Дмитриевская суббота в славянских традициях

Ещё в начале XX века русские Дмитровскую субботу проводили торжественно: ходили на могилы своих усопших родственников и служили там панихиды, устраивали богатые подношения церковнослужителям. Женщины причитали на могилах родителей и наиболее близких родных. «Родительская справлялась, что называется, честь-честью. Приготовляется к ней деревенщина-посельщина, словно к какому великому празднику: пива варит, мёда сытит, пироги печёт, кисели заготовляет разные — поминальщикам да причту церковному на угощение, усопшим родителям-сродственникам на вспомин души»^[6].

В субботу перед Дмитриевым днём на Руси справляли «прощальные поминки» по усопшим (в отличие от весенних: радоницких и троицких). В центральном Полесье поминки в пятницу бывали постными и назывались «дедами», а в субботу скоромными и назывались «бабами». Дмитровская неделя называется родительской, дедовой. В Литве и Белоруссии этот день назывался «Пиром козла», где первенствовал козляр, гусляр, жрец и песнопевец^[7].

Во многих местах России поминовение близких в Дмитриевскую субботу совершалось на могилах и сопровождалось трапезой с выпивкой, воспоминанием добрых качеств и поступков усопшего. Обычной едой на поминках были кутья, овсяный кисель с сытой и молоком, пироги, блины, коржи, кныши, лепёшки. Также могли принести молочную кашу, яйца всмятку, калачи, сытники. Из напитков — пиво, а с середины XIX века — водку. Верили, что покойник также участвует в поминальной трапезе на могиле, поэтому не пировать над прахом считалось грехом. Во время трапезы вспоминали добрые качества и поступки усопшего^[2]. Бытовал обычай, по которому повенчавшиеся в октябре пекли к этому дню особые «поминальные пироги» и относили их на кладбище, оставляя там на могилах^[8].

В Вятской губернии в Дмитриевскую субботу или другой осенний праздник молили старую наседку, трижды высидевшую цыплят (троецыплятница, куретёна): птицу закалывали и устраивали трапезу для вдов и старух^[9].

В ночь на субботу у сербов, черногорцев и македонцев на стол ставили хлеб, освящённую воду и вино, так как верили, что в полночь придут души умерших. У хорватов подобный обычай существовал в «день душ» или «день мёртвых» (хорв. dusnidan, mrtvi dan) 2 ноября^[10]. Македонцы называли этот день — митровденска задушница, митровски мртвен. Так же, как у соседей католиков (хорватов и словенцев), было принято ходить на могилы предков и зажигать на них свечи, приносит питьё и еду для умерших. В Сербии и Черногории пекли небольшие хлебцы для покойникам, причём различные по форме для мужчин и для женщин^[11].

В сербской народной традиции поминки перед Дмитриевым днём местами совершались в пятницу, а не в субботу^[12].

Болгары осенний поминальный день (задушницы) отмечают в субботу перед Димитровым днём, реже после него (болг. Димитровска задушница, голяма задушница, страндж. Митровско одуше, есенско одуше) или в субботу перед Михайловым днём, 8 ноября (болг. Архангелова, Рангелова задушница, Рангелска душница, Архангелска одуша, капанск. душна събота)^[13]. Осенняя задушница может считаться в тех или иных регионах главной задушницей года^[14]. В Дмитриевскую субботу служба ведётся только в нескольких храмах Болгарской православной церкви^[15], тогда как Михайловская суббота считается поминальным днём всей Болгарской церкви^[16]. Это связано с тем, что с 1968 года Болгарская православная церковь перешла на новый стиль, но народная традиция поминание предков перед 8 ноября осталась (на 8 ноября ранее выпадал Дмитриев день по григорианскому календарю, также как в современной России). И с этого времени осеннее поминовение усопших стало совершаться перед днём архангела Михаила (8 ноября в современной Болгарии). Такой день может называться «Димитровска задушница» или «Архангелова задушница»^[17][18].