Чёрт

Этимология слова долгое время оставалась спорной^[5].

Фольклорист и историк А. Н. Афанасьев предполагал, что слово «чёрт» происходит от «чёрный» — названия цвета, обычно ассоциирующегося со злом^[6]. К тому же, имя созвучно похожему персонажу германо-скандинавской мифологии — Сурту, что значит «чёрный^[7], смуглый^[8]». Однако, «чёрный» было всего лишь эвфемизмом для чёрта^[9][10]. По Фасмеру, праславянское *čьrtъ — «проклятый», родственно лит. kyrėti «злиться»^[11], гипотеза происхождения от лат. curtus, «короткий, обрубленный», менее вероятна^[9].

Сербский лингвист Любинко Раденковича считает, что слово «чёрт» в русском языке является полонизмом чешского происхождения, попавшим в русский лексикон напрямую из польского или же через украинский язык в конце XVI — начале XVII века; в заимствованном из Польши литературном памятнике XVII века «Великое Зерцало» содержится повесть «яко не подобаетъ рабовъ звати: поиди, чертъ, или діаволъ»^[12].

По мнению лингвиста и филолога И. С. Якубовича, праславянское *čьrtъ является производным от глагола *čersti / čьrtǫ «чертить, бороздить». Данная деривация совместима с гипотезой о том, что *čьrtъ первоначально являлся божеством, отвечавшим за предначертание человеческой судьбы (ср. классическое армянское groł, досл. «писатель», употреблявшееся в данной функции). Из типологических соображений вероятно, что дальнейшая демонизация славянского «чертёжника» была связана с переосмыслением его функции как ангела смерти^[13].

Слово чёрт не встречается в письменных памятниках древнерусского языка^[11]. Впервые оно зафиксировано Р. Джеймсом в русско-английском словаре-дневнике 1618—1619 годов: «6:9:tchort — diavolo». Прозвище Чёрт более старинное: «Васко Чёрт» зафиксировано в 1495 году^[11].

У восточных славян часто выступает синонимом понятиям бес^[a][b] и близок понятию дьявол^[2][14][15].

Слово «чёрт» имеет множество аналогов и синонимов: дьявол^[2][14][15] (так же персонажа называют в англ. языке — devil), сатана^[16][17][18], анчутка^[19][20][21] беспятный, просто «беспятный», козлоногий^[22], бес, нечистый, лукавый, окаянный. При этом, однако, значения этих слов не всегда тождественны.

К чёрту близки образы балтийского велняса^{[23][24][25][26][27][28]} (лит. velnias), шайтана у исламских народов, сурта германо-скандинавов.

Зачастую чертями называют широкий пласт существ^{[29][17][3][30]}. Почти всегда в народной мифологии они отождествляются с лешими^{[17][3][29][30]}, водяными^{[17][3][29][30]} и русалками, банниками^[29], домовыми^[3][29], духом превращающими людей в ходячих мертвецов^[29], иногда отождествляются с гномами^[17] и эльфами^[17]. Однако домовой считался более добрым «обрусевшим чёртом»^[31], характерные для чёрта облик и оборотничество к нему употребляются реже; ср. также с шишком и херт-суртом — домовым некоторых финно-угорских и поволжских народов^[32].

Как имя демона ада имя чёрта не полагалось произносить вслух, по крайней мере — без особого повода^[30]. Считалось, что простого упоминания чёрта достаточно, чтобы он услышал это и приблизился к неосторожному человеку, а то и навредил ему. Поэтому в обыденной речи, поминая чёрта, часто использовали эвфемизмы, например лукавый, нечистый, неназываемый, враг рода человеческого, шут и другие, см. выше. В. И. Даль^[16] и С. В. Максимов^[18] перечисляют свыше сотни имен-эвфемизмов^[33].

Ещё в XIX веке «чёрт» имело двоякий смысл. С одной стороны оно было довольно сильным ругательством и оскорблением, как и «devil» в английском языке. Консервативные люди того времени иногда связывали его с различными пугающими механизмами и дикими местами, например, с «чёртовым колесом» и десятками древних каменных арочных «чёртовых мостов»^[34], верили, что чёрт, водяной и русалки живут на мельницах^[35], в таком смысле синонимы слова используется поныне, например: «шайтан-труба», «сады дьявола». В советской литературе 1920-х гг. ругательства часто классифицируются как «дальше чёрта» (см. например, Н. Огнев «Дневник Кости Рябцева»). Иногда это слово применяют при удивлении работоспособностью и мастерством кого-либо («работает как чёрт»)^[36]. В настоящее время чертями могут обзывать субъективно неприятных и не авторитетных людей^[37][38].

В христианской народной мифологии сложились давние и устойчивые представления о внешнем виде чертей, точнее их телесного образа, так как черти — ещё и злые духи. В представлениях о чёрте сохранились остатки индоевропейской мифологии^{[уточнить]} с наложением более позднего христианского представления, что все языческие божества являются демонами и олицетворяют злое начало, и смешались с иудеохристианскими представлениями о Дьяволе и падших ангелах. В представлениях о чёрте прослеживается сходство с греческим Паном — покровителем скотоводства, духом полей и лесов, и Велесом (прибалт. Вяльном). Однако христианский чёрт, в отличие от своих языческих прототипов, не является покровителем скотоводства^[28], а является вредителем людям. Черти в поверьях принимают вид животных старого культа — козлов, волков, псов, воронов, змей и т. д.^{[источник не указан 3958 дней]} Считалось^{[когда?]}, что черти имеют в целом человекоподобную (антропоморфную) внешность, но с добавлением некоторых фантастических или чудовищных деталей. Наиболее распространённый облик идентичен изображению античных Пана, фавнов и сатиров — рога, хвост и козлиные ноги или копыта, иногда шерсть, реже свиной пятачок, когти, крылья летучей мыши и т. п. Гераклит-парадоксограф, неизвестный античный автор, живший не раньше III века до н. э., рационализируя античные мифы, писал, что прообразы чёрта — Пан и сатиры — это люди, которые не мылись и испускали зловоние, от того считалось, что они покрыты козьим мехом и ходят на козьих ногах^[39]. Нередко их описывают с горящими как угли глазами.^{[источник не указан 3958 дней]} В таком виде черти изображены на многочисленных картинах, иконах, фресках и книжных иллюстрациях как в Западной, так и в Восточной Европе^{[источник не указан 3958 дней]}. В православной агиографической литературе черти описываются преимущественно в виде эфиопов^[40].

