Религия Древней Месопотамии

Принято считать, что самые ранние течения месопотамской религиозной мысли зародились в Месопотамии в 6-м тысячелетии до н. э., что совпадает с началом окончательного заселения региона^[1]. Самые ранние свидетельства месопотамской религии относятся к середине 4-го тысячелетия до н. э., совпадают с изобретением письменности и включают в себя поклонение силам природы как источникам пропитания. В 3-м тысячелетии до н. э. объекты поклонения персонифицировались и превратились в обширную касту божеств с определёнными функциями. Последние стадии месопотамского политеизма, развивавшиеся во 2-м и 1-м тысячелетиях до н. э., придавали большее значение личной религии и структурировали богов в монархическую иерархию с общенациональным богом во главе пантеона^[5]. Месопотамская религия окончательно пришла в упадок с распространением иранских религий во времена империи Ахеменидов и с христианизацией Месопотамии.

Существует мнение, что самые ранние течения месопотамской религиозной мысли зародились в первой половине 6-го тысячелетия до н. э., когда люди впервые начали постоянно селиться в Месопотамии благодаря улучшению ирригации. Ранние религиозные события в этом регионе неизвестны, поскольку они предшествовали изобретению письменности^[1]. Первые свидетельства того, что можно назвать месопотамской религией, появились после изобретения в Месопотамии письменности около 3500 г. до н. э..

За исключением «Энума Элиш», не сохранилось записей, которые бы систематически объясняли месопотамскую космологию. Тем не менее, современные учёные реконструировали приблизительную картину на основе сохранившихся свидетельств, включая шумерскую и аккадскую клинопись и еврейскую Библию^[6]. В Энума Элиш (ок. XII в. до н. э.) бог Мардук убивает Тиамат, мать богов, и из двух половин её тела строит небо и землю, формируя современный наблюдаемый космос^[7]. В документе того же периода говорится, что небо и землю можно разделить на три слоя. Боги обитают на высших уровнях небес, а звёзды закреплены в самом нижнем небесном пласте^[8].

Месопотамская религия была политеистической и допускала существование множества различных божеств, как мужчин, так и женщин, хотя она также была генотеистической^[9]. При этом определённые боги рассматривались как превосходящие других своими конкретными почитателями. Эти почитатели часто были из определённого города или города-государства, который считал это божество своим покровителем; например, Энки часто ассоциировался с городом Эреду в Шумере, Ашшур — с Ашшуром и Ассирией, Энлиль — с шумерским городом Ниппур, Иштар — с ассирийским городом Арбела, а бог Мардук — с Вавилоном^[10]. Хотя полное число богов и богинь, найденных в Месопотамии, неизвестно, К. Таллквист в своей книге Akkadische Götterepitheta (1938) насчитал около 2 400 известных учёным богов, большинство из которых имели шумерские имена. На шумерском языке боги назывались дингир, а на аккадском — илу, и, по всей видимости, происходил синкретизм среди богов, которым поклонялись две группы, они перенимая божества друг у друга^[11].

Месопотамские боги имели много сходства с людьми и были антропоморфны, то есть имели человеческую форму. Они также часто вели себя как люди, требуя еды и питья, пили алкоголь и впоследствии страдали от его последствий^[12], но считалось, что они обладают более высокой степенью совершенства, чем обычные люди. Боги считались более могущественными, всевидящими и всезнающими, непостижимыми и, прежде всего, бессмертными. Одной из их отличительных черт была устрашающее сияние (melammu), которое окружало их, вызывая немедленную реакцию благоговения и почитания среди людей^[13]. Во многих случаях различные божества были родственниками друг друга, что встречается во многих других политеистических религиях^[14]. Историк Жан Боттеро считал, что боги не воспринимались с мистической точки зрения, а рассматривались как высшие повелители, которым нужно подчиняться и бояться, а не любить и обожать^[15]. Тем не менее, многие месопотамцы всех сословий часто носили имена, посвящённые определённому божеству; эта практика зародилась в 3-м тысячелетии до н. э. у шумеров, а затем была принята аккадцами, ассирийцами и вавилонянами^[16].

Первоначально пантеон не был упорядочен, но позже месопотамские богословы придумали концепцию ранжирования божеств по степени важности. Шумерский список из примерно 560 божеств был обнаружен в Ферме и Телль-Абу-Салабихе и датируется примерно 2600 г. до н. э., в нём пять основных божеств были отнесены к особо важным^[17].

