Репартимьенто

В соответствии с Новыми законами 1542 года, система репартимьенто была введена вместо системы энкомьенды, которая стала рассматриваться Короной как жестокая и способствующая неэтичному поведению. Испанская корона стремилась вывести контроль над коренным населением, которое теперь считалось подданным короны, из рук энкомендеро, ставших политически влиятельным и богатым классом, и отказаться от системы энкомьенды и порабощения коренного населения^[4].

Репартимьенто не было рабством, поскольку работник не находился в полной собственности — был свободен в различных отношениях, кроме распоряжения своим трудом, — и работа была непостоянной. Тем не менее, в некоторых районах она создавала условия, похожие на рабство, наиболее известный пример — серебряные рудники Перу XVI века^[5], где действовала система принудительного труда, на которую отчасти повлияла аналогичная система принудительного труда, применявшаяся инками и называвшаяся мита^[4]. В Новой Испании сокращение численности коренного населения в результате завоеваний и болезней привело к переходу от системы энкомьенды к созданию пуэбло (pueblos de indios), поскольку система энкомьенды больше не имела экономического смысла, так как индейцев было мало. Необходимо было консолидировать рабочую силу, что и было сделано в процессе создания редукций (reducciones). На смену системе энкомьенды пришли «две параллельные, но отдельные „республики“»^[6]. В «испанскую республику» (república de españoles) входили испанцы, которые жили в испанских городах и подчинялись испанским законам, а в «индейскую республику» (república de indios) — коренные жители, которые проживали в туземных общинах, где господствовали местные законы и местные власти (если они не противоречили испанским нормам)^[6]. Именно во второй части находились индейские поселения. Индейцы, жившие в пуэбло, имели право собственности на свою землю. Считаясь подданными испанской короны, они должны были платить дань^[7].

На практике конкистадору, а позднее испанскому поселенцу или чиновнику, выделяли в подчинение определённое количество местных рабочих, которые трудились на фермах или в рудниках, а на Филиппинах их могли направить на верфи для строительства манильских галеонов. Испанские шахтёры или фермеры еженедельно подавали прошение о выделении рабочей силы окружному судье или специальному судье, который занимался распределением рабочей силы. Взрослых мужчин из общины, чья очередь подходила, собирали jueces reparations (индейские правители пуэбло) и передавали испанскому чиновнику, который отправлял их в другой район для выполнения необходимых работ. По закону эти системы не должны были мешать местным жителям жить и выживать, так как в любое время можно было привлечь к работе только 7—10 % взрослого мужского населения^[8]. За свой труд аборигены получали плату, которую затем могли использовать для уплаты дани короне^[9].

Местные жители, работавшие от 3 до 4 недель в году, также могли привлекаться местными властями к общественным работам, таким как сбор урожая, добыча полезных ископаемых и строительство инфраструктуры^[9]. Добыча полезных ископаемых, в частности, доминировала как у короны, так и у перуанского вице-короля. По указу дона Франсиско де Толедо для выполнения изнурительной работы на рудниках привлекались коренные жители. Несмотря на попытки предотвратить чрезмерную нагрузку, злоупотребления властью и высокие квоты, установленные владельцами шахт, продолжались, что привело к сокращению численности населения и появлению системы, при которой мужчины из числа коренного населения выкупали себя из трудовой повинности, платя куракам или работодателям^[4][10].

Сокращение численности коренного населения Америки из-за европейских болезней (оспы, гриппа, кори и тифа), к которым коренное население не имело иммунитета, а также дезертирство с рабочих полей привели к замене системы энкомьенды и созданию частных ферм и асьенд в Новой Испании. Чтобы избежать принудительного труда по системе энкомьенды и репартимьенто, индейцы покидали свои поселения. Это была рискованная мера, поскольку они оставались без земли и общины. Если индеец покидал пуэбло, он отправлялся на поиски работы по найму; другие заключали контракты (асьенто) на срок от шести месяцев до года, в течение которого работнику должны были выплачивать зарплату, предоставлять жильё и обеспечивать его религиозные потребности. На севере Новой Испании это было частым явлением. Эта область была мало заселена, и поэтому испанцам было труднее обеспечить реализацию редукций и пуэбло для привлечения рабочей силы репартимьенто^[4]. На севере Новой Испании было больше всего серебряных рудников, и поскольку труд репартимьенто был ненадёжным, наёмный труд был доминирующей формой труда, используемой там. Хотя ситуация была непростой, испанская корона допускала это, поскольку она остро нуждалась в серебре для торговли с Китаем после того, как династия Мин объявила серебро единственной валютой для внутреннего налогообложения и внешней торговли^[10].