Не пой, красавица, при мне...

А. С. Пушкин написал это стихотворение как текст романса, когда случайно услышал грузинскую мелодию. Известно, что М. И. Глинка, в записях которого была найдена песня, узнал тему этой мелодии от А. С. Грибоедова, который вернулся из Грузии^[1][2].

Исследователь М. А. Цявловский высказал предположение, что поэт услышал мелодию в исполнении некоей красавицы, а также предположил, что ею могла быть Анна Оленина, в которую А. С. Пушкин был влюблён в 1828 году^[2]. Согласно записям в дневнике А. А. Олениной, в мае 1828 года в Приютине (имение Олениных под Петербургом) М. И. Глинка собирался давать Олениной уроки пения, и А. С. Пушкин также в это время гостил в этом имении^[3][4].

Воспоминания, вызванные в сознании поэта грузинским напевом, касаются поездки А. С. Пушкина по Кавказу с семьёй Раевских в 1820 году. В черновиках сохранилось четверостишие, не вошедшее в окончательный текст, где впечатления от поездки описаны чуть подробнее:

Напоминают мне оне

Кавказа гордые вершины.

Лихих чеченцев на коне

И закубанские равнины.

Описание воинственного Кавказа осталось в эпитете «жестокие напевы». По поводу происхождения образа «бедной девы» высказывались разные предположения:

• Мария Раевская (Волконская), которая участвовала в поездке с Пушкиным по Кавказу, а в 1826 году уехала в Сибирь за сосланным на каторгу мужем-декабристом^[5][6]. Эта версия наиболее распространена;
• Амалия Ризнич, в которую А. С. Пушкин был влюблён в период южной ссылки. Она умерла в молодом возрасте от чахотки, поэтому, как считает литературовед Елена Зингер, она названа в стихотворении «призраком»^[4].

Стихотворение было написано 12 июня 1828 года. Впервые опубликовано в альманахе «Северные цветы на 1829 год»^[1], вышедшем в свет в конце 1828 года^[7].

«Не пой, красавица, при мне...» — лирическое стихотворение, в центре которого — переживания лирического героя. Оно легло в основу романса, музыку к которому писали такие известные композиторы, как М. И. Глинка, М. А. Балакирев, Н. А. Римский-Корсаков, С. В. Рахманинов.

Произведение имеет кольцевую композицию. Первая строфа полностью повторяется в финале, образуя характерный для песни рефрен.

Центральным является образ лирического героя, который слышит от милой ему женщины грузинский напев. Эта мелодия и вызванное ею настроение пробуждают в нём воспоминания о «другой жизни»: некоем месте (степь...), времени (и ночь — и при луне...) и образе некогда любимой им женщины. Прежде любимый образ был забыт из-за любви к другой, «красавице». Но когда красавица начинает напевать грузинскую мелодию, он снова думает о забытой деве.

Образ прежде любимой девушки предстаёт как «призрак милый, роковой» и как далёкая, бедная дева. Такие характеристики возникшего в воспоминаниях образа породили многочисленные версии о его прототипе. Она вызывает у героя сострадание, значит, он знает о постигших её несчастьях. Слово «призрак» можно понимать и буквально, как образ умершей возлюбленной^[4], так и метафорически, как образ человека, живая связь с которым утрачена^[8] (например, из-за ссылки в Сибирь на 20 лет, в которую добровольно уехала Мария Волконская вслед за мужем).

А. С. Пушкин затрагивает в стихотворении темы музыки, памяти, любви и разлуки.

Идею стихотворения поэт и писатель Андрей Белый сформулировал так: «Музыка вызывает воспоминание»^[8]. Таким образом, это произведение и о силе искусства, способного преодолеть время и расстояние, и о силе любви, способной и бередить, и залечивать душевные раны.

Стихотворение написано четырёхстопным ямбом с пиррихиями. Поэт использует перекрёстную рифмовку, чередуя мужские и женские рифмы^[8].

Вот некоторые выразительные средства, выделенные в стихотворении Андреем Белым:

• метонимии: песни Грузии (речь идёт о народе Грузии) и др.;
• синегдоха: берег дальний (на самом деле страну, а не только берег);
• ассонансы: Другую жизнь и берег... (гласные звуки ууу-ии-ее) и пр.;
• видоизменённая анафора: «Напоминают мне онe / Другую жизнь и берег дальный. / Увы! напоминают мне...»;
• многосоюзие: И степь, и ночь, и при луне...;
• эллипсис: «Но ты поёшь — и предо мной / Его я вновь воображаю». Пропущено «и под влиянием твоего пения»^[8].

Также в стихотворении есть эпитеты (Грузии печальной, жестокие напевы, призрак милый, роковой).