Дмитрий Иванович Донской

После смерти отца в 1359 году опекуном 9-летнего князя Дмитрия и фактическим верховным правителем Московского княжества стал митрополит Алексий, обладавший сильным характером, большим авторитетом и даром дипломата. Двум своим сыновьям Иван Красный завещал владения^[4], оставленные Иваном Калитой^[5] соответственно Семёну и ему. После скорой смерти младшего брата эти владения соединились под властью Дмитрия.

В 1371 году князь Дмитрий Иванович попытался поставить под свой контроль Рязань (войско возглавлял перешедший на службу в Москву из Великого княжества Литовского Дмитрий Михайлович Боброк-Волынский), разбив её войско в битве при Скорнищеве, выгнав из неё Олега Ивановича и посадив Владимира Дмитриевича, но Олег вернулся в 1372 году и при заключении Любутского мира упомянут как князь, находящийся в союзе с Москвой. По Рязани пришёлся первый удар Мамая, в 1373 году, и уже в 1374 году у Дмитрия установилось с ним «розмирие». Исследователи^[7] считают, что это означало конец выплаты дани и в том размере, который был установлен в 1371 году. В 1374 году прошёл съезд князей в Переяславле-Залесском^[8], который служил консолидации вокруг Москвы антиордынских сил, в том числе и находившихся в составе великого княжества Литовского.

В 1374 году Мамай вновь попытался воздействовать на князя Дмитрия Ивановича через Михаила Тверского, вторично выдав ему ярлык, что вызвало поход соединённых сил Северо-Восточной Руси, а также смолян, на Тверь, в результате чего Михаил признал себя младшим братом Дмитрия, обязался участвовать во всех антиордынских акциях Москвы и отказался от претензий на Кашин (1375 год). Ольгерд провёл карательный поход в смоленские земли.

В 1376 году Дмитрий отправил войско во главе с Дмитрием Боброком в Волжскую Булгарию. Был взят откуп с мамаевых ставленников и посажены русские таможенники. В том же году Дмитрий ходил далеко за Оку, остерегаясь рати татарской. Примерно в том районе (Волчья Вода) указывает местоположение отряда Арапши, готовящегося к вторжению на Русь, «летописная повесть о побоище на Пьяне». В 1377 году московско-суздальское войско выступило на восточные рубежи Руси и было уничтожено там на стоянке татарами из Мамаевой орды, были разорены Нижний Новгород, а затем Рязань.

В 1378 году по приказу Мамая 5 ордынских туменов во главе с мурзой Бегичем выступили в поход на Москву, вскоре были разбиты княжеской дружиной на р. Вожа в рязанских пределах. В сражении также участвовал псковский князь Андрей Ольгердович, перешедший на службу к Дмитрию из Литвы после смерти Ольгерда и потери Полоцка в пользу Ягайло и его союзника Скиргайло.

В том же году умер митрополит Алексий, и Дмитрий, желая иметь митрополитом своего духовника Митяя, вынудил его постричься в монашество и занять архимандрию в придворном Спасском монастыре.^[9] Великий князь отказался принять митрополита Киприана (его люди ограбили митрополита и не пустили его в Москву), за что организаторы и причастные были специальным посланием Киприана отлучены от церкви и прокляты «по правилам святых отцов»^[10].

В Соборном определении константинопольского патриарха Дмитрий Иванович назван великим князем Московии («μέγας ρήξ τοϋ Μοσχοβίου»)^[11].

В 1379 году Мамай вновь разорил Рязанское княжество, зимой 1379/1380 годов на московскую службу в Переяславль-Залесский перешёл Дмитрий Ольгердович, князь стародубский и трубчевский. В 1377 году от Ягайлы перешли к венгерскому и польскому королю Людовику I Великому волынские и подольские Гедиминовичи, начавшие военные действия против Орды ещё в 1374 году^[8].