Одним из самых важных божеств ранней Месопотамии был бог Энлиль, который изначально был шумерским божеством, считавшимся царём богов и управляющим миром, а затем был заимствован аккадцами. Другим шумерским богом был Ану, который выполнял схожую с Энлилем роль и стал известен как Ану среди аккадцев. Шумерский бог Энки позже также был принят аккадцами, сначала под своим первоначальным именем, а затем под именем Эа. Аналогичным образом шумерский бог луны Нанна стал аккадским Сином, а шумерский бог солнца Уту — аккадским Шамашем. Одной из самых известных богинь была шумерская богиня сексуальности и войны Инанна. После прихода к власти вавилонян в XVIII веке до н. э. царь Хаммурапи провозгласил Мардука, божество, которое до этого не имело большого значения, главенствующим наряду с Ану и Энлилем в Южной Месопотамии. Хотя Мардук, возможно, был создан по образцу шумерского бога бури Нинурты, чьи подвиги очень похожи^[18].

Возможно, самой значительной легендой, дошедшей до нас из месопотамской религии, является «Эпос о Гильгамеше», повествующий о героическом царе Гильгамеше и его диком друге Энкиду, а также о поиске первым бессмертия, которое переплетено со всеми богами и их одобрением. В тексте также содержится самое раннее упоминание о Великом потопе.

Аккадская религия иногда черпала вдохновение у влиятельных шумерских религиозных лидеров и верований, а в некоторых моментах обожествляла шумерских царей^[19].

Каждый месопотамский город был домом для божества, и каждое из выдающихся божеств было покровителем города, и все известные храмы располагались в городах, хотя вполне возможно, что святилища существовали и в пригородах^[20]. Как правило, благополучие бога поддерживалось служением, или работой (dullu). Изображение одевали и устраивали пиршества дважды в день.

Помимо поклонения богам на общественных ритуалах, люди также отдавали дань уважения личному божеству. Как и в случае с другими божествами, личные боги менялись с течением времени, и о ранней практике известно немного, поскольку они редко называются или описываются. В середине 3-го тысячелетия до н. э. некоторые правители считали определённого бога или богов своими личными покровителями. Во 2-м тысячелетии до н. э. личные боги стали больше действовать от имени простого человека^[21], с которым у него были тесные личные отношения, поддерживаемые молитвами и сохранением статуи своего бога^[22].

Месопотамцы верили в загробную жизнь, которая происходила в регионе под поверхностью земли, населённом живыми людьми. Это был древний месопотамский подземный мир, известный под разными названиями, включая Араллу, Ганзер или Иркалла («Великое внизу»). Считалось, что после смерти туда попадают все, независимо от социального статуса и совершённых при жизни поступков^[23]. В отличие от христианского ада, месопотамцы не считали подземный мир ни наказанием, ни наградой^[24]. Тем не менее, состояние мёртвых вряд ли было похоже на земную жизнь: их считали всего лишь слабыми и бессильными призраками. В мифе о нисхождении Иштар в подземный мир говорится, что «пыль — их пища, глина — их питание, они не видят света, где обитают во тьме». В таких историях, как миф об Адапе, смиренно говорится о том, что из-за ошибки все люди должны умереть, а настоящая вечная жизнь принадлежит только богам^[13].

Месопотамские сказания о конце света не известны, однако существует предположение, что они верили в то, что он рано или поздно наступит. В основном потому, что Беросс в своей «Вавилонике» пишет, что месопотамцы считали, что мир продлится «двенадцать раз по двенадцать сар»; поскольку сар составляет 3 600 лет, это означает, что по крайней мере некоторые месопотамцы верили, что Земля просуществует только 518 400 лет. Однако Беросс не сообщает, что должно было последовать за этим событием^[25].

Как и в большинстве мёртвых религий, многие аспекты общей практики и тонкостей учения были утрачены и забыты с течением времени. Однако большая часть информации и знаний сохранилась, и историки и учёные при помощи религиоведов и переводчиков проделали огромную работу, чтобы восстановить рабочие знания о религиозной истории, обычаях и роли, которую эти верования играли в повседневной жизни Шумера, Аккада, Ассирии, Вавилонии, Эблы и Халдеи в этот период. Считается, что месопотамская религия оказала влияние на последующие религии по всему миру, включая ханаанскую/израильскую, арамейскую и древнегреческую.

Месопотамская религия была политеистической, в ней поклонялись более чем 2100 различным божествам, многие из которых были связаны с определённым государством в Месопотамии, таким как Шумер, Аккад, Ассирия или Вавилония, или с определённым месопотамским городом^[11].

