Осетино-грузинский конфликт (2008)

Грузинские и южноосетинские войска вели перестрелки и огневые налёты разной степени интенсивности с конца июля 2008 года. Вечером 7 августа стороны договорились о прекращении огня, чего, однако, в действительности сделано не было^[30].

В ночь на 8 августа 2008 года (в 0:06^[31]) грузинские войска начали массированный артиллерийский обстрел столицы Южной Осетии города Цхинвала и прилегающих районов. Через несколько часов последовал штурм города грузинской бронетехникой и пехотой. Официальным поводом для атаки на Цхинвал, по заявлениям грузинской стороны, послужило нарушение режима прекращения огня со стороны Южной Осетии, которая, в свою очередь, утверждает, что первой огонь открыла Грузия^[32].

8 августа (в 14:59^[31]) к конфликту на стороне Южной Осетии официально присоединилась Россия в рамках операции по принуждению грузинской стороны к миру, 9 августа — Абхазия в рамках соглашения о военной помощи между членами Содружества непризнанных государств. 12 августа Россия официально объявила об успешном окончании операции по принуждению грузинских властей к миру^[33]. 13 августа Абхазия официально заявила о завершении операции по вытеснению грузинских войск из Кодорского ущелья^[34], после чего активные боевые действия прекратились^[35].

С 14 по 16 августа руководители государств, вовлечённых в военные действия, подписали план мирного урегулирования грузино-южноосетинского конфликта («План Медведева — Саркози»)^[36][37].

Истоки современного грузино-осетинского конфликта лежат в событиях конца 1980-х годов, когда активизация грузинского национального движения за независимость от союзного центра (при одновременном отказе малым народам Грузии в праве на автономию) и радикальные действия его руководителей (прежде всего, Звиада Гамсахурдиа)^[38][39] на фоне слабости центрального руководства СССР привели к резкому обострению отношений между грузинами и этническими меньшинствами (в первую очередь, абхазами и осетинами, имевшими собственные автономные образования и уже тогда выдвигавшими требования повышения их статуса — и, в конечном счёте, самостоятельности).

В 1989 году Юго-Осетинская автономная область провозглашает автономную республику, а через год — объявляет о своём суверенитете. В ответ Верховный совет Грузии 10 декабря 1990 года упраздняет осетинскую автономию вообще, разделив её территорию по шести административным районам Грузии.

В 1990 году закон СССР «О порядке разрешения вопросов, связанных с выходом союзной республики из Союза ССР», предоставил право автономным образованиям «самостоятельно решать вопрос о выходе из СССР в составе выходящей республики или о пребывании в составе СССР». Исполком народных депутатов Южной Осетии воспользовался предоставленным правом, и, когда 9 апреля 1991 года Грузия вышла из состава СССР, Южная Осетия осталась в его составе.

Политическая борьба быстро переросла в вооружённые столкновения, и в течение всего 1991 года Южная Осетия была ареной активных боевых действий, в ходе которых безвозвратные потери (убитые и пропавшие без вести) с осетинской стороны составили 1 тыс. человек, ранено свыше 2,5 тыс.^[40] (см.: Южноосетинская война (1991—1992).

19 января 1992 года в Южной Осетии состоялся референдум по вопросу «о государственной независимости и (или) воссоединении с Северной Осетией». Большинство участвовавших в референдуме поддержало это предложение^[41].

Весной 1992 года, после некоторого затишья, вызванного государственным переворотом и гражданской войной в Грузии, военные действия в Южной Осетии возобновились. Под давлением России Грузия начала переговоры, закончившиеся 24 июня 1992 года подписанием Дагомысского соглашения о принципах урегулирования конфликта. Дагомысские соглашения предусматривали создание специального органа для урегулирования конфликта — Смешанной контрольной комиссии (СКК) из представителей четырёх сторон: Грузии, Южной Осетии, России и Северной Осетии.

14 июля 1992 года был прекращён огонь, и в зону конфликта для разъединения противоборствующих сторон были введены Смешанные силы по поддержанию мира (ССПМ) в составе трёх батальонов — российского, грузинского и осетинского.

В Цхинвале была размещена Миссия наблюдателей от ОБСЕ.

После 1992 года Южная Осетия была де-факто независимым государством, обладала собственной конституцией (принята в 1993 году) и государственной символикой. Власти Грузии по-прежнему рассматривали её как Цхинвальский регион, но активных действий по установлению контроля над ней не предпринималось^[43].

В 1990-е годы активно шёл процесс принятия российского гражданства населением Южной Осетии. 1 июля 2002 года в России был введён новый закон о гражданстве^{[44][45][46][47]}, который закрывал возможность бывшим гражданам СССР получать российское гражданство в крайне упрощённом порядке. В связи с этим, Конгресс русских общин Абхазии в июне 2002 года инициировал акцию по массовому получению российских паспортов жителями страны. В июне российское гражданство получали до 8 тыс. абхазцев в сутки. По завершении акции российское гражданство имели примерно 220 из 320 тыс. жителей Абхазии^[48]. К концу июля 2002 года доля российских граждан в Южной Осетии превышала 60 % населения^[49], к 2006 году — 80 % населения^[47]. В 2006 году заместитель министра иностранных дел Грузии Мераб Антадзе заявил, что Россия намерена способствовать усилению конфронтации в Южной Осетии, назвав массовое предоставление российского гражданства «аннексией грузинских территорий»^[50]. Представитель МИД России заявил, что принятие российского гражданства населением Южной Осетии происходит в рамках международного права, и какие-либо претензии по данному вопросу со стороны Грузии неуместны^[44].

5 декабря 2000 года по инициативе российской стороны был введён визовый режим между Россией и Грузией, создавший трудности для граждан Грузии, 500 тыс. которых в то время работало в России. В то же время был оставлен безвизовый режим для жителей Абхазии и Южной Осетии, что вызвало протесты Грузии. 1 марта 2001 года были отменены льготы, предусматривавшие безвизовый проезд для грузинских дипломатических представителей и жителей приграничной полосы^[51][52].

Очередное усиление напряжённости в зоне конфликта совпадает с приходом к власти Михаила Саакашвили, объявившего курс на восстановление территориальной целостности Грузии. В августе 2004 года дело дошло до кровопролитных столкновений, в ходе которых грузинские войска безуспешно пытались установить контроль над стратегическими высотами вокруг Цхинвала, но, потеряв несколько десятков человек, были отведены^[43].

В феврале 2006 года грузинские власти заявили о необходимости наличия виз у российских миротворцев в зонах межэтнических конфликтов, последовали частые задержания военнослужащих миротворческого контингента по причине отсутствия виз. Российская сторона не признала законность грузинских требований. 15 февраля парламент Грузии принял постановление, признавшее деятельность миротворческого контингента в Южной Осетии неудовлетворительной и выразившее желание перейти на «новый формат миротворческой миссии»^[51].

1 мая 2006 года министр обороны Грузии Ираклий Окруашвили заявил, что хочет встретить 2007 год в столице Южной Осетии, и обещал уйти в отставку, если этого не произойдёт. Он добавил, что «в течение нынешнего года планируется заседание лидеров стран „восьмёрки“, саммит НАТО, а также другие важнейшие международные мероприятия, поэтому с помощью наших друзей, в первую очередь США, мы сможем мирно урегулировать эту проблему»^[53].

В мае 2006 года грузинские власти назвали «уголовными преступниками» российских миротворцев, прибывших в Южную Осетию в рамках проводившейся ротации, обвинив их в нарушении визового и пограничного режима. Южноосетинские власти в ответ на претензии Грузии пригрозили ввести визы для грузинских граждан, включая миротворцев. Ситуация обострилась 18 июля, когда парламент Грузии потребовал вывести либо «легализовать» миротворцев^[51].

