Историческая основа романа Л. Н. Толстого «Война и мир»

Действие романа Л. Н. Толстого «Война и мир» охватывает события с 1805 по 1820 год. Ключевые исторические события, описанные в романе:

• Военная кампания 1805 года Англии в союзе с Россией и Австрией против Наполеона (Шёнграбенское сражение, поражение в битве под Аустерлицем).
• Тильзитский мир, заключённый в 1807 году Александром I и Наполеоном.
• Отечественная война 1812 года и её центральные события:
  • переход французских войск через Неман,
  • сдача Смоленска,
  • Бородинское сражение,
  • совет в Филях,
  • французская оккупация Москвы, московский пожар,
  • партизанская война,
  • отступление французской армии.

Работая над «Войной и миром», Л. Н. Толстой обращался к разным историческим источникам. Он признавался, что за шесть лет, пока он писал роман, у него сложилась целая библиотека, в которой были труды русских и французских историков, художественные произведения той эпохи, документы, воспоминания участников Отечественной войны 1812 года и восстания декабристов. Вот некоторые источники, которые использовал писатель:

• «Описание Отечественной войны 1812 года» и «Описание войны 1813 года» А. И. Михайловского-Данилевского,
• «История консульства и империи во Франции» А. Тьера (том 14),
• «История Отечественной войны 1812 года: в 3 томах» М. И. Богдановича,
• «История нашествия императора Наполеона на Россию» Д. П. Бутурлина,
• «Пятидесятилетие Бородинской битвы, или Кому и в какой степени принадлежит честь этого дня?» И. П. Липранди и др.^[1],
• «Военные записки» Д. В. Давыдова, воспоминания братьев С. Н. Глинки («Записки о 1812 годе») и Ф. Н. Глинки («Очерки Бородинского сражения…»), записки И. И. Лажечникова^[2], И. Т. Радожицкого^[3], Н. И. Тургенева, П. И. Шаликова и др.,
• сочинения В. А. Жуковского, М. Н. Загоскина, И. А. Крылова и др.

Осенью 1867 года Л. Н. Толстой ездил на Бородинское поле, чтобы уточнить детали главной битвы Отечественной войны^[4].

А. И. Михайловский-Данилевский в своих исторических трудах показывал М. И. Кутузова верным исполнителем идей императора Александра I, Адольф Тьер в «Истории консульства и империи» изображал Наполеоновские войны с пронаполеоновских позиций. Л. Н. Толстой, прочитав эти и множество других исторических источников, решил «составить истинную правдивую историю Европы нынешнего века»^[5]. Толстой не просто опирается на источники. Часто на страницах романа он вступает в диалог с их авторами, бросает историкам вызов. Кроме того, он учитывает психологическую ситуацию создания того или иного исторического источника: свидетельства участников, описывающих своё субъективное восприятие событий, вызывали у него больше доверия, нежели официальная документация^[6].

На основе изучения исторических материалов у Л. Н. Толстого сформировался свой взгляд на исторические события, их причины и движущие силы. За время работы над романом писатель постоянно уточнял и оттачивал свои представления. В 1868 году он писал М. П. Погодину:

Мой взгляд на историю не случайный парадокс, который на минутку занял меня. Мысли эти — плод всей умственной работы моей жизни и составляют нераздельную часть того миросозерцания, которое Бог один знает, какими трудами и страданиями выработалось во мне и дало мне совершенное спокойствие и счастье.

Л. Н. Толстой рассматривал историю не как череду правлений разных монархов и завоеваний, совершённых великими полководцами. Он считал, что история — это «общая, роевая жизнь человечества», соответственно, главная её движущая сила — народные массы. С его точки зрения, отдельная личность не может значительно повлиять на историю. В «Войне и мире» Наполеон заблуждается, что он творит ход истории. Для Толстого он подобен ребёнку, который думает, что правит экипажем, дёргая за тесёмочки внутри кареты. По Толстому, исход конкретного сражения и всей войны определяется духом войска и единством народа. А судьбы народов зависят от их убеждённости в своём моральном превосходстве и от их силы воли^[4], точнее, от соединения воли и однонаправленных устремлений множества людей. Так, к победе русских в Отечественной войне 1812 года, по Толстому, привело общее желание русских людей не покориться захватчику.

