдельных людей и организаций в использовании практики Response-Based (Терапии, основанной на реакции)[4].