АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
О РУВИКИ

Психическое здоровье подростков

Экспертиза РАН

Logo-ran-black.png
Проведена экспертиза
Российской академией наук
Подробнее
Aprove.svg

Экспертиза РАН

Arrow-Right.png
Logo-ran.png
Проведена экспертиза
Российской академией наук
Подробнее

Психи́ческое здоро́вье подро́стков — это состояние благополучия, при котором подросток (лицо в возрасте 10—19 лет) может реализовать свой потенциал, справляться со стрессами[1][2]. Оно включает эмоциональное, психологическое и социальное благополучие и влияет на то, как молодые люди думают, чувствуют, взаимодействуют с другими и принимают решения.

Общие сведения
Психическое здоровье подростков
Область использования Психология

Значимость и факты

Проблемы психического здоровья в подростковом возрасте приобретают характер глобального вызова общественному здравоохранению. Масштабы распространённости и тяжесть последствий требуют пристального внимания и системных мер.

Эпидемиологические данные свидетельствуют о тревожных тенденциях:

  • согласно оценкам Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), каждый седьмой подросток в возрасте 10—19 лет во всём мире сталкивается с диагностируемым психическим расстройством[3];
  • в структуре этих расстройств ведущее место занимают депрессия, тревожные расстройства и поведенческие нарушения, которые не только серьёзно снижают качество жизни в настоящем, но и создают риск долгосрочных негативных последствий для развития, образования и социальной адаптации[3];
  • наиболее трагическим исходом нерешённых психических проблем является суицид. В глобальной статистике он остаётся четвёртой ведущей причиной смерти среди молодых людей, что подчёркивает острую необходимость в доступной и эффективной профилактике, раннем выявлении и своевременном оказании помощи[3].

Факторы риска и детерминанты

Психическое благополучие подростков формируется в результате сложного динамического взаимодействия биологических, психологических и социальных факторов. Помимо индивидуальных особенностей, на него мощно влияет широкий спектр внешних детерминант, которые могут выступать как защитой, так и источником значительных рисков. Эти факторы действуют на нескольких взаимосвязанных уровнях.

Социальные и средовые детерминанты играют фундаментальную роль. Ключевое значение имеют социально-экономическое положение семьи, качество семейной среды (эмоциональная поддержка, стабильность, стиль воспитания) и характер взаимоотношений со сверстниками. Неблагоприятная обстановка, характеризующаяся хроническими конфликтами, эмоциональной холодностью, насилием или гиперопекой, создаёт токсичную среду, подрывающую чувство безопасности. Подростки, сталкивающиеся с такими условиями, а также с буллингом, стигматизацией психических проблем, социальным неравенством и общей жизненной нестабильностью, подвержены высокому риску развития тревожных, депрессивных и поведенческих расстройств. Стигматизация, в частности, ведёт к сокрытию переживаний и отказу от своевременной помощи, способствуя хронизации состояний[4].

Факторы образа жизни и цифровой среды оказывают непосредственное влияние на психическое состояние. К значимым негативным паттернам относятся хронический недостаток сна, низкая физическая активность и проблемное использование цифровых технологий. Чрезмерная и нерегулируемая активность в онлайн-пространстве (непрерывный скроллинг социальных сетей, погружение в виртуальные миры, кибербуллинг) коррелирует с ростом симптомов тревоги и депрессии, расстройства восприятия собственного тела; проблем со сном и усилением чувства социальной изоляции. По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), рост такого поведения среди подростков отмечается во многих странах, включая Россию[4][5].

Макросоциальные стрессоры и кризисные события создают общий фон уязвимости. Экономическая нестабильность и социальная напряжённость формируют чувство неопределённости в отношении будущего. Значимым триггером выступают резкие изменения условий жизни: переезд, потеря близкого человека, развод родителей, опыт физического или психологического насилия, а также крупномасштабные кризисы (например, пандемия). Подобные травматические события могут катализировать развитие посттравматического стрессового расстройства (ПТСР), депрессии или тревоги, особенно при отсутствии у подростка внутренних и внешних ресурсов для совладания[4].

