АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
О РУВИКИ

Психология благополучия

Психоло́гия благополу́чия — раздел прикладной и теоретической психологии, изучающий субъективные и объективные аспекты благополучия человека, его психологические детерминанты, методы измерения и интервенции, направленные на повышение качества жизни и психического здоровья[1][2].

Общие сведения
Психология благополучия
Область использования Психология

Краткое описание

Психология благополучия объединяет исследования о субъективном благополучии (ощущение счастья и удовлетворённости жизнью), психологическом благополучии (многофакторная конструкция личностного функционирования) и опыте благополучия (моменты положительных/отрицательных переживаний). Исследования показывают связь высокой субъективной удовлетворённости с лучшим здоровьем, социальной адаптацией и продуктивностью[2][3][4].

Разница между позитивной психологией и психологией благополучия

Позитивная психология — это более широкая научная дисциплина, которая фокусируется на изучении позитивных аспектов человеческой жизни в целом[1].

Психология благополучия — это центральное, но не единственное направление внутри позитивной психологии, которое изучает структуру, детерминанты и пути достижения благополучия[2].

История и развитие направления

Ранние работы, связанные с изучением «счастья» и «удовольствия», развивались автономно в философии и экономике; в психологии направление оформилось во второй половине XX века и активно развилось в XXI веке как междисциплинарная область[5].

В 1970-х годах в психологии возникло понятие субъективного благополучия. Это произошло после того, как в сферу интересов учёных вошла древняя философская проблема счастья. Тогда же встал вопрос о том, как можно эмпирически изучить это явление[6].

Теоретические основы и модели

Ключевые концепции

Субъективное благополучие (англ. Subjective well-being, SWB). Понятие SWB включает оценочный компонент (удовлетворённость жизнью) и аффективные компоненты (частота положительных и отрицательных эмоций). SWB изучается с помощью опросников самооценки[3][7].

Психологическое благополучие (англ. Psychological well-being, PWB). Модель Кэрол Рифф (англ. C. Ryff) включает шесть измерений: автономию, личностный рост, смысл жизни, позитивные отношения с другими, управление окружением и самоактуализацию (самопринятие). Для измерения разработаны шкалы Ryff Psychological Well-Being[2].

Эвдемоническое и гедоническое благополучие. Различие между «гедонией» и «эвдемонией» заключается в том, что гедоническое благополучие — это удовольствие, позитивный аффект, удовлетворённость, а эвдемоническое благополучие — это самореализация, смысл, функционирование. Современные подходы часто рассматривают оба аспекта как дополняющие[2][3][8].

PERMA (Seligman) — Мартин Селигман предложил модель PERMA: Positive emotion, Engagement, Relationships, Meaning, Accomplishment — элементы, способные формировать благополучие и служащие ориентирами для практических интервенций[1].

  • Positive emotion, Позитивные эмоции: ощущение счастья, удовольствия и комфорта.
  • Engagement, Погружение/Вовлечённость: состояние «потока», моменты, когда человек полностью погружается в какое-либо занятие, и теряет ощущение времени и самого себя.
  • Relationships, Отношения: наличие позитивных и поддерживающих связей с другими людьми, что является фундаментальным источником благополучия.
  • Meaning, Смысл: принадлежность и служение чему-то большему, чем собственному «Я».
  • Accomplishment/Achievement, Достижения/Успех: стремление к достижению целей и чувству компетентности.

Теория самодетерминации

Теория самодетерминации (англ. Self-Determination Theory). Р. Райан (англ. Richard M. Ryan) и Э. Деси (англ. Edward L. Deci) показали, что удовлетворение трёх базовых психологических потребностей — автономии, компетентности и связанности — способствует мотивации и благополучию. Эта теория часто используется при проектировании программ улучшения благополучия[9].

Автономия — это желание чувствовать себя самодостаточным, контролировать свою жизнь и принимать решения в соответствии со своими ценностями и убеждениями.

Компетентность — это желание быть результативным, успешно выполнять задачи различной сложности, отвечая на требования, которые ставит окружающая действительность.

Связанность — мотивационная основа поведения человека в социальной среде, отражающая желание индивида быть понятым и принятым значимыми людьми.

Экзистенциальные и философские подходы

Философские теории существенно обогащают понимание психологического благополучия, предлагая различные перспективы и модели его достижения.

Экзистенциализм подчёркивает, что благополучие не связано с отсутствием страдания. Согласно этому подходу, важным является умение находить ценность и цель даже в условиях страдания, что способствует внутренней устойчивости и гармонии[10].

Аристотелевская концепция эвдемонии делает акцент на идее «жизни в соответствии с добродетелью»[11].

Стоицизм рассматривает благополучие как результат когнитивного контроля и внутренней устойчивости. Этот подход предполагает принятие неизбежных обстоятельств, развитие добродетелей и управление эмоциями, что помогает достигать спокойствия и гармонии независимо от внешних условий[12].

Благополучие и смысл жизни

В рамках эвдемонического подхода, ориентированного на реализацию человеческого потенциала, понятие смысла жизни играет центральную, организующую роль. Эмпирические исследования показывают, что люди, ощущающие ясную жизненную цель и значимость своего существования, демонстрируют более высокие показатели психологического благополучия. Одной из ключевых функций смысла является регуляция восприятия трудностей. Наличие значимых целей и ценностей позволяет иначе интерпретировать стрессовые события, воспринимая их как вызовы на пути к чему-то важному, а не как бессмысленные страдания[13].

С точки зрения мотивационных моделей, смысл выступает в роли фундаментального «организующего механизма» поведения и личности. Он играет важную роль в жизни человека: определяет долгосрочные цели и приоритеты, способствует внутренней гармонии, объединяя разрозненные цели и действия в единый жизненный план. Таким образом, смысл трансформирует благополучие из состояния сиюминутного удовлетворения в осмысленный и целенаправленный жизненный путь[14].

