Сад богов (Шумер)

Шумерский рай обычно ассоциируется с цивилизацией Дильмун в Восточной Аравии^[4]. Генри Роулинсон впервые высказал предположение о географическом расположении Дильмуна в Бахрейне в 1880 году^[5]. Позднее эту теорию развил Фридрих Делич в своей книге «Wo lag das Paradies» в 1881 г., предположив, что он находился в верховьях Персидского залива^[6]. На эту тему выдвигались и другие различные теории. Дильмун впервые упоминается в связи с Куром (горой), и это особенно проблематично, так как Бахрейн очень плоский, а его самый высокий выступ составляет всего 134 метра^[5]. Кроме того, в раннем эпосе «Энмеркар и владыка Аратты» строительство зиккуратов в Уруке и Эриду описывается как происходящее в мире «до того, как Дильмун ещё не был заселён». В 1987 году Тереза Ховард-Картер поняла, что в местах, расположенных на этой территории, нет археологических свидетельств поселения, датируемого 3300-2300 годами до нашей эры. Она предположила, что Дильмун мог существовать в разные эпохи, и одна из этих эпох может быть до сих пор неизвестной^[7][8].

В девятой табличке стандартной версии «Эпоса о Гильгамеше» Гильгамеш путешествует в сад богов через Кедровый лес и глубины Машу, сопоставимое место в шумерском варианте — «гора кедровой вырубки»^[9][10][11]. От «драгоценного сада» Гильгамеша осталось мало описаний, поскольку 24 строки мифа были повреждены и не могли быть переведены на том этапе текста^[12].

Археолог Франс де Лиагр Бёль подчёркивает, что слово «Машу» в шумерском языке означает «близнецы». Дженсен и Циммерн считали, что это географическое положение между горами Ливан и Хермон в Антиливанских горах^[10]. Эдвард Липинский и Кайл Маккартер-младший предположили, что сад богов относится к горному святилищу в Ливане и Антиливане^[13][14]. Другие учёные нашли связь между Кедровым лесом (Cedrus libani) и садом богов. Сад находится рядом с лесом:

«Сария (Сирион/гора Хермон) и Ливан трепещут от вырубки кедров»^[15][16].

Теофил Пинчес в 1908 году предположил, что Эриду был шумерским раем, назвав его «не земным городом с таким названием, а городом, который, по его представлениям, лежал „внутри Бездны“ и содержал дерево жизни, питаемое рекой Евфрат»^[17]. Пинчес отметил, что «он был представлен как место, доступ в которое был запрещён, поскольку „никто не входил в его середину“, как в случае с Эдемским садом после грехопадения». В мифе под названием «Заклинание Эриду» он описывается как место, где есть «славный фонтан бездны», «дом мудрости», священная роща и дерево kiskanu с подобием афганского лазурита^[18]. Фуад Сафар также обнаружил остатки канала, проходящего через Эриду, во время археологических раскопок 1948—1949 годов^[19]. Уильям Фоксвелл Олбрайт отметил, что «Эриду используется как название Абзу, так же как Куту (Кутха), город Нергала, является общим названием Аралу», подчеркнув проблемы перевода, когда несколько мест назывались одним и тем же именем^[20]. Альфред Джеремиас предположил, что Аралу — это то же самое, что Ариэль на Западном берегу реки Иордан, и означает одновременно гору богов и место запустения^[21]. Как и в случае со словом Экур, это позволило предположить, что идеи, связанные с нечистым миром, пришли из горной страны за пределами Вавилонии^[22].

Миф об Энлиле и Нинлиль открывается описанием города Ниппура, его стен, реки, каналов и колодца, который изображается как дом богов и, по словам Крамера, «кажется, существовал ещё до сотворения человека». Эндрю Р. Джордж считает, что «Ниппур был городом, населённым богами, а не людьми, и это позволяет предположить, что он существовал с самого начала». Он рассматривает Ниппур как «первый город» (uru-sag, «вершина города» или «голова») Шумера^[23]. Этой концепции Ниппура вторит Джоан Гудник Вестенхольц, описывая его как «civitas dei», существовавший до «axis mundi»^[24].

