Крейцерова соната (повесть)

По словам автора, идея повести возникла благодаря письму неизвестной женщины, которое он получил в феврале 1886 года:

Так, основная мысль, скорее сказать, чувство, „Крейцеровой сонаты“ принадлежит одной женщине, славянке, писавшей мне комическое по языку письмо, но замечательное по содержанию об угнетении женщин половыми требованиями.

С. А. Толстая писала в дневниках, что источником идеи стал рассказ актёра В. Н. Андреева-Бурлака, услышанный в поезде от случайного попутчика (об измене жены)^[1].

П. И. Бирюков, биограф писателя, утверждал, что одним из толчков к созданию повести стало впечатление писателя от исполнения сонаты Бетховена, посвящённой Крейцеру. Л. Н. Толстой предложил присутствующим И. Е. Репину и В. Н. Андрееву-Бурлаку выразить вызванные сонатой чувства средствами своего искусства^[2]. Также в конце 1870-х годов в Ясную Поляну приезжал скрипач И. М. Нагорнов, исполнявший там «Крейцерову сонату». Брат писателя С. Л. Толстой предполагал, что некоторые черты И. М. Нагорного отразились в образе Трухачевского^[3].

Писатель начал работать над повестью в октябре 1887 года, многократно её перерабатывал. Согласно дневниковой записи Л. Н. Толстого, 31 августа 1889 года он читал повесть первым слушателям. Восьмая редакция текста ещё до публикации вопреки воле автора распространялась в списках. По словам Т. А. Кузминской, «даже этот черновой список сделался событием»: «повесть всех подняла, задела за живое», вызвала отклики в печати. Н. С. Лесков написал рассказ «По поводу „Крейцеровой сонаты“» (из «Рассказов кстати»), эпиграфом к которому стала цитата из предпоследней редакции повести, не вошедшая в её окончательный вариант^[1].

Л. Н. Толстой намеревался опубликовать повесть в сборнике, посвящённом памяти С. А. Юрьева, редактора «Русской мысли», однако цензура её не пропустила. В составе «Сочинений гр. Л. Н. Толстого» она тоже была запрещена. С. А. Толстая обращалась с просьбой пропустить произведение в печать к И. Н. Дурново, в то время министру внутренних дел, но ей отказали^[1]. Только после беседы графини Александры Толстой (двоюродной тёти Льва Толстого, камер-фрейлины, воспитательницы великой княжны Марии Александровны) с императором Александром III было получено разрешение опубликовать повесть в составе очередного тома собрания сочинений Толстого^[4]. По свидетельству В. Г. Черткова, разрешения на публикацию повести добивалась у императора жена писателя С. А. Толстая^[1].

В 1890 году американская почта запретила рассылку газет, где была напечатана повесть. Некоторые американские издательства для рекламы повести выпустили в виде отдельной брошюры отрывки из неё и распространяли с помощью уличных торговцев в Нью-Йорке за символическую цену. В городе даже появились повозки, на которых крупными буквами было написано: «Запрещено русским правительством и генерал-почтмейстером Соединённых Штатов лучшее произведение Толстого „Крейцерова соната“»^[5]. Позднее президент США Теодор Рузвельт охарактеризовал Толстого как «человека с извращенной половой моралью»^[6].

В России цензурный запрет был полностью снят только в 1900 году^[1].

Впервые повесть опубликована в 1891 году в тринадцатой части «Сочинений гр. Л. Н. Толстого» (раздел «Произведения последних годов»)^[1].

Вокруг повести быстро разгорелась полемика. Церковнослужителей беспокоило, что Л. Н. Толстой критиковал современный брак с христианских позиций. Так, архиепископ Никанор счёл произведение «богохульством» и «насмешкой над церковью», но вынужден был признать, что писатель открыл «много поражающей, неслыханной прежде правды»^[1].

Критик Н. К. Михайловский, не разделявший философских взглядов писателя, высоко оценил художественные достоинства повести и призывал читателей различать взгляды автора и героя повести:

„Крейцерова соната“ есть во всяком случае художественное произведение, а Позднышев — художественный образ. В какой мере автор вложил ему в уста свои собственные убеждения и в какой мере эти убеждения видоизменяются тем особенным положением, в которое Позднышев поставлен фабулой повести, об этом можно только догадываться^[7].

Критик М. А. Протопопов указал на противоречивость образа Позднышева: «Вся беда Позднышева в том, что он человек не цельный, а половинчатый…»^[8]. Однако мысли героя он счёл авторскими^[1]. А. П. Чехов в письме к А. Н. Плещееву характеризовал повесть так:

…Едва ли можно найти что-нибудь равносильное по важности замысла и красоте исполнения. Не говоря уж о художественных достоинствах, которые местами поразительны, спасибо повести за одно то, что она до крайности возбуждает мысль. Читая её, едва удерживаешься, чтобы не крикнуть: „Это правда!“ или „Это нелепо!“. Правда, у неё есть очень досадные недостатки. <…> Так, его суждения о сифилисе, воспитательных домах, об отвращении женщин к совокуплению и проч. не только могут быть оспариваемы, но и прямо изобличают человека невежественного, не потрудившегося в продолжение своей долгой жизни прочесть две-три книжки, написанные специалистами. Но всё-таки эти недостатки разлетаются, как перья от ветра; ввиду достоинства повести их просто не замечаешь, а если заметишь, то только подосадуешь, что повесть не избегла участи всех человеческих дел, которые все несовершенны и не свободны от пятен^[9].