Методы измерения и методологические вопросы

  • Опросники и шкалы: шкала удовлетворённости жизнью, шкалы положительных/отрицательных аффектов, Русскоязычная версия опросника ментального благополучия, Тест смысложизненных ориентаций Д. А. Леонтьева, Шкала субъективного благополучия А. В. Ворониной и др.[15][16][2][17][6].
  • Моментные методы (англ. experience sampling, EMA) — сбор данных о переживаниях «в моменте» для оценки переживаемого благополучия и оценочного благополучия[18].

Официальная статистика: с 2010-х годов многие национальные и международные организации внедрили измерения субъективного благополучия в опросы (OECD рекомендует стандартизованные индикаторы)[19].

Психологические искажения в оценке благополучия

Субъективное благополучие подвержено когнитивным искажениям[20][21][22]:

  • фокусировка на негативе — склонность преувеличивать негативные события;
  • социальное сравнение — особенно выражено в условиях социальных сетей;
  • адаптация — привыкание к положительным изменениям снижает их влияние;
  • ошибки прогнозирования — люди зачастую неверно представляют, что может сделать их счастливыми.

Детерминанты и факторы благополучия

Детерминанты благополучия

Исследования выделяют следующие важные факторы[3][23][24][25]:

  • индивидуальные (личностные черты, здоровье, возраст);
  • социальные (качество межличностных связей, поддержка, социальная справедливость);
  • экономические и институциональные (доход, занятость, социальная защита, политическая стабильность).

Нейробиологические основы благополучия

Современные исследования показывают, что субъективное благополучие связано с функционированием нескольких ключевых нейронных систем:

  • система вознаграждения (дофаминовая) — участвует в переживании удовольствия, мотивации, целеполагании. Активность вентральной области покрышки (VTA) и прилежащего ядра коррелирует с уровнем позитивного аффекта[26];
  • система стресс-реакции (ось HPA) — хроническая активация гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси снижает психологическое благополучие. Регулярные практики релаксации и осознанности уменьшают уровень кортизола[27];
  • префронтальная кора — связана с когнитивной переоценкой, регуляцией эмоций и субъективной удовлетворённостью жизнью. Устойчивые различия в активности лобных долей обнаружены у людей с различными уровнями субъективного благополучия[28];
  • сеть пассивного режима работы мозга (DMN) — чрезмерная дезадаптивная активность этой сети (руминации, негативные самореференции) коррелирует с низким благополучием, тогда как тренировка внимательности снижает активность DMN[29].

Генетические и наследственные факторы

Современные исследования поведения показывают, что компоненты субъективного благополучия частично обусловлены наследственностью[30]. Близнецовые исследования фиксируют вклад генетических факторов в пределах 30-50 % для удовлетворённости жизнью и позитивного аффекта. Генетические влияния выражаются не в «гене счастья», а в совокупности полигенных эффектов, влияющих на темперамент, эмоциональную реактивность и склонность к социальному взаимодействию[31]. Важную роль играет «генетически обусловленная чувствительность к среде» — некоторые люди сильнее реагируют на как позитивные, так и негативные условия[32].

Роль саморефлексии и метапознания

В психологии благополучия растёт понимание решающей роли метакогнитивных процессов[33][34][35].

Ключевым аспектом является умение замечать и корректировать собственные мысли. Эта способность выступает мощным буфером, снижающим риск застревания в руминациях — навязчивом, циклическом обдумывании проблем и негативных сценариев, которое служит частой основой для тревоги и депрессии. Способность дистанцироваться от автоматического потока мыслей предотвращает фиксацию на негативном содержании.

Метапознание тесно связано с более эффективной регуляцией эмоций и развитием устойчивости. Способность осознавать собственные переживания «со стороны» — как временные психические события, а не как объективную реальность — предоставляет человеку критическую паузу и позволяет переключать внимание, выбирать иной способ реагирования. Эти идеи нашли воплощение в практических интервенциях. Особенно показательными являются программы mindfulness второго поколения, такие как терапия, основанная на осознанности (MBCT — Mindfulness-Based Cognitive Therapy). Она не сводится к простой медитации, а представляет собой интегративный подход. Его суть — в комбинации навыка ненавязчивого наблюдения за мыслями и техник когнитивной переоценки. Человека учат сначала осознавать, а затем конструктивно переосмыслять депрессивные или тревожные мыслительные шаблоны, что эффективно предотвращает рецидивы эмоциональных расстройств и способствует общему благополучию[33][34][35].

Экологические факторы

Внешняя среда, включая природные и городские условия, оказывает значительное влияние на психологическое и физическое здоровье человека. Доступ к зелёным зонам, солнечному свету и чистому воздуху способствует повышению уровня позитивного аффекта и снижает симптомы депрессии. Эти факторы помогают укрепить общее состояние благополучия и способствуют улучшению качества жизни. Однако городской стресс, связанный с шумом, скученностью и отсутствием приватности, негативно влияет на психологическое состояние человека. Эти условия могут приводить к ухудшению психологического благополучия, вызывая стресс и утомление.

Концепция «биофилии» предполагает врождённую склонность человека к природной среде. Исходя из этого, в урбанистике активно применяются меры по созданию зелёных пространств — парков, садов и природных зон — для повышения уровня благополучия жителей. Вмешательства, направленные на интеграцию природных элементов в городскую среду, помогают снизить негативные эффекты городской среды и способствуют гармонизации состояния человека с окружающей природой[36][37][38].

Влияние сна

Научные данные демонстрируют сильную взаимосвязь между качеством сна и субъективным благополучием[39][40][41]. Недостаток сна увеличивает чувствительность к стрессу, снижает способность к эмоциональной регуляции. Хроническое недосыпание связано с более низкой удовлетворённостью жизнью. Улучшение «гигиены сна» повышает общий уровень благополучия.