Месопотамская религия имеет исторически самый древний корпус записанной литературы среди всех религиозных традиций. Всё, что известно о месопотамской религии, получено из археологических находок, обнаруженных в регионе, в частности из многочисленных литературных источников, которые обычно написаны на шумерском, аккадском (ассиро-вавилонском) или арамейском языках клинописью на глиняных табличках и описывают как мифологию, так и культовые практики. Другие артефакты также могут быть полезны при реконструкции месопотамской религии. Как и в большинстве древних цивилизаций, с религиозными верованиями и практиками были связаны предметы, изготовленные из наиболее прочных и ценных материалов, а значит, с большей вероятностью сохранившиеся. Это побудило одного учёного заявить, что «всё существование месопотамцев было пронизано их религиозностью, практически всё, что они передали нам, может быть использовано как источник знаний об их религии»^[26].

Современное изучение Месопотамии (ассириология) — это ещё довольно молодая наука, зародившаяся лишь в середине XIX века^[27], и изучение месопотамской религии может быть сложным и трудным предметом, поскольку по своей природе их религия регулировалась только обычаями, а не какими-либо официальными решениями^[28], и по своей природе она не была ни догматичной, ни систематической. Божества, персонажи и их действия в мифах меняли свой характер и значение с течением времени и иногда представляли собой различные, иногда даже контрастные образы или концепции. Ситуация осложняется ещё и тем, что учёные не вполне уверены в том, какую роль играли религиозные тексты в месопотамском мире^[29].

Некоторые учёные в своё время утверждали, что определение единой месопотамской религии невозможно, и поэтому систематическое изложение месопотамской религии не следует создавать^[30]. Другие возражали, что это ошибочный подход, поскольку он раскалывает изучение религии на социальные подразделения (такие как личная религия, религия образованных), отдельные города и провинции (Эбла, Мари, Ассирия) и временные периоды (Селевкиды, Ахемениды и т. д.), и что такое дробление было бы контрпродуктивным, поскольку преемственность древних ближневосточных государств не повлияла на наличие широко распространённой религиозной системы в них^[31].

Согласно панвавилонизму — школе мысли, основанной Гуго Винклером и распространённой в начале XX века среди преимущественно немецких ассириологов, — на древнем Ближнем Востоке существовала единая культурная система, находившаяся в подавляющем большинстве под влиянием вавилонян. Согласно этой теории, религии Ближнего Востока были укоренены в вавилонской астральной науке, включая еврейскую Библию и иудаизм. Эта теория о вавилонском происхождении Библии возникла после находки стелы в акрополе Сузы, на которой был изображён вавилонский миф о потопе, имеющий много сходств с потопом из Бытия и эпоса о Гильгамеше. Однако мифы о потопе встречаются практически во всех культурах мира, в том числе и в тех, которые никогда не имели контактов с Месопотамией. Основополагающие догматы панвавилонизма были в конце концов отвергнуты как псевдонаучные^[32], однако ассириологи и библеисты признают влияние вавилонской мифологии на еврейскую и другие ближневосточные мифологии, хотя и косвенное. Действительно, сходство между обеими религиозными традициями может черпаться из ещё более древних источников^[33].

В марте 2020 года археологи объявили об обнаружении в древнем городе Гирсу культового района возрастом 5 000 лет, в котором находилось более 300 разбитых церемониальных керамических чаш, мисок, кувшинов, костей животных и ритуальных процессий, посвящённых Нингирсу. Одним из останков была бронзовая фигурка в форме утки с глазами, сделанная из коры, которая, как полагают, была посвящена Нанше^[34][35].

Хотя месопотамская религия почти полностью угасла примерно к 400—500 гг. н. э. после того, как её коренные приверженцы в основном стали ассирийскими христианами, она всё ещё оказывает влияние на современный мир, главным образом потому, что многие библейские истории, которые сегодня встречаются в иудаизме, христианстве, исламе и мандеизме, возможно, были основаны на ранних месопотамских мифах, в частности на мифе о сотворении мира, Эдемском саде, мифе о потопе, Вавилонской башне, таких фигурах, как Нимрод и Лилит, и Книге Есфирь. Она также вдохновила различные современные неоязыческие группы.

В новозаветном Откровении вавилонская религия ассоциируется с религиозным отступничеством самого низкого порядка, архетипом политической/религиозной системы, тесно связанной с глобальной торговлей, и изображается как система, которая, по словам автора, продолжала существовать в I веке нашей эры, но в конце концов была полностью уничтожена (17:5; 18:9). Согласно некоторым толкованиям, речь идёт о Римской империи^[36], но, согласно другим толкованиям, эта система будет существовать в мире до Второго пришествия^[37][38][39].