АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
О РУВИКИ

Законы Индий в колониях Испании

Зако́ны И́ндий в коло́ниях Испа́нии регламентировали управление заморскими территориями Испанской империи[1]. Они были призваны защитить коренное население от жестокого обращения конкистадоров[2]. На практике исполнение многих норм ограничивалось местными условиями и сопротивлением колониальных интересов[3].

Общие сведения
Законы Индий в колониях Испании
Дата основания / создания / возникновения 1681
Государство

Вице‑королевство Новая Испания

В вице‑королевстве Новая Испания применялись нормы Законов Индий и связанные с ними колониальные постановления. Особое внимание уделялось улучшению положения коренного населения. Хотя эти положения могли нанести ущерб экономическим интересам высших классов, ряд таких норм был закреплён в законодательстве[4].

Трудовое законодательство

Были приняты следующие положения[5]:

  • Защита несовершеннолетних (Закон 3, Раздел 13, Книга VI).
  • Регулирование продолжительности рабочего дня до 8 часов для некоторых видов работ (Закон 13, Раздел 13, Книга VI).
  • Гуманное и справедливое обращение в отношениях между рабочими и работодателями (Закон 13, Раздел 5, Книга VI).
  • Обязанность своевременных выплат каждую неделю деньгами, а не натуральными продуктами (Закон 12, Раздел 15, Книга VI).
  • Свобода труда.

Кроме того, были разработаны региональные права, аналогичные тем, которыми обладали испанцы в Европе (но которые ещё не получили широкого распространения на полуострове). Например, Постановление интендантов 1786 года[6] предоставляло индейцам право ежегодно выбирать собственных местных должностных лиц в главных городах[4].

Права коренных народов

Законы и практика колониального управления признавали за индейцами ряд прав и привилегий. В частности, коренному населению предоставлялось право обращаться с прошениями непосредственно к королю Испании на родных языках — преимущественно на науатль как лингва франка, а также на миштекском, сапотекском и других. В таких обращениях индейцы могли ходатайствовать о сохранении земельных владений, социального статуса и даже пожизненного содержания — особенно это касалось потомков тех, кто оказывал содействие в процессе завоевания[7].

Кроме того, признавалось коренное дворянство как часть дворянства Королевства Кастилии: представители местной знати запрашивали у чиновников империи рекомендации по оформлению семейных гербов с учётом местных традиций[8].

Индейцам гарантировалось право на защиту собственности: их земельные владения охранялись от попыток узурпации со стороны испанцев. Для отстаивания своих интересов коренные жители могли направлять жалобы и заявления в органы Королевской аудиенсии через своих представителей — алькальдов и касиков. При этом вице‑королевские власти были обязаны проводить предварительное расследование перед предоставлением каких‑либо земельных участков, чтобы убедиться, что запрошенные территории не нанесут ущерба соседним владениям.

Со стороны испанцев предусматривались определённые обязательства. В частности, они были обязаны привлекать коренных специалистов к выполнению отдельных инфраструктурных работ, а также участвовать в обеспечении общественного обслуживания коренных общин — наравне с обслуживанием европейских подданных. Примером такого сотрудничества служит строительство акведука Падре Темблеке, предназначенного для транспортировки воды в деревню Отумба.

Подобное отношение к коренным народами признание местной знати символизировало основы индейского права в социальном договоре между коренными вождями и католическими королями. Этот договор был направлен на развитие социального порядка, обеспечивающего благоприятные условия для коренных подданных под защитой испанского монарха[9].

По мере развития территориальной организации Новой Испании законы устанавливали, что индейцы, осведомлённые о своих юридических правах, могли ходатайствовать об освобождении от податей и о предоставлении льгот[10].

Несмотря на попытку резко увеличить размер дани, взимаемой с коренного населения, Высший совет Королевской казны Новой Испании заявил, что король не собирался обрекать коренные народы на бедственное положение, «а лишь хотел требовать с них столько, сколько они могли вынести, проявляя мягкость и доброту, как того требуют законы»[10]. Таким образом, налоговое бремя для «республики индейцев» (исп. República de Indios) было снижено. Сторонники этой меры утверждали, что повышение налогов без одновременного повышения заработной платы коренного населения приведёт к серьёзным последствиям. Процесс определения справедливой суммы дани, которую должны были платить коренные народы, осуществлялся тремя способами: «визит» — оценка экономических возможностей коренного населения; «перепись» — определение численности коренного населения; «оценка» — определение вида и размера налогов[11].