Роль физической активности

Физическая активность — один из наиболее доказательных факторов повышения благополучия[42][43][44]. Регулярные аэробные нагрузки повышают уровень эндорфинов, способствуют регуляции дофамина и серотонина. В организациях внедрение кратких двигательных пауз снижает выгорание и улучшает вовлечённость в рабочий процесс.

Религиозность, духовность и благополучие

Многочисленные исследования показывают, что[45][46][47]:

  • умеренная религиозность и духовные практики ассоциируются с более высоким уровнем субъективного благополучия;
  • благоприятные последствия обусловлены не религиозными убеждениями, а социальным взаимодействием, значением и традициями, которые помогают справляться со стрессом;
  • сильная религиозная вовлечённость может иметь как позитивные, так и негативные последствия в зависимости от культурного контекста.

Счастье и культурные различия

Культурные модели влияют на то, как люди определяют и переживают благополучие[48][49][50]:

  • в индивидуалистических культурах (США, Канада, Западная Европа) счастье чаще связывают с достижениями, автономией и позитивным аффектом;
  • в коллективистских культурах (Япония, Китай, Корея) акцент делается на гармонии, социальном балансе и регулируемом выражении эмоций;
  • исследования показывают, что нормативные ожидания могут влиять на самооценку благополучия сильнее, чем реальные жизненные обстоятельства.
  • концепция «эмоциональной соответствующей культуры» предполагает, что люди ощущают себя более счастливыми, когда их эмоции совпадают с теми, которые считаются «правильными» в их обществе.

Прикладные аспекты и интервенции

Интервенции и практики

Интервенции и практики, направленные на повышение благополучия, реализуются на нескольких уровнях — от индивидуального до общественного — и основываются на различных теоретических подходах.

На личностном уровне активно применяются психологические интервенции, заимствованные из позитивной психологии. К ним относятся конкретные упражнения, такие как ведение дневника благодарности, выявление и регулярное использование личностных сильных сторон, а также практики, способствующие формированию и осознанию смысла жизни, что в совокупности способствует развитию устойчивости и удовлетворённости.

На уровне организации и образования создаются и внедряются программы, которые направлены на удовлетворение основных психологических потребностей в независимости, компетентности и причастности, как это утверждается в Теории самодетерминации (SDT). Эти инициативы могут включать создание поддерживающей рабочей среды в компаниях или внедрение принципов вовлечённого и осмысленного обучения в образовательных учреждениях.

Наиболее широкий охват имеют государственные и общественные политики, которые включают мониторинг показателей благополучия населения наравне с экономическими индикаторами. Под эгидой таких организаций, как Организация экономического сотрудничества и развития (OECD) и Всемирная организация здравоохранения (WHO), разрабатываются и рекомендуются масштабные вмешательства на уровне сообществ, направленные на улучшение социальной сплочённости, городской среды и доступности услуг, что создаёт фундамент для коллективного благополучия[51][9][52].

Психология устойчивости и благополучия

Благополучие не тождественно отсутствию стресса или негативных переживаний. Его неотъемлемой и важнейшей составляющей выступает психологическая устойчивость — способность человека адаптироваться к трудным ситуациям и восстанавливаться после них.

Ключевым признаком устойчивости является динамическая способность к восстановлению после неудач, потерь или стресса. Психологически устойчивые люди демонстрируют высокую когнитивную гибкость — умение переосмысливать ситуацию, находить альтернативные пути решения проблем и извлекать уроки из сложного опыта.

Эта способность формируется и поддерживается комплексом внутренних и внешних факторов устойчивости. К ним относятся:

  • реалистичный оптимизм и вера в возможность преодоления трудностей;
  • надежная социальная поддержка (семья, друзья, сообщество);
  • развитые навыки регуляции эмоций, позволяющие управлять сильными чувствами;
  • установка на самосострадание (доброе отношение к себе в неудачах);
  • чувство личной компетентности и самоэффективности.

Устойчивость не является исключительно врожденным качеством. Специальные интервенции, направленные на её развитие (например, тренинги по когнитивному рефреймингу, практики осознанности, развитие социальных навыков), доказано повышают как субъективное, так и психологическое благополучие. Они учат человека эффективно использовать ресурсы для совладания со стрессом, что напрямую снижает уровень хронической тревожности и риск эмоционального выгорания, превращая трудности в возможности для личностного роста[53][54][55][56].

Экономика благополучия

Экономические исследования показывают, что[57][23][58]:

  • рост дохода повышает субъективное благополучие до определённого порога, после чего влияние уменьшается;
  • уровень доверия в обществе, качество институтов, безопасность и наличие социальных гарантий предсказывают благополучие лучше, чем ВВП;
  • инвестиции в здоровье, образование и социальную поддержку увеличивают национальные показатели благополучия эффективнее, чем прямое повышение денежного дохода.

Цифровая среда и благополучие

Развитие цифровых технологий и социальных сетей оказывает на благополучие человека неоднозначное и многослойное влияние, сочетая как очевидные возможности, так и новые риски. С одной стороны, наблюдаются позитивные эффекты, связанные с расширением доступа. К ним относятся возможность поддерживать социальные связи на расстоянии, получение психообразования через онлайн-курсы и статьи, доступ к онлайн-терапии и консультированию, а также участие в поддерживающих сообществах по интересам или проблемам, что особенно важно для людей с ограниченными возможностями или проживающих в изоляции. С другой стороны, отмечаются выраженные негативные эффекты. К ним приводят постоянное социальное сравнение себя с идеализированными образами других, что подрывает самооценку; информационная перегрузка, вызывающая стресс и тревогу; нарушение циркадных ритмов и сна; а также формирование поведенческой зависимости от вознаграждающих стимулов (лайков, уведомлений), что истощает систему вознаграждения[59][60][61].

Эмпирические исследования рисуют сложную картину. Данные часто указывают на U-образную зависимость между временем, проведённым в соцсетях, и уровнем благополучия. Умеренное и осознанное использование этих платформ может быть почти нейтральным или даже умеренно положительным для поддержания связей. Однако чрезмерное, пассивное и бесконтрольное использование устойчиво коррелирует со снижением психологического благополучия.

