Георгий Победоносец

Святой Георгий Победоносец занимает особое место в византийской агиографической традиции благодаря большому числу версий его жития и мученичества. В течение долгого времени сосуществовали две основные группы текстов: каноническая и апокрифическая^[2].

Древнейшим представителем апокрифической группы считается Венский палимпсест, относящийся к V веку. Уже в ранней традиции «Мученичество Георгия» (лат. Passio Georgii) было включено в число апокрифических сочинений в так называемом Декрете папы Геласия, отражающем раннюю редакцию текста конца V — начала VI века. К числу ранних свидетельств этой линии относятся и папирусные фрагменты «Деяний Георгия», известные как «Нессанские отрывки», найденные в 1937 году в пустыне Негев в Палестине^[2].

Согласно апокрифическим житиям, Георгий претерпел мучения при легендарном персидском царе Дадиане, Дакиане или Датиане; в отдельных версиях страдания святого соотносятся даже с правлением 72 царей. Действие этих текстов помещается в Лидду (Диосполь) в Палестине. Для апокрифической традиции характерны также мотивы троекратной смерти и воскрешения, а также изощрённые формы мучения, такие как забивание гвоздей в голову^[2][3].

К этому же кругу источников относятся апокрифические рассказы о чудесах святого: «История рождения и детства», «Чудо с поясом», «Встреча с бесом» и «Откровение святого Георгия». Они расширяют мученический сюжет и формируют более широкий образ святого^[2].

При переходе к средневизантийской эпохе «Мученичество Георгия» было существенно переработано: персидский правитель Дадиан заменён более знакомым читателям императором Диоклетианом, а действие перенесено из Лидды в Никомидию. Существуют и промежуточные версии. Так, Роман Сладкопевец упоминает Диоклетиана, но ещё называет Лидду местом казни святого. Самое раннее средневизантийское мученичество сохранилось в рукописи 916 года, которая в исследовательской литературе именуется «нормальным текстом»^[2].

На эту традицию при составлении своего жития ориентировался во второй половине X века Симеон Метафраст. При этом другие версии жития той же эпохи нередко содержали интерполяции апокрифического материала местного происхождения^[2].

В новое время была выдвинута гипотеза о существовании двух одноимённых мучеников, пострадавших в Каппадокии и в Лидде. Э. Гиббон и Ф. Феттер также допускали смешение образа Георгия с арианским епископом Георгием Каппадокийским, занимавшим кафедру после святителя Афанасия Великого и умершим в 361 году. Эти реконструкции отражают попытки отделить историческое ядро предания от позднейших агиографических наслоений^[4].

В соответствии со средневизантийской традицией Георгий родился в Каппадокии. В ряде источников названы имена его родителей — Геронтий и Полихрония. Согласно «Истории рождения и детства», отец святого был персидским воином; в интерполированном тексте он назван сенатором из Севастополя Армянского и стратилатом. Геронтий, в соответствии с источниками этой традиции, был язычником, а Полихрония — христианкой, воспитавшей сына в благочестии. Когда отец заболел горячкой, Георгий посоветовал ему призвать имя Христа, после чего он исцелился. В других версиях сообщается, что после смерти мужа мать переселилась с сыном в Палестину, где близ Лидды находились её имения. Грузинская традиция считала равноапостольную Нину родственницей Георгия по отцовской линии^[2].

Согласно нормальному тексту, в юности Георгий поступил на военную службу и отличился в войне с персами 296—297 годов. Он служил трибуном в когорте Инвиктиоров, затем был назначен комитом. С началом гонений на христиан он раздал имущество нищим и явился на императорский совет в Никомидию, где исповедал Христа. В интерполированном тексте этому предшествует допрос у дукса Вардана^[2].