Была разработана политика здравоохранения в отношении индейцев. Издавались постановления и королевские указы о создании больничных учреждений для удовлетворения физических потребностей коренного населения. Среди них выделяется Королевская больница для индейцев Мексики, которая способствовала евангелизации индейцев, помогала реструктуризировать их общины, а также боролась с эпидемиями, принесёнными европейцами. Обычно такие учреждения находились под управлением доминиканцев, августинцев и францисканцев[12].

Вице‑королевство Перу

В вице‑королевстве Перу часть колониальных институтов взаимодействовала с ранее существовавшими местными практиками, что обеспечило преемственность ряда элементов доколониального устройства. Испанцы сохранили и адаптировали к новым условиям ряд институтов империи инков — в значительной степени благодаря реформам вице‑короля Франсиско де Толедо[6].

Так, в индейских общинах продолжали функционировать общинные кассы — фонды взаимопомощи, основанные на андском принципе взаимности. Сохранялась также практика янаконажа — форма личной зависимости или аренды земли, восходящая к инкской традиции использования «янаконов», то есть слуг или работников. Традиционная система посменной работы — мита — также не была упразднена. Важную роль продолжало играть организованное сообщество айлью, которое оказывало влияние на вопросы землевладения.

Определённую преемственность можно проследить и в инфраструктурных решениях. Например, тамбо — сооружения инков, созданные для административных и военных целей, — после серьёзного упадка, вызванного войнами XVI века, были восстановлены по королевским указам. Их функционирование наладили по образцу времён Уайна Капака[13].

Институты налогового и административного контроля также подверглись трансформации. Так, должность токуирико (специального чиновника) сохранилась, а связанные с ней функции были переориентированы на нужды колониальной власти. В сферу ответственности таких чиновников входили надзор за соблюдением ряда норм: контроль «чистоты нравов, чистоты домов и улиц деревни», соблюдение правил сексуальной морали, запрет на совместное питание на площади (с требованием принимать пищу в домашних условиях), а также обеспечение посещения религиозного обучения[13].

Для учёта и администрирования использовались и традиционные инструменты. Счётная система кипу применялась для фиксации поголовья скота в общинах и для задач городского планирования в индейских резервациях. Кроме того, продолжали действовать курьеры часки: они выполняли функции информаторов и обеспечивали доставку почты из отдалённых провинций, вплоть до реки Ла‑Плата[14].

Сохранились и отдельные категории социальных слоёв — янакуны, митайо, хатунруна. Прагматичный подход колониальной администрации заключался в выборочном сохранении отдельных норм и практик, восходивших к «законам инков»: это позволяло поддерживать эффективный надзор и обеспечивать социальный порядок на подконтрольных территориях. Также сохранялись категории социальных слоёв янакунов, митайо, хатунруна. Прагматичный подход испанцев заключался в сохранении отдельных «законов инков», которые способствовали эффективному надзору и контролю за социальным порядком[14].

Усилия вице‑королей по защите прав индейцев

Вице‑короли Перу предпринимали целенаправленные меры против злоупотреблений в отношении индейцев и работников из местного населения и метисов — в ответ на поступавшие сообщения о жестоком обращении и эксплуатации[15][16][17][18]. Так, ещё маркиз де Гуадалкасар в 1622 году обращал внимание на проблему невыплат индейским рабочим[16].

Значительный вклад в защиту прав индейского населения внесли реформы ряда вице‑королей. В 1664 году Диего де Бенавидес установил рабочий день продолжительностью 9-10 часов и ввёл минимальную заработную плату. Он также закрепил исключения из трудовой повинности по половому и возрастному признакам, а также по месту жительства. Кроме того, по его приказу были закрыты и уничтожены мастерские, в которых индейцев принуждали работать более 14 часов в день и использовали детский труд[19].

В период правления Педро Фернандеса де Кастро с 1667 по 1672 год была реорганизована система труда индейцев в шахтах, на плантациях и в мастерских. Вице‑король запретил владельцам плантаций, сахарных предприятий, шахт и мастерских принуждать сирот к работе против их воли — мера, направленная на защиту наиболее уязвимых групп населения[20].

