Малый Тростенец

В период оккупации Белорусской ССР нацисты создали разветвлённую систему из более чем 260 мест принудительного содержания (концентрационные лагеря, гетто, тюрьмы)^[4].

Лагерь в районе деревни Малый Тростенец (10-12 км к юго-востоку от Минска) был основан в сентябре 1941 года^[5]. Лагерь стал важнейшим восточным звеном в цепи крупнейших европейских лагерей смерти^[6].

Строительство лагерных объектов началось весной 1942 года на территории, ранее принадлежавшей колхозу имени Карла Маркса. Основные работы велись силами советских военнопленных. Один из выживших заключённых вспоминал о строительстве лагеря^[7]:

На территории были построены дом коменданта, двухэтажное здание для охраны, гаражи, склады, мельница, лесопилка и мастерские^[5].

Лагерь был обнесён несколькими рядами колючей проволоки, находящейся под электрическим напряжением, а по периметру были установлены сторожевые вышки с прожекторами. У входа висела доска с надписью на немецком и русском языках, предупреждавшая о запрете входа в лагерь и о праве охраны открывать огонь без предупреждения^[8].

До строительства жилых помещений узники жили в хлеву, спали на мокрой соломе или в погребах; позже были построены 10-15 неотапливаемых дощатых бараков.

Об изначальных условиях пребывания в лагере бывший узник Тростенца вспоминал^[9]:

Управление лагерем осуществлялось аппаратом командира полиции и СД Минска, в ведении которого находились и места экзекуции. На вершине административной иерархии стоял комендант^[10], который назначался личным распоряжением Генриха Гиммлера по представлению главы Инспекции концентрационных лагерей^[11]. Комендант имел право наказывать сотрудников СС, переводить их в другие лагеря. Кроме того, он мог санкционировать любые виды наказаний для узников, вплоть до смертной казни. С весны 1942 года в ведение комендантов перешло и использование рабочей силы. В распоряжении главы экономического и административного управления СС Освальда Поля говорилось следующее^[11]:

В разное время должность коменданта концлагеря «Малый Тростенец» занимали офицеры СС Герхард Майвельд, Генрих Айхе, Герлах Македер, Вильгельм Кальмейер. Последним комендантом лагеря был Йозеф Фабер^[5].

Заместители же и помощники комендантов играли ключевую роль в непосредственном руководстве казнями и управлении принудительным трудом узников. Одним из заместителей коменданта был унтершарфюрер СС Ридер. Выжившие узники характеризовали его как «главного палача» Тростенца. Он лично руководил работой кремационной ямы-печи, контролировал прибытие машин-«душегубок». Лично участвовал в истязаниях и убийствах узников^[12].

В разное время заместителями коменданта были: шарфюрер Тош (заместитель Генриха Айхе) и Вензель (заместитель последнего коменданта)^[a][13].

Также в административной иерархии были предусмотрены должности начальника подсобного хозяйства (занимал обршарфюрер СС Беккер), а также полевода (занимал украинский немец Ганц)^[5].

Охрана лагеря была многонациональной и включала в себя немецкую охранную полицию (щуцполиция) и жандармерию, а также коллаборационистские формирования: латышские роты из команды Арайса, украинских коллаборационистов из 23-го батальона СД и 5-ю роту 13-го белорусского батальона СД^[14].

К акциям по сожжениям трупов привлекались также румынские подразделения и роты «фольксдойче». В 1942 году численность охраны составила 250 человек. С осени 1943 года в деревне размещалось подразделение зондеркоманды 1005, занимавшейся ликвидацией следов массового истребления людей^[14].

Официально лагерь именовался «подсобным хозяйством Минского СД» («хозяйство Тростенец»). Основной функцией лагеря было снабжение продуктами питания подразделений СД и вермахта.

Узники лагеря работали на полях, для удобрения которых использовался даже пепел, оставшийся после сожжения узников в кремационных печах. В Акте Минской областной комиссии ЧГК отмечалось^[15]:

Кроме того, на территории лагеря функционировали слесарная, столярная, швейная, сапожная, портняжная мастерские, а также прачечная. К работе в мастерских привлекались преимущественно евреи, имевшие рабочую квалификацию^[16].

Важным хозяйственным объектом лагеря являлся асфальтовый завод, обслуживавший строительство дороги Минск — Могилёв^[17].

В «хозяйстве» постоянно трудились от 200 до 900 узников, чей рабочий день длился 12—15 часов^[18][14]. Заключённые также были задействованы в сортировке вещей убитых и чистке машин-«душегубок».

В Тростенце истреблялись мирные жители Белорусской ССР (включая участников подполья и партизанских семей), советские военнопленные и евреи, депортированные из стран Европы. Так, с ноября 1941 года в лагерь смерти было доставлено 23 железнодорожных состава (более 22 — 23 тыс. человек) иностранных депортированных граждан из Германии, Австрии, Чехословакии, Польши, Франции, Голландии и Венгрии^[b][19]. Также в лагерь свозили белорусских евреев (в том числе из Минского гетто).

Основным местом массовых расстрелов до октября 1943 года было урочище Благовщина. Людей подвозили к заранее вырытым рвам, раздевали догола и расстреливали. Также людей убивали в газвагенах, по дороге из лагеря до урочища, о чём вспоминает одна из свидетельниц нацистских преступлений А. С. Корета^[20]:

За один рейс в машинах-«душегубках» погибало от 100 до 120 человек. Трупы закапывали и утрамбовывали трактором^[3].

С осени 1943 года в урочище Шашковка действовала кремационная яма-печь. Она представляла собой глубокий котлован с большим количеством брёвен и рельсов, на рельсах лежала железная решётка^[8], где сжигали как тела жертв из «душегубок», так и живых людей. Свидетели вспоминали, что «печь» была огорожена высокой деревянной стеной и колючей проволокой, а с северной стороны были сделаны ворота для проезда автомашин. Там же, в котловане, нацисты расстреливали узников и сжигали^[21].

