Психологический дистресс

Психологи́ческий дистре́сс (от англ. distress — «горе, страдание») — состояние психологического напряжения, возникающее при воздействии стрессоров, которые оцениваются индивидом как негативные, угрожающие и превышающие его адаптационные возможности. В отличие от эустресса («положительного» стресса), который может мобилизовать ресурсы организма и способствовать росту, дистресс представляет собой дезадаптивную форму стрессовой реакции, характеризующуюся истощением компенсаторных механизмов, нарушением функционирования и негативным влиянием на физическое и психическое здоровье[1].

Общие сведения
Психологический дистресс
Область использования психология
Автор понятия Ганс Селье

Определение

В широком смысле психологический дистресс охватывает широкий спектр эмоциональных переживаний, включая тревогу, подавленность, раздражительность, ощущение неспособности справляться с жизненными требованиями, а также симптомы, связанные с различными формами психопатологии. В отличие от кратковременного стресса, который может быть функциональным, дистресс характеризуется хроничностью, интенсивностью и дезорганизующим влиянием на поведение и когнитивные процессы[1].

undefined

Эволюция понятия: от физиологии к психологии

Понятие дистресса восходит к физиологическим исследованиям стресса, начатым канадским учёным Гансом Селье в 1930-х годах. Селье впервые ввёл различие между «хорошим» стрессом и «плохим» стрессом, подчёркивая, что стрессовая реакция сама по себе не является патологической, но приобретает деструктивный характер при чрезмерной интенсивности или длительности воздействия. В рамках разработанной им концепции общего адаптационного синдрома дистресс рассматривался как стадия истощения, наступающая после фазы сопротивления, когда ресурсы организма оказываются исчерпаны[2].

В современной психологической науке понятие дистресса вышло за рамки чисто физиологического понимания, включив когнитивные, эмоциональные и социальные компоненты. Ключевую роль в этом расширении сыграла трансакционная теория стресса Ричарда Лазаруса, согласно которой дистресс возникает не столько из-за самого стрессора, сколько из-за его когнитивной оценки индивидом как угрожающего и превышающего его возможности совладания. Этот подход подчёркивает, что дистресс является функцией взаимодействия между человеком и средой, а не просто реакцией на внешние стимулы[3].

Классификация и формы дистресса

Психологический дистресс может проявляться в различных формах, различающихся по этиологии, продолжительности и клинической картине. В современной классификации выделяют несколько ключевых типов.

Острый и хронический дистресс

Острый дистресс возникает в ответ на непосредственную угрозу и характеризуется интенсивными, но относительно кратковременными проявлениями. Он может сопровождаться паническими атаками, острой тревогой, вегетативными нарушениями и диссоциативными симптомами. При благоприятном течении и наличии адекватных ресурсов совладания острая реакция дистресса разрешается без долгосрочных последствий.

Хронический дистресс развивается при длительном воздействии стрессоров или при невозможности разрешить стрессовую ситуацию. Он характеризуется постепенным истощением адаптационных ресурсов, стойкими нарушениями настроения, когнитивными изменениями и повышенным риском развития соматических и психических заболеваний . Хронический дистресс часто ассоциируется с профессиональным выгоранием, длительной безработицей, хроническими заболеваниями и неблагоприятными социальными условиями[1].

undefined

Дистресс, связанный с травмой и утратой

Особую форму дистресса представляет посттравматический стресс, возникающий после воздействия травмирующих событий. Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) характеризуется устойчивыми проявлениями дистресса, включая навязчивые воспоминания, избегание, гипервозбуждение и негативные изменения в мышлении и настроении. Исследования показывают, что дистресс при ПТСР связан с дисрегуляцией гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой (ГГН) оси, эпигенетическими изменениями и нейровоспалительными процессами. Дистресс, связанный с утратой (горе), представляет собой нормальную реакцию на потерю близкого человека, но может приобретать патологические формы при затяжном течении, чрезмерной интенсивности или нарушении процесса переживания утраты[4][5].

Дистресс в контексте психических расстройств

Психологический дистресс является центральным компонентом многих психических расстройств. В диагностических системах DSM-5-TR и МКБ-11 критерий клинически значимого дистресса или нарушения функционирования является обязательным для постановки большинства психиатрических диагнозов. При депрессивных расстройствах дистресс проявляется в форме подавленного настроения, ангедонии, чувства вины и суицидальных мыслей; при тревожных расстройствах — в виде чрезмерного беспокойства, напряжения и вегетативной гиперактивации[6].

Нейробиологические механизмы

Нейробиологические исследования раскрывают сложные механизмы, лежащие в основе психологического дистресса. Ключевую роль играет гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая ось (ГГН-ось), активирующаяся в ответ на стресс и приводящая к выбросу кортизола и других глюкокортикоидов. При хроническом дистрессе наблюдается дисрегуляция ГГН-оси, проявляющаяся либо в гиперактивации (повышенном уровне кортизола), либо в гипоактивации (сниженной реакции на стресс), что связывается с развитием ПТСР, депрессии и других расстройств[7].

