Витебский судебный процесс

Руководствуясь планом «Барбаросса», немецкое военное командование планировало захватить Витебск как стратегический пункт, через который проходил прямой путь к Смоленску и Москве^[1]. Витебск подвергся массированным бомбардировкам. 9 июля 1941 года немецкая армия прорвалась к Витебску^[2]. Военнослужащие 46-й особого противотанкового дивизиона под командованием капитана Г. И. Беленкова и ополченцы вели оборонительные бои на улицах Витебска до 11 июня 1941 года^[3]. Оккупация Витебска продлилась три года — до 26 июня 1944 года.

В конце июля было организовано гетто закрытого типа. Оно существовало до декабря 1941 года. За полгода в Витебском гетто было убито ок. 20 тыс. мирных жителей.

26 июня 1944 года в рамках Витебско-Оршанской операции город был освобождён советскими войсками^[a]. 39-я армия 3-го Белорусского фронта под командованием И. И. Людникова соединилась с 43-й армией 1-го Прибалтийского фронта генерала А. П. Белобородова. Советская армия окружила пять пехотных дивизий 3-й танковой армии численностью 35 тыс. человек^[5].

После освобождения Витебской области была учреждена Витебская областная комиссия, содействующая работе Чрезвычайной государственной комиссии по расследованию и установлению злодеяний немецко-фашистских захватчиков. Комиссия под председательством Кудряева провела расследование фактов уничтожения советских граждан во время оккупации Витебска и его окрестностей^[6]. По предварительным данным 1944 года в Витебске и его окрестностях были убиты и замучены голодом^[b] и болезнями не менее 150 тыс. человек^[8][9]. Комиссией был установлен факт систематического умерщвления советских военнопленных путём создания голодного режима при тяжёлом принудительном физическом труде, что приводило к большому числу голодных смертей. Военнопленные намеренно содержались в антисанитарных условиях при отсутствии медицинской помощи и распространяющихся инфекционных заболеваниях (сыпной тиф, брюшной тиф, дизентерия и пр.)^[7]. В нацистском лагере для военнопленных на территории 5-го железнодорожного полка было убито не менее 100 тыс. человек.

По предварительным данным Витебской районной комиссии о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков и их сообщников, численность населения в Витебске сократилась с 200 тыс. до 118 тыс.^[10][11], в области — с 58 тыс. до 25 тыс. граждан^[12]. Оккупанты разрушили города Витебск, Орша, Дубровно, Сураж, районный центр Лиозно и другие населённые пункты. Они уничтожили хозяйство машинно-тракторные станций, все колхозы и свыше 60 тыс. жилых домов колхозников. Во время оккупации были разрушены 42 школы, два театра, три кинотеатра, три парка культуры, 18 клубов, 55 детских садов, заводы и комбинаты, в том числе БелГРЭС им. Сталина, Оршанский льнокомбинат, Витебский станкостроительный завод им. Кирова^[13].

В сентябре 1947 году в письме И. В. Сталину министр внутренних дел С. Н. Круглов и заместитель министра иностранных дел А. Я. Вышинский указали, что сотрудники Министерства внутренних дел подготовили материалы 136 уголовных дел нацистских военных преступников для передачи в суд^[14]. По инициативе Круглова и Вышинского была сформирована Межведомственная комиссия по организации судебных процессов. В её состав вошли министр юстиции Н. М. Рычков (председатель), первый заместитель Генерального прокурора СССР Г. Н. Сафонов (заместитель председателя), С. Н. Круглов, заместитель министра государственной безопасности С. И. Огольцов, председатель Верховного суда СССР И. Т. Голяков и начальник договорно-правового управления министерства иностранных дел С. А. Голунский^[15]. 18 мая 1947 года С. Н. Круглов представил В. М. Молотову, проект постановления о проведении открытых судебных процессов в девяти советских городах: Севастополе, Кишинёве, Сталино, Полтаве, Гомеле, Чернигове, Новгороде, Бобруйске и Витебске^[16].

Для выяснения обстоятельств совершённых преступлений в Витебске было создано пять оперативно-следственных групп: группа для работы с обвиняемыми (14 человек), группа для документации фактов совершения злодеяний (16 человек), группа для допроса свидетелей-военнопленных (четыре человека), группа для выявления свидетелей и их допроса по месту дислокации 206-й дивизии в Калининской и Смоленской областях (шесть человек) и группа по информации и перепечатыванию материалов (пять человек)^[17]. В рамках подготовки материалов дела были опрошены 196 свидетелей: 174 гражданина — по Витебской области, 10 — Калининской, 12 — по Смоленской области^[18].

Судебный процесс в Витебске проходил с 29 ноября по 3 декабря 1947 года в открытом режиме. Председателем Военного трибунала был назначен полковник юстиции Панкратьев, государственным обвинителем — генерал-майор юстиции Смирнов^[19]. Местом проведения судебного процесса выбрали Государственный драматический театр им. Якуба Коласа, расположенный на территории бывшего Витебского гетто^[20].

