Синдром Алессандрини

Синдром Алессандрини впервые был описан в 1959 году аргентинскими врачами А. М. Казала и А. А. Алессандрини, представившими клиническое наблюдение пациента с односторонним витилиго лица, полиозом, сенсоневральной тугоухостью и признаками пигментного ретинита. Описание было опубликовано под заголовком «Vitiligo, poliosis unilateral con retinitis pigmentary hypoacusia», а заболевание впоследствии получило название по фамилии одного из авторов. С момента первого сообщения в литературе описано крайне ограниченное число случаев, что обусловлено исключительной редкостью патологии и сложностями дифференциальной диагностики^[1][3].

Этиология синдрома Алессандрини окончательно не установлена. Наиболее вероятной считается аутоиммунная реакция, приводящая к избирательному разрушению меланоцитов. Генетическая предрасположенность к синдрому не выявлена, все описанные случаи заболевания являются спорадическими. К провоцирующим факторам относятся перенесённые вирусные инфекции, черепно-мозговую травму, эмоциональный или физический стресс^[1][4][5].

Патогенез синдрома Алессандрини основан на избирательном поражении меланоцитов — специализированных клеток, происходящих из нейроэктодермы и отвечающих за синтез меланина. Локализованная аутоиммунная реакция, ограниченная одной стороной тела, приводит к разрушению меланоцитов в коже, сетчатке, сосудистой оболочке глаза, а также во внутреннем ухе — в улитке и вестибулярном лабиринте. Клинические проявления заболевания обусловлены нарушением не только пигментной, но и метаболической и трофической функции меланоцитов^[2][3][4].

Синдром Алессандрини относится к числу исключительно редких заболеваний и его распространённость в популяции точно не установлена. Синдром может проявляться в детском, подростковом или взрослом возрасте, однако в большинстве описанных случаев манифестация происходила у лиц моложе 30 лет. Преобладания по полу или этнической принадлежности не выявлено^[1][2].

Клиническая картина синдрома Алессандрини характеризуется тетрадой основных проявлений: одностороннее витилиго лица, полиоз, зрительные нарушения (ретинит, увеит, снижение остроты зрения) и сенсоневральная тугоухость на той же стороне. Заболевание развивается постепенно и часто манифестирует в молодом возрасте^[1][4].

Первым симптомом обычно становится появление депигментированных участков кожи на лице, преимущественно в области щёк, висков или лба. Эти очаги чётко отграничены, не сопровождаются воспалением и болезненностью. В ряде случаев наблюдается полное или частичное побеление ресниц, бровей или волос в поражённой зоне (полиоз), которое может предшествовать кожной депигментации^[1][2].

Параллельно или спустя некоторое время появляются офтальмологические симптомы. Пациенты могут отмечать снижение остроты зрения, появление «тумана», фотопсий («мушек») или сужение полей зрения. В некоторых случаях развивается односторонний пигментный ретинит, а также увеит, приводящий к нарушению темновой адаптации и зрительной дисфункции^[1][3][4].

Отоларингологические симптомы проявляются односторонней нейросенсорной тугоухостью, которая развивается медленно и может долго оставаться незамеченной. Дополнительно могут отмечаться тиннитус, ощущение заложенности уха или искажение восприятия звуков^[1][3][4].

Все клинические проявления носят строго односторонний характер, что отличает синдром Алессандрини от других меланоцитотропных аутоиммунных заболеваний. Течение заболевания прогрессирующее, но в некоторых случаях возможно наступление клинической стабилизации. Системных проявлений, лихорадки и лабораторных признаков активного воспаления в клинических наблюдениях не выявляется^[1][3][4].

Диагностика синдрома Алессандрини основывается преимущественно на клинических данных и предполагает комплексный междисциплинарный подход с участием дерматовенеролога, офтальмолога и оториноларинголога^[2][3].

