Системная терапия травм

TST фокусируется на эмоциональных и поведенческих потребностях ребёнка, а также на среде, в которой он живёт (дом, школа, сообщество). Модель лечения включает в себя четыре компонента, которые описаны в руководстве^[2]. Клиническое исследование подтвердило, что системная терапия травм, основанная на идеях телесно-ориентированной терапии, может быть эффективным инструментом для улучшения психического здоровья и благополучия детей, переживших психологическую травму^[3].

Программа TST предназначена не только для тех, кто пострадал, но и для их близких. Она обучает людей, как оказать поддержку и помочь пострадавшим контролировать свои эмоции во время будущих стрессовых ситуаций^[4].

Когда речь заходит о системной терапии травм, специалисты рассматривают четыре важных аспекта^[2]:

• причины, по которым ребёнку может потребоваться такая терапия; признаки и симптомы, которые могут проявляться у ребёнка;
• методы лечения и подходы к ведению и терапии;
• результаты, достигнутые детьми, прошедшими TST;
• факторы, вызывающие эмоциональную травму, роль семей в таких ситуациях и то, как терапия может помочь как детям, так и взрослым.

В семьях, где совершается сексуальное, психическое или физическое насилие, дети могут столкнуться с травмирующими событиями. Невозможность контролировать свои эмоции, будь то прямо или косвенно, является клиническим признаком того, что на ребёнка повлияло травмирующее событие.

Детский психиатр, доктор Гленн Сакс (англ. Dr. Glenn Saxe), предлагает комплексную модель лечения травматического стресса у детей и подростков. Эта модель дополняет индивидуальные подходы, уделяя особое внимание социальному окружению ребёнка и системам ухода за ним^[5]. Речь может идти о детях или подростках, которые сталкиваются с социальными проблемами в школе или дома. Эти проблемы могут быть вызваны различными эмоциональными травмами, такими как изнасилование, физическое насилие, безнадзорность, смерть опекуна или другие серьёзные события, которые существенно изменили их жизнь.

Сексуальные, физические или психические травмы могут повлиять на воспоминания о настоящем, прошлом и ожидаемом будущем. Согласно теории Сакса, изложенной в книге «The March of the Moments: Traumatic Stress in the Past, Present, and Future», «выживание в настоящем» начинается с внезапного воспоминания о событии, которое вызывает сильные эмоции, необъяснимые изменения личности и нестабильное поведение^[2]. Во-вторых, «память о прошлом» — это «сохранение в мозге настоящих, осознанных моментов, чтобы они были доступны, когда это необходимо». Это может привести к серьёзным долгосрочным последствиям. Наконец, «шаг в будущее» относится к одной из самых разрушительных причин травматического стресса — его влиянию на способность ребёнка думать о будущем. Сакс утверждает: «Если сознание сосредоточено на настоящем, а память — на прошлом, то планирование и предвосхищение направлены на будущее». Способность человека заглядывать в будущее — это часть человеческого познания. Когда ребёнок начинает «просчитывать риск, связанный с выживанием», это может вызвать значительный стресс, поскольку он постоянно переживает травму заново. Когда ребёнок или подросток планирует своё будущее, учитывая возможные негативные события, это не позволяет избавиться от причин, вызывающих проблемы. В результате он не может прийти к психическому и эмоциональному восстановлению^[2].

Помимо очевидных причин травматического стресса, существуют и другие, менее явные, но тесно связанные с основными событиями. Поэтому терапия травматического стресса (TST) включает в себя не только работу с текущим событием, но и с сопутствующими ему трудностями^[2].

Лечение TST основано на профессиональном подходе. Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) — это общий диагноз, который может быть поставлен многим детям и подросткам. Основной проблемой таких детей и подростков является неспособность контролировать свои эмоции. Лечение посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) требует профессионального подхода. Этот диагноз охватывает широкий спектр проблем, с которыми сталкиваются дети и подростки.

При диагностике ПТСР у детей и подростков терапевты обращают внимание на их уровень осознанности, аффект и реакции на стрессовые события или незнакомые ситуации. У многих детей, переживших травмирующие события, наблюдаются вторичные симптомы, такие как^[2]:

• саморазрушительное поведение;
• диссоциация;
• чувство стыда;
• грусть;
• гнев;
• враждебность;
• социальная замкнутость;
• изменения личности.

Эти симптомы могут проявляться как сразу после травмирующего события, так и спустя долгое время, особенно в периоды полового созревания или перехода во взрослую жизнь^[2].