20 июля 2006 года министр обороны России Сергей Иванов пообещал помочь Абхазии и Южной Осетии в случае грузинской агрессии^[51].

12 ноября 2006 года в Южной Осетии были одновременно проведены двое парламентских выборов и референдум о независимости. Одни выборы и референдум были проведены на территории, контролируемой властями Южной Осетии (здесь победил Эдуард Кокойты, и большинство участников референдума высказалось за независимость). Другие выборы были проведены на территории, контролируемой грузинскими властями, и среди беженцев из Осетии, находящихся на территории собственно Грузии (здесь победил Дмитрий Санакоев). Обе стороны признали проведённые ими выборы демократичными и отражающими волю народа, а другие — фальсифицированными. Оба победителя принесли присягу народу Южной Осетии, претендовали на власть на всей территории Южной Осетии и обвиняли друг друга в коллаборационизме (с Россией и Грузией, соответственно).

В том же году Грузия ввела свои войска в Кодорское ущелье, несмотря на протесты Абхазии, после чего контингент российских миротворцев в нижней части ущелья был усилен^[51].

По версии некоторых российских источников^[54], ещё в 2006 году в Грузии существовал план под кодовым названием «Бросок тигра», который предполагал до 1 мая 2006 года при поддержке США и ОБСЕ принудить Россию вывести своих миротворцев из Южной Осетии, а затем организовать провокации, чтобы в дальнейшем под предлогом «локализации конфликта» установить контроль над Южной Осетией. В реальности эти события не произошли. О существовании подобного плана в интервью агентству «Рейтер» заявлял бывший министр обороны Грузии Ираклий Окруашвили, по словам которого «Абхазия была нашим стратегическим приоритетом, но в 2005 году мы разработали военные планы по захвату как Абхазии, так и Южной Осетии. План изначально предусматривал двойную операцию вторжения в Южную Осетию, взятие под контроль Рокского туннеля и Джавы». Он заявил, что США ещё тогда предупреждали, что не окажут помощи в случае вторжения: «Когда мы встретились с Джорджем Бушем в мае 2005 года, нам прямо заявили: не пытайтесь вступить в военную конфронтацию. Мы вам не сможем оказать военную помощь»^[55][56].

В марте 2006 года в Сочи были подписаны российско-грузинские соглашения о выводе российских баз, размещённых в Грузии, до конца 2008 года^[57].

В 2007 году президент Саакашвили потребовал вывести российские войска из Грузии. Самой крупной базой была Ахалкалаки. Войска были выведены досрочно — 15 ноября 2007, хотя планировался вывод в течение 2008 года. Остались только российские миротворцы, действующие по мандату СНГ в Абхазии^[58] и по Дагомысским соглашениям в Южной Осетии (где являлись частью предусмотренных соглашением Смешанных сил по поддержанию мира)^[58].

После военных событий 1991—1992 годов Российская Федерация стала играть активную политическую роль на территории Южной Осетии.

На рубеже 2006—2007 годов Генеральный штаб Вооружённых сил России подготовил план действий на случай «военной агрессии Грузии в Южной Осетии». Этот план был утверждён президентом России Владимиром Путиным. В рамках этого плана, в частности, велась «подготовка южноосетинских ополченцев»^[59][60].

По утверждениям грузинской стороны, Россия осуществляла поставки вооружения в Южную Осетию. Глава МИД Грузии Гела Бежуашвили заявлял в январе 2006 года:

Российские чиновники отвергали обвинения грузинской стороны. В январе 2006 года посол по особым поручениям МИД России Валерий Кеняйкин заявил:

По его словам, речь шла о четырёх танках Т-55, нескольких гаубицах и бронемашинах.

По сведениям «Независимой газеты» (февраль 2007 года), численность вооружённых сил Южной Осетии составляла 3 тыс. человек; в резерве находилось 15 тыс. человек. На вооружении Южной Осетии имелось, по одним данным, 15^[62], по другим данным — 87 танков Т-72 и Т-55 (по информации «Новой газеты», 80 из них «остались после [российских] учений „Кавказ-2008“»), 95 орудий и миномётов, в том числе 72 гаубицы, 23 реактивные системы залпового огня БМ-21 «Град», 180 бронемашин, в том числе 80 боевых машин пехоты, а также три вертолёта Ми-8^[63].

Журнал «Власть» со ссылкой на неназванного министра Северной Осетии 25 августа 2008 года заявил, что бюджет Северной Осетии ежегодно получал из российской федеральной казны 2,5 млрд рублей на «международную деятельность», которые сразу же перечислялись в распоряжение правительства Южной Осетии; никакой прозрачной отчётности о расходовании перечисленных средств не представлялось. Эти сведения подтвердил бывший южноосетинский премьер Олег Тезиев^[64].

Основная часть правительства непризнанной Республики Южная Осетия перед началом вооружённого конфликта 2008 года состояла из бывших российских чиновников, включая военных и сотрудников спецслужб^[65][66][67].

После грузино-осетинских столкновений 2004 года руководству Грузии стало понятно, что грузинская армия в её текущем состоянии не имеет явного преимущества даже над силами такого небольшого региона, как Южная Осетия^[68]. Правительство Грузии начало масштабную военную реформу, в результате которой к январю 2008 года грузинские вооружённые силы были подготовлены в соответствии со стандартами НАТО^[69], их боеспособность была увеличена за счёт крупных поставок вооружения, военного снаряжения и боевой техники^[70]. Армия была переведена на профессиональную основу^[68].

Почти на всех учениях, проводившихся обновлённой грузинской армией, отрабатывалось ведение наступательных операций с использованием тяжёлого вооружения. Кроме того, особое внимание уделялось антипартизанским действиям, поскольку командование грузинской армии ожидало столкнуться с партизанской войной после разгрома основных сил Южной Осетии. США оказали значительную помощь грузинской армии в обучении. Поскольку Грузия направила значительный контингент своих войск в Ирак, США развернули масштабную программу подготовки армии Грузии, причём основной упор в ней делался на противоповстанческие действия^[68].

Британская газета Financial Times писала, что 80 грузинских спецназовцев были подготовлены американскими инструкторами по приказу Пентагона по программе, которая в 1995 году была опробована в Хорватии в рамках операции хорватских вооружённых сил по захвату района Крайны (большинство населения — этнические сербы). Газета отметила, что та операция являлась одним из худших эпизодов этнических чисток в истории Югославской войны^[71].

За время президентства Саакашвили Грузия поставила мировой рекорд по росту военного бюджета, увеличив его в 2003—2007 годах более чем в 30 раз, с $30 млн (0,7 % ВВП) в 2003 году до $940 млн (8,0 % ВВП) в 2007 году^[68]. Бюджетом Грузии на 2008 год были запланированы расходы Министерства обороны, эквивалентные $0,99 млрд^[72][73], что составляет около 8 % ВВП^[68][74] и более 25 % всех доходов бюджета Грузии на 2008 год^[75]. Уровень военных расходов Грузии в соотношении к ВВП был одним из самых высоких среди стран мира^[68].

Произошло массированное перевооружение грузинской армии. Закупались танки, тяжёлая артиллерия, лёгкая бронетехника, вертолёты, беспилотные летательные аппараты^[68].

По сведениям Минобороны России, в число поставщиков оружия Грузии входили Болгария, Босния и Герцеговина, Великобритания, Греция, Израиль, Латвия, Литва, Сербия, США, Турция, Украина, ФРГ, Франция, Чехия и Эстония^[70].