Мельчор Линьян-и-Сиснерос в 1680 году обязал работодателей — владельцев шахт, энкомендеро, землевладельцев и скотоводов — выдавать трудовые договоры всем работникам. Он также предоставил «бедным индейцам», освобождённым от уплаты миты, право сменить место работы в случаях, когда работодатель не выплачивал зарплату либо требовал отработать дополнительные часы, не предусмотренные контрактом. В 1681 году по его распоряжению были уничтожены мастерские, нарушавшие установленные правила, а многие владельцы предприятий заключены в тюрьму[21].

Мельчор де Наварра в 1687 году ввёл дополнительные гарантии защиты прав работников. Он запретил работодателям выплачивать зарплату инструментами, продуктами питания или иными товарами, установив вместо этого выплату в соответствии с правительственными тарифами. Эта мера была призвана обеспечить прозрачность расчётов и защитить индейцев от скрытой эксплуатации через неденежные формы оплаты труда[22]

Экономическая роль индейских вождей

Индейские вожди и местная знать обладали реальной властью, которая приводила к конфликтам в защиту их прав и прав индейцев-данников, находящихся на их службе. Они смогли воспользоваться своим правом на владение и управление шахтами, несмотря на то, что этот сектор в подавляющем большинстве контролировался гильдиями испанцев, которые владели лучшим оборудованием и имели большое количество митайо (невольные рудокопы)[23].

Хотя конкурировать с испанскими и креольскими владельцами рудников было сложно, индейские правители извлекли выгоду из горнодобывающего сектора, особенно в XVII веке (эпоха Габсбургов). При Бурбонах горнодобывающая промышленность приобрела ещё большее значение: она стала одним из ключевых секторов, обеспечивавших выживание коренного населения[24].

Участие индейцев в горнодобывающей отрасли имело ряд характерных особенностей. Прежде всего, индейцы‑митайо были обязаны отправляться на работы в шахты. Кроме того, многие вожди сдавали своих подёнщиков в аренду испанским гильдиям — по достаточно высоким ценам: стоимость аренды достигала 200—340 песо за сезон. Также вожди контролировали транспортировку минералов к местам переработки, получая от 40 до 100 песо за путь в одну сторону[23].

Военная юрисдикция

В рамках военной юрисдикции Королевской армии Перу строго соблюдались Законы Индий, что было призвано предотвратить злоупотребления и военные преступления. В процессе функционирования военной организации выявлялся ряд правонарушений, среди которых фиксировались кражи, убийства, телесные повреждения, уличные драки, прелюбодеяния, неуплата алиментов на содержание непризнанных детей, оскорбления, а также дезертирство — как среди ветеранов, так и среди ополченцев[25]:

Наказания применялись ко всем виновным вне зависимости от этнической принадлежности: под действие закона подпадали белые, креолы, индейцы, метисы, негры, мулаты и представители иных групп населения. В качестве мер воздействия использовались заключение в колодки на несколько дней либо принудительные общественные работы сроком на несколько лет[25].

Королевская военная аудитория выполняла значимую функцию в регулировании социальных отношений в сословном обществе. Данный орган рассматривал дела, связанные с попытками белых и смешанных офицеров принудить крестьян — преимущественно чернокожих и индейцев — к неоплачиваемому труду, что позволяло пресекать злоупотребления служебным положением. Кроме того, аудитория судила за ложные обвинения крепостных в кражах или повреждении собственности: такие случаи нередко служили инструментом давления на зависимое население либо способом скрыть собственные проступки обвиняющих[25].

На Филиппинах

На Филиппины законы были внедрены первым епископом архипелага Доминго де Салазаром — учеником Бартоломе де лас Касаса. Он настаивал на том, что Евангелие должно не лишать язычников их традиций, а совершенствовать их. Согласно его взглядам, свобода и право коренных племён на самоуправление в условиях мира и справедливости, если будут созданы определённые условия: распространение Евангелия и претворение его послания в жизнь на политическом уровне в рамках Королевского патроната Индий и естественного томизма[26].

По словам Хосе Рисала, именно поэтому в течение следующих 300 лет филиппинские индейцы принимали испанскую власть: испанские монахи на Филиппинах защищали коренное население от притязаний энкомендеро, добровольно вступая в армию испанской монархии. Некоторые правительственные учреждения соглашались их принять[26].

Однако в рамках реформ Бурбонов, направленных на секуляризацию владений и усиление контроля над церковью, возникли проблемы. После изгнания иезуитов и обретения Мексикой независимости духовенство, состоявшее из коренных жителей, было лишено властных функций. Это привело к ряду нерешённых проблем, которые сохранялись вплоть до обретения Филиппинами независимости[26].