Гендерные особенности также опосредуют переживание трудностей. Исследования, в том числе данные ВОЗ, показывают, что девушки-подростки в ряде регионов статистически чаще сообщают о переживании одиночества, хронической тревоги и депрессивного настроения, что может быть связано с комплексом социальных ожиданий и повышенной уязвимостью к специфическим формам давления, включая кибербуллинг[3].

Распространённые психические проблемы у подростков

Подростковый возраст, характеризующийся интенсивным физиологическим, психологическим и социальным развитием, является периодом повышенной уязвимости для возникновения целого ряда психических расстройств. Знание и своевременное распознавание этих проблем имеют критическое значение для организации ранней помощи.

Среди ключевых нарушений, с которыми сталкиваются подростки, выделяются следующие:

  • Депрессия и тревожные расстройства относятся к числу наиболее распространённых. Особенно высокий риск их развития наблюдается в условиях хронического стресса, нестабильной семейной обстановки, академического давления или травматического опыта. Симптомы могут включать стойкое подавленное настроение, потерю интересов, повышенную утомляемость, а также постоянное беспокойство, панические атаки и социальную тревогу[4].
  • Расстройства поведения и пищевого поведения часто манифестируют именно в этот период. Поведенческие расстройства могут проявляться в устойчивых паттернах агрессивного, оппозиционно-вызывающего или деструктивного поведения. Расстройства пищевого поведения (нервная анорексия, булимия, компульсивное переедание) тесно связаны с проблемами самооценки, искажённым восприятием тела и часто начинаются в подростковом возрасте, неся серьёзные риски для физического здоровья[4].
  • Психотические расстройства, такие как шизофрения, могут впервые проявиться в позднем подростковом возрасте. Начальные симптомы (нарушения мышления, слуховые галлюцинации, социальная отгороженность) способны резко нарушать процесс обучения и социальное функционирование, требуя немедленного специализированного вмешательства[4].
  • Суицидальное поведение и самоповреждения представляют собой наиболее опасные проявления психического неблагополучия. Подростковый возраст — период повышенного риска возникновения суицидальных мыслей, попыток и целенаправленного нанесения себе повреждений (порезов, ожогов) как способа совладания с невыносимыми эмоциями. Эти действия являются прямым показанием для срочной психологической и, часто, психиатрической помощи[4].
  • Рискованное поведение (употребление психоактивных веществ, опасное сексуальное поведение, неоправданно рискованные действия) может выступать как форма самолечения, бегства от реальности или следствие импульсивности. Оно тесно связано с лежащим в его основе эмоциональным дистрессом, депрессией или тревогой и требует комплексной работы, направленной на первопричину[4].

В подростковом возрасте спектр психологических проблем весьма обширен и разнообразен. Они могут оказать серьёзное влияние на жизнь подростка и его будущее развитие, поэтому крайне важно уделять внимание их профилактике, своевременному выявлению и созданию доступной системы комплексной помощи.

Психическое здоровье подростков в России

Психическое здоровье подростков в Российской Федерации формируется и оценивается в специфическом контексте, который определяется особенностями национальной системы здравоохранения, социально-экономическими условиями и культурными нормами.

Как отмечают в своём исследовании Чичерин Л. П. и Щепин В. О. (2024), анализ состояния психического здоровья детей и подростков в России проводится на фоне растущего числа проблем и системных вызовов. Авторы в статье, опубликованной в журнале «Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины», подчёркивают, что специфика российской системы здравоохранения, структура социальных институтов и особенности культуры оказывают непосредственное влияние на процессы выявления, диагностики и оказания поддержки подросткам с психическими трудностями. Это указывает на необходимость адаптации общемировых подходов к профилактики и помощи с учётом местных реалий[5].

Помимо организационных факторов, значительное влияние оказывают поведенческие паттерны, связанные с образом жизни. Согласно данным, публикуемым в средствах массовой информации со ссылкой на экспертные оценки, около 80 % российских подростков ведут малоподвижный образ жизни, не достигая рекомендуемого уровня физической активности[6][7]. Этот фактор является серьёзным риском не только для физического, но и для психического благополучия, поскольку доказана прямая связь между гиподинамией и повышением уровня тревожности, депрессивных симптомов и ухудшением когнитивных функций[8][9][10].