12 августа из опубликованного ООН отчёта Украины об экспорте военной техники стало известно, какое именно вооружение Украина поставляла Грузии. Некоторые украинские эксперты отмечали, что часть этого оружия морально устарела, в то же время некоторая техника была снята с боевого дежурства и поставлена в Грузию в обход^[76] стандартных процедур с ведома и по поручению Президента Ющенко. Согласно данным отчёта, Украина поставляла в Грузию следующие виды оружия: ЗРК «Оса» и «Бук», вертолёты Ми-8 и Ми-24, учебные самолёты Л-39, САУ (в том числе тяжёлые 2С7 «Пион») а также танки, БМП и стрелковое оружие. РСЗО «Град» в списке отсутствует.

Позже руководитель Временной следственной комиссии ВР Украины, занимающейся вопросами степени законности зарубежной торговли оружием, Валерий Коновалюк заявил, что Комиссия нашла нарушения украинского законодательства при поставках оружия в Грузию, которые нанесли Украине колоссальный экономический и политический ущерб, а также ослабили обороноспособность страны.

По этому поводу министр иностранных дел России Лавров заявил: «Официальный Киев даже не высказал сожаления в связи с гибелью мирных жителей и российских миротворцев. При этом известно, что украинское руководство своими поставками тяжёлого наступательного вооружения грузинской армии несёт свою долю ответственности за произошедшую в этом регионе трагедию. Погибли сотни людей, в большинстве своём — мирные жители»^[77].

28 августа представитель Генштаба РФ генерал-полковник Анатолий Ноговицын заявил журналистам, что российские военные нашли «много интересного» в начинке захваченных американских военных джипов «хаммер» в городе Поти. Появились сведения, что это имело отношение к спутниковой разведке. По версии Ноговицына, джипы с 20 военнослужащими были захвачены около города Гори с полным вооружением. По версии США, джипы находились в порту на опечатанных складах и ждали отправки на американскую базу в Германию после завершения грузино-американских учений в июле^[78].

В 2010 году Владимир Путин заявил, что если бы не было перевооружения Грузии, не было бы и агрессии в 2008 году. По словам Путина, российское руководство говорило об этом своим партнёрам в других странах, но те отмалчивались^[79].

17 февраля 2008 года о своей независимости в качестве республики Косово объявил автономный край Сербии Косово и Метохия; на следующий день его признал ряд стран, включая США. Признание независимости Косово вызвало крайне негативную реакцию руководства России: Президент В. В. Путин 22 февраля того же года на саммите стран СНГ сказал: «Прецедент Косово — это страшный прецедент. <…> Те, кто делает это, они не просчитывают результатов того, что они делают. В конечном итоге это палка о двух концах, и вторая палка треснет их по башке когда-нибудь»^[80][81].

В начале 2008 года участились разведывательные полёты грузинских беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) над территорией Абхазии и Южной Осетии. В марте — мае 2008 года Грузия потеряла пять БПЛА. Саакашвили заявил, что эти БПЛА были сбиты российскими ВВС, и обвинил Россию в международной агрессии и бомбардировке территории Грузии. Россия обвинила Грузию в подготовке агрессии против Абхазии и увеличила численность своих миротворцев. Инцидент с одним из БПЛА обсуждался в Совете Безопасности ООН^[57][82].

6 марта 2008 года Россия вышла из режима запрета торгово-экономических и финансовых связей с Абхазией, введённого в 1996 году решением совета глав государств СНГ. МИД России заявил, что сохранение этого режима в отношении Абхазии «препятствует реализации в регионе социально-экономических программ, обрекает народ Абхазии на неоправданные лишения»^[83]. Этот шаг был расценён МИД Грузии как «поощрение сепаратизма в Абхазском регионе и неприкрытая попытка посягательства на суверенитет и территориальную целостность Грузии»^[84]. 16 апреля МИД России сообщил, что Президент России В. Путин дал правительству поручения, на основании которых Россия будет строить с Абхазией и Южной Осетией особые отношения: «поручения направлены на реализацию заявленного курса российского руководства на оказание в соответствии с нормами международного права предметной поддержки населению двух республик». При этом заявлялось, что руководство Грузии игнорирует возможности для налаживания нормальных экономических отношений и решения социальных проблем в Абхазии и Южной Осетии, «отказывается от заключения с Сухуми и Цхинвали обязывающих документов о неприменении силы и невозобновлении военных действий, наращивает по разным каналам свои наступательные вооружения и демонстрирует агрессивность намерений»^[85][86][87].

В начале апреля первые подразделения 7-й гвардейской воздушно-десантной дивизии России отправились в Абхазию, расположившись у грузинской границы в качестве общевойскового резерва миротворческих сил^[88].

17 апреля 2008 года президент Южной Осетии Эдуард Кокойты заявил, что грузинские военные подразделения подтягиваются к границам его республики, и призвал «воздержаться от необдуманных шагов, которые могут привести к трагическим последствиям»^[89].

29 апреля 2008 года МИД России официально объявил «О мерах по укреплению коллективных сил СНГ по поддержанию мира в зоне грузино-абхазского конфликта»^[90].

6 мая 2008 года начальник главного управления боевой подготовки и службы войск ВС РФ генерал-лейтенант Владимир Шаманов заявил, что ситуация в зоне конфликта находится в поле зрения руководства Минобороны России и «все необходимые мероприятия уже проводятся»^[91]. В тот же день находившийся с визитом в Брюсселе госминистр Грузии по реинтеграции Темур Якобашвили сказал: «Мы, само собой, стараемся избежать войны. Но мы к ней очень близки. Мы очень хорошо знаем русских, мы знаем сигналы. Мы видим, что российские войска занимают территории на основании ложной информации, и это нас беспокоит»^[91].

31 мая 2008 года на территорию Абхазии были переброшены подразделения железнодорожных войск России численностью 400 человек. Власти Грузии объявили действия России подготовкой к военной интервенции. Как заявили в МИД Грузии, ремонт железных дорог войска проводят только при подготовке к военной операции^[92]. Во второй половине июля российские железнодорожные войска отремонтировали пути в Абхазии^[51].

Во второй половине июля вооружённые силы Грузии и США провели совместные учения «Немедленный ответ»^[93]. В это же время Россия провела учения «Кавказ-2008», в которых были задействованы подразделения различных силовых структур^[94].

В конце июля — начале августа регулярно происходили перестрелки и огневые налёты разной степени интенсивности. Мирные жители Южной Осетии в массовом порядке стали покидать зону конфликта.

Начиная с 1 августа по инициативе премьер-министра Южной Осетии Юрия Морозова производилась эвакуация жителей Цхинвала^[95].

В ночь на 2 августа произошёл ряд вооружённых столкновений между грузинскими и южноосетинскими ополченцами, при этом грузины использовали артиллерию. Кроме стрелкового оружия, по утверждению Южной Осетии, всё чаще применялись гранатомёты и миномёты. Началась так называемая «снайперская война», когда грузинские снайперы, заняв позиции на осетино-грузинской границе, активно обстреливали Цхинвал и прилегающие районы. В результате погибло 6 человек, ещё 20 ранены. Южная Осетия обвинила Украину и США в поставках оружия в Грузию и в предоставлении своих баз для тренировок грузинских снайперов.

7 августа президент Абхазии Сергей Багапш по итогам состоявшегося днём заседания Совета безопасности заявил: «Я говорил с президентом Южной Осетии. Там сейчас более-менее стабилизировано. Туда вошёл батальон Северо-Кавказского округа. Все вооружённые силы приведены в боевую готовность»^[96].

7 августа грузинская армия попыталась занять Присские высоты вокруг Цхинвала, эта атака была отбита^[97]. В тот же день американский посол в Грузии Джон Тефт сообщил в Вашингтон, что войска Грузии, включая подразделения с установками типа «Град», движутся в направлении Южной Осетии^[98].