После этого Диоклетиан приказал подвесить святого и бить его палками, затем бросить в темницу, заковав ноги в колодки и положив на грудь камень. На следующий день Георгия подвергли колесованию, но после явления ангела он был исцелён. Затем его бросили в яму с негашёной известью, но через три дня он остался невредим. После нового допроса его били воловьими жилами. В одном из эпизодов Магненций предложил Георгию воскресить мёртвого как доказательство истинности христианской веры. По молитве святого произошло землетрясение, и из открывшейся гробницы вышел умерший человек. После этого к Георгию в темницу стали приходить больные, надеясь на исцеление. Когда стало известно, что благодаря Георгию многие приняли христианство, Диоклетиан попытался склонить его к жертвоприношению, обещая награды. В храме Георгий обратился к статуе Аполлона, и обитавший в идоле дух признал, что Иисус Христос — истинный Бог. После крестного знамения идолы упали и разбились. Тогда царица Александра исповедала веру во Христа. Георгия и Александру приговорили к смерти; Александра скончалась по пути к месту казни, а Георгий был усечён мечом. По преданию, это произошло 23 апреля, в Великую пятницу^[2].

В большинстве «Мученичеств» говорится, что события записал слуга Георгия Пасикрат, или Панкратий, присутствовавший при страданиях святого. Указывается, что именно он перенёс останки великомученика в Лидду, хотя в ряде источников это приписывается матери Геогргия. По другой версии, Полихрония также принимает мученическую смерть вместе с сыном. Наиболее пространным из византийских памятников, посвящённых Георгию, считается «Мученичество» Феодора Дафнопата; в нём особенно подробно представлены виды страданий святого, заимствованные из апокрифической традиции. Для реконструкции утраченных апокрифических житий важен эпизод, где голову святого посыпают горящими углями, затем подвешивают его на дереве и обжигают факелами; в этой версии воины, сочтя Георгия умершим, относят его тело на гору Иликс. В житие Феодора Дафнопата, кроме этого, включён и рассказ о маге Афанасии, который дал святому отравленный напиток, но тот выпил яд без вреда; после этого Афанасий раскаялся и обратился ко Христу вместе с очевидцами чуда. За это император приказал казнить их за городом^[2].

«Мученичество» Георгия получило широкое распространение в переводах на латинский, сирийский, армянский, коптский, эфиопский и арабский языки, причём переводные версии нередко дополнялись новыми подробностями^[2].

Сказания о чудесах святого Георгия отличаются большим разнообразием и получили широкое распространение в византийской агиографической традиции. Большинство из них считаются посмертными. В грузинской, коптской и эфиопской традициях также возникали оригинальные истории о чудесах Георгия, отстутсвующие в византийской традиции. Формирование греческих текстов чудес святого в VII—IX веках приходится на эпоху византийско-арабского противостояния в Сирии, Палестине и Малой Азии, что нашло своё отражения в этих повествованиях^[5][2].

«Чудо о змии» относится к числу самых известных сказаний о святом Георгии, именно этот сюжет изображён на гербе Москвы и ряде других геральдических символов. В греческой традиции это чудо считается единственным прижизненным, а в славянской и ряде других традиций относится к посмертным. Древнейшее изображение святого, поражающего копьём змея, известно по росписям церкви святой Варвары в Соганлы в Каппадокии и датируется 1006 или 1021 годом, наиболее ранний список самого сказания датируется XII или XIII веком. Согласно основным версиям текста, неподалёку от одного города в озере поселился огромный змей, подобный дракону, который пожирал людей и скот и отравлял воздух своим дыханием. Все попытки уничтожить его заканчивались гибелью людей, и в результате жители откупались от чудовища, оставляя ему на съедение ежедневно юношу или девушку. Когда жребий пал на дочь правителя, её отвели к озеру и оставили на берегу, где она ожидала гибели. В этот момент появился всадник на белом коне, который, узнав о чудовище, поразил его копьём и прижал к земле, а конь растоптал змея копытами. Затем святой велел девушке накинуть на змея пояс и привести его в город, где жители, увидев побеждённое чудовище, приняли Крещение. В позднейшей христианской традиции этот сюжет получил аллегорическое толкование как образ победы христианства над язычеством и торжества веры над страстями. Через греческие и болгарские рукописи чудо о змии стало широко известно на Руси^[6][7].

