Упадок испанских колоний Гондураса (1530—1536)

Сереседа временно покинул Трухильо, и, когда Васко де Эррера также уехал, Мендес де Хиностроса попытался захватить единоличную власть. Васко де Эррера в конце концов вернулся, но оставил многих своих солдат сражаться с сопротивлением коренного населения в долине Оланчо^[7] под командованием своего брата Диего Диаса де Эрреры^[9]. Васко де Эррера приказал казнить Мендеса де Хиностроса, но тот укрылся в церкви, и его сторонники вскоре собрались вокруг него, превосходя по численности людей Васко де Эрреры в Трухильо^[7]. Сереседа вернулся в Трухильо и попытался выступить посредником между противоборствующими фракциями^[10], однако Васко де Эррера был убит, и Мендес де Хиностроса захватил контроль над городом. Сереседа отказался признать его, и обе стороны отправили срочные сообщения Диего Диасу де Эррере в Оланчо с просьбой о поддержке; многие из его людей выразили свою поддержку Мендесу де Хиностроса. Сереседа действовал быстро, и в Трухильо разразились ожесточённые бои. Сереседа захватил Мендеса де Хиностросу и обезглавил его. Наконец, после года внутренних распрей между испанцами, Сереседа стал единственным губернатором Гондураса^[9].

Корона отреагировала на сообщения об анархии в Гондурасе, назначив пожилого Диего Альвитеса королевским губернатором. Флот Альвитеса потерпел крушение в нескольких лигах от Трухильо в конце октября 1532 года, и он завершил своё путешествие пешком. К моменту прибытия в колониальную столицу, вскоре после того, как Сереседа взял на себя единоличную власть, он был близок к смерти. 2 ноября он назначил Сереседу исполняющим обязанности губернатора и вскоре скончался. Вновь образовались противоборствующие фракции, одну из которых возглавил Диего Диас де Эррера, и Сереседа с большим трудом удерживал власть^[9]. Чтобы стабилизировать провинцию, он организовал ещё одну экспедицию для заселения долины Нако^[11]. Он отправил капитана с 60 солдатами на юг и намеревался последовать за ним с подкреплением, но был задержан в Трухильо из-за сообщений о приближении испанской экспедиции, идущей по побережью с запада. Прибывших возглавлял Алонсо Давила, один из офицеров Франсиско де Монтехо, который был назначен аделантадо Юкатана.

Давила пытался основать испанский город на восточной стороне полуострова Юкатан, но был вынужден уйти из-за сопротивления коренного населения. Поскольку весь регион находился в состоянии войны с испанцами, Давила не смог вернуться к Монтехо и вместо этого совершал набеги на каноэ вдоль побережья Карибского моря, ища подходящее место для основания нового поселения. К моменту достижения Пуэрто-Кабальос его экспедиция находилась в опасном положении. Давила обратился к Сереседе за помощью, и тот отправил провизию осаждённой группе. Давила и его люди прибыли в Трухильо в начале 1533 года^[12].

Давила планировал основать поселение в честь Монтехо недалеко от Пуэрто-Кабальос, но знал, что оно находилось в юрисдикции Гондураса и что Сереседа никогда не согласится на такой шаг. В любом случае, ситуация в Трухильо была слишком нестабильной, чтобы Сереседа мог поддержать крупную экспедицию. Давила оказался вовлечённым в междоусобную политику города, приняв сторону Диего Диаса де Эрреры. Спустя некоторое время он решил покинуть Гондурас и вместе с большинством своих людей отправился на корабле, который остановился в Трухильо, обратно в Юкатан. Несколько людей Авилы остались и поселились в Трухильо^[12], где ситуация продолжала ухудшаться^[13].