В ответ на эти вызовы были разработаны и доказали свою эффективность практики «цифровой гигиены». Целенаправленные интервенции, такие как ограничение ежедневного экранного времени, отключение непродуктивных уведомлений, цифровые детоксы и осознанное планирование онлайн-активности, показали способность к восстановлению эмоционального равновесия, улучшению концентрации и качества сна, помогая пользователям восстановить контроль над своим цифровым взаимодействием.

Благополучие на рабочем месте

Психология выделяет несколько факторов, способствующих благополучию сотрудников[2][3][7]:

  • чёткая структура задач и автономия;
  • позитивный климат и поддерживающее лидерство — улучшают психологическую безопасность;
  • баланс работа-жизнь — значимый предиктор долгосрочного удовлетворения;
  • программы благополучия — включают тренинги осознанности, коучинг, развитие сильных сторон, организационные изменения в нагрузке и графике;
  • благополучие позитивно коррелирует с производительностью, вовлечённостью и снижением текучести кадров.

Благополучие в образовательной среде

В психологии образования выделяют несколько предикторов благополучия учащихся[62][9][63][64]:

  • чувство поддержки со стороны учителей;
  • внутренняя мотивация;
  • навыки эмоциональной регуляции и самоэффективности;
  • школьный климат, уровень буллинга и социальной интеграции.

Программы «социально-эмоционального обучения» доказали эффективность в повышении благополучия и успеваемости[65].

Благополучие на разных этапах жизни

Жизненный цикл благополучия

Исследования показывают, что благополучие изменяется в течение жизни по закономерной траектории[66][67][68]:

  • подростковый возраст характеризуется высокой эмоциональной вариативностью;
  • в зрелом возрасте наблюдается относительная стабилизация, связанная с профессиональной идентичностью и социальными отношениями;
  • U-образная кривая благополучия фиксируется в странах ОЭСР: снижение уровня счастья к середине жизни и рост в пожилом возрасте;
  • у лиц старше 60 лет рост благополучия связан с переработкой жизненного опыта, более точным распределением внимания и изменением приоритетов (теория селективной оптимизации и компенсации).

Психологическое благополучие в старшем возрасте

Психологическое благополучие пожилых людей зависит от нескольких ключевых факторов, которые способствуют сохранению высокого качества жизни и эмоционального баланса. Важнейшими аспектами являются качество межличностных отношений. Кроме того, уровень автономии и способность принимать самостоятельные решения значительно влияют на ощущение контроля над своей жизнью и удовлетворённость. Смысловая активность играет важную роль в поддержании психологического благополучия: участие в волонтёрских проектах, обучение, творческая деятельность позволяют пожилым людям оставаться социально активными, стимулируют когнитивные функции и придают жизни дополнительный смысл. Также важным аспектом является поддержание когнитивной активности и физической подвижности, что способствует сохранению самостоятельности и общего тонуса организма. Несмотря на снижение некоторых физических функций, субъективное благополучие у многих пожилых людей остается стабильным или даже улучшается. Это обусловлено, в том числе, эмоциональной мудростью, приобретённой за годы жизни, и снижением реактивности на стрессовые ситуации. Такой внутренний ресурс помогает преодолевать возрастные изменения и сохранять позитивное восприятие жизни, делая старость полноценным и гармоничным этапом жизненного пути[69][70].

Критика, ограничения и перспективы

Критика и ограничения

В исследованиях благополучия существуют значительные методологические и концептуальные сложности, требующие осторожной интерпретации данных. Прежде всего, оценки уровня благополучия тесно зависят от культурных особенностей и методологических подходов. То, что считается благополучием в одной культуре (например, личные достижения), может иметь второстепенное значение в другой (где ценятся гармония и коллективные цели). Поэтому прямые сравнения между странами и разными социальными группами требуют повышенной методологической осторожности и учёта контекста.

Другой дискуссионный вопрос касается причинно-следственных связей. Благополучие часто рассматривают как результат здоровья и успеха. Однако исследования показывают, что оно также может выступать в роли мощной причины, повышающей устойчивость к болезням, продуктивность и качество социальных связей, что ставит под сомнение линейные модели[71][72][17].

В научном сообществе продолжаются теоретические дебаты о доминирующей модели благополучия. Основными конкурирующими парадигмами являются:

  • PERMA, фокусирующаяся на позитивных эмоциях, вовлечённости, отношениях, смысле и достижениях[17];
  • Субъективное благополучие (SWB), измеряющее когнитивную оценку жизни и баланс позитивных и негативных эмоций;
  • Психологическое благополучие (PWB), основанное на реализации человеческого потенциала (автономия, личностный рост, цели в жизни).

Будущие направления исследований

Перспективные области развития психологии благополучия[73][71][74][75]:

  • интеграция больших данных (big data) и естественных поведенческих метрик;
  • локальные подходы — оценка благополучия в разных культурах и социальных группах;
  • разработка персонализированных интервенций на основе профилей личности;
  • изучение связи между искусственным интеллектом, цифровой экосистемой и психическим здоровьем.

Связь с общественным здоровьем и политикой

Благополучие рассматривается как важный индикатор общественного здоровья: ВОЗ и другие организации упоминают психическое благополучие как состояние, необходимое для полноценного функционирования личности и общества. OECD интегрирует измерения субъективного благополучия в рекомендации по «измерению прогресса» на уровне стран[19].

Долгосрочные траектории благополучия

Лонгитюдные исследования показывают[76][21][77], что уровень субъективного благополучия обладает умеренной генетической стабильностью, однако значимо изменяется под влиянием жизненных событий. Помимо этого наблюдается «эффект адаптации»: после позитивных или негативных событий люди склонны возвращаться к относительно стабильному уровню счастья. Некоторые факторы, как положительные, так и отрицательные (хронический стресс, поддерживающее окружение, смысловые практики) способны приводить к устойчивому сдвигу этого базового уровня.

