Николаевский судебный процесс

«Николаевский процесс» — название, используемое в исторической литературе^[1]. В советских газетах 1946 года^[2] использовалось название: «Судебный процесс по делу о зверствах немецко-фашистских захватчиков в гор. Николаеве и Николаевской области».

Николаев был оккупирован 16 августа 1941 года, когда в город вошли передовые части 11-й армии вермахта. Все крупные населенные пункты Николаевской области были оккупированы в период с 1 августа (Лысая гора) по 27 августа (Октябрьское) 1941 года^[3]

Летом 1941 года из Николаевской области была проведена частичная эвакуация населения, в результате которой население Николаева сильно сократилось. Если до войны в Николаеве проживали 167 108 человек, то к 28 мая 1942 года — только 84 213 человек^[4].

В период оккупации территория Николаевской области была разделена в административном плане на две части^[5]:

• Генеральный округ «Николаев» в составе рейхскомиссариата Украина. Включал восточные районы Николаевской (с городом Николаевом), левобережную часть Херсонской и Кировоградскую области. Площадь генерального округа составляла 466,860 тыс. км², а население — 1 960 853 человека. Генеральный округ «Николаев» делился на 13 округов, 60 районов и три штаткомиссариата (Николаев, Херсон и Кировоград). Власть принадлежала генерал-комиссару, который был назначен непосредственно А. Гитлером;
• Губернаторство «Транснистрия» с 1941 года включало западные районы (к западу от Южного Буга) Николаевской области и находилось под румынской администрацией. 26 января 1944 года в Транснистрии была ликвидирована румынская гражданская администрация и 21 марта 1944 года вся ее территория перешла под немецкое военное управление.

Несмотря на разницу в управлении немецкие власти вмешивались также в управление Транснистрией. Во-первых, из-под румынской юрисдикции было выведено многочисленное (более 130 тыс. человек) немецкое население Транснистрии. Фольксдойче Транснистрии находились в ведении Особой команды «Р» (Sonderkommando R Russland), которая в свою очередь входила в специальную Службу по делам местных немцев^[6]. Во-вторых, немецкий генерал-комиссар Николаева в последние месяцы оккупации давал румынской администрации Транснистрии обязательные указания по предоставлению определенного количества гражданских лиц на принудительные работы. Так, 25 октября 1943 года генерал-комиссар Николаева потребовал, чтобы румынская сторона немедленно предоставила 500 человек для отправки в Германию^[7].

Тем не менее до конца 1943 года румынский оккупационный режим заметно отличался от немецкого. Это понимали жители Николаевской области. В первой половине 1943 года многие жители Николаева переправлялись через Южный Буг, чтобы избежать отправки в Германию. Большинство этих беглецов румынская жандармерия задержала в окрестностях посёлка Варваровка. Тем не менее арестованных советских граждан румынские власти не передавали немцам, а направляли в сельскохозяйственные коммуны Измаильской области^[7].

В Николаеве до войны располагались два крупных модернизированных в 1930-е годы судостроительных завода СССР: имени 61 коммунара и имени А. Марти. На второй день после оккупации Николаева эти предприятия были объявлены собственностью Германии и переименованы: завод имени 61 коммунара — в «Северную верфь», а завод имени А. Марти — в «Южную верфь». В Николаеве создали немецкую базу на Чёрном море. Для обеспечения ее рабочей силой в окрестностях «Северной верфи» создали лагерь для военнопленных (на 30 тыс. человек) — «Шталаг-364»^[4].

Немецкие оккупационные власти приступили к восстановлению судостроительной отрасли Николаева. После повторной регистрации трудовых ресурсов (май 1942 года) всем оставшимся кадрам судостроительных заводов (включая тех, кто оказался на занятых румынами территориях), приказали вернуться к исполнению трудовых обязанностей. В конце июля 1943 года, согласно приказу № 193 николаевского генерального комиссара Э. Опперманна, все безработные женщины 1896—1926 годов рождения должны были пройти предварительный медицинский осмотр и на основе его результатов отправиться в распоряжение промышленных предприятий^[8]. Вывоз рабочей силы из Николаева в 1942—1943 годах был небольшим. Так 20 мая 1942 года около 40 рабочих «Южной верфи» собрали в помещении Русского драматического театра, где им сообщили об их переводе на судостроительные предприятия Бремена. По подсчетам историка В. В. Чернявского, 58,6 % вывезенной в 1942 году из Николаева в Германию рабочей силы составляли рабочие-специалисты^[9].