Днём 7 августа 2008 секретарь Совета безопасности Южной Осетии Анатолий Баранкевич заявил: «По всей границе с Южной Осетией наблюдается активность войск Грузии. Всё это говорит о том, что Грузия начинает широкомасштабную агрессию против нашей республики»^[99]. Он предположил, что у грузинских военных есть планы на штурм Цхинвала в ближайшее время^[97].

18 лет на территории Южной Осетии находился батальон смешанных сил по поддержанию мира (ССПМ), подчинявшийся правительству Северной Осетии. Старшим воинским начальником этого батальона был полковник Казбек Фриев. Во время войны батальон располагался на территории воинской части и принимал участие в боях. Батальон был ликвидирован решением Президента России от 18 июня 2009 № 6031 «О расформировании миротворческого батальона от Республики Северная Осетия-Алания»^[100].

Корреспондент газеты «Известия» Юрий Снегирёв заявил, что в июне — июле в Северной Осетии проходили войсковые учения 58-й армии, а после их окончания техника не ушла в боксы, а осталась перед въездом в Рокский тоннель (на территории России). Снегирёв заявил: «После тоннеля техники не было. Это я видел сам. Это могут подтвердить и другие мои коллеги, которые после обстрела Цхинвала 2 августа стали заезжать в Южную Осетию ежедневно»^[101].

Братья Козаевы (один из которых — сотрудник МВД Северной Осетии, другой — герой Абхазии и Южной Осетии) во время и после конфликта утверждали, что президент Южной Осетии Эдуард Кокойты заранее знал о предстоящих военных событиях и заблаговременно уехал из Цхинвали в Джаву^[102]. Однако, по сообщению Анатолия Баранкевича, Кокойты выехал в Джаву только 8 августа около двух часов ночи^[95].

В основе грузинского плана наступления лежало блокирование автодороги Р297 («Транскам»), являющейся единственным средством связи с Россией, занятие города Цхинвали и основных населённых пунктов Южной Осетии в течение 3-4 суток^[103].

В наступлении должны были быть задействованы крупные силы министерства обороны и МВД Грузии. Планировалось, что к западу от Цхинвала 4-я пехотная бригада грузинской армии займёт село Хетагурово, к востоку — 3-я пехотная бригада захватит Присские высоты, а также сёла Дмениси и Сарабуки. Затем обе бригады должны были обойти столицу Южной Осетии с севера и соединиться у села Гуфта, замкнув окружение. После этого планировалось развивать наступление в сторону Джавы и Рокского туннеля. Артиллерийская бригада интенсивным огнём должна была оказывать содействие грузинской группировке на всех этапах наступления^[103].

Небольшими силами, численностью до батальона, планировалось нанести удары и на второстепенных направлениях — в Ленингорском и Знаурском районах и на посёлок Квайса^[103].

Собранная для проведения операции грузинская группировка к утру 8 августа насчитывала 12 тысяч человек и 75 танков^[104].

Поскольку план грузинского наступления был известен командованию ВС России, но не была известна дата его начала, после завершения учений Кавказ-2008 у границы с Южной Осетией была оставлена небольшая российская группировка в составе двух усиленных мотострелковых батальонов, которая должна была в течение нескольких часов после начала грузинского наступления войти на территорию республики и оказать помощь миротворческому батальону^[103].

Во взаимодействии с авиацией эти две батальонно-тактические группы (БТГр) должны были сдержать наступление грузинских войск вглубь республики до подхода более крупных сил из России. Частям постоянной готовности Северо-Кавказского военного округа, расположенным вблизи от границы, чтобы прибыть в Южную Осетию требовалось от одних до двух суток. Планировалась при необходимости и оперативная переброска в регион частей Воздушно-десантных войск.

Для обеспечения безопасности Абхазии в случае начала конфликта в неё также планировалось введение дополнительных российских войск^[103]. К началу войны было несколько усилено присутствие ВС России в республике: за счёт БТГр 7-й гвардейской десантно-штурмовой дивизии и двух рот спецназа до максимально разрешённой численности в 3 тысячи человек был доукомплектован миротворческий контингент^[105].

В ночь на 8 августа (ок. 00:15 мск) грузинские войска подвергли Цхинвал обстрелу из реактивных установок «Град»^[28], а примерно в 03:30 мск начали штурм города с применением танков^[106].

За несколько минут до начала операции грузинских сил командующему смешанными силами по поддержанию мира (ССПМ) генералу Марату Кулахметову министр обороны Грузии сообщил по телефону из Тбилиси об отмене перемирия. На экстренно созванном брифинге в Цхинвале Кулахметов заявил журналистам: «Грузинская сторона фактически объявила Южной Осетии войну»^[107][108].

Кулахметов сразу же доложил об этом командующему российской 58-й армии Анатолию Хрулёву. Хрулёв, после получения подтверждения из штаба СКВО, начал работу по оценке обстановки, приведению в боевую готовность войск, их развёртыванию и выработке решения. На основании принятого решения были переданы приказы в соединения и части на совершение маршей с указанием районов, куда они должны прийти, где расположиться, сосредоточиться, к каким действиям быть готовым. На подходе к Рокскому тоннелю были заранее размещены две батальонных тактических группы от двух мотострелковых полков 58-й армии, общей численностью чуть больше семисот человек. В штаб армии прибыл командующий СКВО генерал-полковник Сергей Макаров, с ним прибыла группа офицеров штаба округа. За два дня до этого, 5 августа, им было утверждено решение командующего 58-й армией по усилению российского военного контингента в составе смешанных сил по поддержанию мира в зоне грузино-югоосетинского конфликта. Этот план был разработан на случай возникновения угрозы военных действий^[108].

В 00:30 мск 8 августа командующий операциями вооружённых сил Грузии генерал Мамука Курашвили объявил в эфире телеканала «Рустави-2», что, в связи с отказом осетинской стороны от диалога для стабилизации обстановки в зоне конфликта, грузинская сторона «приняла решение о восстановлении конституционного порядка в зоне конфликта». Мамука Курашвили призвал российских миротворцев, дислоцированных в зоне конфликта, не вмешиваться в ситуацию^[109].

К утру МВД Грузии передало сообщение: «Под контроль правительственных сил взяты сёла Мугут, Дидмуха и Дмениси, а также окраины города Цхинвали»^[107].

Около 10 часов 8 августа госминистр по реинтеграции Грузии Темур Якобашвили призвал Россию вмешаться в грузино-осетинский конфликт в качестве «настоящего миротворца». Якобашвили также заявил, что Грузия контролирует «почти все» населённые пункты Южной Осетии, кроме Цхинвала и Джавы^[110].

По данным российской стороны, преднамеренному нападению подверглись и места дислокации российских миротворцев. Более десяти российских военнослужащих было убито, несколько десятков — ранено (подполковнику Константину Тимерману, руководившему обороной российского миротворческого батальона, впоследствии было присвоено звание «Герой России»).

Утром 8 августа российская авиация приступила к бомбардировке целей на территории Грузии. По заявлениям российских военных, «самолёты накрывали только военные объекты: военная база в Гори, аэродромы Вазиани и Марнеули, где базируются самолёты Су-25 и Л-39, а также РЛС в 40 километрах от Тбилиси»^{[107][111][112][113]}. При этом официального объявления войны не последовало.

О вводе российских войск в Южную Осетию первым сообщил Первый канал в выпуске новостей в 15.00 8 августа^[114]. По утверждению бывшего военного представителя России при ООН генерал-лейтенанта Николая Уварова, который во время войны был официальным представителем министерства обороны, первое российское боевое подразделение (1-й батальон 135-го полка) прошло через Рокский тоннель в 14 часов 30 минут^[115]. По версии генерал-лейтенанта Анатолия Хрулёва, во время войны командовавшего 58-й армией, первая российская батальонная тактическая группа прошла Рокский тоннель гораздо раньше — в 1 час 40 минут ночью 8 августа^[116].

