Красный (концлагерь)

В конце сентября 1941 года дивизии 11-й немецкой армии прорвали Перекопский перешеек и заняли Армянск. Симферополь был занят 1 ноября^[2]. После захвата Крыма нацисты создали разветвлённую сеть из почти 100 мест принудительного содержания, из которых наиболее масштабным стал лагерь «Красный», организованный на территории бывшего совхоза^[3].

Уже 2 ноября 1941 года майору Эркслебену было поручено создать лагерь для военнопленных, что и было исполнено к 5 ноября. Ещё раньше (2—3 ноября) на территории совхоза был организован дулаг^[2]. В донесении о действиях партизан в ноябре 1941 года командование Крымского штаба партизанского движения докладывало Крымскому обкому^[2]:

Гражданских лиц начали свозить в лагерь уже в середине ноября 1941 года. С мая — июня 1942 года начинается интенсивное строительство нового концлагеря^[4]. Его постройкой занимались военнопленные (они же переоборудовали дома мирных жителей под казармы «добровольцев» из числа коллаборационистов). Помимо военнопленных, в строительстве принимали участие заключённые симферопольской тюрьмы СД. По некоторым сведениям, бараки строились под руководством коллаборациониста-инженера Коротина^[5]. Организация лагеря была завершена в июне — июле 1942 года^[6].

С сентября 1942 года лагерь перешёл в подчинение СС и полиции безопасности СД и был преобразован в «оценочный лагерь» (нем. Auswertungslager) для содержания «подозрительных лиц». В августе — сентябре 1942 года в лагерь переводится крупная партия узников из числа гражданских лиц^[7]. По мере затягивания войны и поражений немцев на фронтах, режим содержания узников ужесточался; таким образом, лагерь превратился в лагерь смерти.

К 10 апреля 1944 года после массовых расстрелов осталось 200—300 узников. В ночь с 10 на 11 апреля нацисты провели массовые расстрелы узников (с последующим сожжением бараков), чтобы скрыть следы военных преступлений. Трупы узников (а иногда ещё живых людей) сбрасывали в колодцы. Окончательно концлагерь был ликвидирован 11 апреля^[8].

Лагерь находился под общей юрисдикцией начальника полиции безопасности и СД Крыма и Таврии Пауля Цаппа (позже — Хайнца Роха)^[9]. В историографии карательный и охранный аппарат лагеря делят на три группы: немецкая администрация (7—8 человек); переводчики, шоферы, вольнонаемные работники (около 20 человек); служащие 152-го батальона.

Обычно на вершине административной иерархии концлагеря стоял комендант^[10], который назначался личным распоряжением Генриха Гиммлера по представлению главы Инспекции концентрационных лагерей^[11]. Комендант имел право наказывать сотрудников СС, переводить их в другие лагеря. Кроме того, он мог санкционировать любые виды наказаний для узников, вплоть до смертной казни. С весны 1942 года в ведение комендантов перешло и использование рабочей силы. В распоряжении главы экономического и административного управления СС Освальда Поля говорилось следующее^[11]:

Руководителем концлагеря «Красный» был Карл Шпекман, начальник лагеря, а также унтерштурмфюрер СС и верховный следователь полиции безопасности^[12]. Он лично принимал участие в допросах советских граждан и расстрелах. Комендантом лагеря и заместителем Шпекмана был Пауль Краузе, руководивший административной и хозяйственной деятельностью лагеря. Он отвечал за дисциплину и обеспечение лагеря продуктами питания. Известно также, что он лично избивал узников.

Заместителями Краузе (по другим сведениям, Шпекмана^[12]) были Франц Рейнер (по совместительству командир 152-го батальона) и Карл Рот.

В административный аппарат также входили Ганс Гунце (один из самых жестоких палачей концлагеря) и Отто Комерляндер (начальник канцелярии, был ответственен за лагерную картотеку), а также Ганс Рот (командир батальона СД)^[13][12]. Хозяйством лагеря заведовал Вилли Гартлиб^[14].

Охранял концлагерь 152-й батальон, сформированный в октябре 1942 года в Джанкое из местных коллаборационистов^[12].

Несмотря на то, что бо́льшую часть батальона составляли крымские татары, в состав подразделения входили также русские, украинцы, узбеки, цыгане, казанские татары — зачастую бывшие военнопленные^[12][15].

