АН-94

В конце 1970-х годов Главное ракетно-артиллерийское управление (ГРАУ) Министерства обороны СССР сформулировало требования к созданию нового автомата, который должен был превосходить АК-74 по кучности и точности стрельбы в 1,5-2 раза. Одной из основных проблем стрелкового оружия того периода было снижение кучности при стрельбе очередями из-за отдачи, уводившей оружие с линии прицеливания уже после первого выстрела. Для решения этой задачи в 1981 году была утверждена опытно-конструкторская работа (ОКР) под кодовым названием «Абакан»^[4].

К началу 1980-х годов АК-74 уже не в полной мере соответствовал требованиям военных. Анализ боевого применения стрелкового оружия в локальных конфликтах, включая афганскую войну, показал важность быстрого и точного поражения цели первыми выстрелами. В условиях общевойскового боя стрелок часто вёл огонь из неустойчивых положений — с ходу, из-за укрытия, с колена или после перебежки. При стрельбе очередями отдача приводила к отклонению оружия от точки прицеливания уже после первого выстрела, что увеличивало рассеивание последующих пуль и снижало вероятность поражения цели первой очередью.

Для повышения вероятности поражения цели требовался механизм, позволявший произвести два или три выстрела с минимальным интервалом до заметного воздействия отдачи на положение оружия. Эта концепция легла в основу тактико-технического задания на ОКР «Абакан»^[5]. В задании предусматривалось, что новый автомат должен обеспечить двукратное превосходство над АК-74 по кучности боя одиночными выстрелами и в 1,5–2 раза — по эффективности стрельбы очередями. Кроме того, требовалось сохранить массогабаритные характеристики на уровне АК-74, обеспечить высокую надёжность в сложных условиях эксплуатации и унифицировать конструкцию по основным узлам с существующей системой боеприпасов^[6].

Разработка АН-94

В конкурсе на создание нового автомата приняли участие ведущие конструкторские школы стрелкового оружия СССР, представившие около 12 проектов. Среди основных конкурентов выделялись тульские конструкторы И. Я. Стечкин (ТКБ-0146) и Г. А. Коробов (ТКБ-0111), а также ковровские разработчики, предлагавшие схемы со сбалансированной автоматикой (АЕК-971)^[5].

Конкурсная программа на создание нового автомата стала одним из самых масштабных и продолжительных соревнований в истории отечественного стрелкового оружия. Первый этап испытаний начался в 1981 году. Перед конструкторами стояла задача повысить эффективность автоматического огня из неустойчивых положений. Тульские конструкторы И. Я. Стечкин и Г. А. Коробов пошли по пути создания систем с высоким темпом стрельбы очередью, полагая, что если выпустить пару пуль до того, как ствол начнёт подниматься, кучность сохранится. Однако их образцы, хотя и показывали хорошие результаты, отличались сложностью и ненадёжной работой механизмов в условиях запыления. Завод имени Дегтерёва (г. Ковров) представил автоматы АЕК-971 и АЕК-978, построенные по схеме со сбалансированной автоматикой, где подвижная группа уравновешивалась встречным движением специального груза-противовеса. Эта система позволяла существенно снизить подброс ствола, но полностью решить проблему не могла, так как импульс отдачи всё равно передавался на плечо стрелка в момент выстрела^[7].

Г. Н. Никонов, работавший в СКБ Ижевского машиностроительного завода, избрал принципиально иной путь. Он предложил автомат, использующий схему со смещённым импульсом. Согласно этой идее, ствол со ствольной коробкой и механизмом автоматики объединялись в единый подвижный блок, который внутри кожуха мог откатываться назад без передачи усилия на плечо стрелка. Пороховые газы не только приводили в движение затвор, но и накапливали энергию в специальной пружине, которая затем использовалась для досылания патрона. К 1986 году его образец, получивший обозначение АСМ (автомат со смещённым импульсом, модернизированный), был существенно доработан и стал одним из лидеров конкурса. В ходе доработок Г. Н. Никонову удалось решить проблему синхронизации подачи патрона из неподвижного магазина в подвижную ствольную коробку, что было одной из главных технических трудностей проекта.

В 1991 году АСМ прошёл государственные испытания в Таманской дивизии, где продемонстрировал значительное преимущество в точности стрельбы короткими очередями. По итогам испытаний он был рекомендован к принятию на вооружение. Однако из-за экономического кризиса и распада СССР процесс внедрения затянулся. Лишь в 1994 году автомат был официально принят на вооружение под наименованием АН-94 («Автомат Никонова образца 1994 года») с присвоением кодового имени «Абакан»^[6].

Автомат АН-94 имел классическую компоновку с магазином перед пистолетной рукояткой и складным прикладом. Основой конструкции служила «лафетная» схема. Ствол, ствольная коробка и механизмы автоматики объединялись в единый подвижный стреляющий агрегат, который перемещался внутри наружного полиамидного кожуха-лафета^[8].

