Русский язык на Украине

Взгляды учёных первой четверти XXI века на время и последовательность разделения русского и украинского языков зависят от подходов к этнической истории восточных славян.

Большинство российских исследователей согласны с тезисом советской историографии^[73][74] о существовании в XI—XIV веках единой древнерусской народности как этнической категории^[75][76]. Согласно общепринятому мнению, процесс её разделения на восточнославянские народы — белорусов, русских и украинцев — начался в конце XIV века^[77]. Российский учёный Б. Н. Флоря аргументировал тезис о том, что к концу XVI века наметилось разделение восточных славян на две группы (русских — жителей Русского государства и русинов («руських») — восточнославянское население Речи Посполитой)^[78], а во второй половине XVII столетия началось разделение русинов на две народности, которые позже стали называться белорусами и украинцами^[79]. Соответственно, по мнению приверженцев подобного подхода, общий для восточных славян древнерусский язык сначала разделился на русский и общего предка белорусского и украинского языка; этот общий предок, в свою очередь, позже разделился на белорусский и украинский языки. Споры идут о том, когда именно это произошло. Советские учёные полагали, что процесс разделения начался на рубеже XIV и XV веков^[80]. Чешские исследователи П. Новотна и В. Блашек на основании глоттохронологических данных пришли к выводу, что выделение русского языка следует датировать второй половиной XI века, а разделение белорусского и украинского — первой половиной XVII века^[81].

Принципиально иной подход к этнической истории украинцев был сформулирован на рубеже XIX и ХХ столетий украинским исследователем М. С. Грушевским ^[82][83]. Он полагал, что уже в первые века существования восточных славян в их среде возникла древнеукраинская народность^[84]. Именно «украинские племена» М. С. Грушевский считал создателями Древнерусского государства (по терминологии исследователя, «Украины-Руси»)^[85]. Такой подход стал общепринятым в украинской историографии конца ХХ — первой четверти XXI века^[86]. В соответствии с ним украинские учёные обнаружили в древнейших восточнославянских памятниках письменности следы «протоукраинского диалекта», датирующиеся второй половиной XI века^[87], а также сделали предположение о существовании отдельного украинского языка уже в конце XIII века^[87]. Высказывалась и версия о том, что украинский вообще был основой для древнерусского языка, тогда как русский — это производный от него диалект, «испорченный» тюркизмами и заимствованиями из церковнославянского^[88].

В XV—XVII веках единым книжным языком на всей территории бывшей Древней Руси оставался церковнославянский. В том числе благодаря этому восточные славяне, жившие в пределах Русского государства и Великого княжества Литовского (с 1569 года — в унии с Польским королевством), прекрасно понимали диалекты друг друга^[89]. На это указывают многочисленные свидетельства современников-иностранцев. Например, в записке, поданной в 1514 году королю Сигизмунду I, отмечалось, что у «русских» Литвы и у «московитов» общая религия и язык^[90]. Посетивший в 1523—1524 годах великие княжества Литовское и Московское посол римского папы Климента VII Альберто Кампензе писал в Рим, что жители Руси как Литовской, так и Московской считаются одним народом, поскольку «говорят одним языком и исповедуют одну веру»^[91]. Польские публицисты в 1572—1573 годах предостерегали против избрания царя Ивана IV на польский трон, говоря о подвластном шляхте восточнославянском населении: «ваше панование Руси надоело, она может встряхнуть рогами, надеясь на государя своей веры, своего языка и своего народа»^[89].

В первой половине XVII века восточные славяне, жившие в «Малой» и «Великой» России, по-прежнему воспринимались как взаимосвязанные части одного народа, что особенно подчёркивалось в сочинениях православных авторов^[92]. Например, в 1621 году епископы киевской митрополии во главе с митрополитом Иовом Борецким утверждали, что православных Речи Посполитой объединяет с жителями «Московии» не только общая вера, но и «один род, язык, обычай»^[93]. Униатский митрополит Иосиф Рутский в 1620-х годах писал в Рим, что жители Московии называют «русских» из Речи Посполитой «своими братьями»; литературный язык у них одинаков, а разговорный отличается так же, как язык жителей Рима от языка жителей Бергамо^[94].

В XIV — первой половине XVII веков языком делопроизводства в населённых восточными славянами землях Великого княжества Литовского был западнорусский (в документах того времени он назывался «руська мова»). Этот язык возник на почве древнерусского как литературно-письменного языка^[95]. В последней четверти XVI века в восточнославянских землях Речи Посполитой появились книги, написанные или напечатанные на так называемой «простой мове» — литературном языке, возникшем на основе западнорусского с добавлением церковнославянизмов^[96].

Во второй половине XVII века в процессе полонизации Великого княжества Литовского западнорусский язык был окончательно вытеснен из делопроизводства польским языком^[97]. В то же время западнорусский стал широко использоваться в делопроизводстве на Левобережье Днепра, которое перешло под контроль Русского царства^[98].

После присоединения территорий Левобережья Днепра к Русскому царству термин «Украина» в польских документах практически полностью вытеснил «Малую Русь»^[99][100]. Это объяснялось стремлением поляков противодействовать претензиям Русского царства на преемственность (и соответственно — наследство в виде территорий) от Древней Руси. В российских документах наблюдалась прямо противоположная тенденция: с конца XVII века название «Малая Россия»^[b] практически полностью вытеснило любые иные наименования^[101]. Русский язык именовался также великорусским, а украинский — малороссийским, или малорусским^[102].

26 сентября (7 октября) 1701 года русский царь Петр I подтвердил статус Киево-Могилянской академии^[103]. Полный курс обучения длился 12 лет. Изучались церковнославянский, польский, латинский языки. В академию принимались только дети, уже умевшие читать и писать на «простой мове», которая активно использовалась на младших курсах в процессе обучения другим языкам. В старших классах курсы истории, философии и богословия читались на латыни^[104]. Изучение великорусского языка в первой половине XVIII века не предусматривалось, хотя уже Феофан Прокопович требовал ввести великорусские образцы в курс поэтики. Синод, которому с 1721 года подчинялась Академия, в программу её преподавания не вмешивался^[105].

В XVIII веке в Малороссии неуклонно возрастала роль церковнославянского языка. Он фактически приобрёл статус государственного языка (вместо польского) и языка высокой книжности (вместо латыни). Расширение функций церковнославянского в Гетманcтве происходило в том числе за счёт сокращения сферы хождения «простой мовы» и западнорусского как языка делопроизводства^[10].

5 (16) октября 1720 года Сенат своим указом повелел Киево-Печерской лавре и Черниговскому Троицко-Ильинскому монастырю, где действовали церковные типографии, «вновь книг никаких, кроме церковных прежних изданий, не печатать. А и оные церковные старые книги, для совершенного согласия с великороссийскими, с такими же церковными книгами справливать прежде печати, с теми великороссийскими печатьми, дабы никакой розни и особаго наречия в оных не было»^[106]. В украинской историографии XXI века этот указ трактуется как один из первых шагов российских властей по русификации, введению русского языка и запрету печати книг «на украинском языке»^[107]. Однако в самом указе основной целью названа борьба с «люторской противностью»^[106] (то есть с протестантскими и старообрядческими текстами); он был направлен на унификацию текстов богослужебных книг, выходивших по преимуществу на церковнославянском языке^[108]. Более того, контроль за процессом был возложен на Синод, где большинство составляли выходцы из Малороссии^[109].

В 1722 году была учреждена Малороссийская коллегия, к которой перешло управление администрацией и финансами Гетманства^[110]. Началось внедрение российского делопроизводства, общеимперских правовых кодексов и норм^[9]. Однако в 1727 году Малороссийская коллегия была ликвидирована. Новым малороссийским гетманом, по согласованию с российским правительством, стал миргородский полковник Д. П. Апостол^[111]. Унификация судопроизводства была приостановлена^[112].

После смерти Д. П. Апостола (1734 год) малороссийскими землями ведало так называемое Правление из шести членов^[113].

26 декабря 1738 года (6 января 1739 года) императорским указом было запрещено ввозить в Малороссию «польские календари», вместо них предписывалось употреблять «российские календари»^[114].

В 1750 году с разрешения императрицы Елизаветы Петровны гетманом был выбран К. Г. Разумовский. Елизавета упразднила Правление и восстановила большинство учреждений Гетманства^[115]. Власти гетмана была подчинена Запорожская Сечь. Он стал раздавать казённые земли с крестьянами в полную наследственную собственность представителям малороссийской элиты^[116].

С середины XVIII века в Киево-Могилянской академии началось факультативное преподавание поэтики на великорусском языке. Это было связано, с одной стороны, с просьбами учащихся, многие из которых рассчитывали впоследствии сделать карьеру в Санкт-Петербурге, а с другой стороны, с появлением учебных пособий — «Риторики», «Российской грамматики» и сборников стихов на великорусском языке, составленных М. В. Ломоносовым^[105].

В ноябре 1764 года императрица Екатерина II окончательно упразднила должность малороссийского гетмана^[117], передав власть президенту Второй малороссийской коллегии и генерал-губернатору Малороссии графу П. А. Румянцеву^[118]. В то же время в 1766 году казацкая старши́на получила право покупать вотчины и владеть крепостными крестьянами^[119].

В 1765 году Синод потребовал вести в Киево-Могилянской академии преподавание великорусского языка по правилам Петербургской академии наук. Однако это распоряжение выполнялось плохо, поскольку ещё в 1784 году киевский митрополит Самуил (Миславский) призывал преподавателей соблюдать «выговор» и «правописание» великорусской речи^[109].

Киево-Могилянская академия готовила преподавателей для всех образовательных учреждений России XVIII века. Согласно воспоминаниям учеников казанской школы, приехавшие учителя говорили с малороссийским акцентом и требовали повторять их выговор^[120].

Постепенное сокращение автономии Гетманства сопровождалось вытеснением «простой мовы» в бытовую сферу. В последней четверти XVIII века «простая мова»/западноукраинский языки уже не могли соперничать с великорусским языком в сфере делопроизводства^[10].

Со второй половины XVIII века подавляющее большинство малороссийских дворян владели русским языком. В 1785 году казацкая старши́на была включена в состав дворянства Российской империи^[121]. Таким образом, к концу XVIII века большинство представителей малороссийской элиты влились в российское господствующее сословие, что привело к их быстрой ассимиляции. Малороссийская культура всё чаще воспринималась как крестьянская и провинциальная^[11][122].

Первый в Малороссии профессиональный театр, открывшийся в 1789 году в Харькове, ставил пьесы на великорусском языке^[13].