Концлагерь «Красный» занимал площадь примерно в 3 га^[12].

Территория лагеря была огорожена заграждением из колючей проволоки, вход же в концлагерь осуществлялся через шлагбаум. К лагерю вели центральные въездные ворота (деревянный каркас, обнесённый колючей проволокой, высотой два метра, а шириной — четыре^[12].

Зона лагеря условно делилась на две зоны: административную и зону, где размещались узники^[12].

Административная зона находилась в десяти метрах от шлагбаума. В одной из частей зоны находились различные склады, в другой — навес для машин. Здесь же располагались гараж, а также слесарная и кузнечная мастерские для ремонта автомашин и рабочего инвентаря. В подвальном помещении (вход — между гаражом и мастерскими) хранились продукты питания. В глубине административной зоны располагалось одноэтажное каменное строение, в котором содержались несколько лошадей, коровы и другой скот^[16].

Главное же административное здание концлагеря располагалось в 50 метрах от ворот. В нём же располагались кухня, канцелярия и караульное помещение. На втором этаже проживала администрация лагеря, а также были столовая и казино для офицеров^[17].

На территории зоны располагались также бараки и казармы для добровольцев. В одном из таких бараков располагалась «гауптвахта» для провинившихся охранников^[18].

Вторая зона была предназначена для содержания заключённых. Общая площадь зоны составляла от 8,4 до 9,8 тыс. м². Территория была окружена двумя рядами деревянных столбов, на которых была натянута колючая проволока. После бегства нескольких узников в феврале 1943 года высота столбов была увеличена, было поднято проволочное заграждение, а по всему периметру были расставлены фонари. За ограждением находились посты для охранников (по разным сведениями от семи до двенадцати). Осенью 1943 года была построена дозорная восьмиметровая вышка^[19].

На момент 1942 года было построено два мужских и два женских барака (представляли собой переоборудованные птичники или коровники). Несмотря на это, в свидетельских показаниях было зафиксировано другое число бараков. Так, бывший узник лагеря В. И. Воронков вспоминал^[20]:

В конце 1942 — начале 1943 года был построен дополнительный барак, возведённый из камня. Бараки были рассчитаны на 200 и более узников. В женском бараке находилось порядка 100 человек^[21].

Социальный состав узников концлагеря менялся на протяжении всего периода его существования. Первоначально «Красный» действовал как дулаг (пересыльный лагерь), в котором содержались тысячи советских военнопленных, в числе которых были защитники Севастополя и участники боёв у Перекопа и Чонгара^[22].

С лета 1942 года лагерь был реорганизован, основную массу узников составляли участники Сопротивления: партизаны и подпольщики. Среди них были советские работники, председатели колхозов, бригадиры и руководители сельсоветов^[23]. Часто в концлагерь попадали мирные жители, арестованные во время массовых облав СД, а также члены участников сопротивления (старики, женщины и дети), которых удерживали в качестве заложников. Среди погибших в лагере были идентифицированы русские, украинцы, армяне, греки, белорусы, поляки, крымчаки и представители других народностей^[24]. В лагерь свозили жителей не только Симферополя и Крыма, но и прилегающих районов Запорожской, Херсонской областей и Краснодарского края^[25].

Режим в «Красном» был направлен на планомерное истребление людей через истязания, голод и непосильный труд^[9].

Заключённые размещались в бывших хозяйственных постройках и птичниках совхоза, которые использовались как бараки. Узники жили в тесноте, антисанитарных условиях. Спали на деревянных нарах. Бараки часто были неотапливаемыми, а одежда и бельё не менялись месяцами. Узники страдали вшей^[26].

По свидетельствам узников, над заключёнными проводились медицинские опыты. Б. М. Вольфсон писал об условиях содержания узников в концлагере следующее^[27]:

Питание узников было крайне скудным и состояло из суррогатов. В «Акте о злодеяниях, совершённых немецко-фашистскими захватчиками в Симферопольском районе» отмечалось^[28]:

Труд в лагере носил принудительный и изнуряющий характер. Рабочий день начинался в 5 часов утра и продолжался до вечера. Заключённых использовали на сельскохозяйственных работах, ремонте дорог и строительстве. Также распространённой практикой было использование людей в качестве живого тягла. Зачастую людей заставляли заниматься бессмысленной работой — перетаскиванием камней с одного места на другое^[28]:

Массовые убийства совершались как непосредственно на территории лагеря, так и на прилегающих участках в Симферопольском районе.