Примечания

  1. ↑ 1 2 3 Seligman, Martin E. P. Flourish : a visionary new understanding of happiness and well-being (англ.). Internet Archive. Дата обращения: 26 ноября 2025.
  2. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 C. Ryff. Happiness is everything, or is it? Explorations on the meaning of psychological well-being.
  3. ↑ 1 2 3 4 5 Subjective well-being (англ.) // Psychological bulletin. — 1984 May. — Vol. 95, iss. 3. — ISSN 0033-2909.
  4. ↑ Леонтьев Д.А. Психология смысла. Природа, строение и динамика смысловой реальности : учебное пособие для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению и специальностям психологии. — 2007. — ISBN 978-5-89357-237-7.
  5. ↑ Martin E. P. Seligman, Mihaly Csikszentmihalyi. Positive psychology: An introduction. (англ.) // American Psychologist. — 2000. — Vol. 55, iss. 1. — P. 5–14. — ISSN 0003-066X. — doi:10.1037//0003-066x.55.1.5.
  6. ↑ 1 2 Краткие русскоязычные шкалы диагностики субъективного благополучия: психометрические характеристики и сравнительный анализ. cyberleninka.ru. Дата обращения: 27 ноября 2025.
  7. ↑ 1 2 Diener, E., Suh, E. M., Lucas, R. E., & Smith, H. L. Subjective well-being: Three decades of progress. — Psychological Bulletin, 125(2). — С. 276–302.
  8. ↑ Richard M. Ryan, Edward L. Deci. On Happiness and Human Potentials: A Review of Research on Hedonic and Eudaimonic Well-Being (англ.) // Annual Review of Psychology. — 2001-02. — Vol. 52, iss. 1. — P. 141–166. — ISSN 1545-2085 0066-4308, 1545-2085. — doi:10.1146/annurev.psych.52.1.141.
  9. ↑ 1 2 3 Richard M. Ryan, Edward L. Deci. Self-determination theory and the facilitation of intrinsic motivation, social development, and well-being. (англ.) // American Psychologist. — 2000. — Vol. 55, iss. 1. — P. 68–78. — ISSN 0003-066X. — doi:10.1037//0003-066x.55.1.68.
  10. ↑ Франкл В.Э. Человек в поисках смысла. — 1990. — ISBN 5-01-001606-0.
  11. ↑ Аристотель. Никомахова этика. — 2022.
  12. ↑ Робертсон Д. Думай как римский император стоическая философия Марка Аврелия для преодоления жизненных невзгод и обретения душевного равновесия. — 2020.
  13. ↑ M. Steger, P. Frazier. The Meaning in Life Questionnaire: Assessing the Presence of and Search for Meaning in Life.
  14. ↑ Crystal L. Park. Making sense of the meaning literature: An integrative review of meaning making and its effects on adjustment to stressful life events. (англ.) // Psychological Bulletin. — 2010-03. — Vol. 136, iss. 2. — P. 257–301. — ISSN 0033-2909 1939-1455, 0033-2909. — doi:10.1037/a0018301.
  15. ↑ Ed Diener, Robert A. Emmons, Randy J. Larsen, Sharon Griffin. The Satisfaction With Life Scale (англ.) // Journal of Personality Assessment. — 1985-02. — Vol. 49, iss. 1. — P. 71–75. — ISSN 1532-7752 0022-3891, 1532-7752. — doi:10.1207/s15327752jpa4901_13.
  16. ↑ David Watson, Lee A. Clark, Auke Tellegen. Development and validation of brief measures of positive and negative affect: The PANAS scales. (англ.) // Journal of Personality and Social Psychology. — 1988. — Vol. 54, iss. 6. — P. 1063–1070. — ISSN 0022-3514. — doi:10.1037//0022-3514.54.6.1063.
  17. ↑ 1 2 3 J. Butler, Margaret L. Kern. The PERMA-Profiler: A brief multidimensional measure of flourishing.
  18. ↑ Daniel Kahneman, Alan B. Krueger, David A. Schkade, Norbert Schwarz, Arthur A. Stone. A Survey Method for Characterizing Daily Life Experience: The Day Reconstruction Method (англ.) // Science. — 2004-12-03. — Vol. 306, iss. 5702. — P. 1776–1780. — ISSN 1095-9203 0036-8075, 1095-9203. — doi:10.1126/science.1103572.
  19. ↑ 1 2 OECD Guidelines on Measuring Subjective Well-being (англ.) // OECD. — 2013-03-20. — doi:10.1787/9789264191655-en.
  20. ↑ Festinger L. A Theory of Social Comparison Processes. Open Library. Дата обращения: 27 ноября 2025.
  21. ↑ 1 2 Philip Brickman, Dan Coates, Ronnie Janoff-Bulman. Lottery winners and accident victims: Is happiness relative? (англ.) // Journal of Personality and Social Psychology. — 1978. — Vol. 36, iss. 8. — P. 917–927. — ISSN 0022-3514. — doi:10.1037//0022-3514.36.8.917.
  22. ↑ Daniel T. Gilbert, Timothy D. Wilson. Prospection: Experiencing the Future (англ.) // Science. — 2007-09-07. — Vol. 317, iss. 5843. — P. 1351–1354. — ISSN 1095-9203 0036-8075, 1095-9203. — doi:10.1126/science.1144161.
  23. ↑ 1 2 Wellbeing Research Centre. World Happiness Report 2024 (англ.). — 2024. — Т. 2024.
  24. ↑ Психологические аспекты изучения субъективного благополучия. cyberleninka.ru. Дата обращения: 27 ноября 2025.