В палестинском городе, где покоились мощи святого, византийский император задумал перестроить храм в честь Георгия, сделав его более величественным. Для этого требовались колонны, которые предполагалось доставить морем из другого города, где находились каменоломни. Благочестивая вдова, почитавшая святого, на все свои деньги купила колонну и хотела отправить её на императорском корабле, однако чиновник, ведавший перевозкой, отказался принять её дар как несоразмерный императорскому приношению. Огорчённая вдова осталась на берегу, и тогда ей явился сам Георгий и отправил её колонну по назначению чудесным образом. Когда корабль прибыл в город, чиновник увидел на берегу колонну вдовы и, потрясённый чудом, раскаялся в своём высокомерии. Колонна была поставлена в храме согласно надписи, которая сохранялась на ней в течение многих столетий^[8].

После арабского завоевания Палестины один араб вошёл в христианский храм, увидел священника, молившегося перед образом святого, и в знак презрения выстрелил в икону из лука, однако стрела, не повредив изображению, поразила стрелявшего. Страдающий от боли араб обратился к священнику, который посоветовал ему повесить икону Георгия над кроватью и помазать рану елеем из горевшей перед образом лампады. Исцелившись и прочитав житие святого араб крестился и вскоре принял мученическую смерть^[2].

Чудеса об избавлении святым Георгием отрока из плена широко представлены не только в письменной традиции, но и в иконографии. Распространённая версия чуда гласит, что на острове Лесбос находился храм святого Георгия, где в престольный праздник собиралось множество людей; воспользовавшись этим, арабы совершили набег и увели на Крит многих пленников, среди которых был один юноша. Через год его родители устроили трапезу в день памяти святого, и мать юноши усердно молилась об избавлении пленника. В это время юноша внезапно появился в доме, держа сосуд с вином, и рассказал, что только что прислуживал на трапезе, но святой Георгий чудесным образом не перенёс его домой на коне^[9][10].

Существует подобное чудо о сыне священника, пленённом арабами и возвращённом святым Георгием во время молитвы у литургии в храме. Эти и подобный рассказы составляют особую группу чудес Георгия, где святой выступает как защитник и избавитель пленников. Не позднее XV века это и указанные выше чудеса стали известны на Руси через греческие и болгарские версии^[2].

Почитание Георгия Победоносца известно уже с IV века, что подтверждается эпиграфическими данными. Гробница в Лидде и находящийся над ней храм упоминают многие паломники. Праздник по случаю освящения церкви в Лидде вошёл в практику и содержится в богослужебных книгах Русской православной церкви по крайней мере с XIV века^[11].

Посвящённые Георгию церкви известны с IV—V веков в Палестине, Сирии, Каппадокии, а позднее также в Константинополе, Халкидоне и Фессалониках. В имперской столице существовало несколько храмов, посвящённых святому, главный из которых находился в Девтероне, бывших центром торжеств в день его памяти^[12]. Изображения святого Георгия украшали не только стены храмов, но и поздневизантийские монеты, которые чеканили при Комниных и Палеологах^[13].

Похвальные слова в дни его памяти произносили многие древние авторы, в числе которых Андрей Критский и Иоанн Евхаитский^[2].

Георгий воспринимался в греческой христианской культуре как покровитель воинов, земледельцев и особенно пастухов (имя Георгий соотносится с греч. γεωργός — «земледелец»). В народном сознании закрепился образ строгого, но справедливого святого, защитника несправедливо обижаемых, пленников и путников. В Греции в день его памяти, 23 апреля, совершались крестные ходы вокруг полей, устраивались конные состязания в память «Чуда о змии». Особое место занимало совместное почитание Георгия и великомученика Димитрия Солунского, которых в преданиях нередко называли братьями или родственниками. Святой Георгий также считается покровителем армии Греческой Республики^[14][15].

Святой Георгий считался покровителем князей, многие из древнерусских правителей носили его имя. Князь Ярослав Мудрый (в крещении Георгий) основал в Киеве церковь во имя своего небесного покровителя, освящённую митрополитом Иларионом между 1051 и 1054 годами. День освящения этого храма — 9 декабря (26 ноября) — стал общерусским праздником, а служба этому событию вошла в новгородскую Минею 1097 года. Праздник, известный как осенний Юрьев день, был связан с завершением сельскохозяйственного цикла и позднее — с переходом крестьян от одного землевладельца к другому^[16][17].

