Никон Радонежский

Сведения о раннем периоде жизни Никона сохранились преимущественно в агиографических источниках. Согласно источникам, Никон родился в семье состоятельного купца. В синодиках Троице-Сергиевой обители зафиксированы имена его родителей — Закхей и Фотиния^[2]. Проявив в юности склонность к иноческой жизни, Никон оставил родительский дом и направился в монастырь на Маковце, где надеялся принять постриг от Сергия Радонежского. Как отмечает агиограф Пахомий Логофет, выбор именно этой обители был обусловлен широкой известностью её основателя^[3]. Однако преподобный Сергий направил юношу к своему духовному чаду — преподобному Афанасию Высоцкому Старшему, возглавлявшему Серпуховской Высоцкий монастырь^[2].

Основанная в 1374 году Высоцкая обитель пользовалась покровительством серпуховского князя Владимира Андреевича, в чьи владения входили как Радонеж, так и земли бывшего Юрьевского княжества — предполагаемой родины Никона^[2]. Под духовным руководством преподобного Афанасия Никон прошёл путь становления: был рукоположён в иерейский сан и около 1380 года принял монашеский постриг^[2]. Исторические источники позволяют предположить, что 15 июня 1380 года состоялась встреча Никона с преподобным Сергием в Серпухове, куда троицкий игумен прибыл для освящения городского собора во имя Святой Троицы^[4].

Осенние месяцы 1382 года ознаменовались церковно-политическим конфликтом между великим князем Димитрием Иоанновичем и митрополитом Киприаном. Преподобный Афанасий Высоцкий, поддержав первосвятителя, отбыл с ним через Киев в Константинополь^[2]. Это событие побудило Никона покинуть серпуховскую обитель и вернуться под духовное окормление преподобного Сергия в Троицкий монастырь. Определённую роль в этом решении могли сыграть и трагические события конца августа 1382 года, когда в результате нашествия Тохтамыша на Москву погибло множество представителей монашествующих^[2].

В первые годы пребывания в Троицкой обители Никон не принадлежал к числу ближайших сподвижников преподобного Сергия — его имя отсутствует в перечнях свидетелей прижизненных чудес основателя^[2]. Близость к игумену сложилась в последний период жизни святого, когда часть его учеников уже отошла ко Господу, а другие покинули монастырь. Именно тогда Никон становится келейником преподобного Сергия и занимает должность монастырского келаря^[1][2].

Март 1392 года ознаменовался важным событием — уходом преподобного Сергия в затвор. Согласно исследованиям В. А. Кучкина, именно с этого времени Никон начинает исполнять обязанности настоятеля Троицкой обители^[5].

Агиографическое повествование о преподобном Савве Сторожевском, созданное иноком Маркеллом в середине XVI столетия, сообщает, что после блаженной кончины преподобного Сергия (25 сентября 1392 года) Никон оставил игуменство и удалился в уединение, а руководство обителью с конца 1392 по 1398 год осуществлял преподобный Савва^[6]. В научной среде существуют и альтернативные точки зрения, согласно которым Никон непрерывно сохранял настоятельские полномочия^[7]. Первое бесспорное упоминание Никона как игумена Троицкого монастыря после смерти его основателя датируется 1401 годом^[1][2].

В декабре 1408 года Троицкая обитель была разорена во время набега ордынских отрядов эмира Едигея на северо-восточные русские земли^[2]. Пламя уничтожило деревянные стены, монашеские кельи и главный храм монастыря, вынудив братию искать спасения в окрестных лесах. Вражеское нашествие нанесло серьёзный урон монастырским владениям в радонежских и дмитровских землях, а также привело к утрате значительной части архивных документов и книжного собрания.

Годы с 1409-го по 1411-й стали временем активного восстановления и расширения монастырского хозяйства. Благодаря поддержке представителей старомосковского боярства, а также местных землевладельцев из Радонежа и Углича, Никон значительно приумножил земельные владения обители посредством покупок, пожертвований и получения льготных грамот^[8]. Находясь в духовном окормлении серпуховского князя Владимира Андреевича, игумен присутствовал при составлении его завещания в 1401—1402 годах^[9]. Осенью 1411 года завершилось строительство нового деревянного Троицкого собора, освящённого 25 сентября^[10]. Примерно в этот же период (по разным данным — в 1411 или 1418 году) преподобный Епифаний Премудрый впервые представил братии своё «Слово похвално преподобному отцу нашему Сергию». Знаменательное событие обретения мощей основателя обители состоялось 5 июля 1422 года при участии князей Юрия Звенигородского и Андрея Радонежского^[2][1].