Сказки повествуют, что чёрт служит Люциферу, к которому мгновенно летает в преисподнюю. Он охотится на людские души, которые обманом, введением во грех или договором пытается получить у людей, хотя в литовских сказках такой сюжет единичен^[41]. При этом чёрт обычно оказывается одурачен героем сказки. Одно из известных древних упоминаний о продаже души и изображение персонажа содержит Гигантский кодекс начала XIII века.

Являются хтоническими персонажами — обитают не только в подземном мире, но и воде, омуте^[25][26][42].

Обладают широкими способностями к оборотничеству, невидимости, полётам. Могут превращаться в различных существ и людей, в камни и предметы^[17][3][30].

Черти стерегут драгоценные клады, это описано, например, в произведениях «Ночь перед Рождеством» (1832), «Скрипач в аду» и др. балто-славянских сказках. Этим они похожи на гномов германо-скандинавского фольклора^[17]. Иногда, являясь в облике человека, платят за услуги кучей мусора или навоза, которую люди выкидывают, но с рассветом видят, что не выкинутые остатки мусора превратились в золото.^[43]

Существует много русских народных сказок об этом персонаже. Это «Шабарша» и «Чёрт-заимодавец» схожего сюжета, это «Чёрт и мужик», «Солдат и чёрт» и другие^[44], а также «Сказка о попе и о работнике его Балде» (1831) А. С. Пушкина. Он предстаёт комическим персонажем, в надежде заполучить душу тщательно работает по договору с кем-либо, но постоянно обманывается с помощью мужицкой смекалки^[45].

В русских и славянских сказках облик чёрта почти не описан. Но это ярко сделал Н. В. Гоголь в повести «Ночь перед Рождеством»:

Дальше по сюжету чёрт также обзывается «немец проклятый». Он водится с ведьмами, которые в ряде других сказок летают на нём на шабаш. Пролетает через дымоход. Боится христианского креста, знамения и святой воды. Исчезает с третьим криком петухов и первыми лучами солнца.

Славянская мифология близко связана с прибалтийской мифологией, поскольку во времена Средневековья значительная часть Восточной Европы входила в состав Великого княжества Литовского, Западной Руси и Речи Посполитой, а затем эти территории входили в Российскую империю.

В прибалтийской мифологии чёрта называют ве́лняс, велинас, велнс (лит. vélnias, vẽlinas; латыш. velns), что значит «чёрт»^[46], «дьявол»^[24][25]. Он является постоянной жертвой Перкунаса (подобно антагонизму славянского Велеса и Перуна), метающего в него молнии, при этом велняс пытается прятаться у людей, в которых эти молнии зачастую попадают^[47]. С начала XX века фольклористы собрали сотни сказок о нём, имеющих бесчисленное число вариаций^[48]. Часто в сказках он является как пан^[49] и выглядит как немецкий землевладелец^[50]. Но иногда у него видны рожки, копыта и он покрыт шерстью^[24][51][43]. Умение играть на дудке^[52][53] в сочетании с частым присутствием домашнего скота в сюжетах о велнясе, делает его одним из пасторальных индоевропейских божеств — покровителей домашних^[54] животных, таких как Фавн, Пушан, греческий Пан^[55], и славянский Велес, с которым он имеет общий корень *vol- *vel-^[56]. В нескольких сказках он превращается в чёрного кота или предстаёт в образе ягнёнка. Не боится солнечного света.

В основном велняс вредит людям — пытается повесить, искалечить, заманить в болото. Литовские сказки довольно характерны жестокостью мифических существ к людям, в отличие от сказок других народов^[57]. Например, велняс, являясь в образе пана, приглашает прохожего мужика или музыканта на свадьбу, где с другими панами и паночками веселится и часто мажет глаза какой-то мазью. Когда мужик тоже мажет глаз, то видит, что находится среди чертей на болоте или среди вьюги в буреломе. Если кто-то видит невидимого велняса, тот спрашивает, «каким глазом меня видишь?», и после ответа выкалывает его. Зачастую становясь невидимым, толкает посетителей в корчме, провоцируя этим драку. Или мужику пытается повесить на шею праздничное полотенце, от которого тот уворачивается, подставив ногу, и тут же приходит в себя подвешенным на ветке на удавке за ногу^[58].

В латышских сказках и легендах велняс изображается с коровьим хвостом, козлиными ногами и рогами. Ему часто приписывают огромную силу, но его самый большой недостаток — честность и глупость. Он беспокоит людей, но в результате всегда оказывается в проигрыше, потому что его легко перехитрить. В фольклоре велняс ассоциируется с влажными местами, а также большими деревьями, камнями, пещерами и пнями^[59].