Неонацизм на Украине

По сообщению международной организации Freedom House, в 2018 году на Украине активно действовали множество хорошо организованных ультраправых и неонацистских группировок^[8]. Кроме этого, почти все националистические партии Украины приняли на вооружение идеи украинского этнического национализма, социального консерватизма, антикоммунизма и антимигрантскую риторику. В позициях партий УНА-УНСО, «Свобода» и «Новая сила» явно или открыто проявляется белый расизм, который становится наиболее очевиден в рамках их антимигрантских выступлений^[9].

Ключевые идеи радикально правых группировок основаны на традиционном украинском национализме и тесно с ним переплетены, однако не стоит путать эти явления. Украинский национализм приобрёл особо сильные позиции лишь на Западной Украине. Именно там в межвоенные годы в противостоянии жёстким репрессиям польских властей прочно укоренился украиноцентризм как реакция на неудачу после всех попыток получения независимости периода 1917—1920 годов^[10]. Дальнейшее историческое наследие таких организаций, как ОУН и УПА, прошло период мифологизации и романтизации постсоветского периода^[11]. Многие бывшие члены этих организаций после Второй мировой войны осели в странах Запада и, по заключению шведского историка Пера Рудлинга, разработали для самообслуживания свою собственную историческую мифологию, которая прославляла боевиков ОУН-УПА и игнорировала их военные преступления^[12]. Все националистические течения Украины объявляли себя законными наследниками идеологии ОУН-УПА и всячески подчёркивали свою связь с ними^[11].

В 1990-е годы, в ответ на подъём пророссийских интеграционных настроений в Крыму украинские националисты выдвинули экстремистский контрлозунг: «Крым будет либо украинским — либо безлюдным»^[13].

Неонацистские группировки были частью украинского праворадикального движения^[14]. Во время Евромайдана возросла популярность ультранационалистов, ранее не принимавших участие в политической жизни страны. Активисты из организаций, которые можно назвать неонацистскими («Тризуб», «Патриот Украины», УНА-УНСО, «Социал-национальная ассамблея», С14 и «Белый молот»), объединились, в 2013 году сформировав «Правый сектор»^[15]. «Правый сектор» выполнял функции выступавшей против России «милиции»^[14]. Андреас Умланд и Антон Шеховцов утверждали, что на момент создания «Правый сектор» объединял частично ультраконсервативные, частично неонацистские экстремистские группы^[16].

В ходе Евромайдана 2013—2014 годов часть радикальных активистов не разделяла идеи евроинтеграции Украины, а во главу угла ставила радикальный национализм по принципу «Украина для украинцев». Так, в интервью британским СМИ один из лидеров «Правого сектора» Андрей Тарасенко указывал, что их целью является не евроинтеграция, а «национальная революция»:

Ряд символов украинских радикалов являются очевидным наследием нацистских эмблем и лозунгов, таких как, например, «Вольфсангель» с эмблемы немецкой дивизии СС «Рейх»^[18].

Официальной идеологией Социал-национальной партии Украины (СНПУ) был социал-национализм, представляющий собой отсылку к Организации украинских националистов (ОУН). Символ СНПУ напоминает зеркальное отражение символа Вольфсангель, который распространён среди европейских неонацистских организаций и использовался некоторыми подразделениями приверженцев фашистской группировки Waffen-СС^[15].

В 2014 году членами неонацистских «Патриота Украины» и «Социал-национальной ассамблеи» был создан батальон «Азов». После того как командир «Азова» Андрей Билецкий был избран депутатом Верховной рады Украины, а его заместитель, бывший неонацистский активист Вадим Троян^[19], стал исполняющим обязанности начальника Национальной полиции Украины, появились опасения по поводу активного развития неонацизма на Украине^[15].

