Ворон

Ворон обыкновенный — одна из самых крупных современных воробьинообразных птиц: не является самым крупным представителем отряда (его превосходят лирохвосты и близкий вид Corvus crassirostris, который, несмотря на несколько большие средние размеры, уступает особо крупным экземплярам ворона обыкновенного). Достигает значительных размеров — от 56 до 69 см в длину, а размах крыльев может достигать 1,3 метра^[6].
Ворон обыкновенный соперничает с C. crassirostris как самый тяжёлый воробьинообразный, вес достигает 2 кг у самых крупных особей^[6]. Средний вес этого вида составляет 585—1600 г.

Южные подвиды, обитающие в более тёплых районах, как правило, мельче и стройнее, чем северные. Кроме того, самки при равном возрасте обычно немного меньше самцов.

Ворон обыкновенный имеет крепкое телосложение, довольно длинные ноги с сильными изогнутыми когтями. Хвост прямоугольный, но на конце приобретает характерную клиновидную форму, что помогает определить вид; крылья широкие, с выраженными «пальцами».

Голова — основной морфологический признак, отличающий этот вид от других представителей врановых: она вытянутая, с тёмно-карими глазами и мощным клювом. Клюв довольно длинный, слегка изогнутый сверху, с намёком на крючок на конце; кажется короче из-за щетинистых перьев, покрывающих его основание, образующих кольцо у основания и почти доходящих до подбородка.

Оперение густое, плотное, полностью чёрное, блестящее с металлическим синим отливом, заметным на солнце; в зависимости от подвида могут быть бурые оттенки на груди и шее или беловатые перья кольцом у основания клюва. На горле, в области зоба, имеются особые ланцетовидные и поднимающиеся перья — «бородки», которые используются для выражения состояния. Ноги голые от плюсны вниз, грубые на ощупь, покрыты спереди одним рядом прямоугольных чешуек; как и другие голые части тела, они чёрные, иногда с мясистым оттенком у основания когтей. Когти крепкие, крючковидные, также блестяще-чёрные. Пальцев четыре: три вперёд, один назад, что обеспечивает хорошее сцепление и устойчивость на земле. Внутренняя часть рта розовая или ярко-красная, язык заострённый, шершавый, красноватый.

Среди птиц вороны обыкновенные обладают самым крупным по отношению к телу мозгом и демонстрируют высокий уровень интеллекта. Они способны учиться и даже самостоятельно находить эффективные решения для новых задач.

Показателен случай ворона по кличке Роа, содержавшегося у отца этологии Конрада Лоренца: когда учёный заходил в места, где птица ранее испытывала неприятные ощущения, Роа выполнял ритуал «индукции к полёту» (становился за спиной, тряс хвостом, взлетал и проверял, последовал ли за ним человек), чтобы увести его от опасности. Если Лоренц не реагировал, Роа повторял попытку, громко выкрикивая своё имя. Обычно при этом издаётся глубокое гортанное «кракракра», которым вороны зовут сородичей к полёту; однако Роа, часто слышавший своё имя от человека, ассоциировал его с этим криком и использовал по отношению к Лоренцу^[8].

В эксперименте по проверке способности воронов к решению задач («испытание с подвешенным мясом») кусок мяса подвешивали на верёвке так, чтобы птица не могла достать его ни с насеста, ни с земли, и должна была наматывать верёвку на насест, чтобы добраться до пищи. Из пяти воронов четверо успешно справились с задачей^[9].

Вороны также могут побуждать других животных выполнять действия, выгодные для обеих сторон, которые сами не могут сделать: например, они привлекают волков и койотов к тушам, чтобы те разорвали их и открыли доступ к внутренностям^[10].

Вороны обыкновенные — всеядные и крайне оппортунистичные птицы: их рацион включает всё съедобное, что они могут найти, и сильно варьирует в зависимости от широты, времени года и доступности пищи. Например, вороны, живущие в тундре Аляски, в основном хищники, охотящиеся на полёвок или питающиеся тушами карибу и белой куропатки, а в других районах они могут быть преимущественно падальщиками, поедая трупы и личинки насекомых. При возможности в рационе присутствует и растительная пища — фрукты, ягоды, зерно. Основной орган чувств при поиске пищи — зрение.