Наследие законов Индий

Законы Индий продолжают изучаться на юридических факультетах многих университетов испанскоязычной Америки и Испании[27].

Конфискация земель и протесты потомков вождей

После обретения независимости Испанской Америки в ходе процесса конфискации и экспроприации общинных земель коренных народов многие потомки вождей — как представители затронутых крестьянских общин — проводили акции протеста. Они требовали права собственности на свои земли, опираясь на Законы Индий и индейское право[28].

Мексика: индейские общины и политика Второй мексиканской империи

В Мексике во времена Второй мексиканской империи индейские общины всё ещё обращались в суды на основании индейского законодательства. Это было связано с действиями креольских помещиков, которые после политики конфискации, принятой Бенито Хуаресом после победы в Войне за Реформу, стремились присвоить общинные земли индейцев. В результате индейские общины остались без правовой защиты, а их земли подверглись экспроприации. Креольские помещики выступали за возвращение институтов Старого режима, таких как Защитник индейцев, вместо того чтобы оставаться в условиях равенства перед законом с белыми. Это привело к тому, что империя Максимилиана отошла от мексиканского республиканского либерализма и стала придерживаться протекционистских мер, вдохновлённых индейским правом и Законами Индий[29].

Максимилиан, находившийся под влиянием идей Виктора Консидерана, принял ряд законов, отступавших от либеральной идеологии. Законы июля и сентября 1865 года восстанавливали юридический статус коренных общин, отменяя равенство перед законом. Аграрный закон от 16 сентября 1866 года (наиболее радикальный) предоставлял земли коренным общинам, не имевшим законных оснований на владение. Закон продолжал действие закона от 26 июня о распределении земель (ссылаясь на период Новой Испании) и восстановлении общинных земель, отменяя переход к либеральному режиму частной собственности. К июлю 1866 года правительство Максимилиана стало проводить всё более консервативную политику. Политические советники императора заметили, что коренное население и мексиканцы-крестьяне придерживались традиционного образа жизни Новой Испании, стремясь сохранить общинное общество и не принимая либеральную модель равенства перед законом[30].

По мнению Жана Мейера, Максимилиан действовал не как либерал, а как просвещённый деспот, ближе к бурбонскому реформизму. Он пытался сочетать традиции и современность, принимая меры, противоречащие классическому либерализму, и опираясь на элементы индейского законодательства, идеи социализма и принципы камерализма (популярного в германских государствах), подчёркивающие важность мелкой крестьянской собственности в противовес феодальным латифундиям (что нашло отражение в Кодексе Урбариум 1767 года)[31].

Несмотря на эти меры, конфискация общинных земель не прекратилась. Либеральные элиты продолжали стремиться к замене феодальной общинной собственности современной частной собственностью как естественным и абсолютным правом[32]. Коренное население в мексиканском либерализме рассматривалось как потенциальные собственники, которые должны были стать гражданами и владельцами своих участков, способными защищать свою собственность в суде наравне с креолами и метисами[33].

10 апреля 1865 года был создан защитный совет для поддержки обездоленных слоёв населения империи. Однако с падением Второй мексиканской империи мексиканские элиты начали подавлять традиционалистов из числа коренного населения и принуждать их принять либеральную политику[33].

Перу и Боливия: борьба за земли

В XIX и части XX века коренные общины Перу и Боливии вели продолжительную борьбу за признание исторических прав на земли. Судебные тяжбы разворачивались с правительствами независимых государств — Республики Перу и Республики Боливар — и были связаны с трудностями юридического оформления прав сельских общин, преимущественно состоявших из индо‑метисов, на территории коренных народов[34][35].

Основанием для претензий выступали два правовых подхода. Во‑первых, пактное право — система древних соглашений, зачастую существовавших в устной форме. Во‑вторых, естественное индейское право: Законы Индий признавали подобные договорённости действительными на основе принципа Uti Possidetis, не требуя формального закрепления в виде титула собственности[34].

В результате коренные жители заняли позицию, ориентированную на сохранение традиционных норм, что приводило к их скептическому отношению к либеральным реформам. Нередко они поддерживали движения, выступавшие против радикальных преобразований, — в том числе течения, которые историки иногда характеризуют как «легитимные контрреволюции», включая сторонников роялистских идей в Америке. Целью такой поддержки было сохранение действия Законов Индий, защищавших традиционные права общин[34][35].