В 2010-е годы на базе общих воззрений украинские радикалы активно взаимодействовали с правофланговыми партиями других стран. Например, Украинская национальная ассамблея сотрудничала с ультраправой Национал-демократической партией Германии, а партия «Свобода» являлась членом Альянса европейских национальных движений^[20]. Накал националистического настроя в связи с развитием вооружённого конфликта на востоке страны совпал с очевидным возрастанием уровня ненависти к русскому населению, языку, образованию и культуре в публичном дискурсе и уровня насилия, направленного на уязвимые части украинского общества, в частности на национальные меньшинства — русское, еврейское, цыганское, венгерское. Выводы этих наблюдений были поддержаны исследовательскими результатами Совета Европы в 2018 году^[8].

Как писал журнал The Nation, яркими проявлениями этой тенденции можно считать погромы цыган, антисемитские инциденты, нападения на сторонников феминизма и активистов ЛГБТ-сообществ. Кроме акций насилия, процесс эскалации общественных настроений сопровождался установлением запретов на книги, давлением на местную прессу, постепенным введением ограничений личных свобод граждан (см. права человека на Украине) и героизацией нацистских коллаборационистов-пособников фашизма из Украинская повстанческая армия, которая спонсировалась украинским государством. Острота этой проблемы была отражена в публикациях Всемирного еврейского конгресса, Центра Симона Визенталя, Human Rights Watch, Amnesty International и Freedom House^[21].

Помимо этого, насилие в символической форме вандализма также делает своей целью общественные институты и мемориальные объекты, связанные с национальными меньшинствами: польское военное кладбище на Волыни, памятники жертвам Холокоста, памятники венгерскому национальному и культурному наследию в Закарпатье и церкви, принадлежащие Русской православной церкви Московского патриархата^[22][23]. Серия жестоких нападений неонацистов сразу в нескольких украинских городах во время демонстраций марта 2018 года заставила организацию Amnesty International выступить с необычайно жёстким заявлением о том, что украинская власть быстро теряет свою монополию на насилие^[8].

По заключению Freedom House, всё это сопровождалось насаждением атмосферы страха, которая резко усилилась после нападения националистов из радикальной группировки C14 на киевского антивоенного деятеля Станислава Сергиенко. При этом во многих случаях нападающие редко получали наказание за совершение своих преступлений, а украинская полиция предпочитала брать под стражу не их, а мирных демонстрантов^[8][24]. Более того, группировка C14 заключила с Киевской городской администрацией соглашение, по которому националисты организовали «муниципальную стражу» для контроля за улицами столицы. В Киеве появились сразу три таких подразделения и как минимум 21 в других городах Украины^[8].

С 2014 года властями Украины последовательно и неуклонно ограничивалось использование русского языка в образовании, культурно-массовых мероприятиях, киноиндустрии, вводились языковые квоты на радио и телевидении, периодической печати, книгоиздании. С сентября 2017 года началось поэтапное запрещение использования в государственной образовательной системе русского и языков других национальных меньшинств Украины. Обучение в средней школе и в вузах должно проходить исключительно на украинском языке. С 2018 года классы с преподаванием предметов на русском и других языках сохранялись только в начальной школе. С 1 сентября 2020 года школы, в которых преподавание ведётся не на украинском, обязаны были фактически полностью прекратить существование. Новая редакция закона «Об образовании» вызвала не только массовые протесты русского населения юго-востока Украины и в России, но и недовольство в Венгрии, Румынии, Болгарии и других восточноевропейских государствах, выходцы из которых образуют исторические диаспоры на Украине^[25].

«Белая книга» МИД России, посвящённая нарушениям прав человека и принципа верховенства права на Украине, в 2014 году отмечала, что «во всех регионах и особенно на юго-востоке страны растёт давление украинских национал-радикалов, направляемых де-факто властями в Киеве и их внешними покровителями, на русскоязычных граждан, которые не хотят терять вековые узы, связывающие их с Россией и российской культурой. При этом дела вершатся „по-майдановски“ — через угрозы, запугивание, физическое насилие и гнусные попытки вытравить русскую культуру и самосознание среди жителей этих регионов Украины»^[26].