В народе Георгий почитался как змееборец, покровитель воинов, земледельцев и скотоводов. С его днём памяти (6 мая (23 апреля)) совпадал первый выгон скота, сопровождавшийся обрядами. В духовных стихах и крестьянском творчестве образ Егория Храброго занимал важное место^[18].

В соборе Святой Софии в Киеве существовал придел во имя Георгия, сохранились и росписи с житием святого. Среди известных храмов и монастырей — Юрьев монастырь в Новгороде, церкви в Старой Ладоге и Юрьеве-Польском, Георгиевский придел в Благовещенском соборе Московского Кремля^[19].

Имя Георгий (Юрий, Егор) стало одним из самых популярных на Руси. Кроме Ярослава Мудрого, его носили Юрий Долгорукий, Юрий Всеволодович, Юрий Данилович Московский и многие другие. В 1497 году изображение всадника, поражающего копьём змея, появилось на печати Иоанна III. Позднее этот образ стал одним из символов Москвы, а с 1781 года — изображён на гербе этого города.

Многие города, основанные князьями, патроном которых был святой Георгий, носят его имя (обычно в форме Юрий).

• Юрьев, ныне Тарту;
• Юрьев Русский (ныне Белая Церковь);
• Юрьев-Польский;
• Юрьевец (Юрьев-Поволжский)^[20][21].

В 1769 году Екатерина II учредила орден святого Георгия в форме креста («Георгиевский крест»). Эту награду могли получать воины всех сословий^[9].

Частицы мощей великомученика Георгия хранились и хранятся в крупнейших храмах России: в Троице-Сергиевой лавре, храме Воскресения Христова в Сокольниках, на Поклонной горе^[22].

В осетинских традиционных верованиях важнейшее место занимает дзуар Уастырджи (Уасгерги), изображающийся седобородым мужчиной на белом коне и отождествляющийся со святым Георгием. Он покровительствует мужчинам. Женщинам запрещено произносить его имя, вместо которого они называют его Лэгты дзуар («Покровитель мужчин»). Праздник в его честь называется Джеоргуба, он происходит в ноябре и продолжается одну неделю. Кафедральным собором Владикавказской епархии в Северной Осетии является Свято-Георгиевский храм^[23][24].

Великомученик Георгий — один из самых почитаемых святых в Грузии, небесный покровитель страны, чьё имя неразрывно связано с её историей, культурой и духовной жизнью. Уже в Средние века церкви во имя этого святого в большом количестве строились в Грузии на возвышенных местах, из-за чего саму страну греки и европейцы нередко называли «Георгией». Просветительница Грузии, равноапостольная Нина, завещала посвящать храмы, возводимые в её честь, Георгию, который, по преданию, приходился ей родственником. Первый такой храм был заложен царём Мирианом в 335 году на месте погребения святой Нины в Бодбе. С IX века начинается массовое строительство храмов и монастырей, посвящённых великомученику: среди них — в Алаверди (XI век), Павниси (X век), Бочорме (X—XI века), Гелати (XIII век), храм Кашвети в Тбилиси (построен в 1910 году на месте древнего Георгиевского храма VI века), а также монастырь в Убиси^[25].

Имя Георгий стало одним из самых распространённых среди грузинских правителей. Перстень с изображением Георгия и надписью «Святой Георгий, я, Георгий, надеждою на тебя побеждаю врага» принадлежал царю Георгию III. Имя Георгий носили абхазские цари Георгий I и Георгий II, гурийские и одишские мтавары, а также цари объединённой Грузии: Георгий I, воздвигший кафедральный собор Светицховели во Мцхете, Георгий III, при котором началось строительство Вардзии, Георгий IV Лаша, Георгий V Блистательный, объединивший Западную и Восточную Грузию, и многие другие. Покровителем правящего дома Багратиони также считался Георгий, его изображение помещалось на гербе династии^[2].

Житие и чудеса святого были переведены на грузинский язык с X века, а с XIV—XV веков цикл чудес получил широкое распространение. Особенно популярно было «Чудо о змии», которое в XVII веке было переложено в стихотворную форму Датуной Квариани. Георгиевский крест — красный крест на белом фоне — стал частью флага Грузии^[2].

