Никкаль

Никкаль происходит от месопотамской богини Нингаль (шумер: «великая госпожа»), жены бога луны Нанны^[8]. Подобно таким божествам, как Эа, Дамкина, Айя или Пиникир, она была введена из Месопотамии в хурритские области, возможно, уже в 3-м тысячелетии до н. э.^[9]. Альфонсо Арчи предполагает, что присутствие Нингаль в пантеоне царства Мари, в частности, было частично ответственно за её принятие хурритами и её последующее значение в их религии^[10]. Он подчёркивает, что Нингаль была известна на западе уже в период Ура III^[11].

В хеттских источниках имя Никкаль обычно пишется логографически как ^dNIN.GAL, хотя известны и фонетические слоговые написания, такие как ^dNi-ik-kal, а в хурритских текстах преобладает последнее^[12]. Дополнительная форма имени, Никкал-ва-Иб («Никкаль и Иб»), известна из Угарита^[13]. Принято считать, что второй элемент означает «плод» на угаритском языке и что он аналогичен схожему эпитету месопотамской Нанны^[14], ^dIn-bi, «плод»^[15]. Однако восстановление угаритских текстов, включающих фразу ilat inbi, «богиня плодов», теперь считается ошибочным, и нет никаких доказательств того, что такой эпитет когда-либо применялся к Никкаль независимо от имени Никкаль-ва-Иб^[15]. Альтернативная интерпретация связывает Иб с Умбу^[8], именем бога луны в хурритских источниках, которое, возможно, возникло в Верхней Месопотамии^[11]. Однако, по мнению Мауро Джорджери, связывать этот эпитет с Умбу или рассматривать последний как эпитет Никкаль проблематично^[16]. Он приходит к выводу, что случаи, когда имя Умбу предшествует Никкаль, следует рассматривать как ссылки на диаду божеств, причём первое в данном контексте является именем хурритского бога луны^[17]. Этимология этого теонима в конечном итоге остаётся неопределённой^[16].

Из-за редкого появления Никкаль в мифологических текстах обсуждение её характера считается в значительной степени спекулятивным^[18]. В хеттской традиции она могла выступать в качестве одного из божеств, связанных с клятвами, наряду с Ишхарой и богом луны^[19][a]. Однако такие свидетельства встречаются нечасто^[21].

Представление о Нингаль как о жене бога луны сохранилось в культурах, принявших её в свои пантеоны под именем Никкаль^[12]. В хурритских текстах Никкаль изображается в паре с богом луны под обоими его именами — Кушух и Умбу^[11]. Диада Умбу-Никкаль впервые засвидетельствована в XV веке до н. э.^[22] Пётр Тарача отмечает, что её можно рассматривать как пример более широкого явления поклонения диадам божеств в хурритской религии, и сравнивает этот случай с объединением в пару таких божеств, как Хепат и Шаррума, Нинатта и Кулитта, Хутена и Хутеллура, Ишхара и Аллани или двух ипостасей Нупатика в культовом контексте из-за их схожих характеристик^[8]. В Угарите Никкаль упоминается вместе с Кушухом, но она также считалась супругой местного бога луны Яриха^[11].

Maḫitti (единственное число) или Maḫittena (множественное число) засвидетельствованы как члены круга Никкаль в хурро-хеттском контексте^[23]. Фолькерт Хаас предположил, что они были божественными пророчицами, и интерпретировал их имя как аккадское заимствованное слово в хурритском языке, основываясь на сходстве с терминами maḫḫitu и maḫḫutu(m), засвидетельствованными в марийских текстах^[23]. В ритуале, приписываемом царице Никкаль-мати, перечисляются различные божества, входившие в круг Никкаль, включая Зеду (возможно, её божественную служанку), Алвил, Агашшари, «предков богов» Никкаль, а также другие группы божеств, не снабжённые отдельными именами (širini, ḫawari и gate), божественных гончих и поросят^[23].