С 2014 года Украина традиционно голосует против принятия Резолюции ГА ООН о недопустимости определённых видов практики, способствующих расизму, объясняя свою позицию опасением, что резолюция — в предлагаемой форме — может привести к ограничению свободы слова и отказалась поддерживать её «до тех пор, пока сталинизм и неосталинизм не будут осуждаться в равной степени, как и нацизм, неонацизм и другие формы нетерпимости»^{[27][28][29][30][31]}.

В 2015 году на Украине был принят закон об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов на Украине и запрет пропаганды их символики^[32][33]. При этом в законе не идёт речь о запрете неонацизма и его символов — стилизованных форм свастики и рун^[34]. На Украине также принят закон о предотвращении и противодействии антисемитизму и об уголовной ответственности за антисемитизм^[35][36].

Эксперт Андреас Умланд признавал, что на Украине действительно есть ультраправые группы, однако их электоральная поддержка невелика. Он отмечал, что на парламентских выборах в 2019 году ультраправые, неонацистские и радикальные партии выступили единым фронтом, и все вместе набрали 2,15 % голосов. Вместе с тем на Украине на государственном уровне происходила героизация пособников гитлеровского нацизма и их лидера Степана Бандеры, именем которого в 2016 году назван Московский проспект в Киеве, и это в 2021 году было признано законным киевским судом. Комментируя присвоение властями одной из улиц Киева имени Михаила Амельяновича-Павленко, лидер Украинского еврейского комитета Эдуард Долинский указал, что тот в годы Великой Отечественной войны был "нацистским коллаборантом и организатором дивизии СС «Галиция»^[37].

Президент России Владимир Путин отмечал, что на Украине прославляли Адольфа Гитлера, возвеличивали неонацизм и возрождали его на российских исторических территориях. Парируя аргумент о том, что и в России существовали отдельные неонацистские организации, Путин пояснил, что «в РФ нацистов преследуют, а на Украине возвеличивают»^[38].

В ноябре 2014 года, через полгода после провозглашения независимости ДНР и ЛНР, президент Пётр Порошенко подписал указ об экономической блокаде Донбасса. Он обязал правительство Украины «прекратить на отдельных территориях» Донецкой и Луганской областей деятельность госпредприятий, учреждений и организаций, эвакуировать работников, вывезти имущество и документацию. Указ о блокаде Донбасса президент Порошенко публично прокомментировал таким пассажем в адрес русских: «У нас работа будет — у них нет. У нас пенсии будут, у них — нет. У нас дети пойдут в школы и детские сады — у них они будут сидеть в подвалах. И так мы выиграем эту войну»^[39].

В марте 2021 года общественный резонанс вызвала угроза вице-премьера Алексея Резникова «выдворить» живущих в Крыму россиян после предполагаемого им возвращения полуострова под контроль Украины. Резников утверждал, что Россия «завезла» в Крым 500 тысяч россиян с целью «размыть» местное население, и эти люди на полуострове не нужны, поскольку они не граждане Украины^[40].

Президент Украины Владимир Зеленский в августе 2021 года обратился к жителям Донбасса и тем из них, кто считает себя русскими, посоветовал ради детей и внуков покинуть родную землю, «искать себе место в России, потому что без Украины на этой территории цивилизации не будет»^[41].

В феврале 2022 года Александр Турчинов, ранее председатель Верховной рады и исполняющий обязанности президента Украины, выступил с видеообращением «к нации и Европе», в котором заявил: «Мы готовы уничтожать русню где только можно. Бить русню нужно не только в Украине, но и за её пределами — на территории России». Это заявление было воспринято прессой как призыв к геноциду русских^[42].

В октябре 2022 года руководитель Офиса президента Украины Андрей Ермак дал интервью агентству Reuters, озаглавленное его цитатой — «Русский вопрос должен быть решён силой» (англ. Russian question must be solved by force)^[43].

В мае 2023 года, реагируя на обвинения в причастности украинских спецслужб к убийству журналистки Дарьи Дугиной, начальник Главного управления разведки Министерства обороны Украины Кирилл Буданов сказал, что «мы убивали и будем убивать русских в любой точке мира до полной победы Украины»^[44]. О русских как о народе Буданов говорил так: «Это люди с видоизменённой психикой, которые должны быть привлечены к справедливой ответственности. Справедливая ответственность в нашем понимании — только физическое устранение»^[45].