На территории Малороссии стали распространяться книги на великорусском языке. Российский просветитель Н. И. Новиков организовал продажу таких книг в Киеве, Глyxoвe, Нежине, Полтаве и Харькове^[103].

Таким образом, вопреки утверждениям украинской историографии XXI века, власти Российской империи в XVIII веке не проводили последовательной политики русификации Малороссии, в частности, в образовании. Правительство пока не видело в этом необходимости в том числе потому, что современники фиксировали языковые различия между великороссами и малороссами лишь в сфере устной речи^[123].

В последней четверти XVIII века связи с ослаблением, а затем и ликвидацией угрозы со стороны Крымского ханства ускорились заселение и освоение территорий Новороссии^[124]. Великороссы составляли большинство или значительную долю населения городов, основанных на территории Новороссии. Поскольку великорусский был основным языком (в том числе языком делопроизводства) в этих городах, малороссияне там русифицировались^[7][8].

В 1804 году был создан Харьковский университет^[125]. В 1834 году в Киеве был основан Университет святого Владимира^[126], а в 1865 году в Одессе — Новороссийский университет^[127]. Преподавание в университетах велось на великорусском языке^[128].

Первая на территории Малороссии газета — издание «Еженедельник» — вышла в Харькове в 1811 году на великорусском языке^[13]. В 1816 году там же стал выходить первый журнал — «Украинский вестник», где печатались статьи и литературные произведения на великорусском и малороссийском языках^[129].

После польского восстания 1830 года российское правительство приняло ряд шагов по русификации Южной Руси. Чиновники-поляки заменялись русскими^[130]. Из Киева выселили часть малороссийских купцов. С 1839 года началась кампания по переводу униатов в православную церковь^[131].

В первой половине XIX века в образованном российском обществе велась полемика о том, существует ли самостоятельный малороссийский язык. Литературный критик В. Г. Белинский в 1841 году утверждал, что в связи с ассимиляцией малороссийского дворянства этот язык сохранился лишь в памятниках народной поэзии^[132]:

Отмена крепостного права привела к промышленному буму в Новороссии и стремительному росту городского населения. К концу XIX века крупнейшими городами Южной Руси были Одесса (403 тысячи жителей), Киев (почти 250 тысяч жителей), Харьков (более 170 тысяч жителей) и Екатеринослав (более 110 тысяч жителей)^[133]. Малороссы не составляли большинства населения этих городов, оставаясь по преимуществу сельскими жителями^[134].

При подготовке отмены крепостного права, специальный комитет российского правительства разрешил вести преподавание в двухлетней начальной школе на местных наречиях — в тех областях, где великорусский не был родным языком большинства населения^[135]. Власти в тот момент не препятствовали изданию украинских букварей. Министерство народного просвещения даже выделило 500 рублей на выпуск украинских учебников для народных школ^[136].

В 1859 году, на фоне попыток поляков распространять в Южной Руси книги на малороссийском языке, напечатанные латиницей, российское правительство выпустило распоряжение о том, что «сочинения на малороссийском наречии, собственно для распространения между простым народом, печатались не иначе как русскими буквами». Таким образом, малорусский язык трактовался как наречие русского языка^[135].

Языковой вопрос стал центральным для украинского национального движения XIX века^[137]. Важность проблемы осознали и представители российского правительства — сначала в Киеве, а затем и в Санкт-Петербурге. В 1862 году в Киеве Комитет для рассмотрения уставов своим распоряжением заменил в уставах низших и средних заведений Южной Руси слова «отечественный язык» на «русский язык». В 1863 году в Киеве публикуются две брошюры против использования малороссийского языка в преподавании. В то же время автор одной из них — учитель Нежинской гимназии И. Г. Кулжинский — выступал против запретов и настаивал на создании системы государственных школ с преподаванием на великорусском языке, которые смогли бы составить конкуренцию частным украинским учебным заведениям^[138].

В 1860-е годы в Южной Руси началось общественное движение так называемого украинофильства. Его приверженцы открывали частные и воскресные школы с преподаванием на малороссийском языке, библиотеки, выступали с публичными лекциями^[139]. В 1860—1864 годы студенты южнорусских университетов составляли более 70 процентов активистов украинофильства. В дальнейшем многие из них активно участвовали в украинском национальном движении^[140].

Руководители польского восстания 1863—1864 годов с помощью брошюр и листовок на просторечном малороссийском языке попытались спровоцировать крестьянские волнения в малороссийских губерниях Российской империи^[141]. Российское правительство опасалось, что поляки смогут использовать украинский сепаратизм в качестве союзника. Кроме того, власти не без оснований подозревали украинофилов в социалистической народнической агитации. Все эти опасения вылились в так называемый Валуевский циркуляр цензурным комитетам 1863 года — распоряжение о запрете изданий «книг для народа» (религиозных, учебных и для первоначального чтения) на малороссийском языке^[142][143]. Циркуляр, который первоначально считался кратковременной мерой, юридически действовал до 1876 года (в то же время в первой половине 1870-х годов он почти не выполнялся)^[14].

В крупнейших городах Малороссии и Новороссии — Киеве, Харькове, Одессе, Николаеве, Херсоне, Елисаветграде — шли достаточно активные процессы обрусения части малороссов^[12]. Этому способствовал статус русского как языка делопроизводства, среднего и высшего образования и предпринимательства. По данным однодневной переписи 1874 года, около 40 процентов опрошенных жителей Киева назвали родным языком «литературный русский». По мнению самих украинофилов (большинство из которых свободно владели великорусским), процент русскоговорящих был бы ещё выше, если бы задавался вопрос о языке повседневного общения. Ассимиляции способствовало введение в 1874 году всеобщей воинской повинности. Рекрутов в армии обучали грамоте — на великорусском языке^[145].

После польского восстания российское правительство попыталось провести комплекс мер по русификации Южной Руси. Полякам было запрещено покупать землю в Западном крае или продавать её кому-либо, кроме лиц православного вероисповедания. Из-за бедности русского дворянства значительная часть продаваемых земель досталась чиновникам. Новые владельцы редко приезжали в свои имения и не могли противодействовать влиянию польской шляхты, несколько поколений которой жили на этих землях^[146]. Идея с массовым открытием государственных начальных школ с преподаванием на великорусском языке провалилась из-за нехватки кадров (при недоверии властей к великорусским учителям-разночинцам), денег, а также из-за личной неприязни министров друг к другу. Не имея ресурсов для продуманной и последовательной ассимиляторской политики в Южной Руси, Российская империя сосредоточилась на запретах^[14].

В 1876 году вышел так называемый Эмский указ о запрете переводить на малороссийский язык иностранные произведения, ввозить из-за границы и издавать книги на малороссийском, за исключением художественной литературы и исторических памятников (да и те — с особого разрешения цензуры). Указ был в первую очередь направлен против русинских произведений, напечатанных в Восточной Галиции и нелегально ввозившихся в Малороссию^[147]. Причём российские власти пытались в равной мере противодействовать распространению как революционных идей, так и тезисов украинского национального движения^[148]. Под запрет попало преподавание в начальной школе, а также постановка пьес на малороссийском^[149].

Вопреки утверждениям представителей украинской историографии XXI века, ограничения не носили тотального характера. С июня 1876 по апрель 1880 года были разрешены к изданию 70 процентов поданных в цензурный комитет книг на малороссийском языке, в еще 10 процентах книг были сделаны изъятия. Запретительная политика достигла максимума в 1896 году, когда цензура «пропустила» лишь 58 процентов рассмотренных малороссийских текстов^[147][150].

По мнению российского исследователя А. И. Миллера, именно крайне непродуманный Эмский указ больше, чем что-либо другое, способствовал превращению Восточной Галиции, куда переместилась вся украинская издательская деятельность (отныне полностью неподконтрольная Санкт-Петербургу), в крупнейший центр украинского национального движения (так называемый «украинский Пьемонт»)^[151].

В 1881 году российские власти разрешили печатать словари , а также — с особого одобрения цензуры — ставить пьесы на малороссийском языке. Однако остальные пункты Эмского указа отменены не были^[152].

По оценке российского исследователя В. М. Кабузана, русский язык во время переписи 1897 года назвали родным не менее 1,4 миллиона малороссиян (0,7 миллиона человек на Левобережье Днепра, по 0,35 миллиона человек в Новороссии и на Правобережье Днепра). Многие из них притом не меняли этническую идентичность, свободно говоря на двух языках^[15].

А. И. Миллер отмечал, что отношение властей Российской империи и великороссов к малороссам предполагало интеграцию, основанную на принципе равенства индивидов — с одновременным отказом признавать эту группу в качестве национального меньшинства^[153]. В то же время, с точки зрения сторонников концепции большой русской нации, малоросс, который принял украинскую (исключавшую общерусскую) идентичность, становился, в отличие от представителей других этнических групп, отступником. Борьба с украинским национальным движением, таким образом, превращалась в борьбу за целостность русского народа^[153].

Считая малороссиян частью единого русского народа, правительство Российской империи в целом полагалось на их стихийную ассимиляцию, ограничившись лишь системой запретов в отношении пропаганды украинского национального движения. Это предопределило провал русификации Южной Руси^[154].

Как отмечал В. М. Кабузан, даже факт принятия частью малороссиян великорусского языка в качестве родного ещё не означал превращения этих людей в русских. В Южной Руси возникла значительная прослойка населения, которая владела и малороссийским, и великорусским языками, считая это естественным. Указанная группа людей продолжала увеличиваться в ХХ веке^[16].

В XIX — начале ХХ века на территории современной Украины родились, в частности, следующие русские писатели и поэты:

На великорусском языке говорили и писали уроженцы Южной Руси — крупнейшие русские учёные XIX века — биолог И. И. Мечников, хирурги Н. И. Пирогов и В. П. Филатов, геолог Н. И. Андрусов, терапевт Н. Д. Стражеско, филологи В. И. Даль и А. А. Потебня и другие.

В ходе революции 1905 года Эмский указ был отменён^[155]. 20 февраля (5 марта) 1906 года созданная Российской императорской академией наук «Комиссия по вопросу об отмене стеснений малорусского печатного слова» пришла к заключению, что «малорусское население должно иметь такое же право, как и великорусское, говорить публично и печатать на родном своём языке»^[156][157]. Согласно общепринятому в российской и украинской историографии конца ХХ — начала XXI века мнению, Академия наук, таким образом, признала малороссийский язык развитым самостоятельным языком, что превращало в анахронизм один из основных тезисов русификаторов — о малороссийском как «наречии великорусского языка»^[158]. Впрочем, по мнению российского государственного деятеля В. Р. Мединского, комиссия всего лишь рекомендовала, «чтобы в народных листках и газетах использовался не только литературный русский, но и сельский малороссийский диалект»^[159].

