АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
2219276 статей на русском языкеО РУВИКИ

Теория реверсивности

Теория реверсивности (от лат. reversus — «обратный»; также известна как реверсивная психология) — направление в психологии мотивации и личности, изучающее динамические переключения (реверсии) между противоположными метамотивационными состояниями, определяющими поведение, эмоциональные переживания и интерпретацию реальности. В отличие от традиционных теорий, постулирующих стремление к гомеостазу или оптимальному уровню активации, теория реверсивности утверждает, что человеческая мотивация имеет двойственную природу и выражается в качественных, а не количественных изменениях[1][2][3].

Общие сведения
Теория реверсивности
Область использования Психология мотивации, Психология личности, Психотерапия
Автор понятия Майкл Дж. Аптер, Кен Смит

Основоположники и развитие

Теория реверсивности была разработана в середине 1970-х годов британскими психологами Майклом Дж. Аптером (англ. Michael J. Apter) и Кеном Смитом (англ. Ken Smith)[4].

Первоначально теория создавалась для нужд практической помощи детям с поведенческими нарушениями, но впоследствии получила широкое применение в различных областях психологии. В 1987 году статья М. Дж. Аптера «Теория реверсивности и человеческая активность» была опубликована в журнале «Вопросы психологии»[5], что ознаменовало знакомство советских психологов с данным подходом.

Ключевые этапы развития теории:

  • 1970-е годы — формулирование основных положений и введение понятия «метамотивационных состояний»;
  • 1980-е годы — расширение теоретической базы и идентификация четырёх пар противоположных состояний;
  • 1990-е годы — формализация структуры четырёх метамотивационных тетрад;
  • 2001 год — публикация сборника «Motivational Styles in Everyday Life» под редакцией М. Аптера, представляющего систематическое изложение теории.

Значительный вклад в развитие теории внесли также Кен Хескин (англ. Ken Smith), Свен Свебак (англ. Sven Svebak), Джон Керр (англ. John Kerr) и другие исследователи, разрабатывавшие прикладные аспекты теории реверсивности в спорте, управлении, клинической практике и других областях[6][7].

Ключевые концепции

Метамотивационные состояния

Центральное понятие теории: метамотивационные состояния, устойчивые феноменологические паттерны, определяющие то, как человек интерпретирует свои мотивы, переживает активацию и структурирует поведение. В отличие от традиционного понимания мотивации как направленности на удовлетворение потребностей, метамотивационные состояния описывают способ переживания мотивации, и её влияние на человека. Важнейшая характеристика метамотивационных состояний — их биполярная структура: они организованы в пары противоположных, несовместимых состояний. В любой момент времени активным может быть только одно состояние из каждой пары, тогда как противоположное ему находится в латентном состоянии[2].

Четыре тетрады метамотивационных состояний

Теория реверсивности выделяет четыре фундаментальные пары противоположных состояний, названные тетрадами. Целевая тетрада, для которой характерны серьёзное и игровое состояния. Ориентирована на цель и на процесс. Нормативная тетрада, для которой характерны конформирующее и негативистическое (вызывающее) состояния. Характеризуется следованием правилам и сопротивлением правилам. Трансакционная тетрада, для которой характерны мастерство (Mastery) и симпатия (Sympathy). Характеризуется властью и контролем; заботой и состраданием. Ориентационная тетрада, для которой характерны аутическое (Self-oriented) и аллоическое (Other-oriented) состояния. Характеризуется фокусом на себе и на других.

Состояния

Телическое состояние (от греч. telos — «цель»), серьёзное состояние, и парателическое состояние (от греч. para — «рядом, вне»), игровое состояния — ориентация на процесс деятельности. Это наиболее фундаментальная пара состояний. В серьёзном состоянии индивид ориентирован на достижение важных целей, планирование будущего и избегание высокой активации, которая переживается как тревога. В игровом состоянии акцент смещается на сам процесс деятельности, сиюминутное удовольствие и поиск активации, которая переживается как возбуждение и восторг[2].

Конформирующее и негативистическое — эта пара описывает отношение к правилам и границам. В конформирующем состоянии человек стремится следовать установленным нормам, оправдывать ожидания и поддерживать социальную гармонию. В негативистическом (вызывающем) состоянии он сопротивляется правилам, отстаивает личную свободу и может воспринимать бунтарство как нечто, имеющее ценность само по себе[2].