Около 17 часов глава МИД Грузии Эка Ткешелашвили призвала зарубежные страны оказать давление на российское руководство, дабы прекратить «прямую военную агрессию» на территории Грузии. Министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что ещё утром 8 августа Грузия призывала Россию выступить в роли миротворца: «Мы это и делаем», — сказал Лавров^[117].

9 августа продолжалась переброска войск с территории России в Южную Осетию и создание ударной группировки. Утром помощник главкома сухопутных войск РФ И. Конашенков заявил, что части и подразделения 58-й армии, прибыв на окраину Цхинвали, «приступили к подготовке операции по принуждению к миру в зоне ответственности миротворцев».

В район боевых действий была переброшена 76-я гвардейская десантно-штурмовая дивизия^[118].

Днём произошла неудачная попытка деблокирования российских миротворцев в Цхинвале силами батальонной группы 135-го мотострелкового полка. Группа вошла в город и встретилась с грузинскими войсками, начавшими новый штурм Цхинвали. После боя, понеся потери в людях и технике, группа отошла из города. В этом бою были ранены несколько корреспондентов российских СМИ и командующий 58-й армией генерал-лейтенант Хрулёв^[108]. Не получив подкрепления, российские военные были вынуждены отступить из Южного лагеря.

В течение дня продолжался обмен артиллерийским огнём и удары российской авиации по территории Грузии.

Российские корабли вошли в территориальные воды Грузии и приступили к боевому патрулированию^[119]. В Абхазии в это время началась высадка морского десанта в районе Очамчира и переброска частей ВДВ на аэродром Сухуми.

Произошёл российско-грузинский морской бой с участием группы кораблей русского флота (во главе с флагманским крейсером «Москва», большими десантными кораблями «Ямал» и «Саратов», и другими). Морская пехота Черноморского флота РФ заняла главный порт Грузии Поти и уничтожила все грузинские катера и корабли, имевшие военную маркировку, включая пограничные, заложив в них взрывчатку^[120].

11 августа российские войска, перейдя границы Абхазии и Южной Осетии, вошли непосредственно на грузинскую территорию. Вошедшая со стороны Абхазии российская армия без боя заняла западногрузинский город Зугдиди^[121]. В результате продвижения колонн российской бронетехники грузинские солдаты оставили город Гори^[122].

По утверждению сотрудника МВД Южной Осетии, был сбит грузинский Су-25, атаковавший позиции 58-й армии. Ранее в этот день российский военный представитель заявил, что ВВС России прочно завоевали господство в небе и военные самолёты Грузии не летают. Российские войска заняли грузинское село Хурча в Зугдидском районе. Российские войска подошли к городу Сенаки и отступили после того, как ликвидировали возможность обстрелов с военной базы^[123].

12 августа на рабочей встрече в Кремле с министром обороны А. Э. Сердюковым и начальником Генштаба Н. Е. Макаровым Президент России Д. А. Медведев заявил: «На основе доклада принял решение о завершении операции по принуждению Грузии к миру»^[124]: «Безопасность наших миротворческих сил и гражданского населения восстановлена. Агрессор наказан и понёс значительные потери. Его вооружённые силы дезорганизованы. При возникновении очагов сопротивления и иных агрессивных наступлений принимать решения об уничтожении».

После этого во время визита в Москву председателя ЕС президента Франции Н. Саркози в ходе встречи с президентом России Дмитрием Медведевым и премьер-министром Владимиром Путиным были согласованы шесть принципов мирного урегулирования (План Медведева — Саркози)^[125][126]:

1. Отказ от использования силы.
2. Окончательное прекращение всех военных действий.
3. Свободный доступ к гуманитарной помощи.
4. Возвращение Вооружённых сил Грузии в места их постоянной дислокации.
5. Вывод Вооружённых сил РФ на линию, предшествующую началу боевых действий.
6. Начало международного обсуждения будущего статуса Южной Осетии и Абхазии и путей обеспечения их прочной безопасности.

После этого президент Н. Саркози посетил Тбилиси, где провёл встречу с президентом Грузии М. Саакашвили.

Президент Чечни Р. А. Кадыров заявил о готовности направить 10 тысяч человек для поддержки российских миротворцев. Он назвал действия грузинских властей преступлением, заявив, что грузинская сторона совершала убийства мирного населения^[127].

Грузия заявила, что российские войска на бронетехнике вошли в город Гори.

По данным корреспондента Франс Пресс, колонна российской военной техники вышла из грузинского города Гори и направилась в сторону Тбилиси. Полтора десятка танков, которые накануне показывала CNN, утверждая, что они идут на Тбилиси, были обнаружены российскими военными вблизи Гори и вывезены из этого региона в целях обеспечения безопасности мирного населения, как заявил глава МИД РФ С. В. Лавров.

Заместитель начальника Генштаба А. А. Ноговицын: «Российских танков в Гори — нет, и быть не могло». Генштаб РФ: «Под Гори находились не танки, а БТРы»^[128].

Министр иностранных дел России С. В. Лавров подтвердил присутствие российской армии вблизи грузинских городов Гори и Сенаки, но отверг информацию о её пребывании в Поти.

Представитель миротворческих сил категорически отверг утверждения секретаря Совета нацбезопасности Грузии Александра Ломая о бомбардировке российскими военными грузинского города Гори и вводе туда казаков^[129].

Грузия приняла план урегулирования конфликта, но с оговорками. Так, по просьбе грузинского президента был убран пункт о начале обсуждения будущего статуса Южной Осетии и Абхазии. Президент Франции Н. Саркози подтвердил заявление М. Саакашвили, добавив, что пункт о начале обсуждения будущего статуса двух непризнанных республик убран с согласия президента РФ Д. А. Медведева. Этот пункт был переформулирован, так как допускал двусмысленную трактовку. После внесения изменений Саакашвили объявил, что подписывается под планом урегулирования и принимает условия прекращения огня^[130].

Войска РФ передали контроль над Гори грузинским полицейским^[131]. Генерал-майор Александр Борисов официально подтвердил: в Гори могут спокойно входить грузинские полицейские для совместного патрулирования.

«Миротворческая группировка в Южной Осетии будет увеличена, ей будет придана бронетехника», — заявил в интервью РИА Новости официальный представитель Минобороны РФ генерал-лейтенант Николай Уваров: «Мы обязательно сделаем уроки из событий в Южной Осетии. Группировка миротворцев, которая останется здесь на постоянной основе, будет увеличена. Миротворцы будут вооружены не только стрелковым оружием, но и тяжёлой военной техникой, в том числе танками»^[132].

16 августа президент России Д. А. Медведев поставил подпись под планом мирного урегулирования конфликта. До этого документ подписали руководители непризнанных государств Южная Осетия и Абхазия, а также президент Грузии М. Саакашвили. Подписание этого документа сторонами конфликта окончательно обозначило завершение военных действий.

В декабре 2008 года Европейским союзом была создана Международная комиссия по расследованию обстоятельств конфликта на Южном Кавказе в августе 2008 года для международного изучения причин конфликта.

Эта комиссия, под руководством экс-представителя ООН в Грузии Хайди Тальявини, включала независимых военных экспертов, ей был выделен бюджет в размере 1,6 млн евро^[133]. Доклад комиссии должен был быть представлен 31 июля 2009 года, но его перенесли на 30 сентября^[134].

30 сентября 2009 года комиссия опубликовала итоговый доклад^[135]. В нём делался вывод, что войну начала Грузия.

Ключевыми позициями доклада были:

В итоговом докладе комиссии указывается, что первоначальный ответ России на нападение грузинских войск на Цхинвали был оправдан целями защиты, однако, по мнению комиссии, последующие действия российских войск были чрезмерными.

