Вечер накануне Ивана Купала

Исследователи предполагают, что Гоголь работал над повестью с лета 1829 года до середины января 1830 года. В цикле «Вечеров» она была написана одной из первых^[1].

Первая часть повести впервые опубликована анонимно в 1830 году в февральском номере журнала «Отечественные записки» (ч. 41, № 118, стр. 238—264) под заголовком «Бисаврюк, или Вечер накануне Ивана-Купала. Малороссийская повесть, (из народного предания) рассказанная дьячком Покровской церкви». Вторая часть вышла в следующем номере того же журнала в марте 1830 года (стр. 421—442)^[1].

Летом 1830 года Гоголь перестал сотрудничать с «Отечественными записками». Исследователи предполагают, что разрыв с журналом вызван значительными правками, которые внёс в повесть редактор и издатель Павел Свиньин. Во второй редакции повести Гоголь написал предисловие, в котором намекнул на искажение произведения издателями. Однако рукопись, отправленная писателем в журнал, не сохранилась, поэтому достоверно объём и характер редакторской правки неизвестны^[1].

Первая часть книги «Вечера на хуторе близ Диканьки», в которую вошла повесть, вышла в 1831 году (второе издание — в 1836 году). В книжной редакции повесть была значительно сокращена автором. В 1842 году произведение включено в прижизненное издание «Сочинения Николая Гоголя», том 1^[1].

Критики восприняли повесть неоднозначно: были и хвалебные отзывы, и резко отрицательные. Первым одобрительно отозвался о повести Орест Сомов в «Обозрении российской словесности за вторую половину 1829 и за первую 1830 года», заявив, что в ней «черты народные и поверия малороссиян выведены верно и занимательно». Высоко оценили произведение также критик Николай Надеждин и украинский писатель Алексей Стороженко^[1].

Виссарион Белинский отозвался о повести критически, назвав её «каким-то уродливым произведением», однако отметил «несколько превосходных частностей», в которых реальность изображалась с юмором^[2].

Фома Григорьевич, дьячок ***ской церкви, любит пересказывать одни и те же истории, причём каждый раз по-новому. Кто-то из господ записал и опубликовал его историю. А когда панич в гороховом кафтане привёз книжку, Фома не узнал в ней свою историю, выругал издателя и стал рассказывать заново.

Эту историю поведал рассказчику его дед. Сто лет назад, когда этот хутор был гораздо беднее, чем теперь, в него стал наведываться человек по имени Басаврюк, точнее, дьявол в облике человека: гулял, пил, дарил девушкам подарки; исчезал и внезапно появлялся снова. Девушки боялись брать от него подарки, потому что после этого к ним привязывался нечистый.

Отец Афанасий, иерей местной церкви, хотел наложить на него церковное покаяние, но Басаврюк пригрозил расправой. Тогда Афанасий запретил прихожанам с ним общаться.

В этом селе жил казак Терентий Корж, а у него был работник, которого звали Петром Безродным. Петрусь был беден и не имел родни, при этом был влюблён в Пидо́рку — красавицу-дочь Коржа. Однажды Корж случайно увидел, как Петрусь поцеловал Пидорку, и хотел побить парня нагайкой, но его защитил маленький брат Пидорки Ивась. Корж не избил парня, но прогнал и запретил показываться на глаза. К Пидорке посватался богатый лях, а она любила Петруся, и отправила брата сказать любимому, что её насильно хотят выдать замуж и что она умрёт от горя. Петро загоревал и пошёл в шинок. Там он встретил Басаврюка, который предложил ему много денег и назначил встречу в полночь в Медвежьем овраге.

Еле дождавшись вечера, Петро пришёл в овраг. Басаврюк велел ему отыскать на трёх пригорках цветок папоротника, который расцветает лишь раз в году, в ночь на Ивана Купала, и бежать, не оглядываясь, что бы ни чудилось. Парень нашёл цветок, горящий огнём, и схватил его, хотя видел, что к нему тянется множество мохнатых рук. Потом он увидел на пне Басаврюка, который был синим, как мертвец. Басаврюк вызывал из кустов старуху-ведьму и велел парню делать всё, что она прикажет. Она сказала подбросить цветок вверх, и он не упал, а завис, словно огненный шар, а потом отлетел куда-то и упал на землю. Петру велели там копать, и он нашёл большой сундук с золотом. Но сундук уходил от него всё глубже в землю, и ведьма сказала, что его не достать, не пролив человеческой крови. Она подвела к парню ребёнка лет шести в простыне и велела рубить ему голову. Петро сорвал простыню и увидел Ивася. Петро хотел убить ведьму, но Басаврюк напомнил ему про уговор, а ведьма сделала землю прозрачной, и парень увидел сокрытые в ней несметные сокровища. Ум его помутился, и он убил ребёнка, а потом бросился бежать. Два дня и две ночи спал Петро в своей лачужке мёртвым сном. Проснулся он, ничего не помня из той ночи, и увидел в ногах два мешка золота. Он вспомнил, что искал клад и было страшно, но не помнил, какой ценой ему досталось это богатство.