Джордж также отметил, что ритуальный сад был воссоздан в «Большом саду Ниппура, скорее всего, священном саду в храмовом комплексе Э-кур (или Дур-ан-ки), описанном в культовой песне Энлиля как „сад небесной радости“»^[23]. Известно, что храмы в Месопотамии также украшали свои зиккураты святилищем и священной рощей деревьев, напоминающей Висячие сады Вавилона^[26].

В храмовом гимне Кеша, первом зафиксированном описании (ок. 2600 г. до н. э.) владений богов, говорится о том, что они имеют цвет сада: «Четыре угла неба стали для Энлиля зелёными, как сад»^[25]. В более раннем переводе этого мифа, сделанном Джорджем Аароном Бартоном в книге Miscellaneous Babylonian Inscriptions/«Разные вавилонские надписи», он считает, что он читается как «В Хурсаге сад богов был зелёным»^[27].

Другой шумерский миф о сотворении мира, «Спор между овцами и зерном», открывается с места «холма неба и земли» и описывает различные сельскохозяйственные разработки в пасторальной обстановке. Эдвард Чиера считает, что это «не поэтическое название земли, а место обитания богов, расположенное в точке, где небеса опираются на землю. Именно там человечество имело своё первое место обитания, и именно там должен располагаться вавилонский Эдемский сад»^[28] Шумерское слово Edin означает «степь» или «равнина»^[29], поэтому современные учёные отказались от использования фразы «вавилонский Эдемский сад», поскольку стало ясно, что «Эдемский сад» был более поздним понятием.

Эпос о Гильгамеше описывает путешествие Гильгамеша в чудесный сад богов, который является источником реки, рядом с горой, поросшей кедрами, и упоминает «растение жизни». В мифе рай обозначен как место, где обожествлённый шумерский герой потопа Утнапиштим (Зиусудра) был взят богами, чтобы жить вечно. Попав в сад богов, Гильгамеш находит всевозможные драгоценные камни, что напоминает Бытие 2:12:

Был сад богов: вокруг него росли кусты, приносящие драгоценные камни… плоды сердолика, с которых свисала лоза, прекрасная на вид; листья лазурита, увешанные плодами, сладостные на вид… редкие камни, агат и жемчуг из моря"^[30].

Миф об Энки и Нинхурсаг также описывает шумерский рай как сад, для орошения которого Энки получает воду от Уту^[26].

В песне о мотыге Энлиль создаёт человека мотыгой, а ануннаки распространяются из первоначального сада богов. В ней также упоминается Абзу, построенная в Эриду^[25].

Гимн Энлилю восхваляет лидера шумерского пантеона в следующих выражениях:

Ты основал его в Дур-ан-ки, в середине четырёх четвертей земли. В его почве — жизнь страны и жизнь всех чужеземных стран. Его кирпичная кладка — красное золото, его фундамент — лазурит. Ты сделал его сверкающим на высоте"^[31].

В более поздней персидской литературе райский сад обозначается словом pairi-Daeza, что означает «сад», «ограждение» или «фруктовый сад»^[32]. Арабское слово «рай» или «сад» в Коране — Джаннат, что буквально означает «скрытое место». Предполагается, что под джанной протекают два водотока, где описываются большие деревья, горы из мускуса, между которыми текут реки в долинах из жемчуга и рубина^[33]. Особенности этого райского сада описаны в параболе в Коране 47:15-15^[34][35]. Исламские сады могут дополнительно разделять водотоки на четыре, встречающиеся у источника и включающие святилище для тени и отдыха^[36][37].

В мифах о культуре и традиции Большого Ирана Джамшид описывается как спаситель мира, построивший волшебный сад на вершине горы. В этом саду растёт дерево жизни и течёт река, приносящая плодородие земле. Джамшид предупреждён Ахурамаздой о приближении ледяной зимы и поэтому создаёт это ограждение, чтобы защитить семена жизни, когда наступит климатическая катастрофа^[38].