Мастерство и симпатия — эта тетрада фокусируется на способах взаимодействия с другими. Состояние мастерства мотивировано властью, контролем, достижениями и доминированием. Состояние симпатии, напротив, ориентировано на доброту, сострадание, теплоту и принятие, выделяя эмоциональную связь с другими[2].

Аутическое и аллоическое — эта пара определяет эмоциональную ориентацию. В аутическом (самоориентированном) состоянии фокус направлен на собственные чувства, переживания и последствия. В аллоическом состоянии внимание обращено на перспективу, чувства и потребности других людей[2].

Важно отметить, что эти четыре пары функционируют независимо, создавая 16 возможных комбинаций активных состояний. Каждая такая комбинация создаёт уникальную феноменологическую структуру переживания мира[2].

Реверсия

Реверсия — качественное, дискретное переключение между противоположными метамотивационными состояниями. В отличие от градуальных изменений (например, постепенного нарастания интенсивности), реверсия представляет собой скачкообразный переход, изменяющий саму призму восприятия реальности.

Механизмы, вызывающие реверсию:

  1. Сатиация (насыщение) — длительное пребывание в одном состоянии приводит к пресыщению, что инициирует спонтанное переключение. Например, после нескольких часов напряжённой работы человек может испытать сильное желание отвлечься и развлечься.
  2. Фрустрация — в случае, когда текущая ситуация не приносит ожидаемого результата или вызывает негативные эмоции, это может привести к фрустрации и последующему изменению поведения. Человек, чьи планы постоянно рушатся, может в состоянии отчаяния переключиться на развлечения, отказываясь от целенаправленных действий.
  3. Контингентные события — внешние обстоятельства могут принудительно вызывать реверсию. Внезапная опасность мгновенно переключает из игрового состояния в серьёзное, требуя целенаправленных действий[1][2].

Гедонический тон и активация

Теория реверсивности предлагает принципиально новое понимание взаимосвязи между активацией (физиологическим возбуждением) и гедоническим тоном (субъективным переживанием удовольствия/неудовольствия). В противовес концепции оптимального уровня активации, которая предполагает существование единой кривой, отражающей зависимость удовольствия от уровня активации, теория реверсивности постулирует наличие двух различных систем:

  • система избегания активации (активна в серьёзном состоянии); низкая активация переживается как приятная релаксация, высокая —как неприятная тревога;
  • система поиска активации (активна в игровом состоянии); высокая активация переживается как приятное возбуждение, низкая — как скука.

Один и тот же физиологический уровень активации (например, учащённое сердцебиение) может переживаться либо как тревога, либо как восторг, в зависимости от того, в каком метамотивационном состоянии находится человек.

Этот механизм объясняет «парадоксальную мотивацию», феномен добровольного поиска ситуаций, связанных с высоким риском и интенсивным возбуждением (экстремальные виды спорта, хоррор-фильмы, американские горки). В игровом состоянии высокая активация переживается как острый восторг[2][6][8].

Эмпирические исследования и измерения

Психометрические инструменты

Для операционализации теории был разработан ряд психометрических методик. Наиболее известная из них: Шкала серьёзной доминантности (Telic Dominance Scale), измеряющая индивидуальные различия в предрасположенности к пребыванию в серьёзном или игровом состоянии. Дальнейшее развитие инструментария включало методики для измерения всех четырёх тетрад метамотивационных состояний[9].

Психофизиологические исследования

В работах Г. Льюиса (англ. Lewis, G.) и С. Свебака (англ. Svebak, S.) были предприняты попытки связать метамотивационные состояния с дифференциальными паттернами физиологической активности. Эти исследования показали, что серьёзное и игровое состояния характеризуются различными состояниями сердечного ритма, кожно-гальванической реакции и мышечного напряжения[10][11].

Прикладные области

Спортивная психология

Теория реверсивности оказалась особенно продуктивной в понимании мотивации спортсменов. Исследования Дж. Керра и его коллег показали, что успешность выступления в спорте зависит от способности спортсмена находиться в состоянии, соответствующем характеру деятельности (серьёзное — для дисциплинированной, рутинной подготовки; игровое — для спонтанных, креативных действий). Тренинг реверсивной гибкости (способности произвольно переключаться между состояниями) стал важным компонентом психологической подготовки в некоторых видах спорта[7].

Организационная психология и управление

В менеджменте теория реверсивности применяется для понимания трудовой мотивации и управления персоналом. М. Аптер и С. Картер показали, что эффективное лидерство требует способности диагностировать текущие метамотивационные состояния сотрудников и создавать условия для реверсий, когда это необходимо[6].