Одним из наиболее масштабных мест расправ стало урочище Дубки, расположенное в 2 — 3 км от лагеря. Позднее здесь было обнаружено множество расстрельных ям и воронков. Вторым ключевым местом уничтожения была сама территория лагеря, где казни проводились вблизи бараков. Лагерные колодцы также стали могилами для сотни людей.

Для сокрытия следов преступлений нацисты оборудовали специальные площадки для сжигания тел^[29]. Одна из таких площадок находилась в балке в Дубках, другая — в районе сада птицефермы, в дальнем конце колхоза. Позднее бывший шофёр лагеря Легек Леонгард на допросах рассказывал об устройстве подобных костров:

Основным методом убийства узников были массовые расстрелы. Узников вывозили к противотанковым рвам и ямам на грузовиках. Перед казнью жертв заставляли раздеваться, а руки связывали за спиной. После залпа командиры подразделений лично добивали выживших. Широкое применение получали и газвагены^[29]. В распоряжении симферопольского СД находилось минимум три газвагена, которые нацисты использовали для уничтожения женщин и детей.

Часто нацисты сбрасывали живых людей в глубокие колодцы. По свидетельствам очевидцев, из колодца доносились крики о помощи сброшенных в колодец людей. Медицинская экспертиза подтвердила: «При вскрытии и изъятии из колодца трупов лишь у 8 мужчин в верхних слоях и 2 женщин на глубине были обнаружены при медицинском освидетельствовании пулевые ходы; у остальных трупов, из которых 51 женщина, 7 детей от 1,5 до 15 лет и 2 мужчин, медицинской экспертизой установлено, что они были сброшены в колодец живыми, причем у 4­х женщин обнаружены туго перевязанные платком шеи»^[28].

Деятельность по расследованию преступлений нацистов на территории совхоза «Красный» началась практически сразу же после освобождения Крыма в апреле 1944 года. 19 апреля было принято постановление СНК Крымской АССР об учёте ущерба и злодеяний, а 6 мая — об образовании чрезвычайных комиссий в городах и районах^[30]. К работе комиссии также были привлечены судебно-медицинские эксперты, фотографы и кинооператоры.

Концлагерь «Красный» обследовала комиссия, созданная 20 апреля 1944 года под председательством заведующего городским отделом народного образования В. Л. Зайцева. В состав комиссии также вошли врачи Зеленская В. А. и Лаврентьева В. Е., священник Троицкой церкви Калягин П. А. и рабочий совхоза «Красный» Шабалин. Комиссия проработала с 20 по 29 апреля 1944 года^[31].

В ходе обследования лагеря комиссия вскрыла колодец глубиной до 24 метров, в который — как показала медицинская комиссия — нацисты сбрасывали ещё живых узников. В урочище Дубки комиссия обнаружила свыше 20 ям, заполненных трупами. Только в четырёх полностью обследованных комиссией ямах было найдено 415 тел. Среди опознанных в этих захоронениях были и артисты Крымского академического театра им. Горького А. Ф. Перегонец, Н. А. Барышев, Д. К. Добросмыслов и другие. В Акте о расследованиях преступлений было написано следующее^[32]:

Помимо прочего, комиссия обнаружила два места сожжения советских граждан и собрала вещественные доказательства преступлений нацистских войск в концлагере^[33].

По данным комиссии, немцы расстреляли в лагере не менее восьми тысяч советских граждан^[33].

Новый виток расследований нацистских военных преступлений в концлагере был предпринят после случайного обнаружения массового захоронения во время проведения земляных работ в районе 2-го километра шоссе Симферополь — Николаевка. Для комплексного исследования территории были сформированы Симферопольская городская и республиканская комиссии. В работе принимали участие заместитель председателя горисполкома П. П. Марченко, министр социального обеспечения УССР А. Ф. Федоров и специалисты КГБ[32].

С сентября по декабрь 1970 года и в ноябре — декабре 1971 года в урочище Дубки и на прилегающей территории были вскрыты 28 ранее неизвестных захоронений. Из ям были извлечены останки 1480 человек, среди которых — по свидетельству медицинской комиссии — были кости стариков, женщин и детей. На местах массовых расстрелов были найдены многочисленные вещественные доказательства: детали одежды, ключи от квартир, портсигары, бритвы и другие личные вещи убитых[32].