Автоматика работала на принципе отвода пороховых газов из канала ствола, запирание выполнялось поворотом затвора. Стреляющий агрегат включал газовый двигатель с длинным ходом поршня.

Кожух изготавливался из ударопрочного полиамида, армированного стекловолокном, что снижало массу оружия. Внутри кожуха монтировались две возвратные пружины — одна для подвижного агрегата, вторая для затворной группы. Спусковой механизм представлял собой отдельный модуль с узлом шептала, фиксировавшим агрегат при стрельбе одиночными и длинными очередями и освобождавшим его при стрельбе фиксированными двойками. Основной переводчик-предохранитель, расположенный на левой стороне ствольной коробки, имел три стандартных положения — «ПР» (предохранитель), «АВ» (автоматический огонь) и «ОД» (одиночный). Режим стрельбы фиксированной очередью из двух выстрелов активировался отдельным поперечным флажком, смонтированным позади спусковой скобы. Прицельные приспособления включали секторный прицел с открытым целиком (прорезь) и мушку на высокой стойке. На прототипах АС и АСМ применялся диоптрический целик, однако в серийном образце от него отказались в пользу более привычной для войск схемы.

При стрельбе фиксированной очередью из двух выстрелов энергия отдачи воздействовала на стреляющий агрегат после его отката внутри кожуха. Два выстрела производились с темпом около 1800 выстр./мин. Подвижный стреляющий агрегат при этом плавно откатывался назад, сжимая возвратные пружины, и импульс отдачи передавался на плечо стрелка только после того, как обе пули покидали канал ствола и агрегат достигал крайней задней точки. Это позволяло практически исключить сбивание прицела во время первых двух выстрелов. При длинных очередях после первых двух выстрелов темп снижался до 600 выстр./мин, и кучность становилась сравнимой с АК-74. Подача патронов из неподвижного магазина в подвижный агрегат осуществлялась по двухступенчатой схеме с промежуточным захватом.

Газоотводный узел располагался справа от ствола (не над ним), что уменьшало высоту оружия и улучшало балансировку. Газовая трубка с поршнем соединялась с затворной рамой металлическим толкателем. Дульное устройство выполняло функции компенсатора и пламегасителя. При стрельбе одиночными выстрелами рассеивание на дистанции 100 м не превышало 4-5 см по радиусу, что значительно превосходит показатели штатного АК-74. Для облегчения конструкции магазин, крышка ствольной коробки и пистолетная рукоятка изготавливались из высокопрочного полимера. Ствол хромировался по всей длине для повышения живучести и коррозионной стойкости^[9].

Тактико-технические характеристики АН-94 представлены в таблице^[11][8].

Результаты сравнения АН-94 с зарубежными образцами представлены в таблице^{[12][11][8][3][13]}.

Серийно выпускался базовый вариант АН-94 «Абакан». В ходе ОКР «Абакан» ему предшествовали разработанные Г. Н. Никоновым опытные автоматы АС и АСМ^[6].

Известны отдельные экспериментальные разработки на его базе. В конце 1990-х годов рассматривался укороченный вариант АН-94К со стволом 350 мм, телескопическим прикладом и изменённым компенсатором — проект остался на уровне опытных образцов. В начале 2000-х годов предпринимались попытки адаптировать автомат под высокоимпульсный патрон 6×49 мм, однако программа была свёрнута в пользу АК-12.

Разрабатывалась версия с планкой Пикатинни на крышке ствольной коробки, но серийно не выпускалась из-за сложностей крепления к подвижному агрегату.

Также разрабатывались проекты спортивного самозарядного карабина на базе АН-94, но они не были реализованы^[14].

Автомат АН-94 получил неоднозначные оценки специалистов и военных. К преимуществам относилась высокая точность и кучность стрельбы фиксированными очередями, которая в 2–2,5 раза превосходила показатели АК-74, особенно при ведении огня из неустойчивых положений. Конструкторам удалось создать оружие, где отдача практически не влияла на точность первых двух выстрелов^[15].

В ходе полигонных испытаний была доказана способность АН-94 на дистанции 100 метров укладывать две пули практически в одну точку при стрельбе с колена без упора. Это делало автомат эффективным для поражения появляющихся целей, какими являются, например, противники, выглядывающие из оконных проёмов или из-за укрытий. Военные эксперты отмечали, что для ведения боя в городских условиях, где время на прицеливание минимально, этот режим давал преимущество. Кроме того, автомат показал высокую надёжность при экстремальных испытаниях: он выдерживал попадание песка, пыли и воды, хотя его сложный механизм требовал более тщательной смазки, чем АК.