В грузинском фольклоре образ Георгия впитал черты языческого божества и выступает в качестве солярного героя, громовержца, целителя и судьи^[25].

На христианском Западе святой Георгий входит в число Четырнадцати святых помощников и считается покровителем рыцарства, воинов, а также Англии, Португалии, Каталонии и некоторых других регионов. Крест святого Георгия изображён на геральдических символах Англии, Грузии, а также многих муниципалитетов и орденов Европы (в том числе британского Ордена Подвязки). Чудо о змие изображено на геральдических знаках многих Рюриковичей и Гедеминовичей и сохранился на гербах городов, входивших некогда в состав Древнерусского государства (Владимир Волынский, Любомль, Нежин). Существует версия, что именно святой Георгий изображён на гербе Великого княжества Литовского, Русского и Жамойсткого «Пагоня», к которому восходят гербы Белорусской народной республики, Литовской Республики и Республики Беларусь (в 1991—1995 годах).

Почитание Георгия арабами-христианами на Ближнем Востоке было заимствовано мусульманским населением региона, что сделало Георгия (араб. Джирджис) одним из наиболее почитаемых некоранических персонажей. Согласно апокрифу «История пророков и царей» ат-Табари, Джирджис был одним из учеников Исы (Иисуса), многократно был убит царём-мучителем и воскрешаем Аллахом. Христианские и исламские места почитания Георгия нередко совпадают (Мар-Джирджис Хумайра в Сирии, храм Георгия в Лидде, монастырь в Бейт-Джала)^[2].

Почитание святого Георгия христианами-коптами сохранило ряд особенностей культа бога Гора. Согласно рукописным источникам в первом тысячелетии храмы в его честь существовали в Гермополе, Оксиринхе, Птолемаиде, Мит-Дамсисе. Из Египта культ Георгия распространился в Эфиопию. Также со святым Георгием иногда отождествляется Аль-Хадр, один из четырёх «бессмертных» в исламе^[2].

Указания на весенний день памяти мученика встречаются уже в древнем Лекционарии иерусалимской традиции, а посвящённые ему песнопения — начиная с Тропология VIII—X веков. Весенняя память Георгия отмечается во всех типиконах византийской традиции как праздник, в иерусалимском уставе предписывается совершать под этот день всенощное бдение. Богослужебное последование, которое используется сегодня в Русской православной церкви включает в себя тропарь «Яко пленных освободитель и нищих защититель», кондак «Возделан от Бога показался еси» (аллюзия на перевод имени Георгий — земледелец), два канона и пять циклов стихир с самогласнами^[2].

Другие дни памяти святого имеют также свои богослужебные тексты.

Георгий Победоносец изображается на иконах в образе мученика — с ко­рот­ки­ми, часто вьющимися во­ло­са­ми, в хитоне и плаще, или в образе мученика — в доспехах и плаще поверх короткой туники. Иконографическими атрибутами Георгия являются крест и пальмовая ветвь (мученические), но чаще — знамя, копьё, щит, меч (воинские). Если в раннем Средневековье образ Георгия как мученика был вытеснен образом воина — покровителя князей и полководцев, то позднее в иконографии постепенно начинают преобладать змееборческие мотивы. С XII века известны изображения мученика в образе всадника, поражающего дракона (Чудо Георгия о змие). Дракон изображается как правило в образе крылатого аспида с двумя лапами. Это изображение приобрело исключительную популярность в Византии, на Руси и в Западной Европе, а позднее стало основой для герба Москвы, а также изображалось на древнерусских монетах начиная с XIII века (копейка — от копьё) Иконы, изображающие святого Георгия на коне, нередко совмещают в себе сюжет о спасении царевны из «Чуда о змие» с сюжетами спасения пленного отрока^[27][2][28].

• 6 мая (23 апреля) — основной день памяти Георгия;
• 29 ноября (16 ноября) — обновление храма в Лидде;
• 6 декабря (23 ноября) — колесование (особенно отмечается в Грузии и Осетии);
• 22 декабря (9 декабря) — освящение церкви в Киеве.