В хеттском тексте, известном как «молитва Кантуццили», Иштану («бог солнца небес») упоминается как сын Никкаль^[12].

Было высказано предположение, что бог, известный только по угаритскому мифу «Брак Никкаль и Яриха», ḫrḫb, мог быть отцом Никкаль^[18]. Однако современные реставрации текста указывают на отсутствие явных ссылок на такие отношения^[24]. Он упоминается с двумя эпитетами, первый из которых, по общему мнению, означает «царь лета»^[18] или «царь летних плодов»^[15], в то время как значение второго рассматривается как связанное с институтом брака (предложения включают «царь свадеб», «царь свадебного сезона» и «царь брака»)^[25]. В прошлом также предлагались такие толкования, как «царь сезона набегов»^[25]. Предполагается, что он был божеством хурритского происхождения^[18], и возможно, что его имя может означать «он с горы Ḫiriḫ(i)» и заканчиваться суффиксом -bi (Ḫiriḫ(i)bi)^[26]. Этот тип божественного имени похож на имена хурритских божеств Кумарби и Набарби^[26], означающие соответственно «он из Кумме» и «она из Навара»^[27].

Никкаль занимала видное место в хурритском пантеоне, и Альфонсо Арчи подчёркивает, что она является единственной супругой месопотамского божества, включённого в хурритский пантеон, которая также появляется в хурритских источниках самостоятельно^[10]. Области, в которых ей поклонялись, включали хурритское царство Киццуватна, Хеттскую империю и Угарит^[12]. Предполагается, что в двух последних областях она была получена через хурритских посредников^[21]. Фолькерт Хаас приписывает её введение в хеттский пантеон царице Никкаль-мати, жене Тудхалии II^[28]. Предполагается, что большинство хеттских ритуальных текстов, в которых упоминается Никкаль, были составлены под влиянием культуры Киццуватны^[12]. В молитве Муваталлиса II она названа одним из божеств Кумманни^[29]. В хурро-хеттских источниках она появляется в списках подношений (kaluti), посвящённых кругу богини Хепат^[30]. Она также входит в число божеств, изображённых в святилище Язылыкая в процессии божеств по сравнению со списками, известными по этим текстам, где она появляется между Дамкиной и Айей^[1]. Однако в Анкуве во время правления Тудхалии IV она получала подношения как божество от калути Тешуба^[2]. Известна также отдельная калути, посвящённая ей^[31]. В киззуватнейском ритуале Аммиатна Никкаль входит в число богинь, упоминаемых в контексте подношений всем женским божествам (хурритск.: ḫeyarunna aštuḫina)^[32]. Во фрагментарном ритуальном тексте KUB 51.73 упоминаются подношения Никкаль и её трону^[33].

Известен ряд хеттских теофорных имён с упоминанием Никкаль, в том числе имена царицы Никкаль-мати и её дочери Ашмуниккаль^[34]. Хаас отметил, что этимологически хурритские теофорные имена цариц с упоминанием Никкаль и Хепат могут указывать на связь среднехеттского царского дома с Южной Анатолией и Северной Сирией, где поклонялись обеим этим богиням^[35]. Возможно, что Никкал-мати была царицей, которая, согласно среднехеттскому документу, руководила частным ритуалом, посвящённым Никкаль, в котором также принимали участие два её сына, жрец (возможно, по имени Кантуззили) и Тулпи-Тешуб^[12].