Существует три основные группы, используемые для классификации детской травмы: осознание (элементы внимания, самоощущения, ориентации), аффект (расстройства настроения, расстройства личности) и действие (расстройства настроения, расстройства пищевого поведения или злоупотребление психоактивными веществами). Дети, у которых проявляются признаки депрессии, также могут страдать от какого-либо вида ПТСР. Как только у детей развивается клиническая депрессия, они, как правило, меняют мнение о себе, свой взгляд на мир и то, как они видят будущее. Признаки и симптомы, связанные с этим событием, проявляются в семейной, общественной жизни, учёбе и на внеклассных мероприятиях^[2].

Чтобы справиться с таким сильным эмоциональным стрессом, необходимо учитывать интересы пострадавшего ребёнка и его социальное окружение. TST можно использовать как дома, так и в специальных организациях. В рамках терапии проводятся разъяснительные беседы, помощь в освоении навыков эмоциональной регуляции и использование психофармакологических препаратов для лечения пациентов. Понимание того, как ребёнок пережил травму, и знание о его текущем этапе выздоровления, а также готовность обратиться за помощью — всё это является неотъемлемой частью процесса восстановления ребёнка и его семьи^[2].

Терапия начинается с домашней обстановки. Родитель должен осознать суть проблемы и обратиться за помощью, если его ребёнок часто испытывает грусть, проявляет деструктивное поведение или если школа постоянно вызывает службу защиты детей, обращается в органы опеки^[2].

Понимание причин такого поведения ребёнка имеет решающее значение для процесса лечения. Терапия включает в себя работу с членами семьи, учителями и социальными работниками. Это помогает взрослым лучше понять проблему и курс лечения, а также стать помощниками для ребёнка во время терапии^[2].

Каждый человек, принимающий участие в жизни ребёнка, должен стать опорой и помощником. Это подразумевает проведение совместных семейных собраний. Такие собрания дают взрослым информацию о том, чего ожидать от терапии. Готовность взрослых посещать занятия в назначенное время, умение преодолевать языковые барьеры и ставить потребности своих детей превыше собственных — всё это является залогом успеха^[2].

Обучение навыкам эмоциональной регуляции занимает центральное место в процессе терапии. Обучение начинается с обследования, а затем продолжается курсом лечения. Процесс представляет собой устойчивые и полезные способы преодоления стресса, управления эмоциями ребёнка и эмоциональной идентификации. Всё это даёт ребёнку инструменты для более эффективного использования стратегий и позволяет ему открыто выражать свои чувства, переживания, страхи и опасения^[2]. Это особенно важно, поскольку дети, пережившие травму, сталкиваются с потерей эмоционального и ментального контроля из-за эмоционального оцепенения, внезапных воспоминаний и более высокой вероятности возникновения многих проблем с психическим здоровьем^[6].

Примером метода преодоления стресса, который можно использовать, является терапия с помощью создания музыки. Музыка стимулирует выработку гормонов радости в головном мозге и может помочь восстановить чувство равновесия и душевного спокойствия^[7].

В рамках комплексного подхода к терапии также применяется психофармакология — область медицины, использующая лекарственные препараты для коррекции эмоционального состояния. Для достижения максимального терапевтического эффекта у детей необходимо сочетать различные методики. Медикаментозное лечение обычно начинается с СИОЗС (селективных ингибиторов обратного захвата серотонина). Эти препараты эффективно помогают при тревоге, депрессии и импульсивности. В качестве второй линии лечения используются бензодиазепины, трициклические антидепрессанты и антипсихотические препараты. Они обладают высокой эффективностью и применяются в качестве крайней меры, чтобы защитить ребёнка от серьёзных эмоциональных проблем.

Иногда могут быть назначены снотворные препараты, однако все они тщательно контролируются на предмет возможных побочных эффектов. TST — это непрерывный процесс, направленный на исцеление ребёнка. Лекарства используются рационально, и пациентов приучают со временем снижать терапевтические дозы^[2].

Пациенты, участвовавшие в терапии, показали, что время, затраченное на лечение, было значительно больше (почти на 90 %), чем у пациентов, получавших базовую терапию. Ключевым фактором успеха является предотвращение отсева пациентов. Это длительный процесс, требующий как минимум восьми сеансов для проведения лечения, основанного на фактических данных^[8].

Дети с эмоциональными травмами обычно проживают или проживали в семьях, злоупотребляющих психоактивными веществами, и имеют низкий доход. Эти проблемы могут затруднять участие родителей в терапии, особенно если они сами борются с зависимостью или злоупотребляют наркотиками^[8].

Дети демонстрируют значительный прогресс только благодаря индивидуальному вниманию, которое они получают в рамках терапии. Социальное окружение ребёнка играет решающую роль в успехе его лечения. Результаты могут различаться в зависимости от социального положения в стране, уровня жизни семьи, а также от того, с чем столкнулся каждый ребёнок и насколько тяжёлым было травмирующее событие^[8].