Особо заметное влияние на положение коренных народов оказала политика Мариано Мельгарехо в Боливии. Опираясь на либеральные идеи, он инициировал масштабные изменения, которые существенно ограничили имущественные права индейцев: государство объявило общинные земли своей собственностью, одновременно отменив индейский налог. Эта мера оказалась выгодной для землевладельцев, тогда как коренные жители, лишённые доступа к финансовым ресурсам, не могли приобретать частные участки[36].

В конце XIX — начале XX века в Боливии активизировалось движение за возврат и защиту общинных земель айлью. Ключевую роль сыграли лидеры коренных народов, такие как вождь Сантос Марка Тула из айлью Каллапа и Леандро Кондори Чура. Они добивались возвращения территорий, экспроприированных Республикой Боливия, в регионах Ла‑Пас, Кочабамбе, Чукисака и других. В качестве аргументов активисты использовали документы эпохи вице‑королевства XVI—XIX веков, в том числе материалы периода правления вице‑короля Франсиско Альвареса де Толедо[37].

Креольские олигархии Боливии предпринимали разнообразные меры для ослабления позиций индейских лидеров. Среди таких действий — уничтожение архивных документов, выдвижение обвинений в заговоре, шпионаже, мятеже и государственной измене, а также произвольные аресты представителей общин. Например, Сантос Марка Тула подвергался преследованиям: его пытались лишить доступа к документам, а позже власти заявляли, что сохранившиеся материалы являются поддельными либо не обладают достаточной юридической силой[38].

Ещё одним видным деятелем движения стал Эдуардо Леандро Нина Киспе — интеллектуал из айлью Чиво де Тарако, основавший в 1930 году общество Республики Колласую. В своём труде De Los títulos de composición de La Corona de España он отстаивал идею возвращения территорий айлью законным владельцам — коренным народам. Нина Киспе ссылался на вице‑королевские титулы собственности, предоставленные испанской короной при Филиппе II и Филиппе III и защищённые Законами Индий. В 1930 году он чётко формулировал позицию: земли принадлежат коренным жителям на основании документов, полученных от испанской короны в колониальный период, и никто — ни представители креольского населения, ни иностранцы — не вправе лишать их этого права[39].

Другим лидером движения был Эдуардо Леандро Нина Киспе — интеллектуал из айлью Чиво де Тарако и основатель общества Республики Колласую в 1930 году[40]. В своей книге De Los títulos de composición de La Corona de España он утверждал, что территории коренных айлью Боливии должны быть возвращены их законным владельцам (индейцам), ссылаясь на вице‑королевские титулы собственности, защищённые Законами Индий и предоставленные испанской короной во времена королей Филиппа II и Филиппа III[41].