  25. ↑ Аверина А. Ж., Александрова Л. А. и др. Личностный потенциал : структура и диагностика под ред. Д.А. Леонтьева. — 2011. — ISBN 978-5-89357-285-8.
  26. ↑ Morten L. Kringelbach, Kent C. Berridge. Towards a functional neuroanatomy of pleasure and happiness (англ.) // Trends in Cognitive Sciences. — 2009-11. — Vol. 13, iss. 11. — P. 479–487. — ISSN 1364-6613. — doi:10.1016/j.tics.2009.08.006.
  27. ↑ Sonia J. Lupien, Bruce S. McEwen, Megan R. Gunnar, Christine Heim. Effects of stress throughout the lifespan on the brain, behaviour and cognition (англ.) // Nature Reviews Neuroscience. — 2009-04-29. — Vol. 10, iss. 6. — P. 434–445. — ISSN 1471-0048 1471-003X, 1471-0048. — doi:10.1038/nrn2639.
  28. ↑ Richard J Davidson, Bruce S McEwen. Social influences on neuroplasticity: stress and interventions to promote well-being (англ.) // Nature Neuroscience. — 2012-04-15. — Vol. 15, iss. 5. — P. 689–695. — ISSN 1546-1726 1097-6256, 1546-1726. — doi:10.1038/nn.3093.
  29. ↑ Judson A. Brewer, Patrick D. Worhunsky, Jeremy R. Gray, Yi-Yuan Tang, Jochen Weber, Hedy Kober. Meditation experience is associated with differences in default mode network activity and connectivity (англ.) // Proceedings of the National Academy of Sciences. — 2011-11-23. — Vol. 108, iss. 50. — P. 20254–20259. — ISSN 1091-6490 0027-8424, 1091-6490. — doi:10.1073/pnas.1112029108.
  30. ↑ Meike Bartels. Genetics of Wellbeing and Its Components Satisfaction with Life, Happiness, and Quality of Life: A Review and Meta-analysis of Heritability Studies (англ.) // Behavior Genetics. — 2015-02-26. — Vol. 45, iss. 2. — P. 137–156. — ISSN 1573-3297 0001-8244, 1573-3297. — doi:10.1007/s10519-015-9713-y.
  31. ↑ Aysu Okbay, Bart M L Baselmans, Jan-Emmanuel De Neve, Patrick Turley, et al. Genetic variants associated with subjective well-being, depressive symptoms, and neuroticism identified through genome-wide analyses (англ.) // Nature Genetics. — 2016-04-18. — Vol. 48, iss. 6. — P. 624–633. — ISSN 1546-1718 1061-4036, 1546-1718. — doi:10.1038/ng.3552.
  32. ↑ Jay Belsky, Michael Pluess. Beyond diathesis stress: Differential susceptibility to environmental influences. (англ.) // Psychological Bulletin. — 2009. — Vol. 135, iss. 6. — P. 885–908. — ISSN 0033-2909 1939-1455, 0033-2909. — doi:10.1037/a0017376.
  33. ↑ 1 2 Attention and Emotion : A Clinical Perspective (англ.) // Taylor & Francis. — 2016-01-28. — doi:10.4324/9781315784991/attention-emotion-adrian-wells-gerald-matthews.
  34. ↑ 1 2 Stephen M. Fleming, Raymond J. Dolan. The neural basis of metacognitive ability (англ.) // Philosophical Transactions of the Royal Society B: Biological Sciences. — 2012-05-19. — Vol. 367, iss. 1594. — P. 1338–1349. — ISSN 1471-2970 0962-8436, 1471-2970. — doi:10.1098/rstb.2011.0417.
  35. ↑ 1 2 Segal, Zindel V. Mindfulness-based cognitive therapy for depression : a new approach to preventing relapse (англ.). Internet Archive. Дата обращения: 26 ноября 2025.
  36. ↑ Bratman, G. N., Daily, G. C., Levy, B. J., & Gross, J. J. The benefits of nature experience: Improved affect and cognition : Landscape and Urban Planning, 138. — С. 41–50.
  37. ↑ Florian Lederbogen, Peter Kirsch, Leila Haddad, Fabian Streit, Heike Tost, Philipp Schuch, Stefan Wüst, Jens C. Pruessner, Marcella Rietschel, Michael Deuschle, Andreas Meyer-Lindenberg. City living and urban upbringing affect neural social stress processing in humans (англ.) // Nature. — 2011-06. — Vol. 474, iss. 7352. — P. 498–501. — ISSN 1476-4687 0028-0836, 1476-4687. — doi:10.1038/nature10190.
  38. ↑ Edward O. Wilson. Biophilia (англ.). Internet Archive. Дата обращения: 27 ноября 2025.
  39. ↑ Seung-Schik Yoo, Ninad Gujar, Peter Hu, Ferenc A. Jolesz, Matthew P. Walker. The human emotional brain without sleep — a prefrontal amygdala disconnect (англ.) // Current Biology. — 2007-10. — Vol. 17, iss. 20. — P. R877–R878. — ISSN 0960-9822. — doi:10.1016/j.cub.2007.08.007.
  40. ↑ Chiara Baglioni, Gemma Battagliese, Bernd Feige, Kai Spiegelhalder, Christoph Nissen, Ulrich Voderholzer, Caterina Lombardo, Dieter Riemann. Insomnia as a predictor of depression: A meta-analytic evaluation of longitudinal epidemiological studies (англ.) // Journal of Affective Disorders. — 2011-12. — Vol. 135, iss. 1—3. — P. 10–19. — ISSN 0165-0327. — doi:10.1016/j.jad.2011.01.011.
  41. ↑ Leah A. Irish, Christopher E. Kline, Heather E. Gunn, Daniel J. Buysse, Martica H. Hall. The role of sleep hygiene in promoting public health: A review of empirical evidence (англ.) // Sleep Medicine Reviews. — 2015-08. — Vol. 22. — P. 23–36. — ISSN 1087-0792. — doi:10.1016/j.smrv.2014.10.001.