Угрозы Буданова одобрил и советник офиса президента Украины Михаил Подоляк. В мае 2023 года советник Зеленского заявил о ненависти Украины к России и пообещал россиянам неизбежные преследования: «Украина достанет каждого из вас, юридически или физически»^[46].

Секретарь Совета национальной безопасности и обороны (СНБО) Алексей Данилов утверждал, что Украине необходимо до основания разрушить Донбасс, предлагал нанести превентивный ракетный удар по Белоруссии и вторгнуться в Россию^[47].

В ноябре 2023 года председатель Верховной рады Руслан Стефанчук объявил, что закон о национальных меньшинствах, принятый на Украине в декабре 2022 года, не распространяется на русских, а права русского народа на Украине должны быть ущемлены из-за «агрессии России». Вице-премьер по вопросам европейской и евроатлантической интеграции Украины Ольга Стефанишина утверждала, что на Украине нет русского национального меньшинства, а есть «украинцы, говорящие по-русски»^[48].

Ряд этих заявлений многие эксперты и политологи сочли нацистскими, чудовищными и «вопиющим примером риторики ненависти»^[46].

В годы Великой Отечественной войны на Украине преимущественно силами ОУН (б) Степана Бандеры были уничтожены 1,5 млн евреев — это четверть от 6 млн евреев, истреблённых нацистами в ходе Холокоста^[49].

По данным Конгресса национальных общин Украины и Группы мониторинга прав национальных меньшинств, уровень ксенофобии и насилия на расовой основе в ХХI веке на Украине упал, за исключением регионов Восточной Украины^[50]. Однако в докладе израильского министра по делам диаспоры Н. Беннета указано, что в 2017 году количество антисемитских инцидентов, включая десятки актов вандализма в музеях, синагогах и на мемориалах, по Украине удвоилось^[51]. Из этих данных следует, что 2017 год стал вторым годом, когда Украина стала лидером среди всех стран бывшего СССР по числу антисемитских происшествий, а в некоторых публикациях указывается, что Украина превосходит все страны бывшего СССР вместе взятые^[52]. Среди других проявлений украинской юдофобии были также упомянуты антисемитская пропаганда в публичном дискурсе, осквернение еврейских кладбищ и мест памяти Холокоста и т. п. при отсутствии эффективной реакции украинских властей^[53][54][55].

Как полагает главный раввин Украины Яков Блайх, мифы о вездесущем фашизме и национализме на Украине преувеличены, подтверждением чего является избрание этнического еврея (Зеленского) президентом Украины^[54], хотя кандидат от ультраправых сил набрал лишь 1,6 % голосов^[56]. В июне 2023 года, на Петербургском экономическом форуме президент России Владимир Путин отметил личную роль Зеленского к возведению на пьедестал почёта в качестве героев Украины неонацистов, «последышей Гитлера» и упомянул распространённое среди российских евреев представление о Зеленском как о «позоре еврейского народа»^[49].

В марте 2022 года президент Федерации еврейских общин России Александр Борода заявил о «всплеске неонацизма на Украине», отметив, что на Украине «идёт героизация преступников, повинных в гибели предков тех самых евреев»^[57][58][59].

В речи перед началом военных действий на Украине 24 февраля 2022 года президент России Владимир Путин указал на «геноцид в отношении проживающих на Донбассе миллионов людей, которые надеются только на Россию». Анализируя геополитический аспект проблемы расцвета неонацизма на Украине после 2014 года, Путин отметил, что «страны НАТО для достижения собственных целей во всём поддерживают на Украине крайних националистов и неонацистов, которые никогда не простят крымчанам и севастопольцам их свободный выбор — воссоединение с Россией». Россия, подчеркнул Путин, будет стремиться к «демилитаризации и денацификации Украины»^[60].