Важную роль в патогенезе дистресса играют нейровоспалительные процессы. Исследования показывают, что при посттравматическом стрессе наблюдается подавление астроцитарной функции и снижение уровня глиального фибриллярного кислого белка (GFAP) — маркера астроцитов, что указывает на нейровоспалительные изменения. Эксперименты на животных показывают, что длительное воздействие стресса приводит к уменьшению количества астроцитов в гиппокампе и изменению их свойств. Это может приводить к проблемам с памятью и нарушениям эмоционального состояния[4][8].

Окислительный стресс также играет значительную роль в патогенезе дистресс-ассоциированных состояний. Исследования показывают, что у животных с высокой уязвимостью к стрессу наблюдаются повышенные уровни малонового диальдегида (MDA) и снижение антиоксидантной защиты в гиппокампе и префронтальной коре. Эти изменения коррелируют с поведенческими проявлениями дистресса, включая ангедонию и пассивное совладание[9].

Эпигенетические механизмы обеспечивают долговременные изменения в функционировании стрессовых систем. Исследования выявляют связь между метилированием ДНК в промоторных регионах генов, участвующих в регуляции стресса, и уязвимостью к дистрессу. В частности, у лиц с ПТСР обнаружены изменения в метилировании генов, кодирующих рецепторы глутамата (mGluR5), что модулирует экспрессию этих генов и влияет на нейропластичность[10].

Факторы, влияющие на развитие дистресса

Уязвимость к психологическому дистрессу определяется сложным взаимодействием генетических, биологических, психологических и социальных факторов. Генетическая предрасположенность может модулировать реактивность ГГН-оси и нейромедиаторных систем, повышая или понижая риск развития дистресс-ассоциированных состояний. Полногеномные ассоциативные исследования (GWAS) выявляют общие генетические пути между ПТСР, депрессией и другими формами дистресса, включая гены, участвующие в функционировании глутаматергической системы и нейровоспалении[11].

Ранний опыт играет критическую роль в формировании устойчивости или уязвимости к дистрессу. Неблагоприятный детский опыт (жестокое обращение, пренебрежение, хаотичная семейная среда) связан с долгосрочными изменениями в регуляции стресса, включая эпигенетические модификации генов, участвующих в функционировании ГГН-оси и воспалительных процессов. Эти изменения могут сохраняться на протяжении всей жизни, повышая риск развития дистресса при столкновении со стрессорами во взрослом возрасте[12][13].

Социальные факторы, включая социальную поддержку, экономическое благополучие и принадлежность к уязвимым группам, существенно влияют на риск развития и течение дистресса. Низкий уровень социальной поддержки, социальная изоляция и дискриминация связаны с повышенной уязвимостью к дистрессу, тогда как надёжные социальные связи выполняют буферную функцию, снижая негативное воздействие стрессоров. Социально-экономическое неравенство, нестабильность занятости и ограниченные возможности для совладания со стрессом также повышают уязвимость к дистрессу[14][15].

Дистресс и здоровье

Связь между психологическим дистрессом и физическим здоровьем имеет двунаправленный характер. Хронический дистресс связан с повышенным риском сердечно-сосудистых заболеваний, метаболических нарушений, иммунной дисфункции и ускоренного клеточного старения. Нейровоспалительные процессы, активирующиеся при дистрессе, могут способствовать развитию нейродегенеративных заболеваний, включая болезнь Альцгеймера и другие деменции[16][17].

В клинической практике психологический дистресс часто служит предиктором ухудшения течения соматических заболеваний, снижения приверженности лечению и ухудшения качества жизни. У пациентов с хроническими заболеваниями, такими как рак, диабет или сердечно-сосудистые заболевания, высокий уровень дистресса ассоциирован с более быстрым прогрессированием болезни и повышенной смертностью. Это подчёркивает важность скрининга дистресса в общемедицинской практике и интеграции психологических интервенций в лечение соматических заболеваний[18].

Оценка и измерение

Для оценки психологического дистресса разработаны различные инструменты, различающиеся по области применения и измеряемым конструктам. Шкала дистресса Кесслера (Kessler Psychological Distress Scale, K10) является одним из наиболее широко используемых скрининговых инструментов, оценивающих частоту и интенсивность симптомов дистресса за последние 30 дней. Она позволяет выявлять лиц с повышенным риском развития психических расстройств и направлять их на дальнейшее обследование[19].