Исабель Хэпгуд, американская переводчица Л. Н. Толстого, отказалась от завершения начатого перевода повести:

…Я нахожу язык «Крейцеровой сонаты» чрезмерно откровенным… Описание медового месяца и их семейной жизни почти до самого момента финальной катастрофы, как и то, что этому предшествует, является нецензурным.

Вместе с повестью в «Сочинениях гр. Л. Н. Толстого» было опубликовано и Послесловие к «Крейцеровой сонате», над которым писатель работал с осени 1889 года до весны 1890 года. В нём он отвечает на вопрос: «что думает сам автор о предмете рассказа». Как и сама повесть, «Послесловие» стало распространяться в списках ещё до публикации.

В журнале «Вопросы философии и психологии», где Л. Н. Толстой собирался опубликовать «Послесловие», ему отказали из-за цензурных запретов^[1].

Молодой И. А. Бунин был впечатлён «Послесловием» настолько, что обратился к Л. Н. Толстому в письме с просьбой о своём визите в Ясную Поляну^[1]. А. П. Чехов оценил «Послесловие» критически, сравнив писателя с Диогеном, который «ругает докторов мерзавцами» и «невежничает с великими вопросами», зная, что ему это ничем не грозит^[9].

В поезде разворачивается оживлённый спор о браке и любви. Среди пассажиров резко выделяется угрюмый и необщительный господин. Неожиданно он прерывает разговор, задавая язвительные вопросы о природе истинной любви, и шокирует всех, представившись как Василий Позднышев, убивший собственную жену. Это заявление повисает в воздухе, обрывая дискуссию.

Позднышев рассказывает, как в молодости беззаботно распутничал, жалуется, что женские платья предназначены для возбуждения мужских желаний. Он утверждает, что никогда женщины не получат равные права, пока мужчины воспринимают их как объект страсти, при этом описывает их власть над мужчинами.

Позднышев делится с одним из попутчиков своей историей. До брака он вёл распутный образ жизни, как и всё его окружение. Однако потом, желая создать семью с возвышенными и чистыми отношениями, нашёл девушку из небогатой семьи и убедил себя, что она нравственно чиста. Однако всё пошло не по плану, их медовый месяц не складывался. На третий или четвёртый день Позднышев застал жену скучающей, стал расспрашивать, обнял, она заплакала, не сумев объяснить ему своих чувств. Ей было грустно и тяжело, а лицо выражало неожиданную холодность и враждебность. Позднышев ещё не понимал, что эта враждебность была реакцией на него самого. Но потом произошла череда ссор, и Позднышев почувствовал, что его брак был ошибкой, но не решился признаться в этом ни себе, ни другим.

До роковых событий за восемь лет брака у супругов Позднышевых родилось уже пятеро детей. К этому моменту супруги совсем отдалились друг от друга, и жена начала искать утраченную радость жизни. Позднышев пригласил в дом скрипача-учителя Трухачевского, к которому с первого же взгляда почувствовал отторжение и ревность. Его жена была восхищена скрипачом, и они вместе играли «Крейцерову сонату» Бетховена на организованном в доме Позднышева музыкальном вечере. Ревнивый муж воспринял совместное исполнение сонаты как скрытое признание в любви. Однако после вечера главный герой успокоился и уехал по делам.

В отъезде он получает письмо от жены, что скрипач занёс ей ноты, в то время как уговора об этом не было, и герой, вновь поддавшись ревности, срывается обратно в Москву. Неожиданно вернувшись домой ночью, он застаёт Трухачевского в своём доме. Скрипач убегает, а муж, ослеплённый яростью, хватает кинжал и наносит жене смертельный удар. Когда он видит её тело в гробу, он понимает, что совершил нечто ужасное и неотвратимое. Позднышев провёл одиннадцать месяцев под арестом, а затем был оправдан судом присяжных как совершивший убийство в состоянии аффекта, «защищая свою поруганную честь». Лишившись семьи, герой остался наедине со своим горем.

Л. Н. Толстой в повести обращается к теме семьи и брака, обличая современный ему институт брака как отношения купли-продажи. Под впечатлением своего преступления герой повести переосмысливает свою жизнь. Главной своей виной Позднышев считает то, что он не хотел видеть в своей жене человека, рассматривал её лишь как инструмент наслаждения, не обращая внимания на её душу. В повести звучит идея, что люди утратили искренность, человечность в своих отношениях, союз между мужчиной и женщиной стал определяться ложью и материальной выгодой. Именно в таких обстоятельствах в душе Позднышева просыпается «зверь» — ревность, истоки которого писатель видит в животной чувственности. Герой не в силах совладать с этим «зверем», и это приводит к трагедии^[10].