О масштабах ассимиляции малороссов в городах Южной Руси косвенно свидетельствует судьба малороссийской прессы в начале ХХ века. К 1906 году, после отмены запрета на издания на малороссийском языке, почти в каждом городе появилась украинская газета. Однако к 1908 году большинство из них закрылись, не выдержав соперничества с русскоязычными конкурентами: осталась лишь одна ежедневная газета «Рада» в Киеве^[160].

Февральская революция создала условия для подъёма украинского национального движения. Украинские крестьяне быстро разочаровались во Временном правительстве Российской республики, которое не решило земельный вопрос, и стали активно поддерживать украинские национальные партии^[162]. Большевики стремились использовать национальный вопрос для разрушения Российской империи, а потому в 1917 году постепенно отказались от термина «малороссияне» и признали украинцев самостоятельной нацией^[17].

Первые элементы украинизации появились ещё при Временном правительстве. 18 (31) марта 1917 года в Киеве была открыта первая украинская гимназия им. Т. Г. Шевченко. В апреле и августе 1917 года прошли всеукраинские учительские съезды, участники которых требовали украинизации школьного образования^[163].

7 (20) ноября 1917 года Украинская Центральная рада провозгласила образование Украинской народной республики во главе со сторонником украинизации М. С. Грушевским^[164]. Это правительство взяло курс на введение украинского языка в систему просвещения, издание газет, журналов и книг на украинском языке^[18].

Попытка ввести преподавание в высшей школе на украинском языке вместо русского вызвала недовольство научной интеллигенции. Например, 26 июля (8 августа) 1917 года Совет Университета св. Владимира в Киеве направил Временному правительству протест против насильственной украинизации Южной России. Русскоязычная общественность полагала, что действия властей нарушают «равенство национальностей»^[165].

В 1918 году гетман так называемой Украинской державы П. П. Скоропадский объявил украинский язык государственным. На украинский должны были перейти Харьковский, Новороссийский, Киевский имени св. Владимира университеты, Екатеринославский горный, Киевский политехнический, Харьковские технологический и ветеринарный институты^[19].

1 января 1919 года Директория УНР утвердила закон о государственном языке: украинский становился обязательным для употребления во всех правительственных и общественных учреждениях. 30 января 1919 года Министерство народного образования УНР издало приказ об обязательном преподавании на украинском во всех школах^[20].

В свою очередь, большевики также стремились привлечь украинцев на свою сторону. 9 марта 1919 года III съезд Советов постановил, что украинский язык, история и география Украины должны преподаваться в школах. В то же время 10 марта 1919 года Народный комиссариат просвещения (НКП) УССР принял постановление об отмене государственного языка и привилегий по национальному признаку, провозгласив равноправие всех языков. Впрочем, украинскому языку по-прежнему отдавалось явное предпочтение^[21][19]. 4 мая 1920 года НКП УССР принял постановление «О подготовке работников просвещения с обязательным обучением украинскому языку». 21 октября 1920 года Совет народных комиссаров УССР ввёл обязательное преподавание украинского языка во всех школах^[22].

Большинство газет в УССР по-прежнему выходили на русском языке:

30 декабря 1922 года РСФСР, УССР, БССР и ЗСФСР подписали договор об образовании Союза Советских Социалистических Республик^[167]. Украинская ССР к этому моменту получила территории Малороссии, Новороссии (кроме Крыма) и Донбасса (включая районы, которые в дореволюционный период относились к Области Войска Донского)^[168]. В 1925 году РСФСР передала Украинской ССР часть территории Курской губернии, а в 1926 году — части Брянской и Воронежской губерний. Таким образом, в составе УССР оказались в том числе районы, населённые по преимуществу русским и русскоговорящим населением^[169].

В 1920-е годы советская власть, стремясь укрепить свои позиции в УССР, проводила в республике политику украинизации^[23][24]. Она сопровождалась переходом значительной части государственных учреждений и учебных заведений на украинский язык вместо русского, ликвидацией неграмотности миллионов граждан с обучением их на украинском языке, открытием тысяч украиноязычных школ^[25], выпуском значительной доли книг (почти 77 процентов всех наименований в 1931 году) и периодических изданий (более 87 процентов всех наименований в 1932 году) на украинском^[26], формированием слоя украиноговорящих функционеров в органах власти и аппарате Коммунистической партии (большевиков) Украины (КП(б)У)^[170], складыванием украиноговорящей интеллигенции и развитием украинской культуры^[171][172].

В 1922 году лишь около половины школ в УССР были украиноязычными. Большинство высших и средних специальных учебных заведений оставались русскоязычными. На украинский к 1923 году перешли лишь 17,1 процента институтов, 16,3 процента техникумов и 1,9 процента профессиональных школ^[173].

К 1922 году 99 процентов членов КП(б) Украины свободно владели русским языком, тогда как украинским — лишь 11 процентов^[174]. В июле — августе 1923 года СНК УССР постановил, что вновь поступающие на государственную службу обязаны изучить украинский язык за шесть месяцев, а те, кто уже находится на госслужбе, — за год^[175].

По состоянию на 1927 год, делопроизводство центральных учреждений УССР перешло на украинский язык на 85—90 процентов^[176]. Тем не менее большинство русскоязычных служащих либо не учили украинский, либо делали это формально — только для того, чтобы не лишиться работы. В 1928 году комиссия ЦКК ВКП(б), которая инспектировала национальную политику в УССР, отметила: госслужащие по необходимости используют украинский язык для деловой переписки, но даже в стенах своего учреждения говорят по-прежнему на русском^[177].

По данным переписи, произведенной Всеукраинским советом профессиональных союзов в апреле 1926 года, на русском языке говорили 66 процентов представителей пролетариата УССР, на украинском — 33,2 процента. Среди грамотных рабочих на русском читали 91,2 процента, на украинском — 40,2 процента^[178].

К 1926 году в УССР произошла массовая замена русского языка украинским как основного языка преподавания во всех типах учебных заведений. На русском языке в 1920/1921 году обучались две трети всех школьников в УССР, а в 1925/1926 году — уже лишь одна треть. Количество начальных русскоязычных школ в 1930/1931 учебном году сократилось до 1 504, в то время как украиноязычных — выросло до 14 430^[179]. В 1925/1926 учебном году 51,9 процента профшкол вели обучение на украинском, и лишь 27,6 процента — на русском^[180]. В некоторых городах с традиционным преобладанием русскоязычного населения (например, в Одессе и Мариуполе) все школы были украинизированы^[181][182].

Украинизация шла и в профессиональном образовании. К 1928 году украинцы составляли 63 процента учащихся техникумов^[180].

Что касается высшей школы, то к 1923 году на украинский язык перешли лишь 17 процентов институтов, 16 процентов техникумов и около 2 процентов профессиональных школ. Это было связано с тем, что по преимуществу русскоговорящее население крупных городов саботировало украинизацию^[173]. В 1927 году уже 14 институтов УССР вели преподавание на украинском, два — на русском и 23 — на двух языках^[180]. НКП УССР в июле 1931 года предписал всем поступающим в вузы и техникумы подавать письменные работы на украинском языке, а в декабре того же года — ввёл обязательное изучение украинского языка для студентов (в том числе уже владеющих им)^[180]. В 1940 году украинскими были 173 вуза^[183].

К концу 1920-х годов основную массу студенчества УССР вместо русскоязычных интеллигентов и мещан стала составлять украиноязычная рабочая и крестьянская молодёжь. Доля украинцев росла за счёт сокращения приёма евреев и русских^[180].

19 апреля 1927 года Политбюро ЦК КП(б)У в резолюции «Об итогах украинизации» признало русских в УССР нацменьшинством. В то же время отмечалось особое значение русского языка по сравнению с языками прочих нацменьшинств. Это подразумевало обязательное преподавание русского языка в школах и публикацию правительственных распоряжений как на украинском, так и на русском^[184].

6 июля 1927 года ВУЦИК и СНК УССР одобрили постановление «Об обеспечении равноправия языков и о содействии развитию украинской культуры». Согласно ему, местности, где преобладающая часть населения не принадлежала к украинской национальности, выделялись в национально-территориальные административные единицы. Языки всех национальностей, проживающих на территории УССР, объявлялись равноправными. Официальным языком был признан украинский, но в национально-территориальных административных единицах языком официального общения считался язык преобладающей там национальности. В учебных учреждениях украинский язык и украиноведение, а также русский язык считались обязательными дисциплинами^[185]. Постановление создало юридическую базу для создания в 1927 году 9 русских национальных районов^[186].

Ссылаясь на нехватку квалифицированных сотрудников, знающих украинский, Всеукраинская центральная комиссия по украинизации 24 июля 1928 года «временно» разрешила учреждениям и предприятиям СССР, которые действовали на территории УССР, вести делопроизводство на украинском и русском языках^[187]. Все подразделения Красной армии ещё в 1927 году получили право сохранить делопроизводство на русском^[188].

Общий тираж газет на украинском языке вырос с 90 тысяч экземпляров в 1924 году до 612 тысяч экземпляров в 1926^[189]. Тираж русскоязычных газет за то же время сократился с 445 тысяч до 420 тысяч экземпляров^[190]. В 1930 году в УССР оставались только 3 крупные русскоязычные газеты — в Одессе, Донецке и Мариуполе^[191].

С 1925 года в русскоязычных городах восточных районов УССР стали распространяться вывески, указатели и объявления на украинском языке^[192]. Власти старались ограничить печатную продукцию на русском. По воспоминаниям современников, в Харькове во второй половине 1920-х годов даже визитные карточки печатались по преимуществу на украинском^[193].

В начале 1930-х годов русскоязычные театры в основном были вытеснены с территории УССР: в 1931 году в республике насчитывалось 66 украинских, 12 еврейских и всего 9 русских стационарных театров^[191].

В 1932 году началось сворачивание украинизации, которая постепенно свелась к набору этнических украинцев на руководящие кадры УССР^[27].

В мае 1933 года коллегия НКП УССР распорядилась обеспечить обучение на русском языке школьников в русскоязычных районах^[194]. Число смешанных школ с преподаванием на украинском и русском языках с 1932 по 1933 год увеличилось более чем вдвое — до 387 учебных заведений^[195]. Постепенно росло количество часов на преподавание русского языка и литературы в разных классах^[196].

