Материал из РУВИКИ — свободной энциклопедии

Талашкинская резьба

Талашкинская резьба
Буфет с талашкинской резьбой.jpg
Общая информация
Тип резьба по дереву
Страна происхождения  Россия
Регион Смоленская губерния
Время появления XIX век

Тала́шкинская резьба́ — метод резьбы по дереву в стиле модерн, вдохновлённый традиционными русскими промыслами. Возник на рубеже XIX и XX веков в имении Талашкино, принадлежавшем княгине М. К. Тенишевой. В кустарных мастерских, созданных княгиней для обучения крестьян, возрождались старинные народные ремёсла. В работе столярной мастерской принимали участие известные художники, такие как М. А. Врубель, Н. К. Рерих, Д. С. Стелецкий, И. Ф. Барщевский, П. Я. Овчинников[1].

В 1893 году князь Вячеслав Николаевич Тенишев приобрёл на имя своей жены Марии Клавдиевны усадьбу Талашкино в Смоленской губернии. В усадьбе Мария Тенишева организовала музей «Русская старина», поставив своей целью не только коллекционирование предметов искусства, но и возрождение старинных народных ремёсел[2].

В том же 1893 году княгиня открыла в Талашкино кустарные мастерские для обучения ремёслам крестьянских детей. В 1900 году, после возвращения из Парижа, на их основе М. Тенишева организовала художественные мастерские. У кустарей закупали готовые изделия и украшали их росписью, вышивкой, резьбой по эскизам профессиональных художников. Художественным руководителем проекта стал Сергей Васильевич Малютин.

«Мне давно хотелось осуществить в Талашкине ещё один замысел. Русский стиль, как его до сих пор трактовали, был совершенно забыт. Все смотрели на него как на что-то устарелое, мёртвое, неспособное возродиться и занять место в современном искусстве. Наши деды сидели на деревянных скамьях, спали на пуховиках, и, конечно, эта обстановка уже перестала удовлетворять современников, но почему же нельзя было построить все наши кресла, диваны, ширмы и трюмо в русском духе, не копируя старины, а только вдохновляясь ею? Мне хотелось попробовать, попытать мои силы в этом направлении, призвав к себе в помощь художника с большой фантазией, работающего тоже над этим старинным русским, сказочным прошлым, найти лицо, с которым могла бы создать художественную атмосферу, которой мне недоставало».

С 1900 по 1905 год в талашкинских мастерских было произведено множество предметов, но особое место среди них занимала мебель. Стулья, табуреты, столы, кресла, буфеты, богато украшенные резьбой, пользовались спросом, поэтому для их реализации в Москве на углу Столешникова переулка и улицы Петровка был открыт магазин «Родник». Филиалы магазина были также открыты в Лондоне и Париже[3].

Судок по эскизу М. Тенишевой, начало ХХ века

В 1903 году Сергея Малютина сменил молодой и талантливый художник, выпускник Строгановского училища Алексей Прокопьевич Зиновьев. Его проекты талантливо воплощал резчик Константин Михайлович Скрябин. В работе мастерской активно участвовал Владимир Владимирович Бекетов, также выпускник Строгановки, которого считают одним из основоположников конструктивизма. В целом работа талашкинских мастерских оказала существенное влияние на развитие отечественного декоративно-прикладного искусства, соединив старинные традиции с современным пониманием формы. Предметы, создаваемые в мастерских, имели одновременно и утилитарный, и декоративный характер.

В 1905 году талашкинские мастерские прекратили свою деятельность. Мебель в русском стиле стали производить уже в Москве, на базе Кустарного музея. Работы с талашкинской резьбой стали антикварной редкостью; на начало XXI века большая часть их находится в частных коллекциях и за рубежом. Чаще других встречаются работы С. Малютина, на втором месте — А. Зиновьева. Наибольшая редкость — произведения В. Бекетова: художник рано ушёл из жизни[4].

Художественные особенности

[править | править код]

С. В. Малютин[править | править код]

Вариант неорусского стиля в исполнении Сергея Малютина нёс черты архаизма и стилизации. Художник брал за основу сказочные сюжеты; мотивы резьбы не копировали народное творчество, но углубляли его и по-новому осмысливали. По мнению исследователей, для Малютина источниками вдохновения стали узоры русских пряников и набивных тканей. В его резьбе мифические существа соединялись с орнаментальными завитками, сохраняя при этом лаконичность изображения.

С. Малютин активно использовал в резьбе растительные орнаменты, при необходимости укрупняя их до размеров мебели. Оформляя интерьеры, художник находил интересные геометрические решения, которые гармонично сочетались с изделиями, произведёнными в талашкинских мастерских[5].

Рамка для зеркала и поставок по эскизу С. Малютина, 1903 г.

А. П. Зиновьев[править | править код]

В начале своей работы в талашкинских мастерских А. Зиновьев повторял сказочный стиль и манеру резьбы С. Малютина, но вскоре выработал собственный стиль. На основе простейших геометрических фигур художник создавал фантастические узоры. Несколько штрихов и выпуклостей трансформировались в диковинный цветок с плодом. Изображения получали новую, конструктивную выразительность. А. Зиновьев старался подчеркнуть фактуру дерева, выявить красоту природного материала.

В. В. Бекетов[править | править код]

Занимался разработкой оформления русского дома: на рубеже веков набрали популярность интерьеры в неорусском стиле. В своих работах В. Бекетов использовал архитектурные решения: он мог составить композицию из нескольких самостоятельных звеньев; при этом работа не теряла цельности[4].

Примечания

[править | править код]
  1. Талашкино. Универсальная энциклопедия Кирилла и Мефодия. Дата обращения: 1 ноября 2023.
  2. Культурные ценности Смоленщины - Талашкино. Правительство Смоленской области. Дата обращения: 1 ноября 2023.
  3. Трусов Юрий Викторович. Роль художественного центра Талашкино в развитии интерьеров «Неорусского» модерна // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. — 2010. — № 2.
  4. 1 2 Николай Прохоров. Талашкинский модерн в дереве. Antique Land (январь 2006). Дата обращения: 1 ноября 2023.
  5. Михайлова Людмила Гавриловна. Поиск национального стиля в архитектуре С. В. Малютина // Академический вестник УралНИИпроект РААСН. — 2014. — № 2.