В 1532 году Педро де Альварадо, губернатор Гватемалы, получил королевское разрешение на завоевание территории Игуэрас с целью создания карибского порта для Гватемалы. Менее чем через год после того, как разрешение было дано Альварадо, действующий на то время губернатор Гондураса и Игуэрас Диего Альвитес получил королевское разрешение на умиротворение и колонизацию долины Нако и территории вокруг Пуэрто-Кабальос. Вскоре после этого, в 1533 году, Франсиско де Монтехо, губернатор Юкатана, получил право управлять огромной территорией, простирающейся от Мексиканского залива до реки Улуа, Нако и Пуэрто-Кабальос, при условии, что ни Альварадо, ни Альвитес не обосновались в этих регионах. В то же время Альварадо получил подтверждение своего разрешения на завоевание тех частей Игуэраса, которые не были покорены губернаторами Юкатана и Гондураса-Игуэраса^[14]. Фактически все три губернатора имели королевское разрешение на завоевание и колонизацию одной и той же территории и могли интерпретировать королевские указы по своему усмотрению^[15].

В 1534 году испанская корона реорганизовала территорию Гондураса в Provincia de Higueras e Cabo de Honduras («Провинция Игуэрас и мыс Гондурас»). Западная часть, от залива Дульсе, ныне в Гватемале, до долины Улуа и Нако, была определена как Игуэрас. Восточная часть — как Гондурас, включая Трухильо, долину Оланчо и простирающаяся до мыса Камарон^[16]. Хотя она была организована как две территории, фактически она составляла одну провинцию, часто называемую Гондурас-Игуэрас^[17]. В 1534 году Гондурас-Игуэрас был выведен из юрисдикции Новой Испании, где находился с конца 1520-х годов, и возвращён в юрисдикцию аудиенсии Санто-Доминго^[14].

В 1534 году Сереседа отправился со своей экспедицией вглубь страны, но был вынужден вернуться, когда Диас де Эррера попытался покинуть Трухильо, увозя с собой всех колонистов. Трухильо находился на грани краха. Испанцам не хватало необходимых припасов, и хотя в Гондурас прибыло больше испанских солдат, чем было необходимо для завоевания Перу, ожесточённые междоусобицы среди испанцев привели к почти полному развалу колонии.

Трухильо был единственным испанским поселением, оставшимся на этой территории, и насчитывал менее 200 испанских жителей. Нападения испанцев на коренное население привели к его значительному сокращению, однако им не удалось завоевать никаких территорий за пределами непосредственной близости от Трухильо. Численность коренного населения резко сократилась, поскольку многих индейцев продавали в рабство для пополнения рабочей силы на плантациях Карибских островов. В 1533 году эпидемия охватила коренное население в сократившейся испанской зоне контроля, унеся жизни половины его численности. Система энкомьенды в колонии не функционировала, поскольку дань была незначительной, а богатых месторождений серебра или золота не было. Многие колонисты слышали о богатствах Перу и угрожали уехать. К 1534 году единственным густонаселённым регионом коренного населения оставалась долина Нако. Сереседа вновь планировал перенести колонию на запад, в Нако^[18].

В марте 1534 года Сереседа оставил 50 испанцев в Трухильо, а большую часть своих людей, около 130 человек, взял с собой в экспедицию в Игуэрас. Он отправил 60 человек кавалерии и пехоты гнать скот по суше, а сам Сереседа путешествовал по морю с остальными. Обе группы встретились в Нако, где они поселились на некоторое время. В конце концов, нехватка припасов заставила их двигаться дальше, и они переселились в долину Сула, населённую майя. Там они основали Вилья-де-Буэна-Эсперанса («Город доброй надежды»). Новое поселение находилось в 23 лигах от Пуэрто-Кабальос, в семи лигах от Нако и в трёх лигах от города майя Кимистан. Сереседа отправил разведывательные отряды в окрестности, чтобы подчинить местных жителей и найти драгоценные металлы. Это продвижение Сереседы на запад сместило центр испанской колонии из Трухильо в Игуэрас^[19].