На востоке УССР началась стихийная деукранизация: заводские газеты вновь переходили на русский язык, власти Донецка вернули на русский всё делопроизводство^[197]. Учителя в смешанных школах стали активнее преподавать на русском. Руководство УССР противодействовало этому: в частности, в 1935 году НКП республики запретил учителям школ с украинским языком обучения вести внеклассную работу на русском языке^[198].

Как следует из партийных документов, в Днепропетровской, Донецкой и Одесской областях в 1935 году делопроизводство по преимуществу велось на русском языке^[199].

К марту 1938 года в УССР обучение на украинском языке осуществлялось в 18 801 школе, на русском — в 1550 школах (из 21 656 учебных заведений республики)^[200].

C 1938 года граждане национальных республик СССР призывались в Красную армию на общих основаниях. Потребовалось обеспечить знание призывниками русского языка. В связи с этим 10 апреля 1938 года в УССР было принято решение о преобразовании национальных школ в советские школы обычного типа. А 20 апреля 1938 года Центральный комитет КП(б)У и Совета народных комиссаров УССР выпустили постановление об обязательном изучении русского языка во всех нерусских школах^[29]. В то же время преподавание украинского языка в школах УССР не прекращалось^[30].

5 июля 1938 года НКП УССР принял постановление о подготовке преподавателей русского языка и литературы для школ, а также научных сотрудников в области русского языкознания. Создавались самостоятельные факультеты русского языка и литературы при всех четырех университетах УССР, отделы русского языка и литературы в педагогических и учительских институтах, увеличивался набор студентов на действовавшие отделения русского языка и литературы^[201].

В 1937 году Политбюро ЦК ВКП(б) осудило «продолжающееся игнорирование русской печати на Украине» и обязало ЦК КП(б)У организовать всеукраинскую ежедневную газету на русском языке. Ею в 1938 году стала русскоязычная «Советская Украина», которую ЦК КП(б)У выпускало одинаковым тиражом со своим украиноязычным печатным органом — газетой «Комунiст»^[202]. Русскоязычные периодические издания вновь появились в Харькове, Днепропетровске, Одессе и Николаеве^[203].

Свёртывание украинизации совпало с периодом массовых репрессий. Они были направлены в том числе против представителей украинской интеллигенции, который активно участвовали в украинизации. В украинской историографии XXI века господствует утверждение о том, что репрессии в УССР имели этническую направленность и были фактически частью политики русификации^[204]. Представители российской историографии XXI века, как правило, придерживаются мнения о классовой, социальной (а не этнической) направленности репрессий. Отмечается, что в результате пострадала интеллигенция всех народов, включая русский^[205].

В 1937—1939 годы все национальные районы и сельсоветы (в том числе русские) на территории УССР были преобразованы в обычные районы и сельсоветы^[206].

После Великой Отечественной войны роль русского языка в системе образования УССР повысилась в связи с переходом к всеобщему семилетнему образованию^[31].

В 1954 году, к 300-летию Переяславской Рады, Президиум Верховного Совета СССР утвердил указ о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР^[207]. Одновременно был передан и город республиканского подчинения Севастополь, хотя отдельного решения об этом, вопреки существовавшим правовым нормам, оформлено не было^[208].

Школьная реформа 1958 года, в соответствии с которой родители получили право выбирать для своих детей учебное заведение с тем или иным языком преподавания (в УССР соответствующий закон был принят 17 апреля 1959 года), привела к последовательному увеличению доли учащихся русскоязычных школ^[209].

Согласно переписи 1959 года, русскоязычные жители преобладали в Крыму, Донецкой области и городе Киеве:

Доля граждан, которые владели русским языком и считали его родным, на территории УССР в 1950-х — 1980-х годах неуклонно росла. C 1960 по 1980 годы ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли четыре постановления о расширении функционирования русского языка в национальных школах^[31].

В 1990/1991 учебном году доля русскоязычных учащихся составила уже 51,4 процента всех школьников УССР (для сравнения: доля обучавшихся на украинском — 47,9 процента)^[211].

Русский и украинский языки в УССР школьники начинали учить со второго класса, русскую и украинскую литературу в 1960-х годах — с пятого класса, в 1970-х — 1980-х годах — с четвёртого класса. На изучение этих предметов отводилось примерно одинаковое количество учебных часов. В дошкольных детских учреждениях широко использовался русский как язык воспитания и обучения^[212].

Доля украиноязычного населения в УССР за 1959—1989 годы снизилась с 71,8 процента до 64,7 процента, что связано с широким распространением русского языка в качестве родного среди украинцев^[213].

Конституция СССР 1977 года не содержала понятия «государственный язык», декларируя равные права граждан «пользоваться родным языком и языками других народов СССР»^[215]. Однако русский фактически играл роль языка межнационального общения, управления и науки; владение им было необходимо для успешной карьеры. Из-за близости русского и украинского языков часть украинцев (особенно в юго-восточных областях УССР) воспринимали свой язык как некодифицированный диалект, переходя на русский^[216].

По мнению украинского историка Г. В. Касьянова, в УССР после Великой Отечественной войны проявления украинского национального самосознания сводились к «этнографическим формам», не выходя за «политические рамки официальной идеологии». Социальные лифты обеспечивались, прежде всего, русским языком, русскоязычными наукой и культурой. Это приводило к русификации образовательной системы, когда родители предпочитали выбирать русский как язык обучения детей, что оборачивалось социальной маргинализацией украинской культуры, особенно в 1970-е — 1980-е годы^[36].

В советское время в УССР родились русские писатели В. П. Некрасов, А. А. Тарковский, русские актёры С. Ф. Бондарчук, В. С. Лановой, Л. М. Гурченко, С. Л. Гармаш, Г. Куценко и многие другие. Крупнейшие киностудии УССР — Одесская и имени А. Довженко — снимали фильмы на русском языке, в том числе «Весна на Заречной улице» (1956 год, Одесская киностудия), «Королева бензоколонки» (1962 год, Киностудия им. А. Довженко), «Полёты во сне и наяву» (1983, Киностудия им. А. Довженко), телесериалы «Д’Артаньян и три мушкетёра» (1978 год, Одесская киностудия), «Место встречи изменить нельзя» (1979 год, часть съёмок прошла на Одесской киностудии), «Приключения Электроника» (1979 год, Одесская киностудия), «Цыган» (1979 год, Одесская киностудия).

Во время «Перестройки» в УССР произошёл подъём националистического движения. Для его деятелей призывы повысить статус украинского языка были промежуточным этапом на пути к требованию национальной независимости^[37][38]. 28 октября 1989 года Верховный Совет УССР принял закон «О языках в Украинской ССР» (укр. Про мови в Українській РСР), который создал юридическую основу для начала процессов украинизации и дерусификации в республике. Украинский язык объявлялся единственным государственным языком. С другой стороны, гарантировалось «свободное использование русского языка как языка межнационального общения народов Союза ССР». Должностные лица были обязаны владеть как украинским, так и русским. Акты высших органов власти следовало публиковать на двух языках^[217][39].

Союзный центр ответил на этот документ и аналогичные шаги, сделанные другими пока ещё советскими республиками, принятием 24 апреля 1990 года закона «О языках народов СССР», впервые признав русский государственным языком Советского Союза. Повлиять на ситуацию в условиях распада государства этот закон не смог^[218].

Согласно переписи населения СССР 1989 года, в УССР 16,9 миллиона человек (32,8 процента жителей) называли русский родным языком^[40]. Русскоязычные жители составляли большинство населения Донецкой, Запорожской, Луганской, Харьковской областей, Крыма и Севастополя^[41]. Русский язык был распространён в крупных административных и промышленных центрах (особенно на юго-востоке Украины), украинский — в сельской местности и западных областях^[42].

1 ноября 1991 года в УССР была принята Декларация прав национальностей. Республика гарантировала право свободного пользования русским языком (и другими языками) наравне с государственным языком (украинским) — в регионах компактного проживания соответствующих национальностей^[39][219].

На момент распада СССР в декабре 1991 года Украина была двуязычной страной. Украинский считался единственным государственным языком на всей территории республики, однако большинство населения в одинаковой мере владели русским и украинским, оба языка были равноправными во всех сферах жизни^[43].

Основным методом национально-государственного строительства на Украине стала украинизация. Под ней понимались последовательное повышение статуса украинского языка, в первую очередь, посредством дерусификации^[45], и превращение украинского национализма в официальную идеологию, закрепляемую в сознании граждан при помощи системы образования, массовых коммуникаций и культуры^[46].

Как отмечал Г. В. Касьянов, при помощи украинизации бывшая партийно-советская номенклатура стремилась узаконить собственный статус в новом государстве^[220]. По мнению украинского историка О. К. Михеевой, в 1990-х — первой половине 2000-х годов элиты страны ставили знак равенства между построением украинской нации и языковой украинизацией, что было неприемлемо для русскоязычных жителей юго-востока Украины. С другой стороны, последние часто понимали двуязычие (с равным статусом украинского и русского) не как необходимость знать оба языка, а как возможность говорить только на «удобном» языке. Такой подход не мог устроить уже строителей украинского национального государства^[221].

Чтобы обеспечить государственный статус украинского языка, власти страны стали последовательно сокращать сферу использования русского — под лозунгом «Один язык — одна страна»^[222]. На первом этапе задачи по дерусификации решались на законодательном уровне и при помощи административных мер.

Вопрос о статусе русского языка был ключевым элементом агитационной кампании на президентских и парламентских выборах на Украине в период с 1994 по 2012 годы^[49]. Политическая борьба происходила на фоне раскола страны по «лингвогеографическому» критерию. По преимуществу русскоязычные жители юго-востока Украины выступали в поддержку левых партий, которые обещали в том числе обеспечивать свободное функционирование русского языка и добиваться федерализации страны. По преимуществу украиноязычные избиратели западных, центральных областей и Киева, как правило, высказывались за национал-демократические политические силы, в программе которых значились продолжение украинизации и курса на унитарный характер украинского государства^[50][51][52].

После распада СССР первый президент независимой Украины Л. М. Кравчук не стал выполнять собственные предвыборные обещания о защите прав русскоязычных граждан страны^[223].

В марте 1994 года, одновременно с парламентскими выборами, в Донецкой и Луганской областях состоялись референдумы, на которых большинство избирателей проголосовали за предоставление русскому статуса второго государственного языка на Украине (87 процентов участников в Донецкой области и 90 процентов участников в Луганской области) и статуса языка делопроизводства, образования и науки в Донбассе (89 процентов и 91 процент участников референдума соответственно)^[224]. Эти результаты правительство Украины проигнорировало^[225].