В отношении Херсона, который не был крупным судостроительным центром, политика немецких властей была иной. Немцы вывозили трудовые ресурсы с херсонских предприятий в Германию. Так, за май 1943 года по Херсону и его округе для отправки в Германию биржа труда отозвала с производства 323 рабочих (в том числе 292 промышленных)^[8]. В тот же период распространилась практика перевода рабочей силы из Херсона в Николаев^[8].

В итоге непосредственно из Николаева были угнаны около 5 тыс. человек (6 % населения Николаева)^[9]. Из Херсона за период оккупации угнали 15 тыс. человек (около 25 % населения Херсона)^[9].

Николаев был освобожден 26 — 28 марта 1944 года в ходе Одесской операции. Все крупные населенные пункты Николаевской области были освобождены в период с 8 марта (Новый Буг) по 31 марта (Очаков) 1944 года^[3]

Таким образом, оккупация Николаевской области продолжалась около 2,5 лет. За это время, по данным Чрезвычайной государственной комиссии, на территории Николаевской области^[1]:

• Убиты 30 699 советских военнопленных;
• Убиты 74 662 мирных жителей;
• 25 884 человек угнаны в немецкое рабство.

Историк В. В. Чернявский в 2013 году дал более высокие цифры угнанных в Германию на принудительные работы за 1942—1944 годы^[9]:

• 45 507 человек из Николаевской области;
• 37 409 человек из Херсонской области.

Массовым был угон перед отступлением вермахта. В марте 1944 года в Румынию и Германию вывезли почти весь персонал морского порта, судостроительных и судоремонтного заводов Николаева^[9].

Сбор доказательств военных преступлений периода оккупации начался вскоре после освобождения Николаевской области. Уже 22 апреля 1944 года была образована Николаевская областная комиссия в составе ЧГК^[10]. Подчиненные Николаевской областной комиссии местные комиссии опрашивали свидетелей и документировали данные о числе убитых и нанесенном оккупацией материальном ущербе. Так, уже 28 апреля 1944 года был составлен акт городской комиссии по ущербу, нанесенному Николаеву^[11].

По итогам работы областной комиссии были созданы сводные ведомости, в которых отразили ущерб, нанесенный Николаевской области за период оккупации.

21 ноября 1945 года Политбюро ЦК ВКП (б) приняло постановление о проведении открытых судебных процессов над немецкими военными преступниками в 8 городах СССР, причем следовало подготовить следственные материалы с тем, чтобы начать судебное разбирательство по этим делам не позднее 15 декабря 1945 года^[12].

30 ноября 1945 года народным комиссарам внутренних дел и государственной безопасности В. С. Рясному и С. Р. Савченко было направлено директивное письмо за подписью С. Н. Круглова, Б. З. Кобулова и В. С. Абакумова, в котором сообщалось, что на основании «директивы органов» в Киеве и Николаеве «будут проведены открытые судебные процессы над группой изобличенных в зверствах против советских граждан бывших военнослужащих германской армии и немецких карательных органов»^[13]. Письмо было зарегистрировано в секретариате НКВД Украинской ССР 3 декабря 1945 года. В письме определялось следующее^[14]:

• Сроки следствия и суда. В частности, по Николаевскому процессу следствие предполагалось завершить до 5 января 1946 года, а суд начать 10 января 1946 года;
• Председатель суда и государственный обвинитель. Для Николаевского процесса — председатель военного трибунала Одесского военного округа полковник юстиции Зонов и прокурор войск НКВД Украинского округа полковник юстиции Семашко.

В письме делался акцент на «особом политическом значении» Николаевского процесса, в связи с чем «мобилизовать все имеющиеся возможности на обеспечение высокого уровня следственной подготовки и самого судебного процесса»^[14].

