Искусственный интеллект ССО СВ США

Силы специальных операций (ССО) Сухопутных войск (СВ) США, являются специальным компонентом вооружённых сил, предназначенным для выполнения особо сложных и ответственных задач в условиях повышенного риска^[6]. К ним относятся:

• специальная разведка;
• прямое участие в боевых действиях;
• контртеррористические операции;
• противодействие распространению оружия массового уничтожения;
• информационные операции;
• выполнение особых миссий, требующие высокого уровня тактической подготовки, оснащения и гибкости.

Интерес Командования специальных операций США (US SOCOM) к применению искусственного интеллекта вызван^[7]:

• Изменением характера вооружённых конфликтов — высокая динамика, гибридные угрозы, работа в густонаселённых районах и информационная насыщенность требуют быстрой обработки больших данных (Big Data).
• Анализом современного боевого опыта — конфликты последнего десятилетия (Ближний Восток, Специальная военная операция на Украине) показали возросшую роль БПЛА, РЭБ, киберопераций и информационно-психологического воздействия.

На начальном этапе (2000-е — середина 2010-х годов) ИИ применялся преимущественно для анализа данных и распознавания образов. В частности, он использовался для обработки больших объёмов разведывательной информации с целью выявления объектов противника. Программа Project Maven, хотя и разрабатывалась DARPA и Военно-воздушных сил США, стала важным этапом в развитии алгоритмов компьютерного зрения для БПЛА, позволяя быстрее обнаруживать и идентифицировать объекты. На этом этапе ИИ рассматривался, как вспомогательный инструмент для анализа, для автономных действий не использовался^[8].

С середины 2010-х — до начало 2020-х годов ИИ был официально признан ключевой технологией для поддержания военного превосходства. В документах, таких как Стратегия национальной обороны, ИИ и машинное обучение были выделены, как приоритетные направления. В 2018 году было создано Объединённое управление по искусственному интеллекту (JAIC) для координации разработки и внедрения ИИ в Министерстве обороны США. В Силах специальных операций Сухопутных войск США начал экспериментировать с ИИ для работы с ограниченными объёмами данных, характерными для их миссий.

С начала 2020-х годов ИИ активно развёртывается в подразделениях ССО. Программы, такие как Project Cardinal Sin, направлены на создание аналитических платформ, которые объединяют данные из различных источников и используют ИИ для прогнозирования угроз. Активно тестируются и внедряются автономные системы, такие как дроны-разведчики, наземные роботы и интеллектуальные системы поддержки огня. ИИ также используется для создания реалистичных симуляторов тренировок и для автоматизации кибер- и информационных операций.

Внешние факторы, содействующие прогрессу ИИ^[9]:

• Ключевым стимулом для развития ИИ является стратегическое соперничество. Стремление к технологическому лидерству в противостоянии с основными конкурентами, такими как Китай и Россия, закреплено в Стратегии национальной безопасности (2022 года).
• Нормативно-правовая база также играет важную роль. Закон об оборонных нуждах страны (NDAA 2022) определяет навыки в области ИИ как крайне необходимые для ведения асимметричных боевых действий. Этот закон обязывает Министерство обороны СЩА наращивать потенциал для обучения в этой сфере и развивать надлежащую инфраструктуру.

Интеграция ИИ в ССО СВ США базируется на чётких принципах и стратегическом подходе. Главная цель — значительное увеличение эффективности деятельности ССО путём интеграции возможностей ИИ в существующие тактические схемы, сохраняя при этом за человеком решающую роль, особенно в вопросах применения силы. Командование ССО СВ США, входящее в структуру US SOCOM, занимает лидирующие позиции по объёму финансирования и реализации научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) в сфере ИИ для нужд обороны. Внедрение ИИ осуществляется не путём разработки уникальных решений с нуля, а посредством адаптации уже существующих и проверенных коммерческих технологий к специфическим потребностям ССО. Философия применения ИИ в ССО заключается в том, что ИИ рассматривается не как замена человека, а как инструмент, предназначенный для:

• повышения уровня ситуационной осведомлённости операторов;
• ускорения и повышения точности процессов принятия решений;
• расширения степени автономности используемых технических средств.

Внедрение ИИ в ключевые технологические направления развития ССО ВС США предполагает^[1]:

• создание разведывательно-ударных робототехнических и беспилотных комплексов;
• создание систем управления для поддержки принятия решений;
• реализацию мероприятий информационно-психологического воздействия;
• реализацию логистических технологий;
• кибербезопасность.