Клиническая психология и психотерапия

Теория реверсивности предложила новый взгляд на психопатологию и психотерапию. К. Лафренье (англ. Lafreniere, K. D.), Д. Леджервуд (англ. Ledgerwood, D. M.) и С. Мургатройд (англ. Murgatroyd, S. J.) разработали систематическое применение теории в клинической практике. В частности:

  • тревожные расстройства рассматриваются как «застревание» в серьёзном состоянии с хронической гиперчувствительностью к высокой активации; цель терапии — помочь человеку вернуться в состояние игры, где те же самые ощущения воспринимаются как радость и удовольствие;
  • зависимости (курение, алкоголизм) интерпретируются через призму реверсий, например, курение может служить средством управления реверсиями между состояниями;
  • оппозиционно-вызывающее поведение понимается как фиксация в негативистическом состоянии, требующая терапевтических интервенций, направленных на расширение репертуара метамотивационных состояний[12].

Управление стрессом и здоровье

Р. Мартин и С. Свебак применили теорию реверсивности к пониманию стресса, показав, что стрессовая реакция возникает не столько от объективного уровня нагрузки, сколько от несоответствия между текущим метамотивационным состоянием и требованиями ситуации. Интервенции, направленные на изменение метамотивационного состояния (а не только на снижение активации), показали свою эффективность в управлении стрессом[10].

Критика и ограничения

Теория реверсивности, несмотря на свою эвристическую ценность, подвергалась критике по ряду направлений[13]:

  1. Эмпирическая валидизация реверсий — основная линия критики связана с трудностью экспериментального подтверждения дискретного, скачкообразного характера реверсий. Специалисты считают, что изменения в мотивации могут происходить постепенно, а не резко. Операционализация и надёжное измерение точного момента и причины реверсии часто опираются на самоотчёт и ретроспективный анализ, что создаёт методологические проблемы.
  2. Сложность модели — наличие четырёх независимых пар метамотивационных состояний создаёт 16 возможных комбинаций, что, с одной стороны, обеспечивает высокую описательную детализацию, но с другой, затрудняет эмпирическое прогнозирование, так как исследователи должны учитывать влияние всех четырёх тетрад одновременно. Некоторые эксперты также обращают внимание на возможное концептуальное сходство между этими состояниями, что заставляет усомниться в необходимости всех четырёх пар как отдельных сущностей.
  3. Ограниченная интеграция с нейробиологией — по сравнению с чисто когнитивными или физиологическими теориями мотивации, теория реверсивности в меньшей степени интегрирована с нейробиологическими данными. Хотя предпринимались попытки связать метамотивационные состояния с дифференциальной активностью мозга, теория остаётся преимущественно феноменологической.

Связь со смежными понятиями

Важно понимать разницу между теорией реверсивности и другими похожими, но совершенно иными понятиями. «Психология от обратного», бытовой феномен, описывающий ситуацию, когда убеждение сделать что-либо вызывает противоположную реакцию. Этот феномен интерпретируется в рамках реверсивной теории как проявление негативистического (вызывающего) состояния. Поведенческая реверсия, техника когнитивно-поведенческой терапии, направленная на замену дезадаптивных поведенческих паттернов адаптивными через структурированное ролевое проигрывание. В финансовой психологии существует понятие реверсии, которое описывает долгосрочный процесс возвращения цен активов к средним значениям. Этот феномен изучается в рамках поведенческой экономики[14][15][2].

Современное состояние и перспективы

Теория реверсивности продолжает оставаться специфической, но при этом значимой теорией в сфере мотивации. Она не достигла институционального признания, сравнимого с доминирующими теориями (такими как теория самоопределения), но продолжает вызывать интерес у специалистов, которые изучают динамические аспекты мотивации, особенно в ситуациях, где ставки высоки и эмоции сильны.

Ключевые направления современных исследований включают:

  • разработку более чувствительных инструментов для измерения метамотивационных состояний в реальном времени (экологическая валидность);
  • исследование нейробиологических коррелятов реверсий с использованием методов нейровизуализации;
  • применение теории в организационных контекстах для оптимизации командной работы и лидерства;
  • развитие интервенций на основе реверсивной психологии для клинических популяций (тревожные расстройства, зависимости, расстройства личности).

В перспективе теория реверсивности может внести вклад в более широкое понимание человеческой мотивации как динамического, контекстно-зависимого процесса, где стабильность и изменчивость не противопоставляются, а рассматриваются как взаимодополняющие аспекты функционирования личности[16][17][18].