Период с 1409 по 1426 год характеризовался не только территориальным расширением владений монастыря, но и накоплением значительных материальных средств, что позволило развернуть масштабное строительство в годы эпидемий и неурожаев (1417, 1425)^[2]. В 1422 году по благословению Никона произошло перенесение деревянного Троицкого храма на новое место с одновременной закладкой каменного собора на прежнем. Существенную финансовую поддержку этому предприятию оказал купец Семён Антонов, получивший исцеление по молитвам к преподобному Сергию^[2]. Художественное убранство нового собора было доверено прославленным иконописцам — преподобным Даниилу Чёрному и Андрею Рублёву, которые выполнили роспись в кратчайшие сроки ещё при жизни настоятеля^[2]. Пожар 29 июня 1426 года потребовал от Никона организации восстановительных работ, которые в условиях всеобщего бедствия приобрели характер социального служения местному населению^[2].

Период игуменства Никона ознаменовался ростом роли Троицкой обители в жизни русского общества^[2]. Монастырь превратился в значительный центр паломничества, где закладывались прочные основы монастырского хозяйства. Среди благотворителей обители особое место занимали серпуховской князь Владимир Андреевич с супругой Еленой Ольгердовной и их ближайшие родственники. С 1410 года покровительство над монастырём распространили на себя угличский и радонежский князь Андрей Владимирович Меньшой с княгиней Еленой Ивановной — дочерью влиятельного московского боярина И. Д. Всеволожа^[8]. Никон участвовал в погребении князя Андрея в монастырском соборе в 1426 году. В число ктиторов обители входили также князья Юрий Дмитриевич и Пётр Дмитриевич Дмитровский — духовные чада преподобного Сергия^[8]. Отношения с великокняжеским двором — Василием I и Софьей Витовтовной — поддерживались, хотя и не достигали такой степени близости, как с удельными правителями^[2].

Следуя установившейся при преподобном Сергии традиции, Никон поддерживал духовные связи с Тверским княжеством. В 1401 году он участвовал в таинстве крещения сына кашинского князя Василия Михайловича, получившего имя Димитрий^[11]. Летописные источники зафиксировали, что в 1411 году тверской великий князь Иван Михайлович пожаловал своего племянника кашинского князя Ивана Борисовича «благословением игумена Никона Маковьскаго»^[11]. Эти уникальные свидетельства о деятельности троицкого игумена в тверских пределах, однако, не нашли отражения в его агиографическом жизнеописании.

Годы управления Никона отмечены превращением Троицкого монастыря в один из ведущих книгописных центров Северо-Восточной Руси, испытавших воздействие второго южнославянского влияния^[12]. В период между 1406 и 1418 годами преподобный Епифаний Премудрый создал «Слово похвално преподобному отцу нашему Сергию», где отмечалось, что духовным преемником святого стал его ученик Никон^[13]. Это литературное произведение вошло в состав пергаменной Троицкой летописи (Свод 1408/09 года), создание которой относится ко времени настоятельства Никона^[14].

По благословению игумена в первой четверти XV века было создано четыре рукописных кодекса, о чём свидетельствуют писцовые записи: в 1411 году переписана «Лествица» Иоанна Лествичника, в 1414 году — сборник с творениями аввы Дорофея и Симеона Нового Богослова, в 1418 году — компендиум, включавший «Диоптру» инока Филиппа, вопросы и ответы святителя Афанасия Александрийского и другие сочинения, в 1425 году — ещё один сборник^[12]. Имя Никона присутствует также в записи пергаменного экземпляра Постной Триоди начала XV века, который, согласно исследованию М. Г. Гальченко, также является продукцией троицкого скриптория^[12][1].

Местом упокоения Никона стало пространство рядом с гробницей его духовного наставника. Память игумена была внесена в пергаменный синодик Троице-Сергиевой обители, а также в помянники ряда соседних монастырей^[2]. В 1440-х годах иеромонах Пахомий Логофет, пребывая в стенах Троицкого монастыря, составил сначала Краткую, а затем и Пространную редакции Жития Никона^[15]. В период с 1440 по 1459 год тем же агиографом была создана служба преподобному. Среди информаторов Пахомия были насельники обители, а также духовный сын и келейник Никона — бывший монастырский келарь преподобный Игнатий^[13].

Церковный Собор 1547 года утвердил общецерковное почитание Никона, установив празднование памяти «ноября в 17 день новому чюдотворцу Никону, Сергиеву оученику»^[16]. Окружная грамота митрополита Макария от 26 февраля 1547 года предписывала совершать праздничные богослужения повсеместно «ноября в 17 день новому чудотворцу Никону, Сергиеву ученику»^[17]. Это событие способствовало широкому распространению Пространной редакции Жития святого^[13].

В 1548 году над местом погребения Никона был возведён каменный бесстолпный одноглавый храм, архитектурно соединённый с Троицким собором, где почивали мощи преподобного Сергия. Это архитектурное решение символизировало неразрывное духовное единство наставника и ученика за пределами земного бытия^[2][1].