Западная мода 1945–1960 годов

К 1947 году парижские дома моды вновь открылись, и Париж восстановил свой статус законодателя высокой моды. «Упорядоченная, ритмичная эволюция моды»^[1] была нарушена войной, и появилась потребность в новом направлении. Прежний силуэт с подплечниками, квадратный, с короткой юбкой (который существовал ещё до войны и ассоциировался с униформой), ушёл в прошлое^[2]. Череда стилевых тенденций, заданных Кристианом Диором и Кристобалем Баленсиагой, определяла меняющийся силуэт женской одежды на протяжении 1950-х годов. К модным журналам и кино в деле распространения новых стилей одежды присоединилось телевидение[3]^[4]. Новый силуэт характеризовался узкими плечами, затянутой талией, акцентом на бюсте и удлинёнными юбками, часто с расширенным подолом^[2].

В начале 1950-х годов дизайнеры из деколонизированных стран «Третьего мира» стремились создать стиль, отличный от европейской моды. Профессионалы в Азии и на Ближнем Востоке могли сочетать костюмы западного стиля с национальными головными уборами, такими как каракулевая шапка, феска или куфия. В Индии традиционные шервани были адаптированы в классический костюм с воротником «Неру»^[5]. Женщины на рабочем месте часто носили сари. В то же время в Китае была разработана унисекс-модель — френч Мао в зелёном, синем и сером цветах, призванная продвигать социалистические ценности равенства. Благодаря минималистичному и современному дизайну оба типа костюма впоследствии были заимствованы представителями субкультуры модов и трендсеттерами «Британского вторжения» в 1960-х и 1970-х годах, в частности, группами The Beatles и The Monkees^[6][7].

Одним из последствий экономического подъёма после Второй мировой войны стал доступ к синтетическим тканям и технологиям лёгкого ухода. Популярность приобрела одежда из нейлона, орлона и дакрона, которая не мялась и не требовала глажки после стирки, а также сохраняла складки, сделанные с помощью специальной тепловой обработки^[8]. В 1950-х годах были внедрены акрил, полиэстер, триацетат и спандекс[9]. Ещё в 1940-е годы невероятно востребованным товаром стали нейлоновые чулки как альтернатива шёлковым и шерстяным. В течение Второй мировой войны компания Du Pont производила нейлон исключительно для военных нужд, а по её окончании, в 1945 году, спрос на нейлоновые чулки оказался настолько велик, что при их продаже вспыхивали так называемые «нейлоновые бунты»^[10].

Социальные изменения сопровождали новые экономические реалии. В результате многие молодые люди, которые до войны стали бы зарабатывать уже в подростковом возрасте, теперь оставались дома и зависели от родителей вплоть до окончания школы и дольше, что закрепило представление о подростковом возрасте как об отдельной стадии развития[9]. Подростки и студенты колледжей сделали юбки и свитера своей своеобразной униформой. Американская индустрия моды уже в 1940-е годы начала рассматривать подростков как особую целевую аудиторию[11].

В Великобритании тедди-бои создали «первый по-настоящему независимый молодёжный стиль»[9], отдавая предпочтение утрированной версии британской моды с эдвардианскими мотивами: они носили тонкие галстуки и узкие обтягивающие брюки, укороченные настолько, чтобы демонстрировать яркие носки[9]. В Северной Америке схожее социальное положение занимали гризеры. Если ранее подростки одевались подобно своим родителям, то теперь формировался бунтарский и самобытный молодёжный стиль.

Молодые люди, возвращавшиеся по закону G.I. Bill к учёбе в колледжах, предпочитали простую и функциональную одежду и продолжали носить джинсы с рубашками и пуловерами в качестве повседневного костюма и после окончания учёбы^[12]. В 1948 году Джек Керуак ввёл термин «бит-поколение», обобщив черты людей своего круга общения для характеристики нонконформистской молодёжной среды, собиравшейся в Нью-Йорке. В 1958 году Херб Каэн из San Francisco Chronicle популяризировал термин «битник», а стереотипный «битнический» образ — солнечные очки, береты, чёрные водолазки и простая тёмная одежда — предложил ещё одну альтернативу для молодёжи обоих полов, чему способствовали маркетологи с Мэдисон-авеню.