Опросник дистресса, эустресса и стресса (Di-Eu-Stress State Scale, DESS), разработанный в 2025 году, представляет собой современный инструмент для дифференцированной оценки состояния дистресса и эустресса, позволяя учитывать валентность стрессового опыта. Валидизация шкалы на больших выборках подтверждает её психометрические свойства и клиническую полезность[20].

Для специализированных клинических контекстов используются более детализированные инструменты, включая шкалы для оценки посттравматического стресса (CAPS-5), депрессии (BDI-II, PHQ-9) и тревоги (GAD-7). Выбор инструмента зависит от целей оценки, клинического контекста и характеристик обследуемой популяции[21].

Терапевтические подходы

Психосоциальные интервенции

Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) является наиболее изученным подходом к лечению дистресс-ассоциированных состояний. КПТ направлена на выявление и модификацию дезадаптивных мыслительных паттернов, усиливающих дистресс, а также на развитие навыков эффективного совладания со стрессорами. Мета-анализы подтверждают эффективность КПТ при различных формах дистресса, включая тревожные и депрессивные расстройства, ПТСР и соматоформные расстройства[22].

Терапия, ориентированная на эмоции, фокусируется на работе с эмоциональным опытом, помогая клиентам распознавать, переживать и трансформировать болезненные эмоциональные состояния, лежащие в основе дистресса. Этот подход особенно эффективен при работе с дистрессом, связанным с межличностными конфликтами и утратой[23].

Интервенции, основанные на осознанности, включая программу снижения стресса на основе осознанности (MBSR) и когнитивную терапию на основе осознанности (MBCT), доказали свою эффективность в снижении дистресса и предотвращении рецидивов депрессии. Эти методы способствуют формированию более адаптивного и толерантного восприятия стрессовых ситуаций, что позволяет уменьшить вторичный дистресс, возникающий в результате попыток контроля или ухода от проблемы[24].

Фармакологические подходы

Фармакотерапия дистресса ориентирована на основные симптомы и лежащие в их основе патологические процессы. Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС) являются препаратами первой линии при тревожных и депрессивных расстройствах, сопровождающихся дистрессом[1].

Профилактика и укрепление здоровья

Профилактика психологического дистресса включает индивидуальные, организационные и общественные уровни вмешательства. Первичная профилактика направлена на снижение воздействия стрессоров и повышение устойчивости к стрессу. Программы развития навыков совладания, психологического образования и укрепления социальных связей могут снижать риск развития дистресса в группах повышенного риска. Вторичная профилактика ориентирована на раннее выявление и своевременное вмешательство при первых признаках дистресса. В рамках первичной медицинской помощи, на рабочих местах и в образовательных учреждениях проводится скрининг на дистресс. Это позволяет обнаружить людей с повышенным риском и направить их на получение необходимой поддержки. Третичная профилактика включает меры по предотвращению рецидивов и хронизации дистресса, а также по реабилитации лиц, перенесших тяжёлые стрессовые расстройства. Длительное поддерживающее лечение, программы восстановления социального функционирования и психосоциальной реабилитации играют ключевую роль в улучшении долгосрочных исходов[1].