Ворон обыкновенный — один из немногих врановых, активно охотящихся на других животных, а не только падальщик: кроме насекомых и других беспозвоночных, он поедает земноводных, пресмыкающихся, мелких млекопитающих, птиц (в том числе сопоставимых по размеру) и их яйца. В случае необходимости не гнушается рыться в экскрементах в поисках копрофагов и непереваренных остатков пищи, а в малонаселённых или не преследуемых человеком районах часто посещает свалки, где находит обилие пищи и даже может гнездиться.

Для добычи пищи вороны обыкновенные используют различные стратегии, иногда весьма изобретательные: зимой, когда пищи мало, они следуют за хищниками, чтобы питаться остатками их добычи. Особенно твёрдую пищу (например, улиток и двустворчатых моллюсков) они поднимают на большую высоту и бросают на землю, чтобы разбить и съесть содержимое. Вороны часто посещают колонии кайр, бакланов и чаек, где разоряют оставленные без присмотра гнёзда; если не находят гнёзд, они тревожат птиц, чтобы те покинули кладки, и тогда разоряют их.

Ворон обыкновенный часто делает запасы пищи (особенно жирной, но также зерна и костей) в тайниках, размещая их в разных местах, чтобы в случае обнаружения одного из них не остаться без еды. Вороны наблюдают друг за другом во время пиршеств, чтобы узнать местоположение тайников и обокрасть их в отсутствие хозяина. Чтобы избежать краж, птицы иногда уносят пищу далеко от территории, чтобы спрятать её подальше от чужих глаз^[11], или делают ложные тайники, наполняя их камнями или другим несъедобным материалом, чтобы запутать возможных воров. Кроме того, вороны могут грабить запасы других видов, например, песцов.

Наряду с проявлениями оппортунизма, ворон обыкновенный демонстрирует и акты, похожие на щедрость: молодые (особенно сильные, с высоким социальным статусом в группе), обнаружив обильный источник пищи (например, большую тушу), громко зовут других молодых поблизости^[12]. Это поведение объясняется тем, что численное превосходство молодых над взрослыми позволяет первым питаться без помех.

Вороны обыкновенные строго моногамны: пары формируются в молодом возрасте и сохраняются до смерти одного из партнёров, хотя иногда наблюдается неверность, когда самки принимают других самцов в гнезде в отсутствие своего. Выбор партнёра происходит по интеллекту и умению добывать пищу, а не по силе.

После образования пары птицы занимают территорию и строят гнездо: оно обычно располагается в труднодоступных местах (скалы, вершины высоких деревьев, заброшенные здания), представляет собой большую чашу до метра в диаметре и около 30 см глубиной, сделанную из толстых веток и выстланную внутри тонкими веточками, грязью и мягким материалом (шерсть, перья, лишайники). Пара обычно использует одно и то же гнездо для выведения потомства, если не происходит что-то, заставляющее искать новое место; ежегодно гнездо достраивается, и старые гнёзда могут достигать значительных размеров.

Период размножения начинается с февраля, но пик приходится на март (ещё позже в холодных районах, а в Пакистане кладка может быть даже в декабре^[13]). Пары выполняют брачные полёты: оба партнёра поднимаются на большую высоту, затем стремительно пикируют, переворачиваясь в воздухе, и снова набирают высоту по спирали; при этом оба издают крик, похожий на «к-лонг к-лонг». После полёта, уединяясь у гнезда, самец занимает доминирующую позу (вытянувшись, взъерошив перья), а самка — подчинённую (горизонтально, с опущенной головой); затем самец кланяется, опуская крылья и взъерошивая перья на голове, а белая мигательная перепонка глаза поднимается и опускается. Если самка готова, она повторяет позу самца, изгибая хвост вбок; после этого происходит спаривание.