12 февраля 1947 года 42-летний Кристиан Диор представил свою первую коллекцию в особняке на авеню Монтень, украшенном цветами. Главный редактор Harper’s Bazaar Кармель Сноу, верившая в талант кутюрье, который она заметила в 1937 году^[13], по окончании показа воскликнула:

Корреспондент Reuters подхватил этот слоган, и новость достигла Соединенных Штатов ещё до того, как о ней узнала остальная Франция, где в то время проходила месячная забастовка прессы.

Своим революционным «New Look» Кристиан Диор вписал новую главу в историю моды. Как вспоминала его подруга Сюзанна Люлинг, для создания идеального силуэта Диор вручную придавал манекену нужную форму ударами молотка. Сам кутюрье так формулировал свою цель^[14]:

В ходе показа публике были представлены 90 различных моделей. Все они относились к двум основным линиям коллекции: «En Huit» и «Corolle». По словам редактора американского Vogue Беттины Баллард, мир стал свидетелем «революции в моде одновременно с революцией в способе её показа».

«Мягкость» «New Look» была обманчива: изогнутые баски жакетов, закругленные линии плеч и пышные юбки платьев Диора достигались за счет сложной внутренней конструкции и новых материалов, формировавших идеальный силуэт^[15][16]. Он сменил прежний, более маскулинный, жесткий и треугольный силуэт, на подчеркнуто женственный^[17].

В послевоенный период в женской моде ценились элегантные и утончённые формы. Популярными аксессуарами были перчатки и жемчуг. Костюмы состояли из приталенных жакетов с баской и длинных узких юбок-карандаш. Повседневные платья отличались приталенным лифом и пышной юбкой, с круглой или V-образной горловиной, а также воротничками «Питер Пэн». Платья-рубашки и сарафаны на бретелях пользовались большой популярностью. Юбки могли быть как узкими, так и очень широкими, державшимися на многослойных нижних юбках; юбка-пудель стала кратковременным увлечением. Вечерние платья имели длину до щиколотки.

Коктейльные платья, которые считались «формальнее дневных, но не такими строгими, как вечерние»^[18], надевали для мероприятий, которые проходили рано вечером. Кроме того, в моде были короткие болеро, часто выполненные в комплекте с платьем с открытым верхом^[19]. В то же время в Израиле, в условиях экономии и необходимости быть готовыми к войне, многие женщины отдавали предпочтение простой практичной одежде: сандалиям, хлопковым рубашкам и платьям в стиле милитари цвета хаки^[20].

Популярность силуэта «песочные часы» обеспечила устойчивый рынок для нижнего белья и корсетных изделий. Хотя нижнее белье обычно скрыто под одеждой, оно является особенно явным примером противоречивой эстетики 1950-х, поскольку желаемый силуэт создавался именно с помощью специальных утягивающих элементов одежды.

Для поддержания формы стали необходимы различные корсеты и подушечки-усилители на бёдра из конского волоса. В период с 1948 по 1958 год продажи корсетов выросли в два раза^[21]. Коллекция Диора вернула в женский гардероб нижнее белье с косточками, предназначенное для создания ультра-женственного силуэта. Компания Symington Corset Company стала одним из известных производителей и официальным поставщиком корсетов и поясов для Dior^[22].

Популярным материалом, из которого производили нижнее бельё, стала новая ткань «Бри-Нейлон», представленная British Nylon Spinners. Её не нужно было гладить, и она быстро сохла.

