Дедушка-индеец
Дéдушка-индéец (порт. Vovô Índio, англ. Grandfather Indian) — фольклорный рождественский персонаж, созданный в начале 1930-х годов в Бразилии в ходе националистической кампании, направленной на замену традиционного Санта-Клауса национальным аналогом[1]. Пропагандой образа занималась интегралистская пресса. Персонаж, описывавшийся как пожилой индеец в ярком головном уборе из перьев, даривший подарки детям, не получил широкого народного признания и к концу 1930-х годов практически исчез из публичного пространства, оставшись историко-культурным курьёзом[2].
Общие сведения
| Дедушка-индеец порт. Vovô Índio | |
|---|---|
| Первое появление | 1904 г. |
| Прообраз | Санта-Клаус |
| Информация | |
| Пол | мужской |
История
До XX века в Бразилии не знали о Санта-Клаусе. Он начал обретать популярность, когда 24 декабря 1904 года его раннее изображение в красно-белой одежде, появилось в выпуске бразильского журнала O Malho. В 1930-х персонаж прочно вошёл в культуру бразильцев. После Первой мировой войны в Бразилии возникло множество националистических культурных движений. В конце 1932 года, на волне усиления националистических настроений в бразильском обществе, была запущена кампания по популяризации национального рождественского персонажа. Её идейным вдохновителем и главным пропагандистом выступил писатель Кристовам ди Камарго. 28 ноября газета O Globo опубликовала манифест в защиту Дедушки-индейца[3].
11 декабря 1932 года газета Correio da Manhã объявила конкурс на лучшее изображение Дедушки-индейца. Кристовам де Камарго утверждал, что вера в Санта-Клауса с самого раннего возраста пробуждает «дух подчинения и подражания». Некоторые бразильские националисты, как и Криштовам, были недовольны навязыванием американских рождественских традиций[4]. В феврале 1933 года журнал O Malho опубликовал работу Эуклидеса да Фонсеки, которая победила в конкурсе изображений Дедушки-индейца от Correio da Manhã[5].
Согласно мнению историка Леандро Перейре Гонсалвеса, Дедушка-индеец был продуктом националистических интеллектуальных групп, преимущественно связанных с правыми политическими идеологиями. Жетулиу Варгасу, который занимал пост президента Бразилии в периоде с 1930 по 1945 год и с 1951 по 1954 год, нравился персонаж Дедушки-индейца. В 1931 году Варгас хотел представить Дедушку-индейца на рождественском мероприятии на стадионе в Рио-де-Жанейро, но публика не одобрила эту идею[3].
В 1939 году в Рио-де-Жанейро состоялась театральная постановка для детей, в которой показали встречу Санта-Клауса и Дедушки-индейца. В выпуске газеты O Globo от 24 декабря 1932 года писали о том, что человек в костюме Дедушки-индейца доставил подарки в школу в Рио-де-Жанейро. В 1935 году газета O Estado de S. Paulo сообщила, что человек в костюме Дедушки-индейца доставил подарки детям-сиротам. Эту акцию организовали Общественные силы Сан-Паулу — предшественник нынешней Военной полиции[3].
Традиции
Согласно легенде, сформулированной Кристовамом ди Камарго, Дедушка-индеец — это пожилой мужчина, живущий в гармонии с природой, чьим атрибутом является головной убор из разноцветных перьев. Камарго также разработал мифологическую биографию персонажа: будучи изгнанным с родных земель, он после смерти попал к вратам рая. Поскольку индеец не был крещён, Святой Пётр не мог его впустить, однако после совершённого над ним крещения Святым Иосифом и Девой Марией он был допущен на небеса. Соскучившись по земле, персонаж получил от Иисуса Христа миссию ежегодно посещать Бразилию и дарить подарки послушным детям[3].
Снижение популярности
С самого появления Дедушка-индеец был объектом критики и насмешек. В 1936 году газета Correio da Manhã начала публиковать статьи, в которых персонажа считали побеждённым. В 1937 году о нём написали только в одной статье, в 1938 году — всего в двух ироничных статьях. В 1952 году Рашель де Кейруш отнесла замену Санта-Клауса Дедушкой-индейцем к ксенофобским действиям. В 1954 году Жилберту Фрейре охарактеризовал феномен Дедушки-индейца как «вспышку грубого, наивного и нелепого нативизма, подобного действиям патриотов начала XX века, которые хотели заменить портвейн агуардьенте из сахарного тростника».