Корж согласился отдать парню в жёны Пидорку. Когда она рассказала, что цыгане украли Ивася, Петро не смог вспомнить его лицо. Сыграли весёлую свадьбу. Но люди поговаривали, что богатство парню досталось от нечистого, к тому же Басаврюк после этого пропал. Петро стал задумчив, всё время пытался что-то припомнить, потерял интерес к жизни, одичал, оброс. Пидорка стала чахнуть от горя. Ей посоветовали обратиться к колдунье, которая жила в Медвежьем овраге. Она привела старуху домой. Петро увидел её, закричал: «Вспомнил!» — и метнул в неё топор. Старуха исчезла, а на её месте появился Ивась в простыне. Как только сбросили простыню, привидение залилось кровью и исчезло. Пидорка выскочила за дверь, но захлопнула её так крепко, что пришлось ломать. Люди, сломав дверь, увидели, что Петро превратился в горсть пепла, а золото — в глиняные черепки. Пидорка после этого ушла на богомолье и пропала. Рассказывают, что она стала монахиней в Киевской лавре.

Как только исчез Петро, в селе появился Басаврюк. Люди шарахались от него, но он то и дело являлся им то в жареной туше барана, то в чарке водки. Отец Афанасий изгонял его отовсюду святой водой. Теперь в селе всё спокойно, но ещё не так давно мимо шинка невозможно было пройти — там постоянно проявлялась нечистая сила^[3].

Среди источников произведения называют как фольклорные материалы, которые Гоголю присылала мать, так и некоторые литературные произведения:

• повесть Ореста Сомова «Русалка» (1829),
• повесть Людвига Тика «Чары любви» (1812),
• первая часть трагедии Гёте «Фауст» (1808),
• «Двенадцать спящих дев» («старинная повесть в двух балладах») Василия Жуковского (1810—1817) и др.^[1]

Сюжет повести основан на быличке о человеке, продавшем душу чёрту. Кроме того, он содержит элементы волшебной сказки (герой любит дочь хозяина, его бедность / низкое положение становится препятствием для брака, но он его устраняет и женится на возлюбленной). Но финал повести далёк от сказочного, герой не остаётся победителем. Образ Басаврюка тоже не соответствует сказочному образу чёрта. Его истоки исследователи видят в легендах, апокрифах и литературе романтизма. Для вступления и завершения повести характерен комедийно-бытовой стиль повествования^[1].

Образ Петра Безродного — сироты, как бы не укоренённого в человеческом мире, исследователи рассматривают как оказавшегося между двумя мирами: человеческим и потусторонним. Он хочет создать семью, и это бы укрепило его в мире людей. Но из-за возникшего препятствия он заключает сделку с чёртом — Басаврюком. Ночь накануне Ивана Купала (летнее солнцестояние) в мифологии считается временем, когда граница между мирами становится проницаемой. Цветы говорят с героем, словно мир природы предупреждает его об опасности, но он неуклонно движется к своей цели, игнорируя знаки^[4].

Ведьма становится для героя проводником в иной мир. Писатель наделяет её образ чертами Бабы-яги (внешность, избушка на курьих ножках, обращение к ней Басаврюка: «Насилу воротилась, яга!»), имеющей в сказках функцию проводника в мир мёртвых. Благодаря ей также свершается возмездие — погибает герой, ради любви и богатства принёсший в жертву ребёнка^[4].

По словам японского исследователя Кавабаты Каори, Гоголь «соединил украинский фольклор с дьявольским образом западноевропейского романтизма»^[5]. Соответственно, украинская фольклорная демонология соединяется в повести с традициями романтизма, широко использовавшего мотивы рока и возмездия^[4].

Исследователи обратили внимание на необычный способ повествования в произведении, включающий множество точек зрения на историю. Так, в повести есть несколько рассказчиков, и каждый из них передаёт слова другого. Пасечник Рудый Панько услышал историю от дьячка Фомы Григорьевича. Фома же излагает то, что услышал от своего деда. Дед опирается на свидетельства своей «родной тётки». Такое повествование можно рассматривать как изображение процесса зарождения народной легенды^[1].

• 1968 — фильм Юрия Ильенко «Вечер накануне Ивана Купала»^[6].
• 1979 — мультипликационный фильм Аллы Грачёвой «Цветок папоротника»^[7].
• 2018 — фильм Егора Баранова «Гоголь. Вий» содержит вольную экранизацию повести^[8].

• Симфоническая фантазия Модеста Мусоргского «Иванова ночь на Лысой горе»^[1].
• Балет Hиколая Римского-Корсакова, впервые поставленный в 1924 году в ленинградском Театре оперы и балета^[9].
• 1976 — симфоническая легенда Леонида Грабовского «Вечер на Ивана Купала. По Гоголю»^[10].
• Увертюра Юрия Арнольда «Ночь на Ивана Купала»^[1].