Основная задача — превратить ИИ в ключевой интегратор сил и средств, обеспечивающий подавляющее превосходство в скорости анализа информации, ситуационной осведомлённости, точности поражения и оперативной автономности, при этом сохраняя за человеком-оператором окончательное право принятия решений, особенно связанных с применением средств поражений^[1].

Деятельность основана на принципе адаптации передовых коммерческих технологий, развивается в рамках общевойсковой концепции «Ответственного ИИ» и национальной стратегии технологического доминирования, и рассматривается, как критически важный элемент для действий в условиях современных гибридных угроз и будущих «сверхпрозрачных» полей сражений.

Координация работ по внедрению ИИ ведётся в тесном взаимодействии нескольких структур^[1]:

• Центр интеграции искусственного интеллекта (город Рок-Айленд, штат Иллинойс) выступает основным хабом для разработки и тестирования технологий.
• Командование перспективного вооружения СВ США (город Остин, штат Техас) обеспечивает поддержку и финансирование ключевых программ.
• Объединённый центр искусственного интеллекта (после 2022 года включён в Главное управление по цифровым технологиям и ИИ (CDAO) Министерства обороны) трансформирует в общевойсковые стандарты и обеспечивают сквозную координацию.

Работы ведутся в сотрудничестве с ведущими^[1];

• университетами (Массачусетский, Стэнфорд, Карнеги-Меллон и др.);
• лабораториями (Ливермор, Лос-Аламос);
• с коммерческими IT- и оборонными компаниями:
  • «Palantir»;
  • «Anduril Industries»;
  • «Ghost Robotics»;
  • «Textron»;
  • «AeroVironment»;
  • «Microsoft»;
  • «Google»;
  • «Amazon Web Services»;
  • и другими.

Основные направления НИОКР сфокусированы на:

• робототехнических комплексах (РТК) наземного базирования;
• беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) различного класса;
• барражирующих боеприпасах (ударных дронов).
• специальном программном обеспечении (СПО) для анализа данных, управления и киберопераций;
• средства разведки, радиоэлектронной борьбы и информационно-психологического воздействия.

Робототехнические комплексы (РТК) и автономные наземные платформы^[8][1]:

• проект «Боевые машины нового поколения» — направлен на интеграцию ИИ в перспективные дистанционно управляемые и автономные наземные машины;
• робототехническом комплексе M3 «Рипсо» (Textron) — лёгкий гусеничный дизель-электрический комплекс, рассматриваемый как основа для установки систем ИИ. Планируется его оснащать боевым модулем R400S с 30-мм пушкой, системой обнаружения БПЛА и контейнером для разведывательных дронов. Компании «Anduril» и «Palantir» разрабатывают для него СПО на базе ИИ для сбора и анализа разведданных. Ожидаемое принятие на вооружение — 2028 год.
• роботизированная платформа «Vision-60» (Ghost Robotics) — четвероногая роботизированная платформа («робособака»), предназначенная для патрулирования, разведки и огневой поддержки в сложной местности и городской застройке. Может оснащаться автоматическими винтовками (AR-15, M16), пулемётами или противотанковыми ракетными комплексами (ПТРК). Поставки опытных образцов в войска начались в 2023 году. Одной из перспективных разработок является модуль SPUR (Special Purpose Unmanned Rifle) — дистанционно управляемая винтовка, закрепляемая на платформе.

Беспилотные летательные аппараты (БПЛА) с элементами ИИ^[1]:

• БПЛА «Ghost-X» (Anduril Industries) — портативный разведывательный БПЛА, транспортируемый в футляре и готовый к применению за две минуты. Дальность — до 25 км. Управляется операционной системой Lattice OS, которая позволяет настраивать алгоритмы ИИ для автономного полёта, слежения за целями (в том числе в условиях РЭБ и низкой пропускной способности каналов), управления роем (до 30 единиц), автоматического взлёта и посадки.
• БПЛА MQ-35 — аппарат вертикального взлёта и посадки для разведки в труднодоступных районах. ИИ помогает в определении типа и характера цели. Ключевая особенность — способность выполнять задачи без доступа к глобальная навигационная спутниковая система GPS.
• БПЛА «Skydio X2D» — компактный разведывательный БПЛА, оснащённый камерами кругового обзора (в том числе ИК-диапазона) и системами сканирования для построения 3D-модели местности. Встроенное ПО на базе ИИ позволяет автономно обнаруживать и облетать препятствия. Дальность — до 10 км.

