Бальное платье (одежда)

До 1850-х годов аналогичные платья — с глубоким вырезом, узким лифом, пышной юбкой и зачастую открытыми руками — могли называть просто «вечерними»^[2]. Бальное платье 1850-х годов сохраняло эти характерные особенности: пышную юбку, поддерживаемую нижними юбками, тонкую талию, стянутую корсетом (для поддержания осанки), а также открытые плечи и руки^[3].

Изобретение швейной машины кардинально изменило индустрию моды. Теперь представители среднего класса могли самостоятельно шить платья, которые получались более качественными, чем когда это делалось вручную. Кроме того, пошив с помощью швейной машины занимал меньше времени. Хотя высшая аристократия по-прежнему заказывала свои наряды у модельеров, срок их изготовления значительно сократился^[3].

Ещё одним важным нововведением стали синтетические красители^[3], благодаря которым начали создавать ткани ярких и разнообразных цветов. Этот период, известный как эпоха Романтизма, совпал с викторианской эрой. Именно тогда в моду вошли кринолин, придававший юбкам объём, и пышные рукава, собранные у плеча^[3].

В этот период юбки приобрели выраженную колоколообразную форму, но с дополнительным объёмом сзади^[3].

Юбки утратили прежний объём спереди и стали более плоскими, плотно прилегая к телу, в то время как по бокам и сзади объём создавался за счёт складок и драпировок. Часто к задней части юбки прикреплялся длинный шлейф^[3].

В течение следующего десятилетия объём сзади ещё больше увеличился с появлением и широким распространением турнюра^[3].

Турнюр вышел из моды, поскольку необходимость в каркасе для поддержки объёма исчезла. Теперь ткань свободно драпировалась и ниспадала сзади, образуя длинный шлейф^[3].

В моду вошёл силуэт «песочные часы», главной чертой которого была узкая талия. Его достигали с помощью конической юбки, узкой у талии и расширяющейся книзу^[3].

В 1947 году Кристиан Диор представил свой «New Look». Затянутая талия и пышные широкие юбки вновь стали актуальными.

В середине XX века произошла важная трансформация: если ранее бальные платья предназначались для частных приёмов, то теперь они стали нарядом для публичных мероприятий. С течением времени традиционные светские рауты уступили место благотворительным балам и гала-преставлениям. В британском обществе этот переход стал особенно заметен после 1957 года, когда королева Елизавета II отменила официальные придворные мероприятия, и на первый план вышли публичные события, доступные для всех, кто мог приобрести билет^[4].

В XXI веке основными площадками для демонстрации бальных платьев стали гала-вечера и мероприятия с красными дорожками, привлекающие внимание общественности.

Эксклюзивные платья, созданные дизайнерами для своих коллекций, обычно адаптируют для конкретной заказчицы. При этом модельерам необходимо точно знать, на какое мероприятие предназначается наряд, чтобы избежать ситуации, когда две персоны появятся в одинаковых платьях^[4]. Однако если первоначальная владелица наденет это же платье на другое событие, вероятность повтора возрастает. В современную эпоху дизайнеры должны также осознавать, что их работы будут как критиковать, так хвалить — благодаря повсеместному распространению интернета и вниманию папарацци.

Расцвет бальной культуры в России пришёлся на XVIII—XIX века, когда зима, предшествующая Великому посту, становилась настоящим «бальным сезоном». Эта традиция, укоренившаяся благодаря Петру I и его ассамблеям, достигла пика к середине XIX века, особенно в Санкт-Петербурге. Бал был не просто развлечением, а важным социальным мероприятием, где решались судьбы, заключались сделки и демонстрировался статус. Особое значение при этом имел бальный костюм, строго регламентированный неписаными правилами этикета^[5].

Женское платье, сшитое чаще всего для одного конкретного бала, отличалось открытыми плечами и декольте, тугой талией, достигнутой за счёт корсета, и пышной юбкой. Русские аристократки часто заказывали бальные платья у ведущих европейских модельеров, таких как Чарльз Уорт в Париже. Особенно это касалось нарядов для самых важных мероприятий. Иногда платья создавались без примерок — только по высланным меркам. При этом в России существовали и собственные производства, чьи изделия не уступали европейским. Например, шали мануфактуры Мерлиной были настолько ценны, что, по легенде, посланец Наполеона предлагал за одну из них 20-25 тысяч рублей, но получил отказ^[6].

Что касается цветовой гаммы, если иное не оговаривалось в приглашении — как на знаменитом «Изумрудном бале» 1888 года, — тяготела к пастельным тонам: голубому, розовому, оттенку слоновой кости. Образ дополняли длинные перчатки в тон наряду (или белые), изящные украшения без излишней массивности и обязательный веер, служивший не просто аксессуаром, а тонким инструментом светского общения^[5].

Прообраз современных балов дебютанток (также известных как котильоны) сложился в середине XIX века в виде так называемых «выходов в свет». Эти мероприятия были необходимы для того, чтобы представить обществу молодых девушек брачного возраста. Традиционно дебютантки надевают платья исключительно белого цвета, хотя их фасоны могут варьироваться^[7]. Наибольшей популярностью пользуются модели без рукавов и с открытыми плечами, которые принято дополнять длинными белыми перчатками, букетом, а иногда и веером. На протяжении большей части XIX века неотъемлемой частью образа был также головной убор с фатой и длинный шлейф, который в более поздний период крепился к плечам.

В Соединённых Штатах Америки традиции бала дебютанток сильно различаются в зависимости от штата. Например, в Новом Орлеане дебютантки появляются в украшенных драгоценностями коронах, платьях с воротником «медичи» и удлинёнными шлейфами. В Техасе обычаи не менее разнообразны: в Ларедо девушки из среднего класса надевают расшитые бисером замшевые наряды, а в Сан-Антонио платья отличаются сложной цветовой гаммой и насыщенной бисерной вышивкой; из-за инкрустации бисером некоторые наряды становятся настолько тяжёлыми, что их вес может достигать 35 кг^[7]. Ещё одним важным событием инициации является кинсеаньера — праздник в странах Латинской Америки, который отмечают, когда девушке исполняется 15 лет. Её платье, как правило, выполняется в очень ярких тонах и часто напоминает классическое бальное платье с пышной юбкой, украшенной воланами или рюшами^[7].

В 1912 году Хелен Тафт совместно с основателями коллекции Кэсси Мейсон Майерс Джулиан-Джеймс и Роуз Гувернер Хуз, а также при участии Смитсоновского института, положила начало «Коллекции первых леди» (англ. First Ladies Collection). Согласно сложившейся традиции, супруга президента США передаёт в коллекцию платье, в котором она присутствовала на инаугурационном балу, однако это не является обязательным требованием. Таким образом, в коллекции имеются платья всех первых леди, хотя экспонатами служат не только инаугурационные наряды^[8][9].

Тафт положила начало этой традиции, подарив платье, в котором она была на инаугурации своего мужа, Уильяма Тафта. Изначально платья обычно добавлялись в коллекцию после того, как президент покидал свой пост. Однако в 1955 году общественный интерес к инаугурационному платью Мейми Эйзенхауэр был настолько велик, что Смитсоновский институт пересмотрел правила и выставил его сразу, не дожидаясь окончания срока полномочий её супруга^[8].