В 1950-х годах популярность приобрела новая форма бюстгальтера — «соборный бюстгальтер» (англ. cathedral bra). Он получил своё название из-за заострённой, похожей на арку формы, которую косточки придавали груди, визуально разделяя и подчёркивая её в виде конуса или «пули». Этот дизайн был популяризирован такими актрисами, как Пэтти Пейдж, Мэрилин Монро и Ланой Тёрнер. Этот бюстгальтер был разработан для того, чтобы его надевали под коктейльные и вечерние платья. Однако он «сползал вниз, и его нужно было поправлять в течение вечера»^[23].

В то же время вернулся на рынок и набрал популярность другой дизайн — бюстгальтер с косточками. Он был представлен в 1930-х годах, но в 1940-е годы исчез с прилавков из-за ограничений на поставки стали во время войны. В 1950-е годы его вернули в продажу, так как он помогал приподнимать грудь, создавая модный силуэт с высоким бюстом. Такие бюстгальтеры, изготовленные из нейлона, эластичной нейлоновой сетки и металлических косточек, формировали высокую и упругую линию груди. Эта модель остается доминирующей на рынке нижнего белья и в XXI веке.

С середины 1950-х годов в противовес силуэту «New Look» с затянутой талией и пышной юбкой возник новый, неприталенный стиль в одежде. Журнал Vogue назвал вязаное платье «платьем-футболкой». Вслед за этим парижские кутюрье начали возводить этот популярный фасон в ранг высокой моды^[24].

Кристобаль Баленсиага представил в Париже неприталенные жакеты уже в 1951 году, а с 1954 года — и платья аналогичного кроя. В 1958 году Ив Сен-Лоран дебютировал со своей линией «Трапеция», придав платью-футболке новую форму. Его модели отличались завышенной талией и покатыми плечами, но главной особенностью был расширяющийся от линии плеч силуэт, создававший прямую, лишённую акцента на талии линию от груди до колен^[24]. Эти новаторские стили поначалу медленно завоёвывали признание широкой публики^[25][26].

В 1954 году в индустрию моды вернулась Коко Шанель. Важнейшим трендом конца 1950-х стал костюм от Шанель, состоявший из жакета, похожего на кардиган, отделанного тесьмой, и прямой юбки-трапеции. К 1957 году большинство жакетов стали слегка приталенными и удлинёнными, чуть ниже талии, а юбки — короче и уже.

Одежда от Баленсиаги характеризовалась минимальным количеством швов и лаконичными вырезами. Под его влиянием популярность приобрели платья-чехлы без швов на талии. Бесшовное платье-футляр без рукавов называли «скиммером» (англ. skimmer)^[25][27].

Нью-Йорк, ставший центром американской моды в годы войны, сохранил этот статус и в послевоенное время, особенно в сфере спортивной одежды^[28]. Женщины, привыкшие на военной службе носить брюки, не спешили отказываться от этих практичных предметов гардероба, идеально соответствовавших неформальному послевоенному образу жизни. К 1955 году среди американок стали популярны облегающие джинсы^[29]. Повседневная спортивная одежда занимала всё больше места в гардеробах женщин, чему способствовала популяризация белых футболок Бриджит Бардо и Сандрой Мило в период с 1957 по 1963 год^[30]. Повседневные юбки могли быть как узкими, так и очень пышными. В 1950-е годы брюки стали очень узкими и доходили до щиколотки. Носили также модели, укороченные до середины икры или до колена. В начале десятилетия шорты были очень короткими, а примерно к 1954 году в моду вошли бермуды до середины бедра, сохранявшие популярность до конца 1950-х годов. С брюками и шортами носили свободные топы с принтом или вязаные. Для занятий спортом женщины также использовали бикини[31].

Купальники, включая популярные в Израиле и Америке модели марки Gottex, были слитными или раздельными; некоторые имели свободный низ в виде шорт с короткой юбкой^[32]. Бикини с завышенной талией появились в Европе и на Южно-Тихоокеанских островах^[33], но в континентальной Америке не получили широкого распространения до конца 1950-х годов[31]^[34].