«Rout-1» (Teledyne) — барражирующий боеприпас вертикального взлёта и посадки, интегрировавший СПО захвата и сопровождения целей на базе ИИ на основе анализа опыта Специальной военной операции на Украине. Способен в автоматическом режиме обнаруживать и поражать цели с высокой точностью без GPS. Ожидается поставка 127 единиц в подразделения ССО СВ в 2026 году^[1].

Системы анализа данных, управления и поддержки принятия решений^[1]:

• Программно-аппаратный комплекс (ПАК) «Palantir» — является центральной платформой для развёртывания сервисов ИИ в ССО. Осуществляет сбор разведданных из множества источников (спутники, БПЛА, радиоперехват, открытые источники), их интеграцию, анализ в реальном времени, автоматическое обновление общей оперативной картины и выработку рекомендаций для подразделений.
• Проект «Maven Smart System» — одна из ключевых программ Министерства обороны США по ИИ, изначально нацеленная на автоматическое распознавание целей по видео- и фотоданным. ССО сыграли новаторскую роль во внедрении Maven. Система использовалась в учениях (впервые обеспечив артиллерийский удар по цели, идентифицированной ИИ), при выводе войск из Афганистана для отслеживания угроз, а также для анализа обстановки на Украине. Контракты с компанией «Palantir» на развитие Maven исчисляются сотнями миллионов долларов.
• Проект «Cyber Challenge» — направлен на создание СПО на базе ИИ для автоматического поиска и исправления уязвимостей в исходном коде, оценки киберугроз и противодействия вредоносной активности. В проекте участвуют ведущие IT-компании: Google, Microsoft, OpenAI, Anthropic.

Средства информационно-психологического воздействия (ИПВ)^[1]:

• СПО «Argus» (AccreteAI) — разрабатывается с 2023 года для автоматического поиска, анализа и классификации пропагандистских материалов противника в открытых источниках и социальных сетях, а также для генерации и распространения контента, формирующего позитивное отношение к США.
• Программа «Ghost Machine» — инструмент для синтеза голоса на базе ИИ. Используя данные радиоперехвата или открытых источников, способна с высокой точностью воспроизвести голос конкретного человека (например, командира противника), включая ритм дыхания и темп речи. Применяется для генерации поддельных приказов, призывов к сдаче в плен, дезинформации, распространяемой через сбрасываемые с БПЛА устройства или по радиоканалам. Является эволюцией традиционных методов психологической войны.

В июле 2025 года ССО СВ США обновили список приоритетных направлений (Capability Areas of Interest), впервые включив в него отдельный раздел, посвящённый современной вычислительной технике и ИИ. ССО СВ США выделяет пять ключевых технологических областей для развития^[8][2][1]:

• автоматическое распознавание целей (Automatic Target Recognition, ATR) — фундаментальная технология для повышения точности и скорости поражения;
• системы «Зрение-Язык-Действие» (Vision-Language-Action, VLA) — ИИ, способный не только анализировать данные (видео, текст), но и «понимать» контекст ситуации, формулировать выводы и предпринимать соответствующие действия или рекомендовать их оператору;
• нейтральные поля излучения (Neural Radiance Fields, NeRF) — технологии для быстрого создания высококачественных 3D-моделей местности и объектов на основе ограниченного набора фото- или видеоданных;
• генеративный ИИ для моделирования — создание реалистичных виртуальных сред и сценариев для подготовки, планирования и проведения учений;
• самообучающиеся ИИ-системы для работы на периферии (Edge AI) — развитие алгоритмов, способных функционировать автономно, без постоянной связи с облачными центрами обработки данных, что критически важно в условиях РЭБ и на изолированных театрах военных действий.

Важным подходом является триада «ССО-Космос-Кибероперации» (SOF-Space-Cyber Triad), провозглашённая в 2024 году. Она предполагает теснейшую интеграцию возможностей спецопераций, Космических сил и киберкомандования для обеспечения глобальной разведки, связи, информационного превосходства и проведения операций с низким риском эскалации.

ССО СВ США активно проводит мероприятия по обучению персонала работе с ИИ. Проводятся специальные командные сборы (например, в Тихоокеанском регионе), где военнослужащие знакомятся с возможностями разработок, тестируют их в смоделированных условиях. Упор делается на отработку взаимодействия человека и ИИ-систем в различных сценариях^[1].