Тезисно, критика российской позиции в докладе комиссии прозвучала в следующем виде:

a) Комиссия полагает, что анализ причин конфликта нельзя сводить к событиям августа 2008 года.

b) Массовое предоставление российского гражданства жителям Грузии и раздача российских паспортов на грузинской территории, включая отколовшиеся провинции, без согласия правительства Грузии шла вразрез с принципами добрососедства, являлась откровенным вызовом суверенитету Грузии и вмешательством в её внутренние дела.

c) Также следует принять во внимание предшествовавшие обстоятельства: годы провокаций, взаимных обвинений, военного и политического давления и актов насилия как в зоне конфликта, так и вне её, равно как и нарастание напряжённости в последние месяцы и недели перед началом войны.

d) Нельзя забывать как о давлении великой державы на маленького непокорного соседа, так и о склонности этого маленького соседа реагировать чересчур бурно и действовать в критический момент, не думая о последствиях, хотя это и можно объяснить его страхом потерять существенную часть своей территории в результате ползучей аннексии.

e) С учётом масштабов изначальной грузинской атаки, необходимость и оправданность дальнейших действий России вызывают сомнения. Представляется, что большая часть этих действий вышла далеко за рамки необходимой обороны. Перенос боевых действий вглубь территории Грузии явился нарушением международного права, и на данном этапе грузинские войска действовали, осуществляя право на самооборону в соответствии со статей 51 Устава ООН.

f) Начиная с 1945 года, многие государства вели боевые действия под предлогом защиты своих граждан за рубежом, и в ряде случаев законность этих действий вызывала споры. Определённого международного закона по данному поводу не существует. Однако присутствует общее понимание, что подобные операции должны быть ограниченными по времени и масштабам, и иметь целью прежде всего спасение и эвакуацию людей. В данном случае, Россия далеко вышла за эти рамки.

g) После тщательного изучения фактов в свете действующих законов, комиссия находит необоснованными обвинения Грузии в геноциде. Число погибших и пострадавших с югоосетинской стороны оказалось значительно ниже, чем утверждалось вначале. Российские представители говорили о примерно двух тысячах погибших мирных жителях Южной Осетии, но в результате эта цифра сократилась до 162.

Также в докладе отмечалось, что все операции югоосетинских сил, за исключением непосредственно направленных на отражение нападения грузинской армии, в особенности акты насилия в отношении этнических грузин в Южной Осетии и за её пределами, были нарушением международного гуманитарного права и прав человека.

Высказывалось мнение, что эскалации конфликта в Южной Осетии способствовали американские республиканцы. Так, 28 августа 2008 года Владимир Путин заявил в интервью телеканалу CNN, что «Республиканцы в Белом доме способствовали нападению Грузии на Южную Осетию, дабы поднять рейтинг кандидату от Республиканской партии Джону Маккейну». По мнению директора Института политических исследований С. А. Маркова и председателя Госдумы Б. В. Грызлова, основным инициатором военного конфликта в Южной Осетии является группа американских неоконсерваторов во главе с вице-президентом США Диком Чейни, стремящаяся обеспечить победу Джона Маккейна над Бараком Обамой, чтобы сохранить свои позиции в администрации США. Марков сравнивал действия неоконсерваторов Чейни с развитием событий в американском фильме «Хвост виляет собакой», где для спасения избирательной кампании избирательный штаб действующего президента начинает виртуальную войну в СМИ с Албанией. По мнению Маркова, неоконы «решили организовать виртуальную „холодную войну“ Запада с Россией, и на волне этой новой „холодной войны“ обеспечить взлом текущей президентской избирательной кампании и победу Маккейна»^[136].

По утверждению заместителя начальника Генерального штаба Вооружённых сил Российской Федерации А. А. Ноговицына, грузинская операция против Южной Осетии носила название «Чистое поле» и была разработана Грузией совместно с США.

Бывший во время войны послом Грузии в России Эроси Кицмаришвили 25 ноября 2008 года заявил, ссылаясь на свои источники в грузинском правительстве, что добро на начало войны в Южной Осетии дал президент США Джордж Буш^[137].

14 августа 2008 года правительство Венесуэлы распространило коммюнике, в котором говорится: «Этот конфликт был спланирован, подготовлен и осуществлён по указанию правительства Соединённых Штатов, которое, далёкое от желания способствовать восстановлению мира, ставило перед собой задачу стимулировать агрессию грузинского руководства»^[138]. По мнению президента Венесуэлы Уго Чавеса, США использовали Грузию для того, чтобы ослабить влияние России^[139]. Первый секретарь ЦК Компартии Кубы Фидель Кастро также возложил на США ответственность за войну. По его мнению, военные действия со стороны Грузии были бы невозможны без согласования с руководством США^[140].

11 августа 2008 года журнал Newsweek писал: «Опрошенные Newsweek западные эксперты сходятся в одном: Саакашвили действительно не получал добро на реконкисту Южной Осетии военными средствами. Скорее он принял за одобрение постоянные дипломатические похвалы и заверения в союзнических чувствах. И решил поставить США и Европу перед выбором». Журнал привёл мнение эксперта по Кавказу Тома де Ваала, который заявил, что Саакашвили действовал сам, без одобрения со стороны руководства США. По словам де Ваала, в 2004 году тогдашний Госсекретарь США Колин Пауэлл сделал Михаилу Саакашвили «очень резкий выговор, смысл которого сводился к тому, что Вашингтону не нужна война в Южной Осетии». 12 августа 2008 года американская газета «Нью-Йорк Таймс», со ссылкой на помощников Госсекретаря США, писала, что госсекретарь Кондолиза Райс во время частного ужина с Саакашвили 9 июля 2008 года в Тбилиси предостерегала последнего от вступления в военный конфликт с Россией, в котором у него нет шансов победить^[141][142].

Во время войны в Южной Осетии военно-транспортные самолёты США перебросили в Грузию размещённый в Ираке грузинский воинский контингент^[143].

13 августа в России, Южной Осетии и Грузии был объявлен траур по погибшим в ходе войны^[144].

2008 год:

• К вечеру 8 августа появились предварительные данные о жертвах: как заявил в интервью президент непризнанной республики Эдуард Кокойты, жертвами нападения на Южную Осетию стали свыше 1400 человек^[145].
• Утром 9 августа официальный представитель южноосетинского правительства Ирина Гаглоева сообщила о 1600 погибших^[146]. Вечером 9 августа посол России в Грузии Вячеслав Коваленко заявил, что погибло не менее 2000 жителей Цхинвали (около 3 % населения Южной Осетии)^[147].
• 11 августа официальный представитель МИД РФ Борис Малахов заявил, что, по уточнённым данным, в зоне конфликта погибли примерно 1600 мирных граждан, позднее цифра увеличилась до 2000 человек, но без уточнения источника.
• В управлении информации МЧС 12 августа 2008 года сообщили, что в лечебных учреждениях Северной Осетии находятся 178 человек, пострадавших от военных действий в Южной Осетии, в том числе 13 детей^[148][149]. По информации руководителя Федерального медико-биологического агентства Владимира Уйбы, среди детей «нет тяжелораненых», имеются «касательные ранения, а также осколочные ранения, но преобладают соматические заболевания и психологические травмы»^[150].
• 16 августа министр внутренних дел Южной Осетии Михаил Миндзаев заявил, что окончательная цифра погибших пока неясна, но уже ясно, что погибло более 2100 человек^[151].