Таким образом, ситуация с психическим здоровьем подрастающего поколения в России характеризуется комплексным воздействием институциональных, социальных и поведенческих детерминант. Для её улучшения требуется как развитие доступной и эффективной системы психиатрической и психологической помощи, так и популяризация здорового образа жизни, что в совокупности может способствовать формированию более устойчивой и ресурсной молодёжной среды.

Российские данные и тенденции

Анализ текущей ситуации и научных публикаций позволяет выделить ряд ключевых тенденций и проблемных зон в сфере психического здоровья подростков в России. Современные данные свидетельствуют о сохраняющейся остроте вопроса и появлении новых вызовов.

Согласно Национальному отчёту о психическом здоровье (Mental-Health Russia, 2023), одним из центральных исследовательских и практических фокусов является проблема тревожности, депрессии и деструктивного поведения среди подростков. Эти состояния рассматриваются как ведущие причины психологического неблагополучия, нарушающие образовательный процесс и социальную адаптацию. Эта оценка совпадает с выводами обзора в журнале «Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины» Национального исследовательского института общественного здоровья, который констатирует общий рост поведенческих и эмоциональных проблем в подростковой популяции[11][12].

Помимо распространённых расстройств, клинически значимой остаётся проблема психотических расстройств. Как отмечают российские психиатры, их распространённость в подростковой среде требует особого внимания. Исследование А. Г. Головиной и М. С. Лукьяновой продемонстрировало высокий уровень психотических состояний среди подростков, госпитализированных в психиатрический стационар, что указывает на тяжесть патологии в этой группе и необходимость развития ранней диагностики и специализированной помощи[13].

Современный цифровой контекст формирует новые факторы риска. Эмпирические исследования, в том числе работа с участием 175 подростков, выявили тесную связь между проблемным использованием интернета (интернет-зависимостью) и ухудшением психического статуса. Было показано, что у подростков с разным уровнем интернет-активности существенно различаются показатели тревожности, социальной адаптации и общего психологического благополучия, причём эти различия часто опосредованы возрастом и полом[14].

Общую тревожную динамику подтверждает официальная статистика. В 2023 году в России впервые было диагностировано психическое расстройство или расстройство поведения у 460,4 тысячи человек, и значительную часть этой группы составляют дети и подростки. Этот рост числа первичных диагнозов, с одной стороны, может отражать улучшение выявляемости и снижение стигмы, а с другой — указывать на реальное увеличение нагрузки на психику молодого поколения в условиях современных социальных и технологических вызовов[15].

Таким образом, российские данные рисуют комплексную картину, где традиционные проблемы (тревога, депрессия, психозы) сосуществуют с новыми рисками, порождёнными цифровой средой. Это требует комплексного ответа, включающего усиление профилактики, развитие доступных служб помощи и проведение дальнейших исследований с учётом российской специфики.

Проблемы и барьеры в системе помощи в России

Формирование эффективной системы поддержки психического здоровья детей и подростков в России сталкивается с рядом системных проблем и барьеров, которые существенно ограничивают доступность и своевременность оказания помощи.

Ключевым структурным вызовом является недостаточная доступность квалифицированной психотерапевтической и психиатрической помощи, особенно в регионах. За пределами крупных городов наблюдается острый дефицит детских психиатров, клинических психологов и психотерапевтов, что создаёт «географическое неравенство» в получении необходимой поддержки[16][17]. Этот дефицит усугубляется общим недостатком специализированных служб, ориентированных на детско-подростковую популяцию. Учреждением федерального значения в этой сфере остаётся Научно-практический центр психического здоровья детей и подростков имени Г. Е. Сухаревой в Москве, который предоставляет комплексную кризисную помощь, диагностику, лечение и реабилитацию[18].

Ещё одним критическим пробелом является отсутствие развитой системы профилактики и раннего выявления. В большинстве образовательных организаций России отсутствуют систематические программы скрининга психического здоровья, которые позволили бы своевременно обнаруживать признаки эмоционального неблагополучия, тревоги или депрессии у учащихся. Профилактическая работа, как правило, носит эпизодический, а не регулярный характер.