В Угарите Никкаль засвидетельствована как в угаритских, так и в хурритских текстах^[36]. Некоторые исследователи, например Айча Рахмуни, относят её к хурритским божествам даже при обсуждении угаритских источников^[37]. Согласно Герноту Вильгельму и Петру Тараче, город можно считать крупным культовым центром Никкаль^[8][38]. В тексте RS 24.250+ упоминается посвящённое ей святилище, обозначенное термином ḫmn^[39]. Один из текстов из этого места сохранил посвящённый ей хурритский гимн, сопровождаемый нотной записью^[40]. Его содержание было первоначально опубликовано Эммануэлем Ларошем вместе с другими хурритскими текстами из Угарита в 1968 году, а первым автором, предположившим, что текст может представлять собой нотную запись, был Ганс Густав Гютербок в 1970 году^[41]. Подношения Никкаль упоминаются в хурритском контексте в тексте RS 24.254^[42]. Другой ритуальный текст, в котором она появляется, KTU³ 1.111, сочетает угаритские и хурритские элементы и перечисляет подношения ей наряду с подношениями Кушуху и Яриху^[43]. Она также входит в число божеств, упомянутых в RS 24. 261^[44], где аналогичным образом сочетаются угаритские и хурритские элементы и акцентируется внимание на Шавушке и её аналоге Аштарт^[45]. Во время ритуала, который проводился в последний месяц угаритского лунного календаря, Ra’šu-Yêni («первое вино»)^[46], она получила корову в качестве подношения сразу после жертвоприношений Яриху^[47].

Из Угарита также известно несколько теофорных имён, ссылающихся на Никкаль^[3]. По состоянию на 2016 год было идентифицировано семь лиц, носящих их^[48]. Одним из них был Eḫli-Nikkal^[21]. Она является единственной известной на сегодняшний день хеттской принцессой, вышедшей замуж в угаритскую царскую семью^[49].

Договор между Угаритом и Каркемишем указывает, что Никкаль поклонялись и в двух других близлежащих поселениях, Гурату и Нубанну, которые находились под контролем последнего царства^[3].

Никкаль не засвидетельствована в нехурритских и неугаритских источниках из западной Сирии бронзового века^[50]. По мнению Джины Константопулос, возможно, что упоминание Никкаль, которое она сравнивает с свидетельствами об этой богине из Угарита, присутствует в договоре между Ашшур-нирари V из Ассирии и Мати-илу из Арпада 1-го тысячелетия до н. э., в котором наряду с ассирийскими божествами упоминаются многие западные, например, Хадад из Алеппо, Кархуха и Кубаба из Каркемиша или Мелькарт и Эшмун из Финикии^[51].

В Египте Никкаль засвидетельствована только в Лейденском магическом папирусе I, датируемом периодом правления XXV династии Египта, в котором она предстаёт как иностранное божество, которого просят исцелить конкретный недуг^[50].

Никкаль появляется в угаритском тексте (CAT 1.24), описывающем обстоятельства её брака с богом луны Ярихом^[52]. Предполагается, что этот миф является либо переводом хурритского текста, либо, по крайней мере, адаптацией мотивов, относящихся к Никкаль и Кушуху в хурритской мифологии^[4]. Возможным указанием на то, что предшественники текста возникли за пределами Угарита, является также наличие в нём ссылки на Дагона из Туттула^[3]. В тексте Никкаль именуется glmt, «молодая женщина»^[53]. Исходя из использования этого термина в других угаритских текстах, особенно в «Эпосе о царе Кирте», предполагается, что он может обозначать невесту^[54]. Ярих хочет жениться на Никкаль, но Ḫrḫb сначала предлагает ему других потенциальных невест, дочь Баала Пидрай и дочь Аттара Йбрдми, что заставляет некоторых исследователей предположить, что он просто сват, а не отец Никкаль, как часто предполагается^[55]. Ярих не проявляет интереса ни к одной из этих богинь^[18]. Показав, что он готов предложить большое количество серебра, золота и лазурита, и пообещав, что способен произвести на свет ребёнка, он добивается разрешения жениться на Никкаль^[56]. Он заявляет, что «сделает её поля виноградниками, поля её любви фруктовыми садами», что, по мнению Стива А. Виггинса, является одновременно образной и метафорической ссылкой на плодотворность брака^[56]. Было высказано предположение, что плохо сохранившийся раздел текста описывает сексуальный контакт между Никкаль и Ярихом, но это остаётся неопределённым^[57].