С появлением «New Look» в моде были короткие завитые волосы, а шляпа считалась обязательным аксессуаром для всех, кроме самых неформальных поводов[35]. С самыми ранними костюмами в стиле «New Look» демонстрировались широкополые шляпы, однако вскоре стали доминировать модели меньшего размера. В начале 1950-х годов в моде были очень короткие стрижки. К середине десятилетия шляпы стали носить реже, особенно с распространением более объемных причесок, таких как бабетта[25]^[36]. Представительницы «бит»-культуры носили длинные прямые волосы, а подростки — хвост.

В 1950-е годы Люсиль Болл стала первой женщиной, показавшей свою беременность на телевидении^[4][37]. Телешоу «Я люблю Люси» привлекло широкое внимание к моде для будущих мам. Большинство моделей представляли собой комплекты из свободного верха и узкой юбки. Для обеспечения комфорта использовались эластичные вставки, учитывавшие изменения фигуры. Демографический взрыв 1940-х и 1950-х годов также способствовал росту интереса к одежде для беременных. Юбер де Живанши и Норман Хартнелл создали собственные линии подобной одежды. Несмотря на возросшее внимание, в рекламных кампаниях 1950-х годов модели для беременных по-прежнему часто демонстрировались на небеременных манекенщицах^[38].

29 сентября 1959 года были запатентованы специальные трусы для беременных, расширявшиеся в области живота.

После войны мужские костюмы отличались широкими плечами и часто были двубортными. По мере отмены военных ограничений на ткани брюки стали более свободными и обычно имели отвороты. В Америке журнал Esquire продвигал «Смелый образ» — костюмы с широкими плечами и лацканами, которые дополнялись яркими, тщательно подобранными аксессуарами^[39][40].

В Великобритании до 1949 года одежду распределяли по карточкам. Демобилизованные солдаты получали от правительства костюм, обычно в синюю или серую полоску. Сэвиль-Роу, традиционный центр индивидуального пошива, серьёзно пострадавший во время бомбежек, восстанавливался медленно^[39].

В 1950 году Сэвиль-Роу представил «Новый эдвардианский стиль»: пиджак с легким клёшем, естественная линия плеч и в целом более узкий крой. Его носили с котелком с загнутыми полями и длинным пальто с бархатным воротником и манжетами^[40][41]. Именно этот стиль выбрали тедди-бои, которые добавили к нему яркие носки и тонкий галстук-шнурок, создав «ошеломляющую комбинацию эдвардианского денди и американского гангстера»^[41].

В ответ на это портные Сэвиль-Роу отказались от явных эдвардианских деталей. Повсеместную популярность завоевали однобортные костюмы-двойки с более узкими линиями и меньшим объёмом в плечах. Тёмно-угольный серый стал стандартным цветом, и так родилась эра серого фланелевого костюма.

К концу 1950-х годов из итальянских домов моды пришел новый «континентальный» стиль: костюмы с более резкими плечами, короткими приталенными пиджаками и узкими лацканами^[40][42].

Спортивные пиджаки в целом повторяли крой классических. В начале 1950-х годов были модными клетчатые ткани тартан, а позднее стали популярны ткани в клетку и в полоску любого типа, как и кордовые пиджаки с кожаными пуговицами и короткие полупальто. Куртки «49er», изначально созданные для охотников, шахтеров и лесорубов, стали популярной верхней одеждой для холодной погоды в Америке и Канаде, а впоследствии были приняты подростковой субкультурой серферов^[43].

На западном побережье многие мужчины, включая Говарда Хьюза и Рикки из шоу «Я люблю Люси», отдавали предпочтение двуцветным габардиновым костюмам с поясом и деталями, вдохновленными стилем Дикого Запада^[44]. Часто их шили из ткани чёрного, белого, кремового, бежевого, бордового, голубого, мятного, небесно-голубого, шоколадно-коричневого, пыльно-розового цветов или серого твида^[45].