К апрелю 1380 года противник Мамая Тохтамыш вышел к устью Дона, однако Мамай предпринял поход на Москву с большим привлечением наёмников (в связи с большими потерями своих войск на Воже), прежде всего генуэзцев. Мамай планировал соединиться на южном берегу Оки с Ягайло и Олегом Рязанским. Когда Дмитрий вывел свои войска к Коломне, ему пришло требование Мамая восстановить выплату дани в тех размерах, что были при Узбеке и Джанибеке. Тогда Дмитрий ответил отказом и вывел войска от Коломны на устье реки Лопасни, откуда переправился за Оку с оставлением стратегического резерва в Москве, а затем совершил многодневный марш за Дон, ускоряя столкновение с одним только Мамаем.

После победы на Куликовом поле в 1380 году князь Дмитрий Иванович не продолжил поход вглубь степей (хотя на наличие у него такого плана указывает присутствие в его войске проводников-сурожан^[12]) из-за высоких потерь. При этом Мамай, вернувшись в Крым, собрал остаток сил для того, чтобы идти на Русь изгоном, но вынужден был вывести это войско против Тохтамыша и потерпел поражение. Русские князья лишь обменялись посольствами с Тохтамышем по поводу его воцарения. За грабёж возвращавшихся с Куликова поля обозов Олег вторично был изгнан Дмитрием из Рязани, но в 1381 году по условиям мира, аналогичных миру с Михаилом Тверским 1375 года, признал себя младшим братом московского князя.

Куликовская битва имела большое историческое значение: она ускорила распад ослабевшей Золотой Орды и укрепила авторитет Московского княжества в процессе объединения русских земель^[13].

В условиях закрепления за Москвой роли центра консолидации русских земель и борьбы с Ордой митрополит всея Руси Киприан превратился в естественного союзника Дмитрия. В 1381 году Киприан прибыл в Москву. Тем временем в Литве к власти пришли сторонники антиордынского союза с Москвой во главе с князем Кейстутом, который признал влияние Москвы в Смоленске и в верховских княжествах. Андрей Ольгердович вернулся в Полоцк. Однако уже в 1382 году под прямым военным давлением Тевтонского ордена и дипломатической поддержке Орды Ягайло вернулся к власти.

Тохтамыш, стремясь восстановить данническую зависимость земель владимирского княжения, в 1382 году провёл поход на Русь, рассчитанный на то, чтобы русские войска не успели собраться, взял Москву обманом, но один из его отрядов был разбит Владимиром Андреевичем под Волоколамском. Михаил Тверской вновь заявил свои права на владимирское княжение, и Дмитрий заключил соглашение с Тохтамышем, по которому ярлык остался в роду московских князей, Дмитрий выплатил Тохтамышу дань за два прошедших с поражения Мамая года^[7], но при этом Тверь получила независимость от владимирского княжения (в мирном договоре 1399 года тверской князь уже называется не младшим братом московского, а просто братом). Тогда же в состав Тверского княжества вернулся Кашин.

Уже в 1382 году произошёл разрыв Киприана с Дмитрием Донским, и Дмитрий вернулся к политике создания собственной митрополии^[14]. Перспектива даннической зависимости от Орды сыграла свою роль в вопросе самоопределения спорных между Москвой и Литвой русских княжеств. Новгород, в котором в 1379—1380 годах сидел литовский князь Юрий Наримунтович^[15], в 1383 году принял его брата Патрикея.

В 1384 году при посредничестве вдовы Ольгерда Ульяны Александровны был заключён предварительный договор между Дмитрием и Владимиром, с одной стороны, и Ягайло, Скиргайло и Корибутом, с другой, о бракосочетании Ягайло с дочерью Дмитрия и объявлении православия государственной религией Великого княжества Литовского^[8].