Примечания

  1. ↑ Эллиот, Джон. Испанская империя: мировое господство династии Габсбургов, 1500—1700 гг. / Джон Эллиот; перевод с английского: Е. А. Гонсалес-Менендес. — Москва: Центрполиграф, 2023. — 414, с.: генеал. табл., карты, табл. — 16+. — ISBN 978-5-9524-5673-0.
  2. ↑ Алексеева, Татьяна Анатольевна. История испанских конституций: комментарии и тексты: монография / Т. А. Алексеева. — Москва: Проспект, 2021. — 296 с. — ISBN 978-5-392-34560-1.
  3. ↑ Климуть, Л. Я. Законы для Индий Карла V.
  4. ↑ 1 2 Hector Grenni. Las Leyes de Indias: un intento por considerar a los indígenas como personas con derechos. (англ.). ResearchGate. Дата обращения: 12 марта 2026.
  5. ↑ Sánchez C.U. Conquista de américa: los derechos humanos en la América Española // Испанистика в эпоху цифровизации. Южный федеральный университет. Ростов-на-Дону : Материалы V Международного Конгресса испанистов России, Восточной Европы и Центральной Азии. — 2023.
  6. ↑ 1 2 Isabel Gutiérrez del Arroyo. El nuevo régimen institucional bajo la real ordenanza de intendentes de la Nueva España (1786) // Historia Mexicana. — 1989. — Т. 39, вып. 1. — С. 89–122. — ISSN 0185-0172.
  7. ↑ Ricardo M Garcia. Nahuatl-Language Petitions from Northwestern New Spain, 1580-1694 // UCLA History Dissertation. — 2016-01-01.
  8. ↑ Rafael Castañeda García. María Castañeda de la Paz y Hans Roskamp (eds.), Los escudos de armas indígenas. De la Colonial al México Independiente (исп.) // Nuevo mundo mundos nuevos. — 2015. — ISSN 1626-0252. — doi:10.4000/nuevomundo.68578.
  9. ↑ (PDF) The Indians and their condition: the legal and theological discourse (англ.). ResearchGate. Дата обращения: 1 апреля 2026.
  10. ↑ 1 2 El régimen tributario en las intendencias novohispanas L. historico.juridicas.unam.mx. Дата обращения: 12 марта 2026.
  11. ↑ José Miranda. El tributo indígena en la Nueva España durante el siglo XVI. — El Colegio de México, 1980. — ISBN 978-968-12-0069-5.José Miranda. El tributo indígena en la Nueva España durante el siglo XVI. — El Colegio de México, 1980. — 364 с. — ISBN 978-968-12-0069-5.
  12. ↑ Carmen Venegas Ramírez. La asistencia hospitalaria para indios en la Nueva España. Anales Del Instituto Nacional De Antropología E Historia (1968). Дата обращения: 12 марта 2026.
  13. ↑ 1 2 Sofía Chacaltana Cortez. De los tambos incas a las tambarrías coloniales: economía colonial, legislación de tambos y actividades «licenciosas» de las mujeres indígenas (исп.) // Boletín de Arqueología PUCP. — 2016-11-23. — Fasc. 21. — P. 123–143. — ISSN 2304-4292. — doi:10.18800/boletindearqueologiapucp.201602.008.
  14. ↑ 1 2 Germán Morong Reyes. Los Incas como ejemplo de sujeción. El Gobierno del Perú y la escritura etnográfica del oidor de Charcas, Juan de Matienzo (1567). — 2018-01-01.
  15. ↑ emilio romero. historia economica del peru. — 1949.emilio romero. historia economica del peru. — 1949. — 310 с.
  16. ↑ 1 2 Timothy E. Anna, Kenneth J. Andrien. Crisis and Decline: The Viceroyalty of Peru in the Seventeenth Century // The American Historical Review. — 1987-04. — Т. 92, вып. 2. — С. 514. — ISSN 0002-8762. — doi:10.2307/1866817.
  17. ↑ Guillermo Lohmann Villena. El corregidor de indios en el Perú bajo los Austrias. — Fondo Editorial de la Pontificia Universidad Católica del Perú, 2001. — ISBN 978-9972-42-435-9.Guillermo Lohmann Villena. El corregidor de indios en el Perú bajo los Austrias. — Fondo Editorial de la Pontificia Universidad Católica del Perú, 2001. — ISBN 978-9972-42-435-9.
  18. ↑ John V. Murra. Los obrajes en el Virreinato del Perú. // American Anthropologist. — 1965-10. — Т. 67, вып. 5. — С. 1329–1330. — ISSN 1548-1433 0002-7294, 1548-1433. — doi:10.1525/aa.1965.67.5.02a00490.
  19. ↑ Maria Dolores Rincón González. Las Horae succisivae del humanista Diego de Benavides y de la Cueva (1607-1666), Virrey de Perú // El humanismo español entre el viejo mundo y el nuevo. — 2008-01-01.
  20. ↑ julio alberto rodriguez anaya. Conversando con Ignacio Fernández de Castro // Con Ciencia Social Anuario De Didactica De La Geografia La Historia Y Las Ciencias Sociales. — 2010-01-01.