Критике подвергалась чрезмерная сложность и непривычность конструкции для армейских стрелков. Наличие большого числа деталей, включая тросик, ролики и буферные механизмы, делало неполную разборку и обслуживание более трудоёмким по сравнению с АК. Высказывались замечания о неудобстве чистки дульного компенсатора.

Надёжность запирающего механизма и газоотвода АН-94 оценивалась как высокая и соответствующая армейским требованиям. Однако основными препятствиями для массового распространения стали высокая стоимость производства (в 2–3 раза выше, чем у АК-74), трудоёмкость обслуживания в полевых условиях и отсутствие возможности быстрой замены критичных узлов — например, тросика спуска, который со временем растягивался, а его замена требовала специального инструмента и почти полной разборки оружия. Производственная технология АН-94 требовала прецизионной обработки деталей подвижной группы, что делало его значительно дороже АК-74. В условиях сокращения военного бюджета 1990-х годов закупка большого количества таких автоматов считалась нецелесообразной. Кроме того, солдаты, привыкшие к интуитивно понятной сборке-разборке АК, часто путали порядок извлечения деталей АН-94, что приводило к поломкам при неправильной сборке^[12].

В войска АН-94 поступал ограниченными партиями. Оружие использовалось в ходе боевых действий на Северном Кавказе, в частности, подразделениями специального назначения^[12]. Однако, по свидетельствам очевидцев, бойцы часто отдавали предпочтение более привычному и проверенному автомату Калашникова.

Практика эксплуатации выявила ряд особенностей, которые не проявлялись на полигоне. В условиях высокогорья и при резких перепадах температур газоотводная система АН-94 требовала регулировки, которая не была предусмотрена в полевых условиях. Механики войсковых ремонтных мастерских отмечали, что замена сломанного тросика, соединяющего спусковой механизм с шепталом подвижного агрегата, занимала в разы больше времени, чем замена любой детали в АК. Тем не менее, в подразделениях специального назначения, где оружие обслуживалось наиболее подготовленным личным составом, АН-94 ценился за свою точность. В морской пехоте и воздушно-десантных войсках АН-94 практически не применялся, так как его сложная механика требовала регулярного квалифицированного обслуживания, что затруднительно в условиях десантирования и повышенной влажности^[5].

Единственным официальным эксплуатантом АН-94 являлась Российская Федерация. Автомат состоял на вооружении отдельных подразделений Вооружённых Сил РФ, а также некоторых спецподразделений МВД («Витязь», ДОН, Ижевский СОБР)^[14], Федеральной службы исполнения наказаний^[16].

Сложность обслуживания делала экспорт экономически невыгодным. Для организации экспортных поставок требовалась командировка инженеров-инструкторов для обучения иностранного персонала. В 1998 году на выставке в Абу-Даби автомат вызвал интерес у делегаций Южной Кореи и Индии, однако контракты подписаны не были. АН-94 остался исключительно российским оружием, не вышедшим на международный рынок.

АН-94 стал серийным развитием конструкции со смещённым импульсом отдачи, разработанной Г. Н. Никоновым в рамках ОКР «Абакан». Несмотря на принятие на вооружение, автомат выпускался ограниченными партиями и не заменил АК-74 в качестве основного автомата российских вооружённых сил^[12].

В исторической перспективе АН-94 стал мостом между классическими автоматами Калашникова и современными высокоточными стрелковыми комплексами. Некоторые его конструктивные решения — разделение подвижного агрегата и применение полимерных кожухов — впоследствии использовались в опытных образцах АК-107 со сбалансированной автоматикой и в экспериментальных снайперских винтовках. В оружейной литературе АН-94 часто сравнивали с немецким G11 компании Heckler & Koch, разработанным под безгильзовый патрон. Однако в отличие от G11, АН-94 применял стандартные боеприпасы и был доведён до серийного производства. На рубеже 1990—2000-х годов автомат вызывал профессиональный интерес у зарубежных оружейников, однако его схема не получила распространения за пределами России из-за технологической сложности, патентной защиты и отсутствия экспортного спроса.

Сохранившиеся образцы АН-94 находятся в ведомственных музеях России. Автоматы экспонировались в музее имени М. Т. Калашникова в Ижевске, в музее концерна «Калашников», в Центральном музее Вооружённых Сил в Москве и в Тульском государственном музее оружия. Несколько экземпляров хранились в закрытых коллекциях ЦНИИТОЧМАШ в Климовске для отработки испытательных методик. Наиболее полная коллекция, включавшая прототипы АС, АСМ, конкурсные образцы Стечкина и Коробова, а также макетные варианты, находилась в Музее истории Ижевского машиностроительного завода. Отдельные экземпляры использовались в качестве наглядных пособий в военных училищах (например, в Новосибирском ВВКУ). По состоянию на 2020-е годы, общее количество сохранившихся экземпляров не превышало нескольких сотен, и все они находились на территории Российской Федерации^[12].