ИИ также революционизирует сам процесс тренировки. Симуляторы на базе генеративного ИИ создают адаптивных виртуальных противников, моделирующих тактику и поведение реальных оппонентов, что позволяет отрабатывать действия в максимально приближённых к реальности условиях без риска для личного состава.

Внедрение ИИ в ССО СВ США сталкивается с рядом серьёзных проблем^[2][1]:

• кадровый дефицит — нехватка высококвалифицированных специалистов (инженеров данных, ML-инженеров, этиков ИИ) в военной среде из-за конкуренции с частным сектором по уровню оплаты и условиям труда;
• уязвимости и кибербезопасность — системы ИИ уязвимы для атак «отравления данных», состязательных атак, внедрения троянов, нарушение их работы может иметь катастрофические последствия, требуется развитие методов «безопасного по замыслу» ИИ (Security by Design) и аппаратной защиты.
• проблема «цифрового шума» и информационной перегрузки — несмотря на способность ИИ обрабатывать большие данные, актуальной остаётся задача фильтрации разнородной информации и противодействия дезинформации.

Этические и правовые вопросы (ELSI — Ethical, Legal, Social Implications) — ключевой принцип Министерства обороны США «подконтрольный искусственный интеллект» (Responsible AI). Принятые в 2020 году этические принципы и последующая «Дорожная карта ответственного ИИ» (2023 год) подчёркивают необходимость обеспечения законности, управляемости, надёжности, безопасности и контролируемости ИИ-систем. Сохраняется принцип сохранения человека в контуре принятия решений «активное участие человека в процессе обучения, проверки и совершенствования систем машинного обучения» (Human-in-the-loop), «человек в процессе обучения, проверки и совершенствования систем машинного обучения активного участия не принимает» (Human-on-the-loop), особенно в вопросах применения средств поражения. DARPA и другие агентства работают над конкретизацией этических ограничений^[1].

Традиционные длительные циклы закупок и утверждения требований (требующей годы) не соответствуют скорости развития программных технологий. Идут поиски гибких моделей закупок (коммерческие решения «как услуга», краудсорсинг, хакатоны), реформ в области требований к программному обеспечению для ускорения внедрения инноваций^[2].

Руководство ССО СВ США рассматривает ИИ, как революционную технологию, сравнимую по воздействию с промышленной или ядерной революцией. Ключевые ожидаемые эффекты от его внедрения^[2][1]:

• Повышение автономности — создание полностью автономных или полуавтономных разведывательно-ударных комплексов, способных действовать в условиях «отказа среды» (denial of environment).
• Сетецентричность и объединённое управление — ИИ станет «клеем» для архитектуры Combined Joint All-Domain Command and Control (CJADC2), обеспечивая бесшовную интеграцию данных от всех родов войск и видов вооружённых сил в единую оперативную картину.
• Преобразование логистики и обслуживания — предиктивная аналитика на базе ИИ для прогнозирования отказов техники и оптимизации цепочек снабжения.
• Усиление индивидуальных возможностей бойца — ИИ-ассистенты командира, системы дополненной реальности (AR), предоставляющие информацию в режиме реального времени, портативные разведывательные и ударные дроны.
• Глубокое обучение и адаптация — развитие систем, способных учиться непосредственно в ходе миссии, адаптироваться к тактике противника и вносить коррективы в свои алгоритмы.

Интеграция искусственного интеллекта в Силы специальных операций Сухопутных войск США представляет собой не единичный проект, а масштабную, постоянно эволюционирующую программу трансформации. Она охватывает все аспекты деятельности ССО, от разведки, связи и управления до непосредственного огневого контакта и информационного противоборства. Целью является создание «гибридных» подразделений, где человеческий опыт, интуиция и ответственность сочетаются со скоростью, точностью и аналитической мощью интеллектуальных систем.

Несмотря на существующие технологические, кадровые и этические вызовы, вектор развития чётко определён. США стремятся закрепить за своими силами специальных операций роль не только наиболее подготовленного, но и наиболее технологически оснащённого компонента вооружённых сил, способного действовать с максимальной эффективностью и минимальными рисками в условиях сверхдинамичных, информационно насыщенных и «сверхпрозрачных» полей боя будущего. Успех этой трансформации будет в значительной степени определять возможности США в будущих вооружённых конфликтах и стратегическом соперничестве с другими великими державами.