Брюки цвета хаки, называемые «чиносы», носили в неформальной обстановке. В середине десятилетия появились бермуды, часто из ткани в мадрасскую клетку, которые носили с гольфами. В эту эпоху также стали широко популярны гавайские рубашки, носившиеся навыпуск поверх подтяжек. Этот летний тренд, представленный гавайскими или «кариокскими» рубашками, стал особенно популярен в Америке; даже президент Трумэн был запечатлён в такой рубашке с морским принтом^[46].

На протяжении всего периода были популярны вязаные рубашки и свитера различных моделей^[40]. Некоторые молодые люди носили узкие брюки или джинсы, кожаные куртки и белые футболки.

В мужской моде 1950-х годов доминировал эффект «мокрых волос», который достигался с помощью средств для укладки. Молодые мужчины часто отращивали волосы и с использованием помады или других стайлинговых средств укладывали их в помпадуры — объемные прически с приподнятой фронтальной частью.

Одним из характерных аксессуаров эпохи были очки в роговой оправе, которые оставались чрезвычайно популярными среди мужчин на протяжении всех 1950-х и в начале 1960-х годов^[47].

• В годы войны и после неё бунтующие подростки, представители субкультур и уличных группировок носили преувеличенно свободные зут-костюмы^[48]. Длинные двубортные пиджаки сочетались с завышенной талией и очень широкими брюками. Ансамбль дополняли цепью для карманных часов, двухцветными туфлями, федорой и ярким шелковым галстуком-селёдкой.
  

  Кэб Кэллоуэй в зут-костюме, 1946 г.

• С конца 1940-х до середины 1960-х годов подростки (в США, Японии, Швеции, Австралии) формировали образ, основанный на одежде механиков и лётчиков: кожаная, джинсовая или рабочая куртка, футболка, рубашка с закатанными рукавами, джинсы Levi’s и тяжёлые ботинки^[49][50]. Девушки чаще носили юбки-«пуделя», кардиганы и туфли-лодочки с короткими носками.

• В начале 1950-х годов в Великобритании возникла субкультура тедди-боев, перенявшая элементы эдвардианского стиля. Костюм включал драпированный пиджак, узкие брюки, жилетку, галстук-боло и остроносые туфли. Девушки-«джуды» носили пышные юбки, бриджи, эспадрильи и конические шляпы^[51].
  

  Костюм Марлона Брандо из фильма «Дикарь», 1953 г.

• В среде состоятельной молодёжи восточного побережья США был популярен строгий стиль «Лиги плюща». Его отличали короткие стрижки, оксфордские рубашки, кардиганы, брюки-чиносы, твидовые пиджаки и поло-реглан^{[52][53][54][55]}. Этот образ пережил возрождение в 1980-е годы как «преппи»^[56].

• В середине 1950-х годов в Нью-Йорке сформировалась субкультура битников. Их униформой стали чёрные водолазки, солнечные очки, береты, полосатые футболки и роговые очки; мужчины часто носили бороду. В СССР аналогичную субкультуру составляли стиляги, носившие яркую одежду в американском стиле и обувь на толстой подошве^[57][58].
  

  Актёры фильма «Стиляги» в костюмах советских стиляг 1950-х гг.

• Демографический взрыв привёл к резкому росту спроса на детскую одежду. Её качество значительно улучшилось, а в дизайне начали заимствовать элементы подростковой моды; многие мальчики, например, стали носить джинсы в начальной школе. Многие платья для девочек и девушек-подростков шили в фасонах, популярных среди взрослых женщин.
• Повседневная рабочая одежда американского Запада — джинсы, ковбойские рубашки в клетку и шляпы — стала популярной повседневной одеждой для мальчиков в 1950-е годы, во многом благодаря подражанию Джину Отри и Рою Роджерсу. В середине 1950-х годов после выхода на экраны диснеевского сериала «Дэви Крокетт» возник ажиотаж вокруг шапок из енотового меха и бахромчатых кожаных рубашек.
  

  Рой Роджерс.