Яиц откладывается от трёх до семи, с интервалом 24-48 часов; они зеленовато-голубые с серыми и коричневыми пятнами и кажутся очень маленькими по сравнению с размером взрослой птицы. Самка насиживает их около трёх недель, не покидая гнезда, а самец кормит её отрыгнутой пищей. Во время насиживания вороны становятся ещё осторожнее: самец сначала осматривает окрестности, прежде чем подойти к гнезду, и только убедившись в отсутствии опасности, приближается. Уходя, он спускается вниз, а затем взлетает вдали от гнезда, чтобы запутать хищников. Если же хищник (крупный хищник, псовый или куницевый) всё же обнаружит гнездо и попытается украсть яйца или птенцов, родители яростно защищают потомство, нападая клювом или бросая камни сверху. Могут нападать и на случайно приблизившихся хищников.

Птенцов кормят обильно отрыгнутой пищей, и уже с первого месяца жизни они выходят на край гнезда, хотя обычно не покидают его до двух месяцев; даже после вылета родители продолжают кормить их мясом, а окончательно молодые отделяются только после шести месяцев. Многие молодые вороны остаются с родителями до следующего брачного сезона.

Половая зрелость наступает у обоих полов примерно в три года, хотя поведение, похожее на ухаживание, наблюдается уже со второго года, особенно осенью и зимой; однако самки редко откладывают яйца до четырёх лет.

Молодые вороны, очень похожие на взрослых, но меньших размеров и с серо-голубыми глазами вместо карих, собираются в группы по 15 особей; они крайне любопытны и интересуются всем новым (особенно круглыми и блестящими предметами), но с возрастом становятся всё более неофобными^[14]. Молодые часто проявляют игровое поведение: например, скатываются по снегу или используют лис и собак как неосознанных партнёров по игре в салки. Даже взрослые вороны демонстрируют поведение, похожее на игру: например, акробатические полёты.

Вороны обыкновенные — довольно долгоживущие птицы: в природе живут до 15 лет, а в неволе могут доживать до 40 и даже до 80 лет^[15].

Падальная диета воронов (в том числе поедание трупов) привела к тому, что в большинстве культур эта птица стала мифологическим посредником между миром живых и духов, а также психопомпом (перевозчиком душ в загробный мир); из-за чёрного оперения и зловещего крика ворон ассоциируется со смертью и несчастьем. Однако в ряде культур ворон имеет противоположные значения^[28].

В частности, ворон — важный тотемный символ для индейцев северо-западного побережья Северной Америки: здесь он выступает и как демиург, и как трикстер, создавая мир и ежедневно «воруя» солнце, чтобы вернуть его утром. Подобные функции приписываются ворону и у народов северо-восточной Азии^[29]: например, бог-ворон Кутх считается создателем Камчатки^[30]. У эскимосов ворон также выступает творцом человека, создав его из горошины^[31].

В китайской мифологии золотой трёхногий ворон (金烏/金乌) символизирует Солнце: по преданию, изначально существовало десять таких птиц, сидевших на тутовом дереве в Восточном море, и каждый день одна из них совершала кругосветное путешествие на колеснице богини Сихэ, матери солнца^[32]. Около 2170 года до н. э. все десять птиц отправились в путь одновременно, чуть не сожгли Землю, и лучник Хоу И сбил всех, кроме одной, которая с тех пор ежедневно совершает кругосветное путешествие.

В японской мифологии Ятагарасу (八咫烏) — ворон богини солнца Аматэрасу, посланник между ней и людьми. Ятагарасу появляется во многих Кодзики (古事記), где, в частности, сражается с чудовищем, угрожавшим солнцу, и помогает императору Дзимму выбраться из окружённого врагами леса^[33].

В древнегреческой мифологии ворон, изначально белый, был избран птицей-символом бога Аполлона, но был наказан за то, что сообщил (пусть и по доброй воле) о неверности возлюбленной Аполлона Корониды с человеком Иский: наказание заключалось в мгновенном почернении оперения, что передалось потомству^[34]. Вероятно, отсюда пошло представление о вороне как о птице несчастья. По позднейшим версиям мифа, ворон, разгневанный на Аполлона, но не способный ему противостоять, укрылся в подземном мире, где Аид сделал его своим шпионом и посланником.

