Рубка леса (рассказ)

Л. Н. Толстой начал работу над рассказом летом 1853 года, когда он проходил военную службу на Кавказе. Во многом он основан на личных наблюдениях автора — участника боевых действий. Первоначальные названия: «Записки кавказского офицера», «Дневник кавказского офицера», «Рубка леса», «Записки фейерверкера». Работа над рассказом продолжена и завершена в Севастополе в мае — июне 1855 года. Толстой решил посвятить новый рассказ И. С. Тургеневу, заметив в нём «много невольного подражания» тургеневским рассказам^[1].

Впервые рассказ опубликован в 1855 году в девятом номере журнала «Современник» с подписью «Л. Н. Т.» и с посвящением И. С. Тургеневу^[1].

Н. А. Некрасов сообщал Толстому 2 сентября 1855 года:

Моё мнение об этой вещи такое: формою она точно напоминает Тургенева, но этим и оканчивается сходство: всё остальное принадлежит Вам и никем, кроме Вас, не могло бы быть написано. В этом очерке множество удивительно метких заметок, и весь он нов, интересен и делен. Не пренебрегайте подобными очерками; о солдате ведь наша литература доныне ничего не сказала, кроме пошлости. Вы только начинаете, и в какой бы форме ни высказали Вы всё, что знаете об этом предмете,— всё это будет в высшей степени интересно и полезно^[2].

И. С. Тургенев в то время с автором знаком не был. Тронутый посвящением, он написал ему письмо, где выражал благодарность^[1]:

Ничего ещё во всей моей литературной карьере так не польстило моему самолюбию^[3].

Действие происходит в 1850-е годы в Чечне во время Кавказской войны. Рассказ ведётся от лица юнкера, командующего взводом артиллерийской батареи.

В один из февральских дней взвод юнкера назначается на «рубку леса» — для сопровождения и прикрытия солдат, которые будут рубить на дрова лес вблизи неприятеля. Ночью колонна выступает и приходит в лес. Рассказчик даёт характеристику солдатам своего взвода (Веленчук, фейерверкер Максимов, бомбардир Антонов, ездовой Чикин, самый старший солдат Жданов и молодой «рекрутик», впервые бывший в походе). Он также предлагает свою классификацию русских солдат:

В России есть три преобладающие типа солдат, под которые подходят солдаты всех войск: кавказских, армейских, гвардейских, пехотных, кавалерийских, артиллерийских и т. д. Главные эти типы, со многими подразделениями и соединениями, следующие:

1) Покорных.

2) Начальствующих и

3) Отчаянных.

Покорные подразделяются на а) покорных хладнокровных, b) покорных пьющих и c) покорных хлопотливых. Начальствующие подразделяются на а) начальствующих суровых и b) начальствующих политичных. Отчаянные подразделяются на а) отчаянных забавников и b) отчаянных развратных^[4].

Артиллеристы сидят у костра, балагур Чикин рассказывает смешные истории. На рассвете за лесной поляной появляются горцы и начинают стрелять, юнкер приказывает выстрелить по ним из орудия, и неприятель отступает. Юнкер беседует с ротным командиром Болховым, который выражает своё разочарование службой на Кавказе. Затем неприятель возвращается и ставит на краю поляны два орудия, время от времени обстреливая рубщиков леса. Тяжело ранят Веленчука, которого увозят на повозке.

К вечеру рубка заканчивается, колонна уходит, однако взводу и одному пехотному батальону приказано остаться до завтра. Юнкер беседует с офицерами, затем возвращается к своему взводу и наблюдает за солдатами. Сообщают, что Веленчук умер. Солдаты разговаривают у костра, Антонов поёт «Берёзушку»^[4].

Рассказ продолжает традиции писателей «натуральной школы». Основной объект изображения — солдатская масса, неоднородная и многоликая. Помимо обобщённого образа солдат писатель изображает и конкретные типы, причём описывает их с большой симпатией:

В русском, настоящем русском солдате никогда не заметите хвастовства, ухарства, желания отуманиться, разгорячиться во время опасности: напротив, скромность, простота и способность видеть в опасности совсем другое, чем опасность, составляют отличительные черты его характера.

Автор изображает повседневное течение жизни солдат на войне. Жизнь солдат и офицеров он показывает как два замкнутых в себе мира, которые почти не пересекаются. Причём в образах солдат он подчёркивает их цельность и нравственную чистоту, офицеры же (Болхов, Кирсанов, Крафт) предстают моральными ничтожествами. Обостряется это противопоставление двух миров в рассказе о «деле 45 года», а также в сцене обстрела (офицеры пытаются сохранить лицо, создать о себе какое-то впечатление, тогда как солдат Антонов искренне выражает свои эмоции)^[1]. В рассказе Л. Н. Толстой использует новые для «натуральной школы» художественные приёмы, раскрывая внутренний мир своих героев. Юнкер-рассказчик не может глубоко познать, что творится в душах солдат, он видит лишь отдельные характеры. Однако писатель использует косвенные приёмы психологизма. Например, когда Антонов у костра поёт «Берёзушку», рассказчик не делится своими эмоциями от песни, а наблюдает, как солдаты реагируют на неё^[1]:

Жданов сидел сначала совершенно неподвижно, с глазами, устремлёнными на тлевшие уголья, и лицо его, освещённое красноватым светом, казалось чрезвычайно мрачным; потом скулы его под ушами стали двигаться всё быстрее и быстрее, и наконец он встал и, разостлав шинель, лёг в тени сзади костра. Или он ворочался и кряхтел, укладываясь спать, или же смерть Веленчука и эта печальная погода так настроили меня, но мне действительно показалось, что он плачет.

В философских представлениях Л. Н. Толстого значимое место занимает вечная природа, которая становится для человека примером естественной и нравственной жизни. Исследователь И. Б. Павлова рассматривает образ леса в рассказе, который также рассматривается писателем как жертва войны (подобно гибнущему солдату Веленчуку). Целью операции было вырубить деревья, расчистить место на три версты. Деревья вырубают, повсюду горят костры, но в лесу по-прежнему царит «спокойная гармония». Природа вносит примирение в человеческую жизнь, полную страданий, насилия и разрушения^[5].

• Л. Толстой. «Рубка леса» (Цикл/Серия: Аудиособрание сочинений. Том 4) — читает Вячеслав Герасимов. Студия АРДИС, 2003.^[6]