«Для оказания практической помощи» из Москвы в Киев и Николаев направили группу из 10-ти человек (оперативные работники НКВД и НКГБ СССР и Главного управления СМЕРШ) во главе с начальником 1-го отдела Оперативного управления Главного управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР генерал-майором Дроздова. На письме также была приписка о необходимости ознакомления с планом первого секретаря ЦК КП(б) Украины Н. С. Хрущёва:

После получения письма весь объем оперативно-следственной и агентурной работы по подготовке Киевского и Николаевского процессов был возложен на оперативный отдел Управления по делам военнопленных и интернированных НКВД Украинской ССР во главе с полковником Хоруженко и командированным генерал-майором Дроздовым^[14].

В телеграмме начальнику Оперативного управления Главного управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР (отправлена из Киева 9 декабря 1945 года за подписью заместителя народного комиссара внутренних дел Украинской ССР Лобуренко) сообщалось о подготовке процесса следующее^[15]:

Изначально планировалось предать суду 10 военнопленных. Однако затем 10-го обвиняемого Рихарда Бартмуса (служил с ноября 1941 года по ноябрь 1942 года в охранной полиции Николаева) в ходе следствия заменили на чиновника Николаевской жандармерии Фотта^[16]. Народный комиссар внутренних дел В. С. Рясной объяснял эту замену ЦК КП(б) Украинской ССР недостатком доказательств^[16]:

Впрочем, Фотт также не оказался в числе подсудимых Николаевского процесса, которых в итоге было 9. В ходе следствия были допрошены более 100 свидетелей, проведены экспертизы и очные ставки^[1]. 21 декабря 1945 года Лобуренко телеграфировал Круглову о ходе следствия^[17]:

Дело рассматривал военный трибунал Одесского военного округа в составе:

• Председатель: А. С. Зонов, полковник юстиции;
• Члены суда: Михно (полковник юстиции) и Мешев (подполковник юстиции).

Перед судом предстали 9 немецких военнослужащих (включая одного 1 военнослужащего СС)^[18]:

• Герман Винклер, 1888 года рождения, генерал-лейтенант, военный комендант Николаева. Угонял население в немецкое рабство (в том числе 3000 квалифицированных рабочих), руководил разрушением зданий и сгонял жителей на оборонительные работы. В марте 1944 года Винклер издал приказ о том, что все граждане, сопротивляющиеся угону в Германию, будут объявлены партизанами и расстреляны;
• Ганс Санднер, 1915 года рождения, оберштурмфюрер СС, начальник управления полиции безопасности и СД в Николаеве. В сентябре 1941 года расстрелял в Киеве около 1000 человек. С ноября 1941 года занимался убийствами в Николаеве: участвовал в убийстве 200 пациентов лечебницы, приказал расстрелять 20 врачей и 22 члена их семей. Санднер в декабре 1941 года приказал карателям расстрелять 54 человека в селе Ново‑Александровка Баштанского района. Приказал расстрелять 200 человек в лагере для военнопленных в районе Николаева, обвинялся в массовом применении пыток и истязаний, а также в поголовном уничтожении евреев и цыган;
• Макс Людвиг Бютнер, 1904 года рождения, майор, начальник управления жандармерии генерального округа «Николаев». Во время отступления немцев из Николаева отправил домой 16 ящиков награбленного имущества (мануфактура, обувь, продовольствие и картина из Николаевского художественного музея), приказал подчиненным проводить репрессии в 13 жандармских округах, лично участвовал в карательных экспедициях в Николаевской области. По приказу Бютнера в Николаеве были арестованы 1500 человек, из них треть была уничтожена органами СД. Николаевская жандармерия во исполнение приказов Бютнера угнала в Германию около 50 тыс. советских людей;
• Фриц Кандлер, 1897 года рождения, капитан, начальник жандармерии Херсона. По приказу Кандлера проводили массовые облавы, пойманных либо уничтожали органы СД, либо отправляли в немецкое рабство. Всего жандармы Херсонского округа угнали более 8 тыс. граждан;
• Рудольф Михель, майор начальник жандармерии Березнеговатского района Николаевской области. Участвовал в расстрелах, пытках и арестах. Угнал в Германию более 1 тыс. человек;
• Франц Витцлеб, 1900 года рождения, майор, начальник охранной полиции Николаева. Лично участвовал в повешении 10 советских граждан. Подчиненная ему охранная полиция насильно угнала в Германию 10 000 человек. Сопротивлявшихся избивали и расстреливали;
• Генрих Шмале, 1893 года рождения, капитан, заместитель начальника охранной полиции Николаева. Помогал проводить облавы и расстреливать пойманных, сжигать дома. В августе 1943 года Шмале выезжал с карательной экспедицией Бютнера;
• Роберт Берг, 1913 года рождения, фельдфебель полевой жандармерии. Лично участвовал в пытках и расстрелах мирных граждан в Бендерах, Очакове (участие в повешении 3 человек), Николаеве (участие в расстреле 28 рабочих), Симферополе (расстрел 11 военнопленных), Бахчисарае, Севастополе (участие в расстреле 18 человек, включая детей) и иных городах;
• Йоганн Хапп, 1913 года рождения, обер-ефрейтор 783-го охранного батальона. Участвовал в массовом истреблении мирных советских граждан и военнопленных, истязаниях и пытках. В том числе лично расстрелял 20 человек.