Необходимые меры и перспективы

Для улучшения психического здоровья подростков в России важно: развивать профилактические программы в школах — вводить курсы эмоциональной грамотности, устойчивости к стрессу и навыков копинга. Расширять сеть доступной психиатрической и психологической помощи, включая мобильные и онлайн-форматы. Проводить регулярные скрининги психического здоровья среди подростков и направлять в специализированные службы при первых признаках расстройств. Снизить стигму через кампании просвещения родителей, учителей и подростков о важности ментального здоровья и доступности помощи. Усилить исследовательскую деятельность: финансировать исследования на тему психического здоровья подростков и социально-психологических детерминантов[19][20][21][22].

Профилактика и укрепление психического здоровья

Укрепление психического здоровья подростков требует комплексного и упреждающего подхода, направленного не только на лечение уже возникших расстройств, но и на формирование устойчивости и создание поддерживающей среды. Эффективная стратегия профилактики должна реализовываться на нескольких взаимосвязанных уровнях.

Фундаментальную роль играет образовательная среда. Внедрение в школах программ по развитию социально-эмоциональных навыков (SEL) позволяет научить подростков распознавать и регулировать эмоции, конструктивно разрешать конфликты, развивать эмпатию и навыки совладания со стрессом. Эти программы закладывают основу психологической устойчивости и формируют культуру, в которой умение просить о помощи воспринимается как признак силы, а не слабости. Ключевым компонентом такой работы является организация регулярных скринингов психического здоровья для раннего выявления симптомов тревоги, депрессии или эмоционального неблагополучия. Это позволяет оказывать своевременную поддержку ещё до перехода проблем в клиническую стадию[23][24].

Второй важнейший элемент — обеспечение доступности и качества профессиональной помощи. Это подразумевает развитие сети служб психологического и психиатрического сопровождения, специально адаптированных для подростковой аудитории. Услуги должны включать как конфиденциальное консультативное сопровождение, так и специализированную психотерапию и, при необходимости, медицинскую помощь. Особое значение имеет снижение административных и финансовых барьеров для получения такой поддержки[23][24].

Необходимо вести работу по изменению общественного сознания через профилактические и просветительские кампании. Их цель — повышение грамотности в вопросах психического здоровья, развенчание мифов и активное снижение стигмы, связанной с обращением к психологу или психиатру. Наконец, устойчивый результат невозможен без вовлечения ключевых групп взрослого окружения. Родители, педагоги, тренеры и представители местных сообществ нуждаются в знаниях о признаках психологического неблагополучия и навыках первой психологической поддержки. Их активное участие позволяет создать единую безопасную и принимающую среду — как в школе, так и за её пределами, — которая сама по себе становится мощным профилактическим фактором[23][24].

Роль международных и правительственных организаций

Создание глобальной и национальной систем поддержки психического здоровья подростков является приоритетной задачей, в решении которой ключевую роль играют международные и правительственные организации. Их деятельность направлена на формирование единых стандартов, мобилизацию ресурсов и координацию усилий на разных уровнях.

На глобальном уровне Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) выступает в качестве ведущего стратегического и нормативного центра. Организация разрабатывает и продвигает основанные на доказательствах глобальные стратегии, руководящие принципы и клинические протоколы, которые служат ориентиром для стран-членов. Эти документы охватывают весь спектр вопросов — от профилактики суицидов, раннего выявления депрессии и тревоги до создания дружественных к молодёжи служб помощи. ВОЗ также определяет ключевые направления для программ профилактики в школах и сообществах, подчёркивая важность развития навыков устойчивости и создания благоприятной среды[3].

Детский фонд ООН (ЮНИСЕФ) сосредотачивает свои усилия на практической реализации инициатив, направленных на непосредственную психосоциальную поддержку детей и подростков, особенно в условиях уязвимости, кризисов и в неблагополучных регионах. Фонд активно работает над интеграцией психического здоровья в программы развития, уделяя особое внимание образовательной среде. ЮНИСЕФ поддерживает создание и внедрение в школах программ, которые помогают подросткам справляться со стрессом, развивают социально-эмоциональные навыки и обеспечивают доступ к базовым консультационным услугам, формируя безопасную и инклюзивную среду для всех учащихся[25].