  42. ↑ H. Boecker, T. Sprenger, M. E. Spilker, G. Henriksen, M. Koppenhoefer, K. J. Wagner, M. Valet, A. Berthele, T. R. Tolle. The Runner's High: Opioidergic Mechanisms in the Human Brain (англ.) // Cerebral Cortex. — 2008-02-21. — Vol. 18, iss. 11. — P. 2523–2531. — ISSN 1460-2199 1047-3211, 1460-2199. — doi:10.1093/cercor/bhn013.
  43. ↑ Lynette L. Craft, Frank M. Perna. The Benefits of Exercise for the Clinically Depressed (англ.) // The Primary Care Companion For CNS Disorders. — 2004-06-01. — Vol. 6, iss. 3. — ISSN 2155-7780. — doi:10.4088/pcc.v06n0301.
  44. ↑ Nicolaas P. Pronk, Abigail S. Katz, Marcia Lowry, Jane Rodmyre Payfer. Reducing Occupational Sitting Time and Improving Worker Health: The Take-a-Stand Project, 2011 (англ.) // Preventing Chronic Disease. — 2012-10-11. — Vol. 9. — ISSN 1545-1151. — doi:10.5888/pcd9.110323.
  45. ↑ Koenig G. Handbook of religion and health. Open Library. Дата обращения: 27 ноября 2025.
  46. ↑ Marta Elliott, Michael J. Doane. Religion, Psychological Well-Being, and Health (англ.) // Encyclopedia of Quality of Life and Well-Being Research. — Dordrecht: Springer Netherlands, 2014. — P. 5469–5474. — ISBN 978-94-007-0752-8, 978-94-007-0753-5. — doi:10.1007/978-94-007-0753-5_4128.
  47. ↑ Nick Stauner, Julie J. Exline, Kenneth I. Pargament. Religious and Spiritual Struggles as Concerns for Health and Well-Being // HORIZONTE. — 2016-03-31. — Т. 14, вып. 41. — С. 48. — ISSN 2175-5841. — doi:10.5752/P.2175-5841.2016V14N41P48.
  48. ↑ H. Markus, S. Kitayama. Culture and the self: Implications for cognition, emotion, and motivation.
  49. ↑ Batja Mesquita, Mayumi Karasawa. Different emotional lives. — 2002.
  50. ↑ Jeanne L. Tsai, Brian Knutson, Helene H. Fung. Cultural variation in affect valuation. (англ.) // Journal of Personality and Social Psychology. — 2006. — Vol. 90, iss. 2. — P. 288–307. — ISSN 0022-3514 1939-1315, 0022-3514. — doi:10.1037/0022-3514.90.2.288.
  51. ↑ Nancy L. Sin, Sonja Lyubomirsky. Enhancing well‐being and alleviating depressive symptoms with positive psychology interventions: a practice‐friendly meta‐analysis (англ.) // Journal of Clinical Psychology. — 2009-03-19. — Vol. 65, iss. 5. — P. 467–487. — ISSN 1097-4679 0021-9762, 1097-4679. — doi:10.1002/jclp.20593.
  52. ↑ Nikos Ntoumanis, Johan Y.Y. Ng, Andrew Prestwich, Eleanor Quested, Jennie E. Hancox, Cecilie Thøgersen-Ntoumani, Edward L. Deci, Richard M. Ryan, Chris Lonsdale, Geoffrey C. Williams. A meta-analysis of self-determination theory-informed intervention studies in the health domain: effects on motivation, health behavior, physical, and psychological health (англ.) // Health Psychology Review. — 2020-02-03. — Vol. 15, iss. 2. — P. 214–244. — ISSN 1743-7202 1743-7199, 1743-7202. — doi:10.1080/17437199.2020.1718529.
  53. ↑ Steven M. Southwick. Resilience. Open Library. Дата обращения: 26 ноября 2025.
  54. ↑ Masten, A. S. Ordinary Magic: Second Edition: Resilience in Development (амер. англ.). Guilford Press. Дата обращения: 26 ноября 2025.
  55. ↑ Kristin D. Neff, Christopher K. Germer. A Pilot Study and Randomized Controlled Trial of the Mindful Self‐Compassion Program (англ.) // Journal of Clinical Psychology. — 2012-10-15. — Vol. 69, iss. 1. — P. 28–44. — ISSN 1097-4679 0021-9762, 1097-4679. — doi:10.1002/jclp.21923.
  56. ↑ Sadhbh Joyce, Fiona Shand, Joseph Tighe, Steven J Laurent, Richard A Bryant, Samuel B Harvey. Road to resilience: a systematic review and meta-analysis of resilience training programmes and interventions (англ.) // BMJ Open. — 2018-06. — Vol. 8, iss. 6. — P. e017858. — ISSN 2044-6055 2044-6055, 2044-6055. — doi:10.1136/bmjopen-2017-017858.
  57. ↑ Daniel Kahneman, Angus Deaton. High income improves evaluation of life but not emotional well-being (англ.) // Proceedings of the National Academy of Sciences. — 2010-09-07. — Vol. 107, iss. 38. — P. 16489–16493. — ISSN 1091-6490 0027-8424, 1091-6490. — doi:10.1073/pnas.1011492107.
  58. ↑ Mariano Rojas. The ‘Measurement of Economic Performance and Social Progress’ Report and Quality of Life: Moving Forward // Social Indicators Research. — 2010-10-28. — Т. 102, вып. 1. — С. 169–180. — ISSN 1573-0921 0303-8300, 1573-0921. — doi:10.1007/S11205-010-9737-X.
  59. ↑ Philippe Verduyn, O. Ybarra. Do Social Network Sites Enhance or Undermine Subjective Well‐Being? A Critical Review.
  60. ↑ Jean M. Twenge, W. Keith Campbell. Associations between screen time and lower psychological well-being among children and adolescents: Evidence from a population-based study (англ.) // Preventive Medicine Reports. — 2018-12. — Vol. 12. — P. 271–283. — ISSN 2211-3355. — doi:10.1016/j.pmedr.2018.10.003.