В скандинавской мифологии ворон также занимает важное место: Хугин и Мунин — вороны Одина, которых он каждое утро отправляет по миру, а вечером слушает их рассказы^[35]. Рагнар Лодброк имел знамя ворона «Реафан», дававшее непобедимость, пока оно развевалось на ветру. Харальд III Суровый также имел подобное знамя «Ландейтан» («разоритель земель»)^[36], а Кнуд I Английский также использовал знамя ворона^[37]. Имя «храфн» («ворон» по-скандинавски) часто встречается в кеннингах, связанных с битвами, так как вороны были постоянными спутниками полей сражений.
Вороны, благодаря своей падальщической природе, ассоциируются со смертью; в Швеции их связывают с душами погибших насильственной смертью, а в Германии — с душами проклятых.

В ирландской мифологии богиня Морриган садится на плечо Кухулина в образе ворона после его смерти^[38]. В валлийской мифологии ворон связан с богом Браном, чьё имя означает «ворон»: его связь с Тауэром могла стать основой мифа о лондонских воронах^[39]. В кельтской мифологии ворон, наряду с кабаном, символизирует бога Луга (ворон — ум и мастерство, кабан — сила и упорство).

В христианстве ворон обычно не несёт негативных функций: именно он унёс отравленный хлеб, предназначенный для святого Бенедикта, чтобы никто не мог его съесть^[40].

В иудаизме ворон — первое животное, покинувшее ковчег после потопа, а также одно из трёх существ (наряду с ослом и кобылой^[41]), осмелившихся спариться на борту, за что был наказан: самец должен был оплодотворять самку через рот.

Вороны тесно связаны с британской культурой: знаменитые вороны Тауэра содержатся там в количестве не менее шести, за ними ухаживает специальный «мастер воронов». Легенда гласит, что британская монархия падёт, если все вороны исчезнут. Их присутствие настолько важно, что когда придворный астроном Джон Флемстид попросил убрать воронов, король Карл II Английский предпочёл перенести обсерваторию в Гринвич, чем лишить Тауэр воронов; после гибели всех воронов (кроме одного, по кличке Грип) во время бомбардировок Лондона во вторую мировую войну Тауэр вновь открылся для публики только после завоза новых птиц^[42].

Хотя принято считать, что вороны в Тауэре появились в древности, на самом деле это, вероятно, недавнее изобретение: первое упоминание — иллюстрация 1885 года в журнале The Pictorial World^[43].

С этого времени в XIX—XX веках изображения воронов у «пирса» (места казней) стали появляться всё чаще. Вероятно, вороны были завезены в Тауэр бифитерами для усиления драматизма историй о казнях^[44]. Возможно, первые вороны были подарены графом Данрейвеном^[45][46], хотя возможно, что вороны, ранее многочисленные в Лондоне (особенно у скотобоен и рынков), сами перебрались к Тауэру^[47]. Чтобы вороны не улетали, им периодически подрезают маховые перья на одном крыле.

В Библии ворон упоминается несколько раз, особенно в Ветхом Завете: в Бытии первой птицей, выпущенной Ноем из ковчега, был ворон^[48]; в Книге Судей Гедеон побеждает одного из царей мадианитян по имени Орев (עורב, «ворон»). В Книгах Царств пророка Илию кормят вороны, по велению Бога; в христианской экзегезе (например, в Institutio Primorum Monachorum Филиппа Рибо) это сравнивается с тем, что пророк, как и ворон, чёрный, потому что смиренно признаёт свои грехи, и не даёт пищи созерцания птенцам (будущим пророкам/монахам) с ещё белым оперением, пока они не сделают то же самое.

В Коране ворон показывает Каину, как похоронить тело брата Авеля^[49].

Тит Ливий рассказывает, что римский полководец Марко Валерий Корв носил чучело ворона на шлеме: именно этот ворон спас ему жизнь в поединке с огромным галлом, сев на лицо врага и отвлекая его, пока Корв не одолел противника^[50].