• 20 августа, по словам Ирины Гаглоевой, в ходе войны Южная Осетия потеряла 1492 человека погибшими^[152]. При этом в прокуратуре Южной Осетии заявили, что «в результате вооружённой агрессии грузинской армии» «установлена и задокументирована» гибель 69 жителей Южной Осетии, включая трёх детей. По словам сотрудников прокуратуры, список будет расти, так как в нём не учтены погибшие в сельских районах^[153]. Замглавы Следственного комитета при прокуратуре РФ (СКП) Борис Салмаксов заявил, что пока невозможно точно установить число погибших в Цхинвали, по его словам, такая возможность появится «только тогда, когда будут допрошены все беженцы, которые находятся, кроме Владикавказа, в различных регионах Южного федерального округа, и по стране разъехались, и за границу уехали». Он заявил, что СКП располагает данными о 133 погибших^[154], уточнив, что многие захоронения, оставшиеся в Южной Осетии после начала войны, не вскрыты^[155].
• 22 августа вице-спикер парламента Южной Осетии Торзан Кокойти заявил, что число погибших в Южной Осетии, по предварительным данным югоосетинского МВД, составило 2100 человек^[156].
• 28 августа генеральный прокурор Южной Осетии Теймураз Хугаев заявил, что имеет данные о 1692 погибших и 1500 раненых^[157].
• 5 сентября глава Следственного комитета при прокуратуре РФ (СКП) Александр Бастрыкин заявил, что следователями комитета задокументирована гибель 134 мирных граждан.
• 17 сентября генеральный прокурор Южной Осетии Таймураз Хугаев сказал в интервью о 1694 погибших в войне, включая 32 военнослужащих и сотрудника МВД республики^[158].

3 июля 2009 года глава Следственного комитета при прокуратуре РФ (СКП) А. И. Бастрыкин заявил, что жертвами геноцида стали 162 мирных жителя и 255 получили ранения^[19], однако назвал данные неокончательными^[16].

По состоянию на 2011 год пропавшими без вести в ходе войны числились 7 жителей Южной Осетии.

Минобороны РФ 12 августа заявило, что боевые задачи в Южной Осетии выполняли только контрактники, а военнослужащие срочной службы не участвуют в боях^[159], но представитель ГОМУ ГШ ВС РФ сообщил, что в боях участвовало незначительное количество военнослужащих срочной службы^[160].

По предварительным данным замначальника Генштаба ВС РФ, на 13 августа потери российских военнослужащих составляли 74 человека погибшими, 19 пропавшими без вести, 171 — ранеными. По данным главного военного прокурора РФ С. Н. Фридинского, на 3 сентября потери военнослужащих составили 71 человек погибшими и 340 — ранеными^[161]. Эти данные подтвердил военкор Александр Коц, сообщавший о гибели 26-27 человек при деблокировании миротворцев 9 августа, что составило треть всех потерь за всю пятидневную войну. В списке погибших российских военных российского агентства Регнум на одну фамилию больше, чем в официальных цифрах^[162].

В феврале замминистра обороны РФ Николай Панков заявил, что погибли 64 военнослужащих (согласно пофамильному списку), 3 пропали без вести и 283 получили ранения^[163]. В августе заместитель министра иностранных дел Григорий Карасин заявил о 48 погибших и 162 раненых^[22].

10 августа источник в грузинском правительстве сообщил, что на этот момент с начала конфликта погибли 130 граждан страны, ещё 1165 ранены. В это число входят и военные, и мирные жители, погибшие на территории Грузии в результате российских авианалётов^{[164][165][166]}.

13 августа, после завершения боевых действий, министр здравоохранения Грузии Сандро Квиташвили сообщил, что за время конфликта погибло 175 граждан страны, эти данные не являются окончательными^[167].

19 августа была обнародована следующая официальная статистика потерь:

• Министерство обороны — 133 погибших, 70 пропавших без вести, 1199 раненых
• Министерство внутренних дел — 13 погибших, 209 раненых
• Гражданское население — 69 погибших, 61 раненый

Итого погибло 215, пропало без вести 70 и ранено 1469 граждан страны.

15 сентября данные о потерях были уточнены: сообщалось о гибели 154 военнослужащих МО, 14 сотрудников МВД и 188 мирных жителей; кроме того, тела 14 погибших военнослужащих не найдены. С учётом новых данных потери Грузии составляют 356 человек погибшими.

Грузия официально опубликовала поимённые списки погибших.

• Список убитых гражданских лиц на грузинском языке^[168].
• Список погибших военных и полицейских: официальный поимённые список опубликован 25 сентября на английском языке^[169].

По мере поступления новой информации списки уточняются. Всего в этом списке 169 человек.

• Таким образом, общее число убитых согласно официальным спискам погибших, равно 397, при этом 62 смерти официально не подтверждены. Данные о части убитых не могут быть перепроверены из-за отсутствия возможности грузинским официальным лицам работать на территории, контролируемой де-факто властями ЮО и российскими военными.

Журналисты российской газеты «Коммерсантъ», находившиеся в Тбилиси 11 августа, цитировали неназванного офицера грузинской армии, по словам которого его подразделение только в госпиталь в Гори доставило почти 200 убитых грузинских солдат и офицеров из Южной Осетии^[170].

8 августа

• Убиты огнём осетинских ополченцев Александр Климчук (сотрудничал с ИТАР-ТАСС, Русский Newsweek) и Григол Чихладзе^[171].
• В том же инциденте были ранены журналисты грузинской англоязычной газеты «The Messenger» Теймураз Кигурадзе и Уинстон Фезерли (гражданин США)^[171]

9 августа

• Ранен Пётр Гассиев, продюсер телекомпании НТВ, попав под обстрел в окрестностях Цхинвали.
• Ранены военный корреспондент телеканала «Вести» Александр Сладков, оператор Леонид Лосев и видеоинженер Игорь Уклеин^[172], попав под обстрел, когда корреспондент и его группа сопровождали двигающуюся в направлении Цхинвали колонну 58-й армии^[173].
• В том же боестолкновении ранен грузинскими войсками специальный корреспондент «Комсомольской правды» Александр Коц, ехавший в составе боевой колонны 58-й армии и оказавшийся в центре боя^{[171][174][175]}.

10 августа

• В Цхинвали ранен турок Гурай Ирвин Секинц и ещё один турецкий журналист^[176][177].

12 августа

• Утром на главной площади г. Гори, перед зданием городской администрации, погиб голландский журналист — документальный кинооператор, 39-летний Стан Сториманс (телеканал RTL-2), и ранен его коллега Йерун Аккерманс^[178]. По заявлениям правозащитной организации Human Rights Watch и МИД Голландии это произошло в результате российской воздушной бомбардировки.
• Одновременно был тяжело ранен корреспондент израильской газеты «Едиот Ахронот» Цадок Йехезкели.

15 августа

• Корреспондентка грузинского телевидения Тамара Урушадзе получила лёгкое ранение в прямом эфире. Предположительно, её ранил снайпер.

15 августа официальный представитель Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев Рон Редмонд сообщил, что беженцами в результате конфликта стали более 118 тыс. человек, в том числе около 30 тысяч югоосетинских беженцев находятся в России, ещё порядка 15 тысяч человек (этнические грузины) перебрались из Южной Осетии в Грузию и ещё 73 тыс. человек покинули свои дома в Грузии, включая большинство жителей Гори^[179]. Уже за период с 12 по 20 августа 2008 года в Южную Осетию вернулись 17,9 тысячи человек^[180].

The Guardian от 1 сентября 2008 года утверждала об свидетельствах очевидцев об этнических чистках грузинского населения 12 августа 2008 года в деревне Каралети и соседних деревнях к северу от Гори^[181].

Российские СМИ и официальные лица (в том числе премьер-министр Владимир Путин) неоднократно заявляли об этнических чистках осетинского населения^[182].

