Хендурсага

Хендурсага (клинопись: 𒀭𒉺𒊕, Dḫendur-saŋ)[1], также называемый Хендурсанга[2] или Эндурсага[3] (𒀭𒉺𒊕𒂷, Dḫendur-saŋ-ŋa2) — месопотамский бог. Считался божественным ночным стражем[4]. Обычно его ассоциировали с богиней Нанше[5]. В ряде списков богов приравнивался к аккадскому богу Ишуму.

Общие сведения
Хендурсага
клинопись: 𒀭𒉺𒊕
Мифология Шумеро-аккадская мифология
Культовый центр Лагаш

Имя

Этимология имени Хендурсага точно не известна. Однако возможно, что оно связано с его функциями и может быть переведено с шумерского как «носитель факела (или посоха), идущий впереди»[6]. Слово ḫendur в других источниках не встречается, но предполагается, что оно связано с аккадским ḫuṭāru, типом посоха[6].

Описание

Хендурсага был божественным стражем[7]. Его характеризовали как «бога защиты с дружелюбным лицом»[7]. Засвидетельствованные эпитеты, приписываемые только ему, включают «главный герольд», «страж улицы» и «светильник народа», применяемые только к нему, а также «главный герольд», «верховный констебль», «герольд тихой улицы» и «герольд тихой ночи» и «герой, который ходит ночью», разделяемые с Ишумом[8]. В тексте обращения Мардука к демонам он назван «богом, который бродит по улицам»[9]. По мнению Эндрю Р. Джорджа, слово nimgir/nāgiru, присутствующее во многих из этих эпитетов, которое условно переводится как «вестник», в данном контексте следует понимать как «констебль», «городской глашатай» или «ночной сторож»[9].

Связи с другими божествами

Начиная с древневавилонского периода, Хендурсага стали приравнивать к Ишуму в двуязычных контекстах, причём первый фигурировал в шумерских, а второй — в аккадских формулах[2]. Они также приравнивались друг к другу в списках богов Вайднера и Ниппура[2], и такое приравнивание может быть засвидетельствовано в копии Ан = Анум, хотя из-за состояния сохранности и возможных ошибок переписчиков это неопределённо[10]. Другим богом, тесно связанным с ними обоими, был Энгидуду, божественный страж ворот Табира в городе Ашшур[11]. В «Эпосе об Эрре» Энгидуду используется как альтернативное имя Ишума[12].

Хендурсага также был тесно связан с Нанше[7]. Согласно гимну, посвящённому ему, она наделила его функциями, а также знаком отличия — посохом (или, возможно, факелом)[12]. Считается, что Хендурсага также служил её советником и сотрудничал с её управителем Энниглулу[12].

В гимне Нанше Хендурсага назван сыном Уту[10].

Возможно, в третьем тысячелетии до н. э. его женой была Думузи-абзу, богиня-покровительница Кинунира (Кинирша), города в государстве Лагаш, хотя в тот период семейные отношения между божествами часто были особенно изменчивыми или неопределёнными[13]. В более поздней традиции его женой была Нинмуг, богиня ремёсел и рождения из Кисига[14]. Это было вторичное развитие, основанное на эквивалентности между ним и Ишумом, супругой которого обычно являлась Нинмуг[14].

В шумерском гимне Хендурсаге говорится, что ему помогают три группы из семи сопровождающих[15]. Первая группа из семи человек подробно описана в гимне. Они были известны как «воины», и есть предположение, что эта гептада связана с гептадой Себитти, которая появилась в более поздние времена[15]. Неясно, являются ли они гибридами животных, или же это магические животные[16]. Каждый из них ассоциируется с одним конкретным существом: Лиса, собака, две птицы (одна описывается как клевавшая насекомых, возможно, ворона, другая — огромный стервятник, пожирающий трупы), волк, птица нин-имма (вероятно, сова) и акула[15].

Поклонение

Хендурсага был одним из божеств, главным образом связанных с территорией, контролируемой государством Лагаш[17].

В Уре могла существовать часовня Хендурсаги, рядом с часовней, возможно, посвящённой Ниншубур[18]. Идентификация обоих святилищ основана на надписях на наконечниках булав, найденных при раскопках[18]. Однако также утверждается, что эти предметы могли не иметь культовой функции[19].

Согласно гимну, посвящённому Хендурсаге, считалось, что зажигание факела и обращение к его имени гарантируют безопасный проход по городским улицам ночью[6]. В заклинании содержится просьба защитить его от демонов, включая галлу, машкима, удуга и «злого ламма»[6]. Хотя ламма обычно понималась как тип благосклонной богини-покровительницы[20], известны также многочисленные упоминания о «злой ламме» (dlama hul), хотя они встречаются редко[21]. «Злая ламма» упоминается в аналогичном перечислении демонов в тексте, посвящённом богине медицины Нинисине[21].

Примечания

Литература

  • Asher-Greve, Julia M. Goddesses in Context: On Divine Powers, Roles, Relationships and Gender in Mesopotamian Textual and Visual Sources / Julia M. Asher-Greve, Joan G. Westenholz. — 2013. — ISBN 978-3-7278-1738-0.
  • Edzard, Dietz-Otto. Gudea and his dynasty. — University of Toronto Press, 1997. — ISBN 0-8020-4187-6.
  • George, Andrew R. (2015). “The Gods Išum and Ḫendursanga: Night Watchmen and Street-lighting in Babylonia”. Journal of Near Eastern Studies. University of Chicago Press. 74 (1): 1—8. DOI:10.1086/679387. ISSN 0022-2968. S2CID 161546618.
  • Konstantopoulos, Gina. Shifting Alignments: The Dichotomy of Benevolent and Malevolent Demons in Mesopotamia // Demons and Illness from Antiquity to the Early-Modern Period. — BRILL, 2017. — P. 17–38. — ISBN 9789004338531. — doi:10.1163/9789004338548_003.
  • Such-Gutiérrez, Marcos (2005). “Untersuchungen zum Pantheon von Adab im 3. Jt”. Archiv für Orientforschung [нем.]. Archiv für Orientforschung (AfO)/Institut für Orientalistik. 51: 1—44. ISSN 0066-6440. JSTOR 41670228. Дата обращения 2022-03-31.
  • Verderame, Lorenzo (2017-01-01). “The Seven Attendants of Hendursaĝa: A study of animal symbolism in Mesopotamian cultures (draft)”. L. Verderame, the Seven Attendants of Hendursaĝa: A study of animal symbolism in Mesopotamian cultures, L. Feliu - F. Karahashi - G. Rubio, the First Ninety Years: A Sumerian Celebration in Honor of Miguel Civil (SANER 12), de Gruyter, Berlin, 2017, 396-415. Дата обращения 2022-05-15.