  61. ↑ Andrew K. Przybylski, Netta Weinstein. A Large-Scale Test of the Goldilocks Hypothesis (англ.) // Psychological Science. — 2017-01-13. — Vol. 28, iss. 2. — P. 204–215. — ISSN 1467-9280 0956-7976, 1467-9280. — doi:10.1177/0956797616678438.
  62. ↑ Robert W. Roeser, Jacquelynne S. Eccles, Arnold J. Sameroff. School as a Context of Early Adolescents' Academic and Social-Emotional Development: A Summary of Research Findings // The Elementary School Journal. — 2000-05. — Т. 100, вып. 5. — С. 443–471. — ISSN 1554-8279 0013-5984, 1554-8279. — doi:10.1086/499650.
  63. ↑ Barry J. Zimmerman. Self-Efficacy: An Essential Motive to Learn (англ.) // Contemporary Educational Psychology. — 2000-01. — Vol. 25, iss. 1. — P. 82–91. — ISSN 0361-476X. — doi:10.1006/ceps.1999.1016.
  64. ↑ Ming-Te Wang, Jessica L. Degol. School Climate: a Review of the Construct, Measurement, and Impact on Student Outcomes (англ.) // Educational Psychology Review. — 2015-06-23. — Vol. 28, iss. 2. — P. 315–352. — ISSN 1573-336X 1040-726X, 1573-336X. — doi:10.1007/s10648-015-9319-1.
  65. ↑ Joseph A. Durlak, Roger P. Weissberg, Allison B. Dymnicki, Rebecca D. Taylor, Kriston B. Schellinger. The Impact of Enhancing Students’ Social and Emotional Learning: A Meta‐Analysis of School‐Based Universal Interventions (англ.) // Child Development. — 2011-01. — Vol. 82, iss. 1. — P. 405–432. — ISSN 1467-8624 0009-3920, 1467-8624. — doi:10.1111/j.1467-8624.2010.01564.x.
  66. ↑ Reed W. Larson, Giovanni Moneta, Maryse H. Richards, Suzanne Wilson. Continuity, Stability, and Change in Daily Emotional Experience across Adolescence (англ.) // Child Development. — 2002-07. — Vol. 73, iss. 4. — P. 1151–1165. — ISSN 1467-8624 0009-3920, 1467-8624. — doi:10.1111/1467-8624.00464.
  67. ↑ David G. Blanchflower, Andrew J. Oswald. Is well-being U-shaped over the life cycle? (англ.) // Social Science & Medicine. — 2008-04. — Vol. 66, iss. 8. — P. 1733–1749. — ISSN 0277-9536. — doi:10.1016/j.socscimed.2008.01.030.
  68. ↑ P. Baltes, M. M. Baltes. Psychological perspectives on successful aging: The model of selective optimization with compensation.
  69. ↑ Carol D. Ryff. Psychological Well-Being Revisited: Advances in the Science and Practice of Eudaimonia (англ.) // Psychotherapy and Psychosomatics. — 2013-11-19. — Vol. 83, iss. 1. — P. 10–28. — ISSN 1423-0348 0033-3190, 1423-0348. — doi:10.1159/000353263.
  70. ↑ Laura L. Carstensen. The Influence of a Sense of Time on Human Development (англ.) // Science. — 2006-06-30. — Vol. 312, iss. 5782. — P. 1913–1915. — ISSN 1095-9203 0036-8075, 1095-9203. — doi:10.1126/science.1127488.
  71. ↑ 1 2 Mohsen Joshanloo. Eastern Conceptualizations of Happiness: Fundamental Differences with Western Views (англ.) // Journal of Happiness Studies. — 2013-03-21. — Vol. 15, iss. 2. — P. 475–493. — ISSN 1573-7780 1389-4978, 1573-7780. — doi:10.1007/s10902-013-9431-1.
  72. ↑ Norbert Schwarz, Fritz Strack. Reports of Subjective Well-Being: Judgmental Processes and Their Methodological Implications. — 1999.
  73. ↑ David Lazer, Alex Pentland, Lada Adamic, Sinan Aral, Albert-László Barabási, Devon Brewer, Nicholas Christakis, Noshir Contractor, James Fowler, Myron Gutmann, Tony Jebara, Gary King, Michael Macy, Deb Roy, Marshall Van Alstyne. Computational Social Science (англ.) // Science. — 2009-02-06. — Vol. 323, iss. 5915. — P. 721–723. — ISSN 1095-9203 0036-8075, 1095-9203. — doi:10.1126/science.1167742.
  74. ↑ Aaron J. Fisher, James F. Boswell. Enhancing the Personalization of Psychotherapy With Dynamic Assessment and Modeling (англ.) // Assessment. — 2016-03-14. — Vol. 23, iss. 4. — P. 496–506. — ISSN 1552-3489 1073-1911, 1552-3489. — doi:10.1177/1073191116638735.
  75. ↑ John Torous, Laura Weiss Roberts. Needed Innovation in Digital Health and Smartphone Applications for Mental Health (англ.) // JAMA Psychiatry. — 2017-05-01. — Vol. 74, iss. 5. — P. 437. — ISSN 2168-622X. — doi:10.1001/jamapsychiatry.2017.0262.
  76. ↑ D. Lykken, A. Tellegen. Happiness Is a Stochastic Phenomenon.
  77. ↑ Richard E. Lucas. Long-term disability is associated with lasting changes in subjective well-being: Evidence from two nationally representative longitudinal studies. (англ.) // Journal of Personality and Social Psychology. — 2007-04. — Vol. 92, iss. 4. — P. 717–730. — ISSN 0022-3514 1939-1315, 0022-3514. — doi:10.1037/0022-3514.92.4.717.

Дополнительно по теме

Категории