После окончания войны, в своём интервью газете Коммерсантъ, Кокойты признал случаи мародёрства в грузинских сёлах. Он признал также уничтожение грузинских анклавов, употребив выражение «Мы там практически выровняли всё», и отметил невозможность возвращения туда грузин: «Мы не намерены туда больше кого-то запускать»^[183]. Позднее, однако, Кокойты заявил, что все беженцы из Южной Осетии грузинской национальности смогут вернуться на территорию Южной Осетии. Однако, те из них, которые не имеют гражданства Южной Осетии, должны будут получить его и отказаться от грузинского гражданства^[184]. Речь шла о тех, кто не принимал никакого участия в боевых действиях против Южной Осетии, не участвовал в геноциде осетинского народа^[185].

По информации главкома Сухопутных войск России, 10 приграничных югоосетинских населённых пунктов «полностью стёрты с лица земли»^[186].

17 августа заместитель министра регионального развития РФ Владимир Бланк заявил, что из более чем 7000 зданий в Цхинвале примерно каждое десятое не подлежит восстановлению, а 20 % получили повреждения различной степени^[187]. Эта оценка ущерба гораздо ниже приводившихся ранее. В первые дни конфликта в СМИ появлялась информация, что к 9 августа город Цхинвали был почти полностью разрушен; по словам официального представителя правительства Южной Осетии Ирины Гаглоевой, в городе было разрушено около 70 % жилых домов^[188]. Впоследствии министр по чрезвычайным ситуациям РФ Сергей Шойгу уточнил, что разрушено более 2500 жилых зданий, из них 1100 не подлежат восстановлению^[158].

По словам Александра Брода, «уничтоженный в ходе агрессии Грузии еврейский квартал Цхинвала произвёл на международных представителей угнетающее впечатление»^[189].

22 августа вице-спикер парламента Южной Осетии Тарзан Кокойты заявил, что вся территория Южной Осетии, за исключением Ленингорского района, который Грузия считала своим, подверглась обстрелу из тяжёлых орудий и систем залпового огня. «В самом Цхинвале разрушены заводы „Электровибромашина“, „Эмальпровод“, механический, фабрика бельевого трикотажа. Сегодня вести речь о том, что в республике есть своя промышленность, нет смысла», сказал Т. Кокойты^[190].

Во время боевых действий были частично уничтожены и повреждены здания и казармы российских миротворческих сил в так называемом Южном (Верхнем) Городке, расположенном на южной окраине Цхинвала.

Потери авиации: с южноосетинской и российской стороны в разное время поступила информация о четырёх сбитых грузинских самолётах и одном вертолёте. Грузинская сторона отрицала свои потери в воздухе, но признала уничтожение трёх Ан-2 на аэродроме Марнеули в результате ударов российской авиации 8 августа^[191]. Кроме того, на захваченном аэродроме Сенаки российскими войсками были уничтожены три вертолёта (один Ми-14 и два Ми-24)^[192].

Грузинский журнал «Арсенал» сообщал, что один грузинский вертолёт (скорее всего, Ми-24) потерпел аварию в ходе боевых действий^[193]. Возможно, речь шла о вертолёте, подбитом 9-го августа из установки ЗУ-23-2^[194].

Потери в бронетехнике: В первый день войны южноосетинские представители сообщили, что к определённому моменту в Цхинвале было подбито 3 грузинских танка^[195], причём один Т-72 лично подбил бывший министр обороны непризнанной республики Анатолий Баранкевич^[196]. К исходу первых суток боевых действий источник в российских силовых структурах сообщил, что российские войска уничтожили большое количество грузинской бронетехники^[197]. Во время вечернего штурма Цхинвала 9 августа, согласно данным южноосетинской стороны, было подбито 12 грузинских танков^[198]. В целом потери бронетехники грузинских вооружённых сил непосредственно в ходе боевых действий оказались умеренными и не превысили 20 единиц всех типов (танки, БМП, бронемашины)^[199]. В сети Интернет находятся фотографии 9 уничтоженных в Цхинвале и окрестностях грузинских танков (все — Т-72), а также фотографии около 20 танков, брошенных грузинскими военнослужащими и подорванных наступавшими бойцами 42-й гв. мотострелковой дивизии^[200].

Потери флота: По утверждениям российских СМИ, грузинский флот был уничтожен «почти полностью»: в морском бое потоплены два катера (катера проектов 205 и 1400М «Гриф»)^[201], ещё несколько (до 10) уничтожены с воздуха и затоплены российскими десантниками у причалов в Поти^[202].

19 августа замначальника Генштаба ВС РФ Анатолий Ноговицын заявил, что часть вооружения и военной техники, оставленной грузинской армией в ходе боёв, будет передана российской армии, а другая часть будет уничтожена. По данным Росбалта, российские миротворцы и подразделения захватили в зоне конфликта более 100 единиц бронетехники, в том числе 65 танков. Как заявил помощник главкома Сухопутных войск РФ полковник Игорь Конашенков, из этого числа более 20 захваченных танков были уничтожены как неисправные либо устаревшие. Российские войска также захватили несколько десятков единиц другой бронетехники, в том числе пять комплексов ПВО «Оса», 15 боевых машин пехоты БМП-2, гаубицы Д-30, а также самоходные артиллерийские установки чешского производства Дана и американские бронетранспортёры. По его словам, в основном захваченная техника произведена и доработана на Украине. На военной базе в городе Сенаки, которая была без боя оставлена грузинскими войсками, российские силы изъяли 1728 единиц оружия, в том числе 764 винтовки M-16 (производства США), 28 пулемётов M240 (также американского производства) и 754 автомата Калашникова^[203].

19 августа пресс-секретарь американского Белого дома Гордон Джондро призвал Россию немедленно вернуть американскую военную технику, захваченную во время конфликта, если оно (военное оборудование) находится у России^[204][205]. 22 августа замначальника Генштаба ВС РФ Анатолий Ноговицын сообщил, что российские военные нашли в захваченных «хамви» «много интересного» и не намерены возвращать их США, назвав соответствующее требование американцев «некорректным»^[206][207].

В заявлениях российских официальных лиц вторжение грузинских войск в Южную Осетию неоднократно именовалось агрессией^[208][209].

Следственный комитет прокуратуры Российской Федерации выразил намерение предъявить грузинской стороне обвинения по статьям «планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны», «применение запрещённых средств и видов вооружений», «наёмничество», «нападение на лиц или учреждения, которые пользуются международной защитой», «геноцид», «убийство двух и более лиц, совершённые общеопасным способом, по мотивам расовой и национальной вражды»^[210].

После завершения военных действий противостояние сторон приобрело преимущественно политический и дипломатический характер, в значительной мере перейдя в сферу международной политики.

14 августа 2008 года парламентом Грузии было принято единогласное (117 голосами) решение о выходе Грузии из СНГ^[211].

26 августа 2008 Президент России Д. А. Медведев объявил о подписании указов «О признании Республики Абхазия» и «О признании Республики Южная Осетия», согласно которым Российская Федерация признаёт и ту и другую республику «в качестве суверенного и независимого государства», обязуется установить с каждой из них дипломатические отношения и заключить договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Комментируя свои действия в интервью Би-Би-Си, Президент России заявил, что решение о признании Абхазии и Южной Осетии было вынужденным и не преследовало цели разрыва отношений с западными странами, которые поддерживают Грузию. Впоследствии Абхазию и Южную Осетию признали ряд других государств-членов ООН: Никарагуа, Венесуэла и Науру, а в дальнейшем и Сирия^[212][213].

О войне были сняты несколько фильмов, среди которых — документальные фильмы «Война 08.08.08. Искусство предательства» и «Хроники грузинского августа», а также художественные «Олимпиус инферно», «5 дней в августе» и «Август. Восьмого».