Некоторые подсудимые обвинялись в преступлениях не только на территории Николаевской области. Герман Винклер также совершил преступления в Киеве, а Роберт Берг — в Крыму и Бессарабии.

По национальности 7 подсудимых были немцами. Кандлер был австрийцем. 4 подсудимых были членами НСДАП: Витцлеб, Санднер (с 1933 года), Бютнер (с 1933 года) и Шмале (с 1937 года).

Государственное обвинение поддерживал И. Ф. Семашко.

Всех обвиняемых судили по указу Президиума Верховного совета СССР от 19 апреля 1943 года.

На Николаевском процессе были допрошены свидетели и исследован ряд документов.

Все подсудимые (кроме Г. Шмале) признали вину во вменяемых им преступлениях^[19]. При этом Г. Санднер и Р. Берг дали подробные показания^[19].

Обвиняемым предоставили 5 адвокатов^[18]:

• Деритерский;
• Белостоцкий;
• Степаненко;
• Быков;
• Петинцев.

Суд проходил в восстановленном (разрушен по приказу подсудимого Г. Винклера) областном театре им. Чкалова. В зале собралось около 600 зрителей из всей Николаевской области^[1]. В докладе НКВД Украинской ССР руководству Украины было отмечено, что в первый день процесса в зале суда было «свыше 600 человек трудящихся города и сельских районов, а также партийно-советский актив и военные работники»^[17].

Подсудимых охраняли военнослужащие конвойного полка НКВД, экипированные как красноармейцы^[20]. Было усилено патрулирование улиц Николаева^[19].

17 января 1946 года в 13:00 был оглашен приговор: все подсудимые признаны виновными. 7 осужденных приговорены к повешению^[21]. Австриец Ф. Кандлер и обер-ефрейтор Й. Хапп получили по 20 лет каторги^[18].

17 января 1946 года приговор был приведен в исполнение — приговоренные к смертной казни в 17:00 были публично повешены на Базарной площади Николаева. На казни присутствовали, по данным Управления НКВД по Николаевской области, от 65 тыс. до 70 тыс. человек. Трупы казненных висели два дня — 18 и 19 января 1946 года^[18][21].

Процесс освещался в центральной советской прессе — газетах «Правда» и «Известия Советов депутатов трудящихся СССР». Также заседания транслировались по городскому радио и освещались в местных газетах («Бугская заря» и «Пiвденна правда»). Процесс снимали три кинооператора — делали документальный фильм^[17].

Иногда сообщения о Николаевском процессе публиковали на одной полосе с сообщениями о судах над военными преступниками в СССР и других странах. В частности, 18 января 1946 года на одной полосе «Известий» были опубликованы сообщения о Минском и Николаевском процессах, а также рассказывалось как проходит «Процесс предателей чехословацкого народа в Праге»^[22].

18 января 1946 года «Правда» на одной полосе поместила сообщения о Киевском, Минской и Николаевском процесса, процессах над японскими преступниками в Маниле (генерал Хомма, обвинялся в жестоком обращении с американскими и филиппинскими военнопленными) и Иокогаме (капитан Каини Хираци)^[23].

Сообщения газеты «Правда» о Николаевском судебном процессе (1946)