Следующий президент Украины Л. Д. Кучма также «забыл» об обещании, сделанном во время предвыборной кампании — предоставить русскому языку статус второго государственного^{[223][226][225]}. Более того, к 1995 году украинское правительство добилось фактической отмены государственного статуса русского языка в Крыму, введённого Конституцией Республики Крым 1992 года^[227].

В юго-восточных регионах Украины местные парламенты выступали с инициативами о предоставлении русскому языку статуса второго государственного. В декабре 2001 года депутаты городских советов Запорожья, Донецка, Луганска, Харькова и Херсона, а в сентябре 2002 года Днепропетровская областная администрация — призвали провести всеукраинский референдум по указанному вопросу. В октябре 2002 года Верховный совет Крыма, а в ноябре 2002 года Луганский областной совет обратились к Верховной раде Украины с предложением сделать русский язык вторым государственным языком^[228].

В начале 2000-х годов одним из постулатов государственной идеологии стал тезис «Украина — не Россия»^[229].

По результатам опроса, проведённого украинскими социологами, половина населения Украины в 2005 году высказывалась за предоставление русскому языку официального статуса. За это выступили 81 процент опрошенных, назвавших родным языком русский, и 31 процент респондентов, считавших родным языком украинский^[230].

Верховный совет Крыма по инициативе местного отделения Партии регионов пытался одновременно с парламентскими выборами провести в марте 2006 года на полуострове всекрымский референдум о статусе русского языка. Однако Центральная избирательная комиссия Украины запретила участковым избирательным комиссиям Крыма проводить плебисцит^[231].

По оценке российского социолога С. Я. Сущего, с середины 2000-х во взрослую жизнь начало вступать поколение, воспитанное в независимой Украине — по школьной программе, где культивировались идеи украинского национализма и делался упор на кардинальных историко-культурных различиях с Россией. Естественная смена поколений вела к геоцивилизационным подвижкам в общественном сознании Украины^[54].

В правление президента Украины В. А. Ющенко, который пришёл к власти благодаря поддержке украинских националистов, темпы дерусификации ускорились^[232][233]. В официозных идеологических построениях произошёл переход от постулата «Украина — не Россия» к формуле «Россия против Украины»^[234]. По подсчётам украинского политика и учёного В. Г. Алексеева, с 2005 по 2008 год на Украине были приняты 78 законов, содержавших дискриминационные нормы в отношении русского языка^[235].

Следующий президент Украины — В. Ф. Янукович — 9 марта 2010 года заявил (вопреки собственным предвыборным обещаниям), что украинский останется единственным государственным языком^[236][237]. Вместе с тем В. Ф. Янукович подчеркивал намерение привести языковое законодательство Украины в соответствие с Европейской хартией о региональных языках^[238]. Местные власти в некоторых регионах юго-востока Украины стали повышать статус русского языка, не дожидаясь решений парламента и правительства страны. Например, в 2011 году Одесский городской совет утвердил программу сохранения и развития русского языка, который получал в городе статус регионального языка межнационального общения. Органы местного самоуправления должны были использовать в работе и украинский, и русский. У родителей школьников появилось право выбирать язык обучения своих детей^[239].

В июне 1992 года при обсуждении в Верховной раде закона «О национальных меньшинствах на Украине» депутаты от националистических партий заблокировали статьи о праве создавать национальные районы, населённые пункты и сельсоветы. 25 июня 1992 года закон был подписан президентом Л. М. Кравчуком в этой усечённой редакции^[240].

21 декабря 1993 года был принят закон «О телевидении и радиовещании», который лишил общеукраинские теле- и радиоканалы права транслировать передачи на языке национального меньшинства на всю территорию страны. Закон фактически ограничивал вещание на русском языке^[240].

Конституция Украины, принятая 28 июня 1996 года, подтвердила статус украинского как единственного государственного языка республики. Основной закон гарантировал свободное развитие, использование и защиту «русского, других языков национальных меньшинств Украины», а также право национальных меньшинств обучаться на родном языке. Таким образом, русский фактически был понижен в статусе — с языка межнационального общения до языка национального меньшинства, то есть его носители более не могли на законных основаниях претендовать на использование этого языка на всей территории Украины. Конституция 1996 года заложила базу для последовательного вытеснения русского языка и русской культуры^[47][48].

В 2003 году Верховная рада приняла в окончательном виде закон «О ратификации Европейской хартии региональных языков» (вступил в силу с 1 января 2006 года), который существенно ограничил права, в первую очередь, носителей русского языка в сравнении с требованиями самой Хартии и формально действовавшего на тот момент закона 1989 года «О языках в УССР»^[241][242]. Тем не менее даже такой документ создал юридическую основу для предоставления русскому статуса регионального языка — в областях с компактным проживанием русскоговорящих граждан. Правительство Украины взятые на себя (сильно урезанные) обязательства в этой сфере не выполняло^[243].

С 25 апреля по 6 июля 2006 года региональные парламенты шести юго-восточных областей Украины и местные законодательные органы крупнейших городов в соответствии с законом «О ратифицикации Европейской хартии региональных языков» приняли решения о придании русскому языку статуса регионального. Эти решения были опротестованы прокуратурами соответствующих областей как «несоответствующие Конституции Украины». Президент В. А. Ющенко отметил, что «статуса регионального языка не существует». Свою позицию в судах удалось отстоять лишь Харьковскому областному совету^[244][245].

В 2007 году Украина представила первый отчёт о выполнении Хартии^[246], который подвергся критике в альтернативном докладе Украинской ассоциации преподавателей русского языка и литературы, а также в «Общественном отчёте о выполнении Хартии», подготовленном депутатом Верховной рады Украины В. В. Колесниченко и правозащитниками. По оценке авторов «Общественного отчёта», Верховная рада не приняла ни одного законодательного акта, который позволил бы реализовать положения, закреплённые в Хартии^[247].

10 февраля 2006 года президент В. А. Ющенко подписал обновлённый закон «О телевидении и радиовещании», который предписывал осуществлять дублирование на государственном языке всех фильмов и радиопередач^[248].

15 февраля 2010 года, в конце своего президентского срока, В. А. Ющенко одобрил концепцию государственной языковой политики. Согласно ей, «полноценное функционирование украинского языка во всех сферах общественной жизни на всей территории государства» считалось гарантией сохранения «идентичности украинской нации» и единства Украины. В документе утверждалось, что каждый гражданин Украины должен владеть украинским, но в «приватном общении» вправе пользоваться любым другим языком^[249].

Президент Украины В. Ф. Янукович не стал пересматривать Концепцию государственной языковой политики, принятую при В. А. Ющенко. В то же время 8 августа 2012 года В. Ф. Янукович подписал закон «Об основах государственной языковой политики» (укр. "Про засади державної мовної політики"), который вводил понятие «региональный язык». Допускалось использование этого языка в работе местных органов власти и самоуправления, в экономической и социальной деятельности, науке, культуре и СМИ наравне с украинским языком — в тех областях, где более 10 процентов населения считали этот региональный язык родным. Государство гарантировало учащимся всех школ изучение хотя бы одного регионального языка или языка национального меньшинства Украины, а также брало на себя обязательство не регулировать использование языков в сфере теле- и радиовещания. В августе 2012 года русский получил статус регионального языка в восьми областях юго-востока Украины, а также в городе Севастополь^[250][251].

Политики националистического толка объявили, что закон подрывает «целостность и соборность» Украины, якобы подстегивая региональный сепаратизм. Председатель Верховной рады В. М. Литвин признал, что без прямой поддержки со стороны государства украинский язык не сможет конкурировать с русским^[251]:

С 1991 года на Украине сокращалась доля детей, посещавших русскоязычные дошкольные учреждения: в 1995/1996 учебном году она составляла около 30 процентов, в 2010/2011 году — 13,5 процентов. Русскоязычные детские сады в 2011 году работали в основном лишь в регионах юго-восточной Украины^[252].

Украинизация системы образования сопровождалась последовательным вытеснением русского языка. Согласно распоряжению Министерства образования Украины, с 1 сентября 1993 года доля учеников первых классов с обучением на украинском языке должна была соответствовать доле украинцев в составе населения соответствующего региона. В 1993 году был введён обязательный экзамен по украинскому языку (сочинение) при поступлении в вузы^[253].

В среднем доля школьников, обучавшихся на русском языке, сокращалась на 10 процентов каждые пять лет:

В 2002/2003 учебном году украиноязычными были 16 337 школ (64,4 процента), русскоязычными — 1 732 школы (13,1 процента от общего количества школ на Украине). Таким образом, русские, составляя, согласно переписи 2001 года, 17,3 процента населения Украины, могли пользоваться лишь 13,1 процента от общего числа всех школ^[256].

К 2002 году в 16 областях Западной и Центральной Украины работали всего 26 русских школ, что составляло 0,12 процента от общего количества средних учебных заведений в этих регионах^[257]. К 2005 году в Винницкой, Волынской, Ивано-Франковской, Киевской, Ровенской и Тернопольской областях (где, по данным переписи 2001 года, проживало в общей сложности более 270 тысяч русскоязычных граждан) не осталось школ с русским языком обучения; в Черкасской, Черниговской, Черновицкой и Хмельницкой областях работали по одной русскоязычной школе^[53].

Сокращение количества русских школ в последующие годы продолжалось уже в основном за счёт регионов юго-востока, как правило, по следующей схеме: русское учебное заведение сначала становилось двуязычным, а затем там закрывались русские классы^[258][211].

К 2010 году значительные сегменты русскоязычного школьного образования (от 25 процентов всех учащихся) оставались лишь в Донецкой, Запорожской, Луганской, Одесской, Харьковской областях, а также в Крыму и Севастополе^[259].

В русскоязычных или двуязычных школах уменьшалось количество учебных часов, посвящённых изучению русского языка и литературы. Например, на изучение русского языка по стандартной программе в 2011 году отводился один час в неделю, в старших классах — от двух до четырех часов в неделю (в зависимости от программы)^[252].

В украиноязычных школах в начале 2010-х годов русский был предметом по выбору, который изучался с пятого или (реже) со второго класса. Некоторые учебные планы предусматривали изучение русского на протяжении лишь одного учебного года. Русская литература в большинстве украиноязычных школ с 1998 года преподавалась в урезанном виде — в составе курса зарубежной литературы и в переводе на украинский язык^[252].

При поступлении в украинский вуз (даже на русскую филологию) от абитуриентов в 2011 году уже не требовалось знание русского языка^[252].

