История патологии

Раннее понимание происхождения болезней является самым ранним применением научного метода в медицине, которое произошло на Ближнем Востоке в период Золотого века ислама^[4] и в Западной Европе в эпоху итальянского Возрождения^[5].

Греческий врач Гиппократ, основатель научной медицины, был первым, кто занялся анатомией и патологией позвоночника человека^[6]. Гален заинтересовался анатомией благодаря изучению трудов Герофила и Эразистрата^[7]. Концепция изучения заболеваний посредством методичного вскрытия и исследования больных тел, органов и тканей может показаться сегодня очевидной, но до второго тысячелетия практически не было зарегистрированных примеров настоящих вскрытий. Хотя патология инфекционных заболеваний была известна мусульманским врачам со времён Авиценны (980—1037), который описал её в «Каноне врачебной науки» (ок. 1020 г.)^[8], первым врачом, который, как известно, проводил посмертные вскрытия, был арабский врач Авензоар (1091—1161), доказавший, что кожная болезнь чесотка вызывается паразитом, а в 1242 году Ибн ан-Нафис (р. 1213) с помощью вскрытия открыл лёгочное кровообращение^[9].

В XV веке анатомическое вскрытие неоднократно использовалось итальянским врачом Антонио Бенивени (1443—1502) для определения причины смерти^[5]. Антонио Бенивени также приписывают введение в медицину вскрытия трупов^[10]. Возможно, самым известным ранним патологоанатомом был Джованни Морганьи (1682—1771). Его главный труд De Sedibus et Causis Morborum per Anatomem Indagatis, опубликованный в 1761 году, описывает результаты более 600 частичных и полных вскрытий, организованных с анатомической точки зрения и методично соотнесённых с симптомами, проявлявшимися у пациентов перед смертью.

Хотя на тот момент изучение нормальной анатомии уже было достаточно развито, De Sedibus был одним из первых трактатов, посвящённых корреляции патологической анатомии с клиническими заболеваниями^[11][12]. К концу 1800-х годов был создан исчерпывающий свод литературы по макроскопическим анатомическим находкам, характерным для известных заболеваний. Масштабы исследований в области макроскопической патологии в этот период можно охарактеризовать работой венского патолога Карла Рокитанского (1804—1878) родом из Градец-Кралове в Чешской Республике, который, по некоторым данным, за свою жизнь провёл 20 000 вскрытий и проконтролировал ещё 60 000^[5][13].

Рудольф Вирхов (1821—1902) общепризнан как отец микроскопической патологии. Хотя сложный микроскоп был изобретён примерно 150 лет назад, Вирхов был одним из первых выдающихся врачей, который сделал акцент на изучении проявлений заболеваний, видимых только на клеточном уровне^[5][14]. Ученик Вирхова, Юлиус Фридрих Конгейм (1839—1884), объединил методы гистологии с экспериментальными манипуляциями для изучения воспаления, что сделало его одним из первых экспериментальных патологов^[5]. Конгейм также был пионером в использовании метода замороженных срезов; одна из версий этой техники широко используется современными патологами для постановки диагнозов и получения другой клинической информации во время операции^[14].

С появлением новых исследовательских методов, таких как электронная микроскопия, иммуногистохимия и молекулярная биология, которые расширили возможности исследователей биомедицины в изучении заболеваний, определение и границы исследовательской патологии стали менее чёткими. В самом широком смысле почти все исследования, которые связывают проявления заболеваний с идентифицируемыми процессами в клетках, тканях или органах, можно считать экспериментальной патологией^[15].