В то же время, когда Сереседа создавал новую оперативную базу на западе, Кристобаль де ла Куэва вошёл в Гондурас из Гватемалы с 40 людьми по приказу Хорхе де Альварадо, брата Педро де Альварадо, который исполнял обязанности губернатора, пока Педро сражался в Эквадоре. Де ла Куэва стремился основать подходящий карибский порт и соединительную дорогу с Сантьяго-де-лос-Кабальерос-де-Гватемала. Сереседа перехватил гватемальского капитана, и они пришли к соглашению, согласно которому Сереседа возьмёт под своё командование отряд солдат де ла Куэвы, которые будут помогать ему в его усилиях по исследованию и завоеванию территории вокруг Буэна-Эсперанса. Взамен Сереседа должен был построить порт и дорогу вглубь материка до Сантьяго-де-Гватемала.

Первоначальный план заключался в восстановлении Пуэрто-Кабальос или Сан-Хиль-де-Буэна-Виста, но де ла Куэва изменил своё решение и вместо этого выступил за создание новой колонии вглубь материка, чему Сереседа был против. Люди де ла Куэва взбунтовались и отказались признавать командование Сереседы, и де ла Куэва покинул Игуэрас и двинулся на юг, чтобы укрепить Сан-Мигель (в современном Сальвадоре), недалеко от залива Фонсека^[20]. Это привело к тому, что Сан-Мигель оказался в юрисдикции Гватемалы. Сереседа считал, что он находится на территории Гондураса-Игуэраса, и громко протестовал перед короной. Юрисдикция над Сан-Мигелем оставалась предметом спора между Гондурасом и Гватемалой в течение нескольких последующих лет^[21].

Сереседа разделил территорию вокруг Буэна-Эсперанса на энкомьенды для своих людей, и к радости колонистов были обнаружены золото и серебро^[21]. Сереседа планировал развивать Буэна-Эсперанса как торговый центр, соединяющий маршрут из Карибского моря и Испании с Тихим океаном и богатствами недавно завоёванного Перу. Этот маршрут предполагал переселение Пуэрто-Кабальос. Планировалось, что он будет проходить через индейское поселение Маниани, которое Сереседа планировал превратить в торговый центр, и далее к заливу Фонсека^[22].

К декабрю от Гарсии де Солиса по-прежнему не было никаких известий, и испанская помощь не прибыла ни с одной стороны, и испанцы в Буэна-Эсперанса потеряли надежду. Со всех сторон их окружали враждебно настроенные туземцы, которых возглавлял Сикумба. Андрес де Сереседа узнал о плане Сикумбы напасть на Буэна-Эсперанса и уничтожить его. В ответ он отправил отряды, чтобы захватить и казнить враждебных индейских вождей, тем самым обезвредив неминуемую угрозу. Сикумба удалось сбежать^[31].

Вскоре после этого из Юкатана прибыл испанец по имени Гонсало Герреро, который принял культуру майя, с 50 каноэ, на которых плыли воины майя. Герреро был захвачен майя в Юкатане и «стал коренным жителем», сражаясь на стороне майя. Он прибыл, чтобы помочь индейскому сопротивлению в Игуэрасе, хотя слишком поздно для запланированного штурма Буэна-Эсперанса^[31].

К 5 мая 1536 года городской совет Буэна-Эсперанса полностью утратил доверие к Сереседе и проголосовал за оставление Игуэраса и возвращение в Трухильо. Сереседа выступил против этого решения, но совет заставил его подписать документ об этом решении. Между тем, любой отряд, выходивший за пределы Буэна-Эсперанса в поисках провианта, должен был состоять как минимум из 20 человек для защиты от враждебных туземцев. Началась хаотичная эвакуация обратно в Трухильо, и недовольство Сереседой было настолько велико, что он опасался за свою жизнь и бежал в Нако, чтобы найти убежище среди лояльных туземцев. 9 мая, в разгар этого беспорядочного отступления испанцев, Гарсия де Солис вернулся из Гватемалы с новостью о том, что помощь скоро прибудет^[31].