Вороны — самые часто упоминаемые птицы у Шекспира (например, в Отелло и Макбет), а в Барнаби Радж Чарльза Диккенса одним из героев является ворон Грип; но наибольшую известность ворон получил в поэме Ворон Эдгара По, где он выступает посредником между миром людей и сверхъестественным.
В Королеве фей Эдмунда Спенсера ворон — птица дурного предзнаменования.

В Скотном дворе Джорджа Оруэлла домашний ворон Моисей рассказывает животным о существовании «Сахарной горы», где после смерти достойные животные не работают и наслаждаются изобилием. Сам Моисей получает от хозяев лучшее питание, чем другие животные. Речь Старого Майора, вызвавшая восстание, происходит после того, как Моисей засыпает. Позже он — единственный, кто сбегает вместе с хозяином. Через этот образ Оруэлл критикует религию. Ворон также напоминает карикатурный образ священника.

В комиксе Ворон и одноимённой серии фильмов эта птица вновь выступает проводником между миром живых и мёртвых, сопровождая Эрика на пути мести.

Семь воронов — одна из сказок братьев Гримм. В 1937 году в Германии братья Фердинанд и Герман Диль сняли по ней кукольный мультфильм Die sieben Raben.

Ворон — символ команды по американскому футболу Baltimore Ravens, а трёхногий ворон изображён на эмблеме Футбольной ассоциации Японии. Рестлер Скотт Леви выступал под псевдонимом «Raven».

Ворон обыкновенный дал название южному созвездию, названному Птолемеем в честь мифа об Искии и вороне, который должен был напоить Аполлона, но, задержавшись, был помещён на небо рядом с созвездием Чаши, чтобы вечно напоминать о своём долге.

Джимми-ворон — дрессированный ворон обыкновенный, снявшийся в тысяче фильмов 1930—1950-х годов, в том числе в Эта замечательная жизнь Фрэнка Капры и Волшебник страны Оз Виктора Флеминга.

Ворон довольно редок в геральдике, но встречается на гербах городов и дворянских гербах, где символизирует красноречие, ум и пожелание удачи.

В Бутане ворон считается национальной птицей и изображён на королевской шапке под именем Гонпо Джародончен («Махакала с головой ворона»), одной из главных охранительных божеств культуры Бутана^[51].

Кроме Бутана, ворон — символ территории Юкон и города Йеллоунайф в Канаде, а также щитодержатель герба Острова Мэн.

В настоящее время в Италии содержание этих птиц как домашних животных, и без того редкое из-за труднодоступности гнёзд, регулируется законом № 157/1992, который объявляет диких животных государственной собственностью и запрещает их отлов и содержание без документов о рождении в неволе и кольцевании.

Взятый птенцом, ворон становится очень ручным (хотя и не слишком ласковым), его можно обучить и даже дрессировать, как собаку. Его кормят собачьим кормом и мясом для стимуляции умственной активности; иногда дают фрукты, овощи и яйца.

Птицы, выращенные с раннего возраста, могут содержаться на свободе, так как не улетают, но если взять слишком маленького птенца (до вылета, примерно в два месяца), он не умеет пикировать и приземляться, поэтому может заблудиться. Чтобы этого избежать, можно слегка подрезать маховые перья, чтобы затруднить полёт; со временем это становится ненужным, так как ворон оседлый. Для акклиматизации или защиты от хищников на ночь ворона можно держать в вольере, достаточно большом для полного расправления крыльев и короткого полёта.

Клетки для крупных попугаев, с которыми ворона часто сравнивают по интеллекту, не подходят: ворону нужна горизонтальная клетка, так как он не лазает по прутьям, а прыгает, как воробьи. В вольере желательно использовать песчаное или гравийное дно (например, кошачий наполнитель), который служит развлечением, источником камешков для желудка и облегчает уборку, так как помёт ворона имеет неприятный запах из-за его рациона. При содержании в неподходящей клетке и без стимулов ворон быстро впадает в депрессию: сначала тускнеет оперение и появляется апатия, затем птица начинает выщипывать перья и отказывается от пищи, что приводит к истощению и смерти.

Ранее воронов ловили или разводили ради стержней перьев, из которых делали медиаторы для клавесина; иногда их использовали в соколиной охоте.