Ряд исследователей соотносит повесть с произведением Бетховена, давшим ей название (Соната № 9 для скрипки и фортепиано ля мажор, op. 47). Так, С. А. Петрова сравнивает структуру повести и сонаты Бетховена. Она отмечает, что Л. Н. Толстой уделяет большое внимание голосовым особенностям персонажа: «Особенность этого господина состояла ещё в том, что он изредка издавал странные звуки, похожие на откашливанье или на начатый и оборванный смех». Таким образом, символически Позднышев в повести соотносится со скрипкой (об этом говорит его эмоциональная исповедь, а также характерные звуки), а рассказчик — с фортепиано. Также она сопоставляет композиционное построение сонаты и повести: текст делится на три части (экспозиция, разработка, реприза), с повторяющейся темой убийства жены. Связь текста с музыкой, по мнению исследователя, позволяет объяснить многие значимые моменты в повести^[11]. О связи произведения с музыкой писали также Н. А. Переверзева, Е. Исаева и др.^[12]

Однако среди литературоведов также существует представление, что повесть никак не связана с произведением Бетховена. Такого мнения придерживались, например, В. А. Жданов («Замысел Крейцеровой сонаты не связан ни с музыкой вообще, ни с бетховенской сонатой в частности»)^[13], И. Р. Эйгес и др.^[12]

• 2008 — МХТ им. Чехова, режиссёр Антон Яковлев^[14].
• 2009 — «Кројцерова соната» (Македония), режиссёр Лупцо Бреслиски.
• 2009 — Московский драматический театр имени А. С. Пушкина, режиссёр Александр Назаров^[15].
• 2011 — монодрама театра «Гешер»
• 2013 — Театр «Глобус», Новосибирск, режиссёр Алексей Крикливый^[16].
• Монодрама в 1-м действии, «Крейцерова соната», Тюменский драматический театр, режиссёр Александр Баргман^[17]
• 2016 — Могилёвский областной драматический театр, «Крейцерова соната» в 2-х действиях, режиссёр Саулюс Варнас.
• 2016 — театр-фестиваль «Балтийский дом», спектакль «Семья», режиссёр Анатолий Праудин.
• 2017 — театр «Балет Москва», хореограф Роберт Бинет.
• 2021 — Национальный академический драматический театр им. М. Горького, Минск, режиссёр Мария Матох^[18].
• 2022 — Государственный музей Л. Н. Толстого, режиссёр Евгений Пеккер^[19].

• 1911 — «Крейцерова соната», Российская империя, режиссёр Пётр Чардынин (фильм не сохранился).
• 1914 — «Крейцерова соната», Российская империя, режиссёр Владимир Гардин (фильм сохранился не полностью).
• 1915 — «Крейцерова соната» / The Kreutzer Sonata, США, режиссёр Герберт Бренон.
• 1920 — «Крейцерова соната» / La sonata a Kreutzer, Италия, режиссёр Умберто Фрачча.
• 1922 — «Крейцерова соната» / Die Kreutzersonate, Германия, режиссёр Рольф Петерсен.
• 1927 — «Крейцерова соната» / Kreutzerova sonáta, Чехословакия, режиссёр Густав Махаты.
• 1937 — «Крейцерова соната» / Die Kreutzersonate, Германия, режиссёр Файт Харлан.
• 1938 — «Белые ночи Санкт-Петербурга» / Les Nuits blanches de Saint-Pétersbourg, Франция, режиссёр Жан Древиль.
• 1946 — «Ревность» / Celos, Аргентина, режиссёр Марио Соффичи.
• 1948 — «Влюблённые без любви» / Amanti senza amore, Италия, режиссёр Джанни Франчолини.
• 1956 — «Крейцерова соната» / La sonate à Kreutzer, Франция, режиссёр Эрик Ромер.
• 1956 — «Безумие страсти» / Locura pasional, Мексика, режиссёр Тулио Демикели.
• 1963 — «Крейцерова соната» / Kreutzer-szonáta, Венгрия, ТВ, режиссёр Éva Zsurzs.
• 1969 — «Крейцерова соната» / Kreitserova sonata, Югославия, ТВ, режиссёр Йован Коньович.
• 1974 — «Крейцерова соната» / La sonate à Kreutzer, Франция, ТВ, режиссёр Марсель Крэвен.
• 1978 — «Крейцерова соната» / Kreutzer-sonaatti, Финляндия, ТВ, режиссёр Мирьям Химберг.
• 1985 — «Крейцерова соната» / La sonata a Kreutzer, Италия, ТВ, режиссёр Габриэла Росалева.
• 1987 — «Крейцерова соната», СССР, режиссёры Михаил Швейцер, София Милькина
• 1987 — «Крейцерова соната», Венгрия, режиссёр Эва Журж.
• 2008 — «Крейцерова соната» / The Kreutzer Sonata , США, режиссёр Бернард Роуз.