Аналогичные по динамике процессы происходили на Украине в сфере профессионального среднего образования. К 2010/2011 учебного году на Украине работали лишь 35 учреждений профессионально-технического обучения на русском языке (всего около 16 тысяч учащихся) и около 100 аналогичных учреждений с двумя языками обучения (70,7 тысяч учащихся). В 18 областях страны и городе Киеве к 2010 году не осталось ни одного профтехучилища с преподаванием на русском языке; в целом же по стране на русском языке получали образование лишь около 9 процентов учащихся техникумов (см. таблицу выше)^[261].

На Украине последовательно сокращались доля высших учебных заведений и число студентов, которые обучались на русском языке.

В начале 2000-х годов зарплата украиноязычных преподавателей вузов была в среднем на 15 процентов выше зарплаты их русскоязычных коллег^[262].

В 2010/2011 учебном году, по данным министерства образования и науки Украины, в университетах, институтах и академиях преподавание на русском велось лишь для 10,2 процента учащихся (см. таблицу выше). В 11 областях Западной и Центральной Украины обучение на русском языке в вузах прекратилось полностью, еще в четырёх областях доля студентов, которые получали знания на русском, составляла менее 1 процента. Относительно высокой указанная доля оставалась лишь в четырёх регионах Украины: в Луганской области (20,7 процента студентов), в Донецкой области (38,2 процента), в Автономной Республике Крым (83,1 процента) и г. Севастополь (86,7 процента студентов)^[260].

К 2011 году в вузах и техникумах Украины русский язык не изучался (за исключением филологических факультетов университетов и педагогических училищ, где готовили специалистов или преподавателей русского языка и литературы). Русская литература изучалась только в составе зарубежной литературы^[252].

С 19 апреля 2004 года Национальный совет Украины по вопросам телевидения и радиовещания прекратил регистрацию средств массовой информации, использующих негосударственный язык. Исключение было сделано для каналов, вещавших на территорию компактного проживания национальных меньшинств, — квота негосударственных языков на них не должна была превышать 50 процентов^[263].

С 1 ноября 2008 года тот же регулятор своим постановлением запретил трансляцию ряда ведущих российских телеканалов, которые не давали перевод своих программ на украинский язык. Многие кабельные операторы Луганска, Запорожья, Одессы, Харькова, городов Крыма и других населённых пунктов юго-восточной Украины отказались выполнить распоряжение^{[264][265][266]}.

22 января 2007 года Министерство культуры и туризма Украины подписало меморандум с участниками кинорынка, которые обязались дублировать, озвучивать или субтитровать на украинском языке фильмокопии иностранного производства (в том числе на русском языке) и до конца года довести долю дублированных фильмов до 50 процентов, а в случае с лентами для детей — до 100 процентов^[267].

Под это соглашение была подведена законодательная база. 20 декабря 2007 года Конституционный суд Украины принял решение по закону «О кинематографии» от 1998 года, согласно которому все иностранные фильмы (в том числе на русском языке) следует показывать на Украине либо с дубляжем, либо с субтитрами на украинском языке^[268].

18 января 2008 года Министерство культуры и туризма Украины запретило демонстрировать иностранные фильмы (по телевидению и в кинотеатрах) без дублирования на украинский или без украинских субтитров^[269].

С июля 2008 года все фильмы украинского производства также должны были демонстрироваться на территории Украины только на украинском^[270].

Тем не менее в начале 2010-х годов доля русскоязычных фильмов в кинотеатрах Украины составляла около трети (причём 90 процентов из них были российского производства)^[271].

В 1990-х — первой половине 2000-х годов русскоязычные периодические издания занимали доминирующие позиции в украинском информационном пространстве. По состоянию на 2000 год, из 11 тысяч зарегистрированных СМИ более 7 тысяч выходили на русском языке или были двуязычными^[272]. К началу 2010-х годов ситуация практически не изменилась: например, доля газет на русском языке составляла около 70 процентов, журналов — около 85 процентов^[273].

За 1991—2009 годы доля русскоязычной литературы, издаваемой на Украине, сократилась незначительно: с 42,7 до 41,7 процента от общего тиража^[255]. В 2000 году библиотечный фонд на Украине на 60 процентов состоял из книг на русском языке^[272].

По состоянию на 2010 год из 11,3 миллионов пользователей украинского сегмента Интернета более 80 процентов делали запросы на русском языке^[255].

Местные органы власти западных областей Украины принимали дискриминационные решения в отношении русского языка. Например, в июне 2001 года городской совет Львова запретил исполнять песни на русском языке на улицах, площадях и в общественном транспорте^[274].

С 1 сентября 2005 года судопроизводство на Украине разрешалось вести только на украинском^[232].

Количество государственных русскоязычных театров на Украине за 1991—2013 годы сократилось с 43 до 12, а доля — с 35,8 процентов до 8,6 процентов^[57].

Русскоязычные эстрадные исполнители в начале 2010-х удерживали позиции в украинском телеэфире: на их долю приходилось до 60 процентов всех исполняемых композиций (в первую очередь, благодаря более густонаселённым регионам Юго-Востока Украины)^[273].

Меры по украинизации и дерусификации, предпринятые властями Украины в 1991—2013 годах, привели к последовательному сокращению числа русскоязычных граждан — в абсолютном и относительном выражении.

Как отмечал российский исследователь А. Л. Арефьев, результаты Всеукраинской переписи 2001 года показали, что русскоязычные граждане Украины представляли собой крупнейшую русскоязычную общность за пределами Российской Федерации^[43].

Согласно данным переписи, русский язык назвали родным 14,273 миллиона граждан Украины, или 29,6 процента населения страны. Из них этнические русские составляли лишь 56 процентов^[275].

В связи с тем, что последняя официальная перепись населения Украины состоялась в 2001 году, исследователям в последующие десятилетия приходилось оперировать оценочными данными, а также опираться на результаты социологических опросов. Они показывали, что несмотря на снижение доли русскоязычного населения и усилия украинского правительства по сокращению сферы использования русского языка, Украина в 2000-х годах продолжала оставаться двуязычной страной^[276][277].

По данным украинских социологов за 2004 год, 68 процентов населения Украины свободно владели русским языком, предпочитая использовать его в повседневной жизни^[279]. Русскоязычным было абсолютное большинство населения южных и восточных регионов страны:

По данным Института социологии Национальной академии наук Украины за 2005 год, русский язык называли родным 34,1 процента жителей Украины. В то же время для общения в семье пользовались русским языком 36,4 процента опрошенных, а русским и украинским языками — ещё 21,6 процента респондентов^[281]. Опрос, проведённый тем же Институтом в 2007 году, показал, что 71 процента населения Украины свободно говорили, читали и писали на украинском, а 79 процентов жителей — на русском. 62 процента опрошенных заявили о желании смотреть фильмы российского производства на русском языке, 40 процентов респондентов хотели бы смотреть иностранные фильмы в дубляже или с субтитрами на русском^[282].

Во время социологического исследования, проведённого в 2008 году Американским институтом общественного мнения (Институтом Гэллапа), 83 процента граждан Украины предпочли заполнить бланки опроса на русском языке. Американские социологи пришли к выводу, что именно такая доля жителей в повседневном общении продолжала пользоваться русским^[283].

Таким образом, как отмечал российский социолог С. Я. Сущий, мощный потенциал русской социокультурной традиции, которая существенно превосходила ресурсы «титульной культуры», способствовал сохранению в 2000-х — первой половине 2010-х годов значимой роли русского языка в украинском обществе — несмотря на полное выведение русского из сферы делопроизводства и целенаправленное выдавливание его из сферы образования и государственных СМИ. Русский язык удерживал позиции в книжном деле, прессе и индустрии развлечений. На этом фоне фиксировался рост числа и доли русскоязычных среди молодежи Украины^[284].

Дискриминация властями Украины русскоязычных граждан страны по языковому принципу в 1991—2022 годы неоднократно приводила к обострению отношений с Россией, которая выступала в защиту русского языка и его носителей.

В июле 2000 года Государственная дума России выступила с заявлением «В связи с проводимой на Украине дискриминацией русского языка», выразив обеспокоенность из-за «планомерного сокращения количества школ и классов с преподаванием на русском языке» и «интенсивного вытеснения русского языка из информационного пространства Украины»^[285]. В октябре 2002 года Государственная дума России приняла обращение к Верховной Раде, призвав придать русскому языку статус второго государственного на Украине. В документе подчёркивалось, что подобный шаг «укрепит многовековые традиции русско-украинского двуязычия, сложившиеся в Украине», а также «послужит дальнейшему развитию научных и культурных связей интеллигенции» двух государств^[286].

Поддержка Россией русского языка на Украине воспринималась украинскими официальными лицами как вмешательство во внутренние дела страны. Например, в сентябре 2006 года МИД РФ распространил комментарий, в котором говорилось, что Москва не намерена более игнорировать случаи дискриминации русского языка на Украине^[287]. МИД Украины в ответ потребовал от России «прекратить разыгрывать „языковую карту“ как метод влияния на внутриполитическую ситуацию» на Украине^[288].

МИД России неоднократно выражал обеспокоенность и критиковал правительство Украины за дискриминацию русскоязычных граждан и нарушение их прав^{[289][290][291]}. Эта проблема регулярно освещалась в публиковавшихся с 2011 года докладах МИД России о ситуации с правами человека в разных странах. С 2023 года российское внешнеполитическое ведомство ежегодно выпускало отдельный отчёт о положении дел с правами человека на Украине^[292][293].

Сразу после смены власти на Украине, 23 февраля 2014 года, Верховная рада отменила действие закона 2012 года «Об основах государственной языковой политики»^[59]. Временно исполняющий обязанности президента Украины А. В. Турчинов заявил, что не подпишет это решение парламента до тех пор, пока не будет принят новый закон (чего так и не произошло)^[294]. Тем не менее документ перестал действовать де-факто, а 28 февраля 2018 года был признан несоответствующим Конституции Украины и отменён де-юре^[295].

Курс на тотальную украинизацию, взятый новыми властями Украины c февраля 2014 года, вызвал массовые акции протеста в русскоязычных районах страны. 16 марта 2014 года избиратели Крыма и Севастополя на референдуме проголосовали за независимость с последующим присоединением полуострова к России. 18 марта 2014 года Республика Крым и город Севастополь вошли в состав Российской Федерации на правах субъектов^[60]. В качестве одного из аргументов называлась необходимость защитить русскоязычное население полуострова^[296]. В результате Украина лишилась более 2 миллионов по большей части русскоязычных граждан^[297].

