Я думал, сердце позабыло…

Первый черновой набросок стихотворения был создан в Москве во второй половине января 1831 года^[1]. Стихотворение было адресовано неизвестной женщине и содержало строки, которые впоследствии были отброшены^[2]. Под текстом поэт нарисовал два шаржированных женских профиля^[1] с удлинёнными носами и два лица анфас. Шаржированные портреты могут относиться, согласно предположению Рэдмоны Жуйковой, к Анне Олениной (ей поэт делал предложение ранее и получил отказ), Михаил Беляев считает их портретами Елены Завадовской. По предположению Виктора Есипова, один нешаржированный портрет — изображение невесты поэта Натальи Гончаровой, на которой он женился через месяц после создания черновика. Из такой атрибуции рисунка Есипов делает вывод, что стихотворение, вероятно, обращено к Наталье Гончаровой, которая в уме поэта на тот момент затмила других красавиц^[3].

Поэт вернулся к работе над произведением осенью 1835 года в Михайловском. В сентябре или октябре он написал второй (беловой) автограф, но работа осталась незавершённой. На листе белового автографа — шаржированный автопортрет поэта в рост^[4].

Впервые стихотворение опубликовано в 1855 году Павлом Анненковым в книге «Материалы к биографии А. С. Пушкина» и в изданном им в том же году первом томе «Сочинений Пушкина» (стр. 212)^[5][6].

В собрания сочинений Пушкина стихотворение включается с 1859 года, с издания под редакцией Григория Геннади^[7][6].

Я думал, сердце позабыло

Способность лёгкую страдать,

Я говорил: тому, что было,

Уж не бывать! уж не бывать!

Прошли восторги, и печали,

И легковерные мечты…

Но вот опять затрепетали

Пред мощной властью красоты^[8].

Стихотворение написано четырёхстопным ямбом, одним из любимых метров Пушкина. Этот метр может передавать разные настроения и смыслы, но часто его используют для передачи сложного душевного опыта. В этом стихотворении он передаёт ощущение непостоянства, бренности^[9].

В первых шести стихах лирический герой говорит о завершении какого-то жизненного цикла. Ему кажется, что его способность страдать от любви достигла предела и чувственные страсти оставили его навсегда, его сердце остыло. В них звучит мотив прощания с прошлыми сердечными увлечениями. Повтор восклицания «Уж не бывать!» укрепляет героя в мысли, что любовные переживания не вернутся. Однако использование глагольных форм прошедшего времени: «Я думал…», «Я говорил…» внушают читателю ощущение неустойчивости этих утверждений^[9].

В финале стихотворения чувство возрождается, герой переживает восторг и трепет «пред мощной властью красоты». В последнем ударном слоге (-ты) исследователь Валерий Прозоров усматривает скрытое обращение^[9].

• Романс на текст стихотворения Ольги Донауровой (1851—1918)^[10][11].
• Романс Евгения Аленева (1864—1902)^[12].
• Романс польского композитора Витольда Малишевского (1873—1939)^[13].
• Романс Сергея Разорёнова (1909—1996)^[14].
• Романс Бенджамина Бриттена (1913—1976)^[15]
• Романс Анатолия Самонова (1931—2013)^[13] и др.