В 1386 году после нападений ушкуйников на земли по Волге Дмитрий Донской привёл войска из 29 волостей на расстояние 15 вёрст к Новгороду и получил от него контрибуцию 8 тыс. рублей в два срока (сумма в точности соответствовала признанной Дмитрием задолженности по ордынскому выходу за 1381—1382 годы; очевидно, Дмитрий хотел таким образом восполнить собранную в 1383—1384 годах с разорённой войной территории великого княжения и ушедшую в Орду сумму^[7]). После очередного конфликта с Рязанью был заключён «вечный мир», скреплённый браком Фёдора Ольговича с дочерью Дмитрия Донского Софьей.

В 1388 году, незадолго до смерти Дмитрия Донского, имел место конфликт с Владимиром Андреевичем Храбрым. Сначала Дмитрием были арестованы серпуховские бояре, затем, после обещаний Владимиру дополнительных владений, последний признал Дмитрия отцом, а Дмитриевичей старшими братьями (после смерти Дмитрия Василию пришлось выполнить обещания отца: Владимир получил Волоколамск и Ржев, а затем обменял их на Углич и Козельск). Дмитрий успел помириться на этом с Владимиром за два месяца до смерти: он умер 19 мая 1389 года (погребён в Архангельском соборе московского Кремля).

В своём завещании^[16] Дмитрий Донской первым из московских князей упоминает великое княжение (Владимир, Переяславль-Залесский, Кострому), Белоозеро, Дмитров, Углич, Галич. Не менее ново было распоряжение Димитрия, чтобы мелкие князья Московской земли жили в Москве при дворе великого князя, а не по своим вотчинам. Однако, завещание содержало неясные указания на то, кто должен был наследовать великое княжение после Василия Дмитриевича, и завещание использовалось затем Юрием Дмитриевичем в борьбе против племянника Василия Васильевича, к которому в 1425 году при поддержке его деда по матери Витовта и хана Улу-Мухаммеда в нарушение родового принципа наследования перешло великое княжение.

За первые 20 лет своего правления князь Дмитрий Донской сумел стать признанным главой антиордынской политики в русских землях, собирателем русских земель («всех князей русских привожаше под свою волю»). Представление о независимости и политическом единстве Руси стало при нём совпадать с идеей сильной великокняжеской власти. Великое княжество Владимирское окончательно перешло под власть Москвы. Территория Московского княжества расширилась при Дмитрии за счёт территорий Переяславля, Галича, Белоозера, Углича, Дмитрова, части Мещеры, а также костромских, чухломских, стародубских и северных коми-зырянских (где была основана Пермская епископия) земель.

В самой Москве, кроме белокаменного Кремля, были возведены монастыри-крепости (Симонов, Андроников), прикрывавшие подступы к центру города. При Дмитрии Донском в Москве была впервые начата чеканка серебряной монеты^[17][18] — раньше, чем в других русских княжествах и землях. Культурную жизнь княжества времён Донского характеризует создание произведений, связанных с победой русского оружия (ставших позже основой «Сказания о Мамаевом побоище» и «Задонщины», прославлявших успехи русского оружия на Куликовом поле). С другой стороны, были потеряны западные земли, включая Тверь (1383 год) и Смоленск (1386 год), а территория княжества была разорена как войнами с Великим княжеством Литовским и другими княжествами, так и нашествием Тохтамыша и последующей выплатой значительной дани. Кроме того, частыми были чума, пожары и засухи.
В благодарность за победу в Куликовской битве князь Димитрий Донской основал Николо-Угрешскую обитель. При нём в Московском княжестве были основаны также Андроников, Алексеевский, Симонов, Петровский и Рождественский монастыри^[19][20].

• «Эпизод из жизни Дмитрия Донского» (1909 год, в роли князя — Кузьма Матвеев).

• «Лебеди Непрядвы» (СССР, 1980 год) — режиссёр Роман Давыдов.
• «Пересвет и Ослябя» (Россия, 2010 год) — режиссёр Станислав Подивилов.