Перед освобождением Минска 28—30 июня в бывшем колхозном сарае нацисты расстреляли и сожгли 6,5 тыс. человек. Среди них были не только последние узники лагеря, но и заключённые из тюрем по улице Широкой и улице Володарского в Минске. Последний массовый расстрел в лагере и сожжение сарая зафиксированы в показаниях жителя деревни Тростенец Н. С. Башко:

Лагерь был ликвидирован 3 июля 1944 года при освобождении Минска войсками Красной Армии в ходе Минской наступательной операции^[5].

После освобождения Минска в июле 1944 года к работе приступила Минская областная ЧГК. В состав комиссии вошли: генерал-майор Козлов В. И.; кандидат медицинских наук Стельмашонок И. М.; военный следователь, капитан Семёнов; белорусский писатель и депутат Верховного Совета БССР Лыньков М.; кандидат медицинских наук Таранович Л. Е.; доктор Наумович Е. М., топограф Володько, а также два жителя деревни Тростенец^[22].

В Благовщине комиссия обнаружила 34 ямы-могилы, замаскированные хвойными и еловыми ветвями. Некоторые из могил достигали 50 м в длину. При частичном вскрытии пяти могил были найдены перегоревшие человеческие кости, слой пепла толщиной до одного метра, а также личные вещи: очки, гребёнки, протезы, детская обувь^[23].

Судебно-медицинская экспертиза подтвердила факты сожжения людей живьём. Также было установлено, что осенью 1943 года в рамках «Операции 1005» под руководством Отто Голдапа и Отто Древса зондеркоманда 1005-Центр занималась эксгумацией и сожжением тел в Благовщине, чтобы скрыть следы преступлений^[24].

Комиссия также обнаружила пепел из кремационной печи в урочище Шашковка, множество предметов личного обихода и остатки еды.

По первоначальным оценкам Минской комиссии в Тростенце было уничтожено 546 тыс. человек^[25]. При этом в акте Минской областной комиссии содействия в работе ЧГК СССР о массовом истреблении гражданского населения и военнопленных на территории Минска и его окрестностей в 1941—1944 гг. от 13 августа 1944 года оценка количества жертв была скорректирована: согласно положениям акта, нацисты убили 206,5 тыс. человек^[26].

На Нюрнбергском процессе были представлены следующие подсчёты: 150 тыс. убитых в Благовщине, 50 тыс. в Шашковке и 6,5 тыс. в сарае; такие подсчёты современные исследователи оценивают как наиболее правдоподобные^[27].

После войны нацистские военные преступники привлекались к судебной ответственности как в СССР, так и за рубежом.

• В январе 1946 года в ходе Минского процесса среди прочих обвиняемых были начальник полиции порядка Эбергард Герф, Франц Гесс (унтер-офицер зондеркоманды 8 полиции безопасности и СД Минска) и другие. Герф и Гесс были приговорены к смертной казни и повешены на Минском ипподроме 30 января 1946 года^[28];
• В 1962 году в Минске военный трибунал приговорил к расстрелу коллаборационистов из 13-го белорусского полицейского батальона (Н. Калько, Л. Сенкевич и др.) за зверства в Колдычево и Тростенце^[29];
• В 1962 году в Латвийской ССР был осуждён А. И. Саукитенс, причастный к массовым расстрелам в районе лагеря Малый Тростенец. Саукитенсом было убито порядка 500 мирных жителей^[30];

• На Нюрнбергском процессе по делу об айнзацгруппах, проходившем в апреле 1948 года, руководитель «Операции 1005» Пауль Блобель был осуждён и приговорён военным судом к высшей мере наказания. Провёл годы до приведения приговора в исполнение в тюрьме Ландсберга. Прошение о помиловании было отклонено. 7 июня 1951 года вместе с другими руководителями полицейских групп был повешен в Ландсберге^[31];
• На процессе в Карлсруэ Адольф Рюбе (надзиратель Минского гетто) был осуждён на пожизненное тюремное заключение. В 1971 году был освобождён из заключения по амнистии^[32];
• В 1963 году в Кобленце прошёл суд над Георгом Хойзером, руководителем гестапо в Минске, организатором и руководителем массовых убийств в Минске и его окрестностях. Был приговорён к 15 годам тюремного заключения. Амнистирован в 1971 году^[33];
• В 1968 году на судебном процессе в Гамбурге были осуждены Макс Кранер, Отто Голдап и Отто Древс, руководители зондеркоманды 1005. Преступники были приговорены к пожизненному заключению. В 1977 году Кранер был помилован, он умер в 1997 году в возрасте 96 лет. В 1975 году Голдапп был освобождён, он умер в 1984 году. Древс был освобождён в 1973 году, но вскоре покончил жизнь самоубийством^[34].

• Первые траурные митинги прошли в Тростенце в сентябре 1944 года^[35];
• В 1963 году на удалении от мест массовых казней и самого лагеря был возведён обелиск с вечным огнём в память жертв Тростенца. Память погибших в сарае в последние дни оккупации и сожжённых в Шашковке в кремационной яме-печи была увековечена двумя надгробиями^[36];
• В 2002 году в урочище Благовщина на месте самых масштабных расстрелов был установлен небольшой мемориальный знак. В том же году Совет Министров Республики Беларусь принял постановление о создании мемориального комплекса «Тростенец»;

• 22 июня 2015 года открыта часть мемориального комплекса «Малый Тростенец» на месте концентрационного лагеря — «Врата памяти»^[37][38];
• 29 июня 2018 года открыт мемориал в урочище Благовщина^[39].