На национальном уровне правительственные организации и министерства (здравоохранения, образования, социальной политики) ответственны за адаптацию международных рекомендаций к местным условиям, разработку национальных стратегий и программ, а также за выделение финансирования и создание необходимой инфраструктуры. Их задача — обеспечить преемственность между глобальными целями и конкретными услугами, доступными для подростка в его городе или школе. Это включает в себя подготовку кадров, развитие специализированных служб и реализацию государственных профилактических кампаний, направленных на снижение стигмы.

Вызовы и перспективы

Современная система поддержки психического здоровья подростков сталкивается с рядом системных вызовов, одновременно открывая новые перспективы, связанные с технологическим и методологическим развитием.

Ключевые вызовы носят как социокультурный, так и структурный характер. Во-первых, сохраняется проблема недостаточной диагностики и низкой обращаемости за помощью. Значительная часть подростков, испытывающих симптомы тревоги, депрессии или эмоционального дистресса, не получает своевременного профессионального вмешательства. Эта ситуация усугубляется глубоко укоренённой стигматизацией психического здоровья в обществе и зачастую в семейных кругах, которая препятствует открытым разговорам о психологических трудностях и формирует восприятие обращения за помощью как нечто постыдного или свидетельствующего о слабости[26].

Во-вторых, существует острое структурное неравенство в доступе к квалифицированной помощи. Особенно выражена эта проблема в регионах, где наблюдается критическая нехватка детских и подростковых психиатров, клинических психологов и психотерапевтов, а также практически отсутствуют специализированные сервисы. Это создаёт «географический разрыв», оставляя многих подростков без необходимой поддержки[27].

В ответ на эти вызовы формируются чёткие перспективы развития, ключевым вектором которых является интеграция цифровых технологий. Внедрение легитимных и этичных форматов онлайн-консультирования и психотерапии способно преодолеть географические барьеры и частично снизить стигму за счёт анонимности и привычности цифровой среды. Развитие научно обоснованных мобильных приложений для психообразования, самопомощи, мониторинга настроения и развития навыков регуляции эмоций может стать важным элементом профилактики и сопровождения. Наконец, цифровизация школьных программ психического здоровья (например, интерактивные курсы по социально-эмоциональному обучению) позволяет масштабировать профилактическую работу и обеспечить раннее выявление проблем[28].

Российские данные и тенденции

Психическое здоровье подростков переживает общемировой кризис, характеризуясь ростом распространённости расстройств и дефицитом систем помощи. Как и в других странах, в России ведущими проблемами являются депрессивные и тревожные расстройства, а также рискованное поведение. Суицид остаётся одной из ключевых причин смертности молодёжи, что соответствует глобальному тренду, согласно которому он является четвёртой по значимости причиной смерти. Универсальными факторами риска, действующими как в мире, так и в России, выступают неблагополучная семейная обстановка, травля, академический стресс и социальное неравенство. Важным общим вызовом стала цифровизация: российские подростки, подобно сверстникам в других странах, подвержены негативному влиянию проблемного использования интернета и социальных сетей, что коррелирует с ростом симптомов тревоги, депрессии и кибербуллингом[29][30][31].

Однако на фоне этих глобальных корреляций проявляется выраженная национальная специфика, усиливающая остроту проблем. Если общемировой кризис характеризуется разрывом между потребностью в помощи и её оказанием, то в России этот разрыв усугубляется особо острой нехваткой детско-подростковых психиатров и психологов в регионах, а также менее развитой системой школьного психологического сопровождения. Мощным барьером, часто более выраженным, чем в странах Западной Европы или Северной Америки, остаётся глубокая стигматизация психических проблем в обществе. Дополнительное давление на психологическое благополучие российских подростков оказывают макросоциальные стрессоры последнего десятилетия, такие как экономическая нестабильность и общая социальная напряжённость. Ситуацию осложняет и проблема с полнотой официальной статистики, что затрудняет точные сравнения с данными стран, где эпидемиологический мониторинг более развит[29][30].