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 Raskin J.D. Psychopathology and Mental Distress: Contrasting Perspectives, 2nd ed. (англ.). — London: Bloomsbury Academic, 2024. — ISSN 9781350330382.
  2. Selye H. The Stress of Life. — New York: McGraw-Hill, 1956.
  3. Susan Folkman. Stress: Appraisal and Coping (англ.) // Encyclopedia of Behavioral Medicine. — New York, NY: Springer New York, 2013. — P. 1913–1915. — ISBN 978-1-4419-1004-2, 978-1-4419-1005-9. — doi:10.1007/978-1-4419-1005-9_215.
  4. 1 2 Mark W. Miller, Xiang Zhao, Erika J. Wolf, William P. Milberg, et al. Genetic and epigenetic analysis of plasma glial fibrillary acidic protein (GFAP) levels in PTSD (англ.) // Molecular Psychiatry. — 2025-09-10. — Vol. 31, iss. 1. — P. 352–361. — ISSN 1476-5578 1359-4184, 1476-5578. — doi:10.1038/s41380-025-03232-5.
  5. Ashbaugh A.R., et al. Stress and Distress. — The Encyclopedia of Clinical Psychology, Wiley, 2015. — С. 1–6.
  6. American Psychiatric Association. Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders, Fifth Edition, Text Revision (DSM-5-TR). — Washington: DC: American Psychiatric Publishing, 2022. — ISBN 9780890425763.
  7. Kang J.I., et al. Neuroendocrine and inflammatory markers in patients with post-traumatic stress disorder: associations with hypothalamic-pituitary-adrenal axis dysregulation // Psychoneuroendocrinology. — 2025. — № 181.
  8. Takeda Y., et al. Chronic stress-induced reduction in hippocampal astrocyte numbers and its correlation with cognitive deficits (англ.) // Journal of Neuroscience. — 2025. — No. 27.
  9. Aschbacher K., Mason A.E. Eustress, distress, and oxidative stress: Promising pathways for mind-body medicine (англ.) // Oxidative Stress. — 2025. — P. 583—617.
  10. Patrick O McGowan, Aya Sasaki, Ana C D'Alessio, Sergiy Dymov, et al. Epigenetic regulation of the glucocorticoid receptor in human brain associates with childhood abuse (англ.) // Nature Neuroscience. — 2009-02-22. — Vol. 12, iss. 3. — P. 342–348. — ISSN 1546-1726 1097-6256, 1546-1726. — doi:10.1038/nn.2270.
  11. Kayla G. Retallick-Townsley, Seoyeon Lee, Sarah E. Williams, Sam Cartwright, et al. Dynamic neuro-immune regulation of psychiatric risk loci in human neurons (англ.). pmc.ncbi.nlm.nih.gov (9 июля 2024). Дата обращения: 30 марта 2026.
  12. Christine Heim, Elisabeth B. Binder. Current research trends in early life stress and depression: Review of human studies on sensitive periods, gene–environment interactions, and epigenetics (англ.) // Experimental Neurology. — 2012-01. — Т. 233, вып. 1. — С. 102–111. — ISSN 0014-4886. — doi:10.1016/j.expneurol.2011.10.032.
  13. Камнева Н.А. Интенсивность симптомов психологического дистресса в семье // Psychological Science. — 2016. — № 1.
  14. Lasse Brandt, Shuyan Liu, Christine Heim, Andreas Heinz. The effects of social isolation stress and discrimination on mental health (англ.) // Translational Psychiatry. — 2022-09-21. — Vol. 12, iss. 1. — ISSN 2158-3188. — doi:10.1038/s41398-022-02178-4.
  15. Аргайл М. Дистресс и психические расстройства, Психология счастья. — М.: Прогресс, 2003. — ISBN 5272003705.
  16. Aschbacher K., et al. The biological and psychological pathways from stress to cardiovascular disease (англ.) // Neuroscience & Biobehavioral Reviews. — 2023. — No. 150.
  17. Michael T Heneka, Monica J Carson, Joseph El Khoury, Gary E Landreth, et al. Neuroinflammation in Alzheimer's disease (англ.) // The Lancet Neurology. — 2015-04. — Vol. 14, iss. 4. — P. 388–405. — ISSN 1474-4422. — doi:10.1016/S1474-4422(15)70016-5.
  18. T. C. Russ, E. Stamatakis, M. Hamer, J. M. Starr, M. Kivimaki, G. D. Batty. Association between psychological distress and mortality: individual participant pooled analysis of 10 prospective cohort studies (англ.) // BMJ. — 2012-07-31. — Vol. 345, iss. jul31 4. — P. e4933–e4933. — ISSN 1756-1833. — doi:10.1136/bmj.e4933.
  19. Kessler R. C., et al. Short screening scales to monitor population prevalences and trends in non-specific psychological distress (англ.) // Psychological Medicine. — 2002-08. — Vol. 32, iss. 6. — P. 959–976. — ISSN 1469-8978 0033-2917, 1469-8978. — doi:10.1017/s0033291702006074.
  20. Vikoler T., Kovács D., Traut-Mattausch E. The Di-Eu-Stress State Scale (DESS Scale): Development and validation of a scale measuring state distress and eustress (англ.). European Journal of Psychological Assessment Р. 486–505 (2025).
  21. Frank W. Weathers, Michelle J. Bovin, Daniel J. Lee, Denise M. Sloan, et al. The Clinician-Administered PTSD Scale for DSM–5 (CAPS-5): Development and initial psychometric evaluation in military veterans. (англ.) // Psychological Assessment. — 2018-03. — Vol. 30, iss. 3. — P. 383–395. — ISSN 1040-3590 1939-134X, 1040-3590. — doi:10.1037/pas0000486.
  22. Stefan G. Hofmann, Anu Asnaani, Imke J. J. Vonk, Alice T. Sawyer, Angela Fang. The Efficacy of Cognitive Behavioral Therapy: A Review of Meta-analyses (англ.) // Cognitive Therapy and Research. — 2012-07-31. — Vol. 36, iss. 5. — P. 427–440. — ISSN 1573-2819 0147-5916, 1573-2819. — doi:10.1007/s10608-012-9476-1.
  23. Greenberg L.S. Emotion-Focused Therapy. — Washington: DC: American Psychological Association, 2017. — ISBN 9781433826328.
  24. Kabat-Zinn J. Full Catastrophe Living: Using the Wisdom of Your Body and Mind to Face Stress, Pain, and Illness. — New York: Delta, 1990. — ISBN 9780385303125.

Дополнительно по теме