Результаты расследования были зафиксированы в 17 томах уголовно-следственных дел, которые легли в основу судебных процессов над бывшими служащими 152-го добровольческого батальона вспомогательной полиции СД.

Поиски были продолжены зимой 1972 года (в селе Мирном были найдены ещё 10 захоронений с останками 1608 человек). В апреле 1974 года останки погибших, обнаруженных в ходе расследований 1970-х годов были перезахоронены на севастопольском кладбище Абдал[32].

По современным оценкам число жертв концлагеря «Красный» и связанных с ним мест казней превышает 15 тыс. человек[34].

Материалы о зверствах нацистов в Крыму, включая сведения о концлагере «Красный» были официально представлены на Нюрнбергском судебном процессе[9].

Один из главных свидетелей обвинения по делу об айнзацгрупп Отто Олендорф выступил 3 января 1946 года. Олендорф подтвердил использование рвов и ям в качестве мест массовых казней узников «Красный». Также он признал, что расстрелы проводились по его личной схеме (три карателя на одного человека). Подобный способ массовых убийств был введён Олендорфом с целях смягчения персональной ответственности^[35]. В 1947 году он предстал уже в качестве обвиняемого, не проявил никаких признаков раскаяния.

10 апреля 1948 года был приговорён к смертной казни через повешение. Приговор был исполнен 7 июня 1951 года в Ландсбергской тюрьме.

На Севастопольском судебном процессе, проходившем с 12 по 23 ноября 1947 года, был осуждён Эрвин Йенеке, бывший командующий 17-й немецкой армией, генерал-полковник. Эрвин Йенеке был признан организатором массового истребления советских людей. В приговоре отмечалось^[36]:

Йенеке был приговорён к заключению в исправительном-трудовом лагере на срок 25 лет. В 1955 году был передан властям ФРГ. Умер 3 июля 1960 года^[37].

Материалы процесса в 79 томах легли в основу дальнейших расследований деятельности администрации лагеря.

Привлечение военных преступников к ответственности продолжилось уже в 1970-х гг. Первый Симферопольский процесс (29 мая — 11 июля 1972) проходил над шестью охранниками: Шевкетом Салаватовым, Тейфуком Ходжаметовым, Абкадыром Абжелиловым, Якубом Куртвелиевым, Семёном Парасотченко и Николаем Куликом^[38]. Государственный обвинитель П. И. Модленко представил доказательства участия охранников в ликвидации лагеря в 1944 году. Пятеро подсудимых были приговорены к смертной казни, а Николай Кулик — к длительному тюремному заключению^[38].

На втором Симферопольском процессе были осуждены и приговорены к смертной казни каратели Шихай Асанов, Энвер Менаметов. Насрула Мензатов был приговорён к 15 годам лишения свободы^[39]. Третий Симферопольский процесс завершился приговором к смертной казни Мамеда Мамутова и Артура Вольфа; Семитабдулла Мухтаров был приговорён к тюремному заключению^[40].

Первый памятник жертвам на территории совхоза был установлен в 1950-е годы. Позже он стал частью более крупного мемориального комплекса^[41].

28 ноября 2012 года депутаты Верховного Совета Крыма приняли Постановление об объявлении бывшего концлагеря историческим памятником местного значения «Концлагерь „Красный“».

После перехода Крыма к Российской Федерации 8 мая 2015 года, спустя 70 лет после окончания Великой Отечественной Войны, был открыт мемориал узникам концлагеря «Красный», посвящённый всем жертвам нацистов и их пособников в Крыму^[41]:

• 71 921 человек было ими убито в Крыму;
• 85 447 человек были угнаны в Германию и многие погибли там на работах.

Памяти жертв нацизма и коллаборационизма зажжён вечный огонь^[42]. В мае 2016 года состоялось открытие второй очереди мемориала — «Сквера памяти»^[43].

Мемориальный комплекс состоит из мемориала памяти с братской могилой и Сквера памяти на месте сожжения. Братская могила расположена в центре участка мемориала памяти. Здесь же располагается обелиск и три знака на колодцах смерти. Общая ландшафтная идея Сквера памяти — центральная площадь, засыпанная серой гранитной крошкой, как символ выжженной земли. В центре площади скульптура человека со связанными за спиною руками. Храм-часовня Всех крымских святых располагается в стороне от аллеи^[44].