Первоначально к суду планировалось привлечь девять немецких военных преступников: командира 53-го армейского корпуса Фридриха Гольвитцера, командира 246-й пехотной дивизии Клауса Мюллер-Бюлова, командира 206-й пехотной дивизии Альфонсо Хиттера, начальника штаба 53-го армейского корпуса Ганса Шмидта и командира лёгкой истребительной роты 53-го артиллерийского корпуса Генриха Роберта Клуте, а также солдат Леонхарда Буцбаха, Франса Вагнера, Филиппа Адама и Курта Гюнтера^[21][22]. Следствие установило их личную ответственность в истреблении советских мирных граждан и военнопленных, ограблении и разрушении населённых пунктов Витебской области.

Из первоначального списка подследственных был выведен солдат Ф. Вагнер ввиду «незначительности фактов его злодеяний»^[21]. В то же время на скамье подсудимых оказались ещё двое обвиняемых. Из Бобруйска был этапирован Ганс Дилльманн, начальник одного из лагерей смерти в Витебске. К ответственности был также привлечён бывший военнослужащий 4-й авиаполевой дивизии 53-го артиллерийского корпуса Герман Рух, в 1943—1944 годах командующий охранным взводом рабочего лагеря^[23]. Перед судом предстали десять немецко-фашистских оккупантов. Всех обвиняемых судили по ст. 1 Указа Президиума Верховного совета СССР от 19 апреля 1943 года^[24]:

Утром 29 ноября состоялось открытие Витебского судебного процесса над нацистскими военными преступниками. На вечернем заседании подсудимый Гольвитцер ходатайствовал о дополнительном вызове в суд четырёх свидетелей, Хиттер — десяти, Мюллер-Бюлов и Дилльман — двух^[25]. В суде огласили обвинительное заключение, после чего все подсудимые, кроме Хиттера и Дилльманна, признали свою вину.

Как бывший командир охранного взвода Герман Рух обвинялся избиениях и издевательствах над советскими гражданами, изнасилованиях и расстрелах женщин. Подсудимый Курт Гюнтер дал показания об участии в карательных экспедициях, в ходе которых лично расстреливал мирных жителей и сжигал населённые пункты^[26]. По показаниям обвиняемого Леонхарда Буцбаха, он, находясь на службе в сапёрном батальоне 246-й пехотной дивизии вермахта с марта по осень 1943 года, участвовал в разрушении Витебска и других населённых пунктов Витебской области. Он также признался в расстрелах советских военнопленных и мирных граждан, в числе которых были дети, женщины и старики^[27]. Участие в трёх карательных экспедициях признал Филипп Адам, который по собственной инициативе устраивал расправы над мирным населением.

На вечернем заседании 30 ноября 1947 года Клаус Мюллер-Бюлов показал, что издавал приказы, нарушавшие международные правила ведения войны и создавал непригодные для жизни условия для 800 мирных жителей, заключённых в нацистском лагере. По его делу в суд были вызваны пять свидетелей: двое — из числа советских граждан, трое — из числа военнопленных^[28]. Подсудимый Генрих Клуте, признавший свою ненависть к русскому народу, принял участие в шести карательных экспедициях, целенаправленно истреблял советское население, грабил их и сжигал населённые пункты^[29].

На утреннем заседании 1 декабря 1947 года обвиняемый Ганс Шмидт признал, что отдавал преступные приказы о проведении карательных экспедиций, в ходе которых нацисты грабили и уничтожали мирных граждан. По его указам рота под командованием Клуте сожгла деревни Богушенской и Сенненской районов Витебской области. По показаниям Шмидта, вместе с Гольвитцером они издали приказ о вывозе на передовую линию фронта ок. 12 тыс. человек, среди которых были дети и больные тифом. По их личным распоряжениям советские мирные жители использовались в качестве живого заслона для прикрытия отступающих немецких войск. Гольвитцер подтвердил показания Шмидта^[30]. Подсудимый Дилльманн отрицал вину в совершении военных преступлений. Трое свидетелей в суде опознали его как коменданта нацистского лагеря^[31].

На следующий день был допрошен подсудимый Хиттер. Во время перекрёстного допроса он был изобличён в нацистских взглядах. Обвиняемый не признавал вины, хотя шестеро свидетелей опознали его как командира дивизии, отдававшего приказы об уничтожении мирных советских граждан^[32].

Во время утреннего заседания 3 декабря 1947 года обвиняемым было предоставлено право на последнее слово. Подсудимые Рух, Гюнтер, Буцбах и Адам подтвердили свою вину. Шмидт и Клут также признали себя виновными и попросили о снисхождении. Гольцитцер и Мюллер-Бюлов повторили предъявленные им обвинения^[33]. Хиттер и Дилльманн вину отрицали.

Подсудимые были признаны виновными и приговорены к 25 годам в исправительно-трудовых лагерях^[34]. В соответствии со ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР «Об отмене смертной казни» от 26 мая 1947 года, смертная казнь заменили на лишение свободы сроком на 25 лет^[35].

В 1955 году Фридрих Гольвицер был освобождён и отправлен к ФРГ.