Таким образом, психическое здоровье подростков в России демонстрирует высокую корреляцию с мировыми трендами по характеру проблем и ключевым факторам риска. Основные различия лежат не в природе расстройств, а в силе действия специфических барьеров — стигмы и недоступности помощи, — а также в особенностях социального контекста, которые модифицируют и зачастую усиливают негативное проявление глобальных вызовов[29][32].

Примечания

  1. ↑ Cayla Ebert. Laurence Steinberg: Age of Opportunity: Lessons from the New Science of Adolescence (англ.) // Journal of Youth and Adolescence. — 2015-04-02. — Vol. 44, iss. 8. — P. 1652–1655. — ISSN 1573-6601 0047-2891, 1573-6601. — doi:10.1007/s10964-015-0277-1.
  2. ↑ Bruce E. Compas, Sarah S. Jaser, Alexandra H. Bettis, Kelly H. Watson, Meredith A. Gruhn, Jennifer P. Dunbar, Ellen Williams, Jennifer C. Thigpen. Coping, emotion regulation, and psychopathology in childhood and adolescence: A meta-analysis and narrative review. // Psychological Bulletin. — 2017-09. — Т. 143, вып. 9. — С. 939–991. — ISSN 0033-2909 1939-1455, 0033-2909. — doi:10.1037/bul0000110.
  3. ↑ 1 2 3 4 5 Психическое здоровье подростков — факты. ВОЗ. Дата обращения: 19 ноября 2025.
  4. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 Психическое здоровье подростков — факты (ВОЗ). ВОЗ. Дата обращения: 19 ноября 2025.
  5. ↑ 1 2 Л. П. Чичерин, В. О. Щепин и др. Тенденции психического здоровья детей и подростков России. Журнал «Здравоохранение Российской Федерации» (2024). Дата обращения: 19 ноября 2025.
  6. ↑ ВОЗ: 80% подростков ведут недостаточно подвижный образ жизни, Коммерсантъ (22 ноября 2019). Дата обращения: 6 декабря 2025.
  7. ↑ Согласно новому исследованию ВОЗ, большинство подростков в мире ведут малоподвижный образ жизни, что ставит под угрозу их сегодняшнее и будущее здоровье (рус.). www.who.int. Дата обращения: 6 декабря 2025.
  8. ↑ Эффективность государственно-правового регулирования в сфере физической культуры и спорта в современной России. cyberleninka.ru. Дата обращения: 6 декабря 2025.
  9. ↑ Влияние разных режимов двигательной активности на психомоторные и когнитивные функции дошкольников. cyberleninka.ru. Дата обращения: 6 декабря 2025.
  10. ↑ Aaron Kandola, Gemma Lewis, David P J Osborn, Brendon Stubbs, Joseph F Hayes. Depressive symptoms and objectively measured physical activity and sedentary behaviour throughout adolescence: a prospective cohort study (англ.) // The Lancet Psychiatry. — 2020-03. — Vol. 7, iss. 3. — P. 262–271. — ISSN 2215-0366. — doi:10.1016/S2215-0366(20)30034-1.
  11. ↑ Отчёт 2023 года о психическом здоровье населения России. Mental-Health Russia. Дата обращения: 19 ноября 2025.
  12. ↑ Психическое здоровье детей и подростков в России: тенденции. Национальный институт общественного здоровья. Дата обращения: 19 ноября 2025.
  13. ↑ А. Г. Головина, М. С. Лукьянова. К проблеме распространённости психотических расстройств у подростков. Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. Дата обращения: 19 ноября 2025.
  14. ↑ Характеристика психического статуса интернет-зависимых подростков: гендерные и возрастные особенности. Профилактическая медицина. Дата обращения: 19 ноября 2025.
  15. ↑ Россия побила 10-летний рекорд по количеству психических расстройств. The Moscow Times (5 июля 2024). Дата обращения: 19 ноября 2025.
  16. ↑ Статистический сборник 2017 год. minzdrav.gov.ru. Дата обращения: 6 декабря 2025.
  17. ↑ Всероссийская научно-практическая конференция «Социальные проблемы современной России: возможности психологической помощи». cyberleninka.ru. Дата обращения: 6 декабря 2025.