В апреле 2014 года был провозглашён суверенитет Донецкой Народной Республики (ДНР) и Луганской Народной Республики (ЛНР)^[298]. Власти Украины начали военные действия против ДНР и ЛНР^[61][62]. В остальных русскоязычных регионах правительство Украины при помощи масштабных репрессий сумело обезглавить пророссийское движение^[299].

Как отмечал С. Я. Сущий, после ухода из состава Украины миллионов русскоязычных граждан внутриукраинское общественное противостояние между украиноязычным Западом-Центром и русскоязычным Юго-Востоком сместилось внутрь последнего. Прозападное население, ориентированное на украинское моногосударство, теперь в разы превосходило «пророссийских» граждан, выступавших за федерализацию Украины^[63]. Оставшиеся представители русского и русскоязычного населения регионов Юго-Востока стали рассматриваться украинской правящей элитой в качестве естественных противников^[64]. Для них осталось три варианта: эмиграция в Россию, глубокая маскировка или принятие доминировавшей национально-государственной идеологии с последующей ассимиляцией^[299]. Политическая борьба вокруг статуса русского языка стала невозможной. Украинизация приобрела принудительный характер^{[65][66][67][68]}. Русскоязычные жители центральных и юго-восточных регионов страны подверглись жёсткой культурно-языковой дерусификации. Происходило последовательное выдавливание русского языка из всех социальных ниш. Власти стремились свести его функции к разговорной речи с ограниченным словарным запасом и обилием сленга^[69].

Правительство России было вынуждено реагировать на угрозу для мирных жителей русскоязычного Донбасса. 21 февраля 2022 года на фоне артиллерийских ударов ВСУ по городам, посёлкам и сёлам ДНР и ЛНР президент России В. В. Путин подписал указы о признании обеих народных республик^[300]. После того, как Россия 24 февраля 2022 года начала специальную военную операцию по защите русскоязычного населения Донбасса, правительство и местные власти Украины приняли новые меры по вытеснению русского языка из всех сфер общественной жизни на подконтрольных территориях^[70][71].

С 23 по 27 сентября 2022 года на освобождённых Россией территориях Донецкой и Луганской народных республик, Запорожской и Херсонской областей прошли референдумы: в ДНР и ЛНР жители отвечали на вопрос о вхождении республик в состав Российской Федерации; в Запорожской и Херсонской областях — о выходе регионов из состава Украины, провозглашении независимых государств и их вхождении в состав Российской Федерации. По итогам референдумов президент России В. В. Путин 29 сентября 2022 года подписал указы о признании независимости Запорожской и Херсонской областей. 30 сентября 2022 года в Москве были подписаны международные договоры о вхождении ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей в состав России. Государственным языком ДНР и ЛНР был провозглашен русский^[301].

В 2014 году Верховная Рада приняла закон «О высшем образовании», согласно которому обучение в вузах разрешалось только на украинском. Допускалось преподавание одной или нескольких учебных дисциплин на английском языке. По официальным данным, к началу 2019/2020 учебного года уровень украинизации высшей школы Украины составил 98,5 процентов^[302].

6 июля 2016 года президент Украины П. А. Порошенко подписал закон, который установил языковые квоты для радиовещания: к ноябрю 2018 года доля песен на украинском языке должна была составить не менее 35 процентов от среднесуточного объёма вещания, доля информационных программ на украинском — не менее 60 процентов^[303]. За невыполнение нормы грозил штраф в размере 5 процентов от общей суммы лицензионного сбора.

7 июня 2017 года П. А. Порошенко подписал закон о языковых квотах на телевидении: передачи и фильмы на украинском языке должны были занимать не менее 75 процентов эфира общенациональных и региональных телекомпаний и не менее 60 процентов эфира местных телерадиокомпаний^[303].

В сентябре 2017 года П. А. Порошенко подписал закон «Об образовании» (вступил в силу 1 сентября 2018 года), который вводил запрет на государственное обучение на любом языке, кроме украинского: с 2018/2019 учебного года — в средней школе, с 2020/2021 года — и в начальной школе^[304].

С резкой критикой закона, помимо России, выступили правительство и парламент Венгрии, а также парламент Польши. Сожаление в связи с принятием закона выразили министры иностранных дел Болгарии, Венгрии, Греции и Румынии^[305].

Эксперты Европейской комиссии за демократию через право Совета Европы в декабре 2017 года пришли к выводу, что многие положения закона носят дискриминационный характер — в том числе в отношении русского языка «как наиболее широко используемого негосударственного языка»^[306].

В апреле 2019 года из-за критики в адрес Украины со стороны восточноевропейских стран в закон были внесены поправки (документ с изменениями принят в январе 2020 года): вводился переходный период (до 1 сентября 2023 года), во время которого разрешалось обучение на родном языке представителей национальных меньшинств — но только тех, кто говорит на одном из официальных языков Евросоюза. За остальными национальными меньшинствами (за исключением представителей так называемых «коренных народов») признавалось право получать знания на родном языке только на уровне дошкольного и начального образования и только в отдельных классах (группах) коммунальных образовательных учреждений^{[307][308][309]}.

25 апреля 2019 года Верховная рада Украины приняла закон «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного» (укр. "Про забезпечення функціонування української мови як державної"). Документ был подписан П. А. Порошенко 15 мая 2019 года. Украинский язык был объявлен обязательным для всех сфер государственной и общественной жизни (за исключением религиозных обрядов и частного общения)^[310]. В документе впервые была закреплена обязанность гражданина Украины знать украинский язык. Русский язык (теперь уже и юридически) утратил статус языка межнационального общения^[303]. Как отмечал Г. В. Касьянов, фактически целью закона было вытеснить русский язык из тех сфер, где он еще удерживал позиции (бизнес, торговля, интернет, издательская деятельность, массовые мероприятия)^[311].

Положения закона вступали в силу постепенно:

• с 16 июля 2019 года допускалось делопроизводство только на украинском языке^[312];
• в ноябре 2019 года на Украине начал работать офис уполномоченного по защите государственного языка; эта структура следила за соблюдением требований языкового законодательства и вносила предложения о привлечении к дисциплинарной или административной ответственности за его нарушение^[313];
• с 16 января 2020 года вся реклама на Украине могла публиковаться только на украинском или одном из языков Евросоюза^[314];
• с 16 июля 2020 года научные публикации в стране должны были выходить на государственном языке или официальных языках Евросоюза (с обязательной аннотацией на украинском)^[315];
• с 16 января 2021 года на украинский полностью перешли все предприятия сферы обслуживания, включая интернет-магазины;
• с 16 июля 2021 года все культурно-массовые, развлекательные мероприятия, экскурсионное обслуживание могли проводиться только на украинском языке; все информационные стенды, таблички и буклеты в музеях, галереях и выставочных залах следовало составлять на украинском; книгоиздательства были обязаны выпускать на украинском языке не менее 50 процентов от общего тиража своих книг; кандидаты на государственные должности проходили обязательную аттестацию на знание украинского языка;
• с 16 января 2022 года все общенациональные печатные средства массовой информации выпускали обязательную украиноязычную версию номеров, выходивших на негосударственном языке^[316].

В декабре 2019 года Европейская комиссия за демократию через право Совета Европы рекомендовала пересмотреть закон как дискриминационный и противоречащий международным обязательствам Украины. Власти страны рекомендацию проигнорировали^[317][309].

В июле 2021 года вступил в силу закон «О коренных народах Украины», в соответствии с которым русские и представителей других национальных меньшинств (за исключением крымских татар, караимов и крымчаков) лишились правовой защиты государства^[67].

13 декабря 2022 года Верховная рада приняла закон «О национальных меньшинствах (сообществах) Украины», в котором русский язык определяется как «язык нацменьшинства, являющийся государственным (официальным) языком государства, признанного Верховной радой Украины государством-агрессором или государством-оккупантом». В документе фиксируется угнетённый статус русского языка: в частности, запрещено проведение публичных мероприятий и размещение рекламы в СМИ на русском^[318]. Поправки к закону, принятые в декабре 2023 года, зафиксировали эти ограничения как бессрочные^[2].

31 марта 2023 года на Украине вступил в силу закон «О медиа», который усилил контроль государства за СМИ, запретил позитивное освещение любых действий России. Под запрет попали все телеканалы и другие медиаресурсы России^[319]. Доля украинского языка на национальных и региональных телеканалах увеличивалась с 75 процентов до 90 процентов, на местных телеканалах — с 60 процентов до 80 процентов (с некоторыми послаблениями для языков коренных народов Украины и официальных языков ЕС, но не для русского языка)^[320].

Власти Украины добились сокращения до минимума доли детей, посещавших русскоязычные дошкольные учреждения: 1,24 процента от общего числа воспитанников (по состоянию на 2020/2021 учебный год)^[321].

В 2018 году на Украине прекратилось издание учебников на русском языке^[304].

Власти продолжали сокращать количество государственных русскоязычных школ и число учащихся на русском языке:

В соответствии с Законом Украины «Об образовании» с сентября 2020 года все оставшиеся на подконтрольной Киеву территории русскоязычные школы перешли на украинский язык^[322]. С сентября 2022 года из школьной программы на Украине были исключены преподавание предметов на русском языке или изучение русского языка — ни в качестве предмета, ни факультативно^[2]. По состоянию на весну 2024 года русский язык преподавался лишь в трёх школах Украины; его изучали всего 768 детей^[2].

С сентября 2022 года из школьной программы на Украине также были исключены все произведения российских или советских авторов^[325].

В декабре 2023 года представители национальных меньшинств, которые начали учиться в школе до 1 сентября 2018 года, получили право продолжить обучение на одном из официальных языков Евросоюза. Что же касается русского языка, то ограничения в отношении него стали бессрочными^[2].

В сфере среднего профессионального обучения к 2020 году (в соответствии с Законом «Об образовании») преподавание на русском было свёрнуто полностью^[326].

Вскоре после смены власти на Украине — уже 25 марта 2014 года — последовал новый, более жёсткий запрет на вещание ведущих российских телеканалов, оформленный в виде постановления Киевского административного суда. Луганская и Донецкая области запрет проигнорировали^[327].

По данным Национального совета по вопросам телевидения и радиовещания, к концу 2018 года доля украинского языка в эфире общенациональных телеканалов в среднем составила 92 процента, в эфире общенациональных радиостанций — 86 процентов^[328].