  21. ↑ Flavia Barros. Conflito de Jurisdição no Peru do séc. XVII: Melchor de Liñan y Cisneros e a defesa da imunidade eclesiástica // História, histórias. — 2020-10-16. — Т. 8, вып. 16. — ISSN 2318-1729. — doi:10.26512/RHH.V8I16.
  22. ↑ Don Melchor de Navarra, y Rocafull, de el Orden de Alcantara, duque de la Palata, principe de Massa; : de los Consejos de Estado, y Guerra de su Magestad; virrey, governador, y capitan general de estos Reynos del Perù, Tierra-Firme, y Chile. &c. A vos el corregidor de la Provincia de [in blank]. Bien sabeis q[ue] de muchos años à esta parte se ha reconocido la despoblacion grande à que han llegado todos los pueblos de estas dilatadas provincias de el Perú (англ.). Internet Archive. Дата обращения: 12 марта 2026.
  23. ↑ 1 2 Carlos María Domínguez. Historias del polvo y el camino. — Ediciones Instituto Movilizador de Fondos Cooperativos, 2002. — ISBN 978-950-860-119-3.Carlos María Domínguez. Historias del polvo y el camino. — Ediciones Instituto Movilizador de Fondos Cooperativos, 2002. — 132 с. — ISBN 978-950-860-119-3.
  24. ↑ Alcalde de indios y gobierno indigena. Дата обращения: 12 марта 2026.
  25. ↑ 1 2 3 El ejército realista en el Perú a inicios del XIX. Las nuevas técnicas artillería e ingeniería y la represión a los alzamientos en Quito y el Alto Perú. (Horacio Maldonado Favarato — Carlos Carcelén Reluz)
  26. ↑ 1 2 3 Jose S. Arcilla. The Enlightenment and the Philippine Revolution // Philippine Studies. — 1991. — Т. 39, вып. 3. — С. 358–373. — ISSN 0031-7837.
  27. ↑ Estudio de las Leyes de Indias en las Facultades de Derecho hispanoamericanas.
  28. ↑ Escuer, Edmundo Fayanás. La desamortización española, Nuevatribuna (18 декабря 2020). Дата обращения: 1 апреля 2026.
  29. ↑ Jaime del Arenal Fenochio. La protección del indígena en el segundo imperio mexicano: la junta protectora de las clases menesterosas. — 1990.
  30. ↑ Arenal Fenochio, J. del. La protección del indígena en el segundo imperio mexicano: la junta protectora de las clases menesterosas // Revista Chilena De Historia Del Derecho. — 1990. — С. 521–545.
  31. ↑ Katalin Jancsó. El indigenismo de Maximiliano en México (1864-1867) // Acta Hispanica. — 2009-01-01. — Т. 14. — С. 5–18. — ISSN 1416-7263. — doi:10.14232/ACTAHISP.2009.14.5-18.
  32. ↑ Patricia Lagos Preisser. Indio, nación y comunidad en el México del siglo XIX.
  33. ↑ 1 2 Gloria Camacho Pichardo. El retrato del menesteroso durante el segundo imperio mexicano: los pueblos de indios marginados rurales.
  34. ↑ 1 2 3 Pablo Andrés Guerrero Oñate. Élites Indígenas, Liberalismo Y Derecho Comunal A La Tierra. El Espacio Surandino Peruano Durante El Siglo Xix (es-ES) // Historia 396. — 2023-01-05. — Т. 12, вып. 2. — С. 121–154. — ISSN 0719-7969. — doi:10.4151/07197969-Vol.12-Iss.2-Art.657.
  35. ↑ 1 2 Brooke Larson. Indígenas, élites y Estado en la formación de las repúblicas andinas. — Pontificia Universidad Católica del Perú. Fondo Editorial, 2002. — ISBN 978-9972-51-070-0.Brooke Larson. Indígenas, élites y Estado en la formación de las repúblicas andinas. — Pontificia Universidad Católica del Perú. Fondo Editorial, 2002. — ISBN 978-9972-51-070-0.
  36. ↑ Bethell, Leslie. The Cambridge History of Latin America : [англ.]. — Cambridge University Press, 1984-12-06. — ISBN 978-0-521-23223-4.
  37. ↑ PERU, Circulo San Juan Bautista El movimiento de los caciques apoderados (I) (исп.). La Esperanza (28 мая 2022). Дата обращения: 12 марта 2026.
  38. ↑ El Cacique Santos Marka T’ula, James Kohl (2020).
  39. ↑ Roberto Choque Canqui, Cristina Quisbert. Líderes indígenas aymaras: lucha por la defensa de tierras comunitarias de origen. — Unidad de Investigaciones Históricas UNIH-PAKAXA, 2010. — ISBN 978-99954-0-655-4.Roberto Choque Canqui, Cristina Quisbert. Líderes indígenas aymaras: lucha por la defensa de tierras comunitarias de origen. — Unidad de Investigaciones Históricas UNIH-PAKAXA, 2010. — 356 с. — ISBN 978-99954-0-655-4.
  40. ↑ Libertadores: trato y genocidio a los indígenas. Дата обращения: 12 марта 2026.
  41. ↑ Libertadores: trato y genocidio a los indígenas -. Дата обращения: 12 марта 2026.

Дополнительно по теме

Категории