  18. ↑ Государственное бюджетное учреждение здравоохранения города Москвы «Научно-практический центр психического здоровья детей и подростков им. Г.Е. Сухаревой Департамента здравоохранения города Москвы». suhareva-center.mos.ru. Дата обращения: 6 декабря 2025.
  19. ↑ Выявление медико-психологических индикаторов неблагополучия у подростков для обеспечения безопасности образовательной среды и превенции ауто- и гетероагрессивного поведения. cyberleninka.ru. Дата обращения: 19 ноября 2025.
  20. ↑ Дубровина И. В. Психологическая служба в современном образовании. — 2009. — ISBN 978-5-388-00476-5.
  21. ↑ Опевалова Е. В. Психолого-педагогическая диагностика учебное пособие. — 2015.
  22. ↑ Холмогорова А. Б., Гаранян Н. Г. Психологическая помощь людям, пережившим травматический стресс учебно-методическое пособие. — 2007.
  23. ↑ 1 2 3 Vikram Patel, Shekhar Saxena, Crick Lund, Graham Thornicroft, et al. The Lancet Commission on global mental health and sustainable development (англ.) // The Lancet. — 2018-10. — Т. 392, вып. 10157. — С. 1553–1598. — ISSN 0140-6736. — doi:10.1016/S0140-6736(18)31612-X.
  24. ↑ 1 2 3 Weist, M. D., et al. School mental health : global challenges and opportunities (англ.). Internet Archive (2017). Дата обращения: 19 ноября 2025.
  25. ↑ UNICEF. The State of the World’s Children 2021: On My Mind – Promoting, protecting and caring for children’s mental health.
  26. ↑ Lifetime prevalence and age-of-onset distributions of mental disorders in the World Health Organization's World Mental Health Survey Initiative (англ.) // World psychiatry : official journal of the World Psychiatric Association (WPA). — 2007 Oct. — Vol. 6, iss. 3. — ISSN 1723-8617.
  27. ↑ Understanding the impact of stigma on people with mental illness (англ.) // World psychiatry : official journal of the World Psychiatric Association (WPA). — 2002 Feb. — Vol. 1, iss. 1. — ISSN 1723-8617.
  28. ↑ Chris Hollis, Caroline J. Falconer, Jennifer L. Martin, Craig Whittington, Sarah Stockton, Cris Glazebrook, E. Bethan Davies. Annual Research Review: Digital health interventions for children and young people with mental health problems – a systematic and meta‐review // Journal of Child Psychology and Psychiatry. — 2016-12-10. — Т. 58, вып. 4. — С. 474–503. — ISSN 1469-7610 0021-9630, 1469-7610. — doi:10.1111/jcpp.12663.
  29. ↑ 1 2 3 Mental health of adolescents (амер. англ.). www.who.int. Дата обращения: 9 декабря 2025.
  30. ↑ 1 2 Ronald C Kessler, G Paul Amminger, Sergio Aguilar-Gaxiola, Jordi Alonso, Sing Lee, T Bedirhan ??st??n. Age of onset of mental disorders: a review of recent literature (англ.) // Current Opinion in Psychiatry. — 2007-07. — Vol. 20, iss. 4. — P. 359–364. — ISSN 0951-7367. — doi:10.1097/YCO.0b013e32816ebc8c.
  31. ↑ Jean M. Twenge, W. Keith Campbell. Associations between screen time and lower psychological well-being among children and adolescents: Evidence from a population-based study (англ.) // Preventive Medicine Reports. — 2018-12. — Vol. 12. — P. 271–283. — ISSN 2211-3355. — doi:10.1016/j.pmedr.2018.10.003.
  32. ↑ Всероссийская научно-практическая конференция «Социальные проблемы современной России: возможности психологической помощи». cyberleninka.ru. Дата обращения: 9 декабря 2025.

Литература

Дополнительно по теме

Категории

© Правообладателем данного материала является АНО «Интернет-энциклопедия «РУВИКИ».
Использование данного материала на других сайтах возможно только с согласия АНО «Интернет-энциклопедия «РУВИКИ».