Л. Н. Толстой считает, что нужно «оставить в покое царей, министров и генералов, а изучать однородные, бесконечно малые элементы, которые руководят массами». Тем не менее историческим деятелям (полководцам, царям, министрам и офицерам) в «Войне и мире» уделяется много внимания. Но в итоге писатель оценивает этих исторических личностей с точки зрения того, выражали ли они своими решениями волю и устремления народа. К примеру, Кутузов, по Толстому, этому критерию соответствует, он «представитель русского народа»: он не хочет впустую жертвовать жизнями многих людей, поэтому принимает решение сдать Москву, осознавая, что в итоге это позволит выиграть войну.

В третьем томе «Войны и мира» начинаются авторские рассуждения о причинах и ходе войны, а также о тех силах, которые движут народами. В полной мере автор выражает свои представления об истории во второй части эпилога^[5].

В статье «Несколько слов по поводу книги „Война и мир“» (1868) Толстой так описывает разницу между художественным на научным описанием исторических событий^[7]:

Историк и художник, описывая историческую эпоху, имеют два совершенно различные предмета. Как историк будет неправ, ежели он будет пытаться представить историческое лицо во всей его цельности, во всей сложности отношений ко всем сторонам жизни и тем невольно упуская и заслоняя главную свою задачу — указать на участие лица в историческом событии, так художник не исполнит своего дела, понимая лицо так, как историк, представляя его всегда в его значении историческом^[8].

Таким образом, если историка интересует та или иная личность с точки зрения её влияния на историческое событие, то для художника это прежде всего человек, интересный ему «во всей его цельности, во всей сложности отношений ко всем сторонам жизни»^[7].

Хотя Л. Н. Толстой стремился к точности и реалистичности в изображении исторических битв, он отстаивал право художника изображать исторических деятелей и события вольно, прибегать к вымыслу^[7]. Так, для него важно показать не только принятые тем или иным полководцем решения и их последствия, но также его мысли и устремления, ощущения от происходящего^[5]. Толстого интересует бытовое поведение человека на войне, а также внутренние изменения, которые с ним происходят, тончайшие движения его души.

С другой стороны, исследователь И. И. Бендерский отмечает, что Толстой в «Войне и мире» разрушает незыблемую в то время границу между художественным и научным изображением истории:

Несмотря на свою романную природу толстовское повествование перешагивает границу художественного и открыто вторгается в область исторических исследований, а также работ по философии и методологии истории^[9].

Например, Бородинское сражение Л. Н. Толстой описывает с разных сторон. Так, его описание битвы содержит:

• военно-исторический анализ (например, рассуждение о позициях армий перед сражением, в том числе отображённое на схеме);
• анализ исторических источников («диспозиция» Наполеона перед сражением);
• историографические замечания (критика «общепринятых описаний» битвы);
• описание психологического состояния участников битвы^[6].

Литературовед А. А. Сабуров, рассуждая об историзме в «Войне и мире», приходит к выводу, что в этом произведении «и художественная фабула, и реальный факт, выхваченный из живой действительности, и теоретическая мысль следуют одно за другим или выступают в сложном единстве»^[7].

Вопрос о соответствии описанных в романе исторических событий фактам, историческим документам и свидетельствам очевидцев этих событий поднимался многими исследователями. При этом мнения исследователей подчас диаметрально противоположны. Так, и современники Толстого (А. С. Норов, П. А. Вяземский, А. Н. Витмер и др.), и историки и литературоведы последующих эпох находили в романе многочисленные расхождения с историческими документами (В. Б. Шкловский, М. Н. Покровский и др.). Однако были и те, кто находил изображение в романе исторических событий фактически или по сути достоверными (А. К. Бороздин^[10], П. К. Щербальский^[11], Н. А. Лачинов^[12] и др.)^[13].