Примечания

  1. ↑ 1 2 Klarica А. Motivational styles in everyday life: a guide to reversal theory. (англ.) // British Journal of Sports Medicine. — 2002-02. — Vol. 36, iss. 1. — P. 77–77. — ISSN 1473-0480 0306-3674, 1473-0480. — doi:10.1136/bjsm.36.1.77.
  2. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Apter, M. J. The experience of motivation: The theory of psychological reversals. — London, New York: Academic Press, 1982. — ISBN 0120589206.
  3. ↑ Apter, M. J. Reversal theory and personality: A review (англ.) // Journal of Research in Personality. — 1984. — Vol. 18, iss. 3. — P. 265–288. — doi:10.1016/0092-6566(84)90013-8.
  4. ↑ Аптер, М. Дж. Теория реверсивности и человеческая активность // Вопросы психологии. — 1987. — № 1. — С. 162–169.
  5. ↑ Аптер, М. Дж. Теория реверсивности и человеческая активность // Вопросы психологии. — 1987. — № 1. — С. 162–169.
  6. ↑ 1 2 3 Apter, M. J. (Ed.). Motivational styles in everyday life: A guide to reversal theory. — American Psychological Association, 2001. — ISBN 978-1557987396.
  7. ↑ 1 2 Kerr, J. H. Sport and exercise. In M. J. Apter (Ed.), Motivational styles in everyday life: A guide to reversal theory. — American Psychological Association, 2001. — С. 187–208. — ISBN 978-1557987396.
  8. ↑ Рудакова, Е. Н. К проблеме психологической диагностики преобладающей мотивации деятельности современных педагогов // Психолог. — 2019. — № 2. — С. 71-76.
  9. ↑ Stephen Morgatroyd, Cyril Rushton, Michael Apter, Colette Ray. The Development of the Telic Dominance Scale (англ.) // Journal of Personality Assessment. — 1978-10. — Vol. 42, iss. 5. — P. 519–528. — ISSN 1532-7752 0022-3891, 1532-7752. — doi:10.1207/s15327752jpa4205_14.
  10. ↑ 1 2 Martin, R. A., Svebak, S. Stress. In M. J. Apter (Ed.) Motivational styles in everyday life: A guide to reversal theory. — Amer Psychological Assn, 2001. — С. 113–130. — ISBN 978-1557987396.
  11. ↑ Lewis, G., Svebak, S. The psychophysiology of metamotivation. In M. J. Apter (Ed.), Motivational styles in everyday life: A guide to reversal theory. — American Psychological Association, 2001. — С. 93–112. — ISBN 978-1557987396.
  12. ↑ Lafreniere, K. D., Ledgerwood, D. M., Murgatroyd, S. J. Psychopathology, therapy, and counseling. In M. J. Apter (Ed.), Motivational styles in everyday life: A guide to reversal theory. — American Psychological Association, 2001. — С. 261–284. — ISBN 978-1557987396.
  13. ↑ Cramer, K. M. Six Criteria of a Viable Theory: Putting Reversal Theory to the Test. In Proceedings of the 3rd International Reversal Theory Conference (англ.) // Journal of Motivation Emotion and Personality Reversal Theory Studies 1. — 2013.
  14. ↑ Glowiak Matt., PhD, LCPC. Habit Reversal Training: How It Works, Costs, & What to Expect, ChoosingTherapy.com. Дата обращения: 3 апреля 2026.
  15. ↑ Bevan, M., Cramer, K. M. Impact of test-taking setting on conformist-negativistic states and measures. Proceedings of the 3rd International Reversal Theory Conference (англ.) // University of Windsor, Journal of Motivation, Emotion, and Personality. — 2017. — No. 6. — P. 8–14.
  16. ↑ Apter, M. J. Reversal theory: The dynamics of motivation, emotion, and personality. — Oxford: Oneworld Publications, 2007. — ISBN 978-1851684809.
  17. ↑ Apter, M. J., Desselles, M. Zigzag and zeitgeist: Motivation in organizations (англ.) // Development and Learning in Organizations, 32(5). — 2018. — P. 5–7.
  18. ↑ Gui Xue, Dara G. Ghahremani, Russell A. Poldrack. Neural Substrates for Reversing Stimulus–Outcome and Stimulus–Response Associations (англ.) // The Journal of Neuroscience. — 2008-10-29. — Vol. 28, iss. 44. — P. 11196–11204. — ISSN 1529-2401 0270-6474, 1529-2401. — doi:10.1523/JNEUROSCI.4001-08.2008.

Дополнительно по теме

Категории