АО-22М

К началу 1960-х годов система вооружения Советской армии в классе пулемётного вооружения представляла собой сложный конгломерат разнородных образцов. На вооружении состояли станковый пулемёт Горюнова (СГ-43), под патрон 7,62×54 мм R и ручной пулемёт Дегтярёва (РП-46), также под патрон 7,62×54 мм R, созданный на основе РПД, но с ленточным питанием. Промежуточное положение занимал ручной пулемёт Дегтярёва РПД, использовавший патрон 7,62×39 мм, что ещё больше увеличивало разнокалиберность. Эти системы, каждая из которых была хорошими образцами своего класса, имели принципиально различные конструкции, системы боепитания и логистику, что существенно усложняло подготовку личного состава, снабжение и боевое применение. Существовала высокая потребность в унификации — создании «единого пулемёта», способного выполнять функции как ручного (с сошек), так и станкового, а также устанавливаться на бронетехнику^[2].

Идея единого пулемёта не была изобретением конструкторов-ружейников СССР, опыт Второй мировой войны, в ходе которого германский вермахт продемонстрировал высокую эффективность применения единых пулемётов MG-34 и MG-42. Эти образцы, возможно было использовать как с лёгких сошек, так и с тяжёлого станка для ведения заградительного огня, а также для вооружения бронетехники, показали неоспоримые преимущества унификации. Анализируя опыт применения данных пулемётов, военное руководство СССР в 1946 году утвердило тактико-технические требования к такому оружию для Советской армии. Однако практическая реализация затянулась на полтора десятилетия — создание единого пулемёта оказалось одной из самых сложных задач в советском послевоенном оружейном проектировании.

Техническая сложность задачи объяснялась необходимостью совместить взаимно противоречивые требования. Единый пулемёт должен был быть одновременно достаточно лёгким для переноски одним бойцом и смены позиции в бою, но при этом достаточно массивным, чтобы выдерживать интенсивный длительный огонь со станка. Проблема усугублялась тем, что в качестве базового боеприпаса сохранялся штатный винтовочный патрон 7,62×54 мм R с выступающей закраиной (фланцем), который создавал дополнительные сложности при проектировании механизмов подачи из ленты. Фланцевый патрон исторически был менее удобен для ленточного питания, чем патроны с бесфланцевой гильзой, что заставляло конструкторов искать оригинальные инженерные решения^[3].

К концу 1950-х годов в СССР сложились коллективы конструкторов-оружейников способных выполнять разработку стрелкового оружия соответствующему мировому уровню. В рамках объявленного конкурса на создание нового образца оружия, в 1958 году на полигонные испытания был представлен экспериментальный образец единого пулемёта, разработанный конструкторами-оружейниками Г. И. Никитиным и Ю. М. Соколовым (заводское обозначение ТКБ-521, другое обозначение — единый пулемёт Никитина). Эта система была создана с чистого листа, отличалась оригинальными техническими решениями и прошла значительный путь доводки, включая изготовление малой серии (около 1000 экземпляров) и даже предварительные войсковые испытания в 1958—1959 годах. К концу 1959 года пулемёт Никитина прошёл несколько этапов полигонных испытаний, в то время как его основные конкуренты только включались в гонку.

Одновременно с Г. И. Никитиным в конкурсе участвовали и другие конструктора-оружейники, и целые коллективы. В 1956 году был представлен пулемёт ТКБ-464 конструкции В. И. Силина и В. Ф. Перерушева, основанный на отработанной схеме станкового пулемёта Горюнова СГМ, однако он не прошёл испытания из-за поперечной деформации гильз при экстракции. Разрабатывался также пулемёт Гаранина, который в 1958—1959 годах также проходил испытания. Велись работы над чехословацким пулемётом образца 1959 года, который рассматривался как потенциальный претендент, но при сравнительных испытаниях он не показал выдающихся качеств и сам требовал доработки.

М. Т. Калашников включился в конкурсную работу к тому моменту, когда пулемёт Никитина уже проходил войсковые испытания. Однако М. Т. Калашников имел за плечами огромный опыт создания всемирно известной системы автомата АК, а также уникальный «инструмент» — собственное КБ и производственную базу Ижевского машиностроительного завода. Кроме того, он уже имел опыт разработки пулемётных систем — в 1959 году были изготовлены два пулемёта Е-2 (индекс ЕПК — единый пулемёт Калашникова) с деталями из титановых сплавов (стволы, ствольные коробки, газовые камеры), что стало новаторским решением для своего времени.