Офтальмологическое обследование включает^[2][6]:

• визометрию (оценку остроты зрения) — проводится для количественной оценки снижения зрительной функции;
• офтальмоскопию (осмотр глазного дна) — позволяет визуально оценить состояние сетчатки, сосудистой оболочки и зрительного нерва;
• исследование глазного дна на аутофлюоресценцию — используется для выявления нарушений метаболизма пигментного эпителия сетчатки;
• спектральную оптическую когерентную томографию — позволяет получить послойное изображение структур сетчатки и зрительного нерва с высокой разрешающей способностью.

Аудиологическое исследование проводится для оценки степени сенсоневральной тугоухости и включает^[2][7]:

• тональную аудиометрию — определяет пороги слуха на различных частотах;
• регистрацию слуховых вызванных потенциалов — оценивает функциональное состояние слухового пути от улитки до коры головного мозга.

Для исключения других причин кожной депигментации при атипичном течении заболевания может применяться дерматоскопия. В отдельных случаях показано гистологическое исследование биопсийного материала кожи из очага витилиго с целью дифференциальной диагностики с поствоспалительной лейкодермой, туберозным склерозом и лейкодермическими невусами. Лабораторные анализы и инструментальные исследования (компьютерная томография, магнитно-резонансная томография, ультразвуковое исследование, рентгенография) обычно не выявляют отклонений, но могут быть проведены для исключения сопутствующей патологии^[2][8].

Наиболее близким по патогенезу и клиническому фенотипу заболеванием является синдром Фогта — Коянаги — Харада. Оба заболевания характеризуются аутоиммунным поражением меланоцитов кожи, глаз и внутреннего уха. Однако синдром Фогта — Коянаги — Харада отличается двусторонним поражением, наличием системного воспалительного компонента, асептическим менингитом и участием центральной нервной системы, чего не наблюдается при синдроме Алессандрини^[2][9][10].

При дифференциальной диагностике следует также учитывать гипомеланоз Ито, при котором депигментация кожи располагается по линиям Блашко, чаще на туловище и конечностях, а не локально на лице. Гипомеланоз Ито обычно сопровождается неврологическими и скелетными аномалиями и выявляется в раннем детском возрасте^[11].

Включают^[3][8][12]:

• Прогрессирующая сенсоневральная тугоухость на стороне поражения, вплоть до полной односторонней глухоты;
• Устойчивое или нарастающее снижение остроты зрения;
• Дефекты поля зрения;
• Атрофия зрительного нерва;
• Гетерохромия радужки;
• Нарушение ориентации в пространстве и баланса при вовлечении вестибулярного аппарата;
• Социальная дезадаптация и снижение качества жизни.

Специфической терапии синдрома Алессандрини не существует. Лечение носит симптоматический и поддерживающий характер, направлено на замедление прогрессирования нарушений зрения и слуха, а также коррекцию кожных проявлений^[2].

Терапия витилиго обычно ограничена, поскольку участки депигментации имеют стойкий и необратимый характер. Применение топических глюкокортикостероидов может дать умеренный эффект в начале заболевания, но в большинстве случаев их эффективность невысока. Рекомендуется строгое соблюдение фотозащиты — использование солнцезащитных кремов с высоким солнцезащитным фактором, ношение одежды, закрывающей кожу, и избегание прямого солнечного облучения^[2].

При наличии симптомов острого увеита показано назначение системных глюкокортикостероидов в высоких дозах. В случаях устойчивой сенсоневральной тугоухости может быть рекомендовано слухопротезирование. Кохлеарная имплантация показана при односторонней глухоте^[1][3][13].

Прогноз при синдроме Алессандрини определяется степенью выраженности зрительных и слуховых нарушений. Сенсоневральная тугоухость и снижение остроты зрения на стороне поражения могут прогрессировать, в отдельных случаях достигая полной односторонней глухоты или значительного ухудшения зрения. Вместе с тем кожные проявления — витилиго и полиоз — после стабилизации обычно не прогрессируют и не сопровождаются осложнениями. При своевременном офтальмологическом и оториноларингологическом контроле, а также при назначении поддерживающего лечения возможно значительное замедление прогрессирования симптомов и поддержание удовлетворительного качества жизни^[1][2][3].