С января 2024 года доля украинского языка в трансляциях национальных и региональных телеканалов выросла с 75 до 90 процентов, а на местных телеканалах — с 60 до 80 процентов. Послабления были сделаны только для ресурсов, которые вещают на языках так называемых коренных народов или официальных языках Европейского Союза^[320].

Прокат фильмов на русском языке был полностью прекращён в 2014 году^[69].

Норма об обязательном дублировании на государственном языке всех фильмов, которые демонстрируются на телевидении или в кинопрокате Украины, была закреплена в законе 2019 года «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного»^[316].

После смены власти на Украине в 2014 году были введены жёсткие ограничения на ввоз книжной продукции из России. За 2015—2019 годы доля русскоязычной литературы в общем объёме украинской книжной продукции снизилась: по количеству названий с 21,2 до 14,5 процентов, по общему тиражу с 34,1 до 9,2 процента^[329]. Количество наименований и особенно общий тираж книг и брошюр на русском языке в последующие годы снижались ещё более быстрыми темпами:

За первую половину 2020 года из-за отсутствия лицензий на территорию Украины не было ввезено ни одного российского издания^[331]. 14 марта 2022 года Украина ввела полный запрет на ввоз и распространение любой издательской продукции из России. В июне 2022 года было запрещено издавать и продавать на Украине книги, написанные гражданами России^[332].

За 2022 год из публичных библиотек были изъяты и уничтожены около 11 миллионов книг на русском языке; процесс продолжался в последующие годы. В частности, в октябре 2023 года только из библиотек Киевской области были удалены более 400 тысяч книг на русском^[323].

По состоянию на 2017 год на Украине на государственном языке печатались 1474 периодических издания, на русском — 654. Однако по общему тиражу украиноязычные издания уступали русскоязычным (410,5 миллиона экземпляров и 441,4 миллиона экземпляров соответственно), что свидетельствовало о высокой востребованности СМИ на русском языке^[72].

После 2014 года русскоязычная театральная жизнь на Украине была сведена к минимуму^[69]

После 2014 года доля русскоязычных эстрадных композиций в украинском радиоэфире резко сократилась^[69]. В июне 2022 года Верховная Рада Украины приняла законы, которые запрещали публичное исполнение российских песен, а также их трансляцию на радио и телевидении^[320].

С 2017 года власти Украины ввели запрет на доступ с территории страны к 468 российским сайтам и платформам социальных сетей^[332]. 9 ноября 2023 года Национальный совет по вопросам телевидения и радиовещания полностью закрыл доступ с территории Украины к 16 крупнейшим видеосервисам, которые позволяли смотреть российские телеканалы и фильмы^[333].

С 16 июля 2022 года на официальных сайтах всех юридических лиц, зарегистрированных на Украине, должна по умолчанию загружаться украиноязычная версия^[71].

С июля 2022 года были расширены полномочия офиса уполномоченного по защите государственного языка. Началось взимание штрафов за использование русского языка, нарушавшее положения закона «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного». Размер штрафа мог доходить до 400 минимальных зарплат^[71][312].

Несмотря на жёсткую политику дерусификации, на Украине в конце 2010-х годов сохранялось широко распространённое двуязычие^[72]. Опрос, проведённый украинскими социологами в региональных центрах страны, показал, что на Юго-Востоке Украины русским языком в повседневной жизни предпочитали пользоваться не менее 84 процентов жителей. В региональных столицах центральной Украины эта доля составляла около 50 процентов. Впрочем, переносить эти цифры на регионы в целом некорректно, поскольку доля русскоговорящих людей в крупных городах исторически была наибольшей^[334].

11 марта 2021 года Управление верховного комиссара ООН по правам человека опубликовало доклад своей мониторинговой миссии на Украине с фиксацией случаев проявления ненависти в отношении, в том числе, русскоязычных групп населения. Авторы доклада призвали правительство страны как можно скорее принять закон о защите языковых прав национальных меньшинств^[335].

По оценке российского социолога С. Я. Сущего, численность этнических русских на подконтрольных Киеву территориях Украины в первой половине 2020-х годов составляла 3,5—4,1 миллиона человек с тенденцией сокращения на 15—20 процентов каждые 10 лет. На долю русскоязычных жителей приходилось более половины населения юго-восточных регионов Украины^[336].

По оценке российских исследователей А. Г. Манакова, Н. К. Терениной, доля русскоязычных по состоянию на 2021 год составляла 23,9 процента населения Украины, что в абсолютных показателях соответствовало 8,624 миллиона человек^[4]. Достоверных данных об абсолютном числе русскоговорящих жителей Украины или их доле в населении страны по состоянию на более позднюю дату обнаружить не удалось.

Согласно прогнозу С. Я. Сущего, по мере естественной убыли представителей старших возрастных групп — носителей советской социокультурной матрицы (в том числе постулата о братском характере украинского и русского народов) в общественной жизни Украины будут всё более задавать тон носители постсоветской социокультурной матрицы, которые верят в извечную враждебность России. Даже владея русским языком, эти люди будут плохо знакомы с русской историей и культурой и не станут воспринимать русский в качестве близкого народа^[337].

С другой стороны, по мнению С. Я. Сущего, русскоязычное население юго-востока (по большей части носители советской надэтнической социоментальной матрицы) в 2010-х годах осознавало безнадёжность борьбы за свои этнополитические права против государства. Самые последовательные сторонники русского мира уехали в Россию ещё в 1990-х. Люди, которые попытались отстоять свои права весной 2014-го года, не получили поддержки Москвы и были репрессированы Украиной. Остальные затаились, отчасти усваивая государственную (антироссийскую) идеологию, отчасти маскируясь под мейнстрим (что, в том числе, позволяло украинским социологам фиксировать высокий уровень поддержки населением действий Киева в русскоязычных районах страны). После перехода под контроль России, например, значительной части Херсонской области её население столь же быстро и массово приспособилось к новым социально-политическим и социокультурным реалиям. Тем более, что эта адаптация для русскоязычных граждан не требовала значительных усилий. Таким образом, политика украинизации не смогла превратить большинство русскоязычного населения региона в устойчивых сторонников украинской государственности и прозападного курса^[338].

Литературные русский и украинский языки формировались на протяжении XVII—XIX веков в условиях взаимного влияния друг на друга. Причём в XVII — первой половине XVIII века определяющий характер для этого процесса имела деятельность носителей малороссийского языка из Киево-Могилянской академии, которая дала России виднейших общественных и государственных деятелей, деятелей культуры и просвещения, иереев Русской православной церкви^[339]. При посредничестве киевской литературно-письменной традиции великорусский язык обогатился значительным числом заимствований — латинизмов, полонизмов и лексики западноевропейского (в основном немецкого) происхождения^[340].

В свою очередь, с XVIII века гораздо более интенсивными были заимствования лексики из русского языка в украинский. Это происходило на фоне укрепления великорусского языка в качестве языка делопроизводства и литературного языка на территории современной Украины. В ХХ—XXI веке русизмы употреблялись в украиноязычных СМИ; в повседневной речи украиноязычного населения XXI века русизмов широко распространены^[341]. В речи этнических украинцев Юго-Востока страны встречались также русские вкрапления: цитаты из советских кинофильмов, разговорные клише, слова и фразы-паразиты^[342][343].

Интерференция русского и украинского языков оказала то или иное влияние на формирование украинских говоров современных южных и восточных регионов (так называемые слобожанские и степные говоры)^[344].

Населению Южной и Восточной Украины было исторически свойственно двуязычие, то есть жители в равной степени понимали русский и украинский языки. Заимствования из одного языка в другой происходили незаметно, не воспринимаясь как чужеродные^[345].

Некоторые распространённые отступления от норм русского языка имеют довольно давнюю историю. Газета «Киевский телеграф» в 1854 году отмечала особенности речи некоторых киевлян: «сюдою» и «тудою» (вместо «этим путём», «тем путём»), «смеяться с» (вместо «смеяться над»), «до дому» («домой»)^[346]. Составитель «Путеводителя по Киеву» (1904) С. Богуславский приводил такие примеры распространённых нарушений норм синтаксиса: «дай мне ножа» (родительный падеж вместо винительного), «скучаю за тобою» (вместо «скучаю по тебе»), «сам» (вместо «один»)^[347]. Другие частотные примеры ненормативного словоупотребления: «занять» (вместо «одолжить»); с выходом на фонетический и грамматический уровни — «торты́» и «бараны́» (вместо «то́рты», «бара́ны»), «мало́й» и «мала́я» (вместо «ма́лый», «ма́лая»), частица «та» (вместо «да»), «позвонить/говорить до кого-то» (вместо «позвонить/говорить кому-то»), императив «ляж» (вместо «ляг»), местоимение «ихний» (вместо «их»)^[342][343].

Для русского просторечья Украины характерна в фонетике замена литературного взрывного звука [g] на южнорусский фрикативный [γ]; может встречаться замена русского непарного мягкого [ч] на украинский непарный твёрдый, произношение местоимения «что» как «шо»^[348].

Спецификой русскоязычных СМИ Украины являлось использование украинизмов (как лексических, так и синтаксических), украинских прецедентных высказываний и имён (в том числе названий предприятий в украинском написании). Из законодательных актов и других официальных документов на украинском языке в широкое употребление вошли многие украинизмы, например: «Рада» (вместо «Совет»), «городской голова» (вместо «градоначальник»)^[349].

С 1993 года, в процессе борьбы за национальную идентичность в языковой сфере, украинское правительство стало требовать отказа от нормативной конструкции «на Украине» в официальных документах и сообщениях СМИ на русском языке в пользу выражения «в Украине» (фактически украинизма: укр. в Україні). В предлоге «на» усматривались уничижительный момент и даже отрицание государственности — «на Украине» как «на окраине». В результате в русском языке Украины в 2010-х — 2020-х годах абсолютно преобладало употребление предложно-падежного управления «в Украину», «в Украине», «из Украины» над нормативным «на Украину», «на Украине», «с Украины». В официальных российских документах в 1990-х — 2000-х годах употреблялись обе формы^{[350][351][352][353]}, однако с 2014 года гораздо более частотным стало нормативное написание^{[354][355][356]}. Российские филологи полагали, что конструкция «на Украине» аналогична конструкции «на Руси» и потому не носит уничижительный оттенок^[357].

Практически на всей территории Украины как в городской, так и особенно в сельской местности, также распространён суржик — смешанная украинско-русская речь на основе украинских говоров с добавлением русской лексики^[44][358].

По данным Киевского международного института социологии за 2003 год, минимальное распространение суржик имел на Западной Украине, максимальное — в Полтавской, Сумской и Черниговской областях^[359].