Ключевой особенностью конкурентной борьбы стала жёсткая борьба за ресурсы и влияние между различными ведомствами и конструкторскими школами. Г. И. Никитин представлял школу ЦНИИТОЧМАШ (Климовск), М. Т. Калашников — ижевскую школу, поддерживаемую заводским конструкторским бюро. Руководство ЦНИИТОЧМАШ, стремясь не уступать инициативу конструкторскому бюро М. Т. Калашникова, инициировало создание альтернативного образца под руководством молодого, но уже проявившего себя конструктора В. П. Грязева. В. П. Грязев и его соавторы (В. А. Любимов, Г. П. Петропавлов, Н. Л. Дружинин) должны были представить предельно лёгкий, технологичный, но при этом надёжный единый пулемёт, который мог бы если не победить в конкурсе, то хотя бы составить серьёзную конкуренцию системам Г. И. Никитина и М. Т. Калашникова. При этом В. П. Грязев, в отличие от конкурентов, имел возможность использовать новейшие конструкторские наработки в области авиационного оружия, что и предопределило смелые и нетривиальные инженерные решения, заложенные в пулемёты семейства АО^[4].

АО-22М отличался рядом технических решений, направленных на облегчение конструкции и повышение надёжности работы механизмов^[2].

Тактико-технические характеристики пулемёта АО-22М представлены в таблице^[2].

Результаты сравнения пулемёта АО-22М с известными зарубежными образцами представлены в таблице^[3][4].

АО-22М был значительно легче зарубежных аналогов и даже легче принятого позже на вооружение ПКМ. Однако преимущество в весе достигалось за счёт риска быстрого перегрева и спорной надёжности механизма подачи ленты с открытыми звеньями.

Известна только одна модификация — базовый образец АО-22, разработанный в 1960 году, послуживший основой для создания АО-22М^[5]:

• АО-22 (1960 г.) — первоначальная версия, разработанная В. П. Грязевым, Любимовым и А. И. Касторновым. Отличалась кольцевым газовым поршнем и более высоким темпом стрельбы.
• АО-22М (1962 г.) — модернизированная версия с уменьшенным темпом стрельбы и доработанным узлом экстракции. Именно этот образец участвовал в конкурсе 1963—1968 годов.

Отличия АО-22М от предшественника касались в основном темпа стрельбы и доработки узла экстракции. Серийных модификаций не существовало.

Достоинства^[6]:

• Малая масса — для единого пулемёта под винтовочный патрон — 6,18 кг, что до сих пор является одним из лучших показателей в классе.
• Оригинальная схема запирания (на боевые упоры ствола), позволяющая снизить вес ствольной коробки и использовать лёгкие сплавы.
• Низкая нагрузка на коробку при выстреле за счёт запирания на ствол, что потенциально повышало ресурс коробки.
• Предельная простота конструкции — всего 98 деталей, что обещало низкую себестоимость и простоту обслуживания.

Недостатки (причины закрытия проекта):

• Быстрый перегрев ствола — лёгкая конструкция и высокая скорострельность приводили к тому, что ствол нагревался до критических температур. Это вызывало критическое расширение патронника, самовоспламенение порохового заряда до досылания патрона — явление, абсолютно недопустимое в боевых условиях. Проблема усугублялась схемой запирания на боевые упоры ствола: при интенсивном нагреве изменялся зазор между затвором и казённой частью ствола, что и приводило к преждевременным выстрелам.
• Ненадёжность ленты — лента с открытыми звеньями, упрощавшая механизм подачи, оказалась «капризной» при длительной эксплуатации — деформировалась, забивалась пылью и грязью.
• Ввиду указанных причин пулемёт не выдержал полигонных испытаний по ресурсу и безотказности. Пулемёт был снят с испытаний уже на первом этапе конкурса 1963-68 годов, на вооружение принят не был.

АО-22М является ярким примером «конструктивного радикализма» 1960-х годов. Несмотря на неудачу, его разработка была полезна для советской оружейной школы: она наглядно продемонстрировала предел облегчения единого пулемёта под мощный винтовочный патрон^[4].

Опыт, полученный при создании этого пулемёта (особенно в части газоотводных систем и запирания), а также его конкурента ТКБ-015, позже был использован при доводке штатного ПКМ и при создании более поздних опытных систем (например, пулемётов для боевых модулей и авиационного вооружения, где работал Грязев). Пулемёт остаётся интересным объектом для изучения истории советского стрелкового оружия как пример поиска альтернативных путей развития конструкции единого пулемёта. Не эксплуатировался. Страна-разработчик — СССР. Публичная демонстрация пулемёта состоялась на Международном военно-техническом форуме «Армия-2019» в Кубинке, где ЦНИИТОЧМАШ показало опытный единый пулемёт АО-22М в качестве исторического экспоната^[7]. Пулемёт находится в коллекции музея ЦНИИТОЧМАШ (г. Климовск)^[8].