Тёмные аллеи (рассказ)

Рассказ И. А. Бунин написал 20 октября 1938 года во Франции. Впервые он опубликован в 1943 году в книге «Тёмные аллеи» (издательство «Новая земля», Нью-Йорк)^[1]. В СССР впервые напечатан в 1955 году, в шестом номере журнала «Новый мир»^[2].

И. А. Бунин вспоминал о возникновении замысла произведения:

Перечитывал стихи Огарёва и остановился на известном стихотворении:

Была чудесная весна!

Они на берегу сидели,

Во цвете лет была она,

Его усы едва чернели…

Кругом шиповник алый цвёл^[3],

Стояла тёмных лип аллея…

Потом почему-то представилось то, чем начинается мой рассказ, ― осень, ненастье, большая дорога, тарантас, в нём старый военный… Остальное всё как-то само собой сложилось, выдумалось очень легко, неожиданно, ― как большинство моих рассказов^[4].

23 февраля 1944 года И. А. Бунин писал Н. А. Тэффи о вышедшем сборнике:

…Книга называется по первому рассказу ― «Тёмные аллеи» ― в котором «героиня» напоминает своему первому возлюбленному, как когда-то он всё читал ей стихи про «Тёмные аллеи» («Кругом шиповник алый цвёл, Стояли тёмных лип аллеи…») ― и все рассказы этой книги только о любви, о ее «тёмных» и чаще всего очень мрачных и жестоких аллеях^[5].

Действие происходит холодной осенью в Тульской губернии. К частной горнице^[6] подъехал тарантас, запряжённый тройкой лошадей. Его пассажиром был стройный пожилой военный, похожий на Александра II, усталый и строгий. Он вошёл в горницу, чтобы заказать чай, и заговорил с хозяйкой, немолодой, но красивой женщиной, похожей на цыганку. В ответ на его вопросы она сказала, что держит заведение сама, что она не вдова, а чисто у неё, потому что она любит чистоту и выросла при господах, и назвала гостя по имени ― Николай Алексеевич. В этот момент он узнал в ней девушку Надежду, которую любил в юности, а потом бросил ― она тогда была крепостной, не ровней ему.

Надежда рассказала, что не вышла замуж, потому что любила Николая всю жизнь и так и не смогла ему простить, что он её бросил. Николай Алексеевич, хоть и утверждал: «Всё проходит. Всё забывается», был взволнован её словами и признался, что жизнь его сложилась несчастливо: любимая жена изменила и бросила, любимый сын не оправдал надежд, вырос наглецом «без сердца, без чести, без совести». Он вспомнил любовь к ней как лучшие минуты своей жизни, но после этого спешно уехал. По дороге он стыдился своих признаний и тут же стыдился своего стыда.

Кучер сказал Николаю Алексеевичу, что хозяйка горницы долго глядела им вслед, когда они уезжали. Он охарактеризовал Надежду как умную и справедливую женщину (она даёт деньги в рост, приумножая свой капитал). В финале герой вспоминает их роман и стихи, которые он читал Надежде, а потом задумывается, как бы сложилась жизнь, если бы он не бросил её:

Какой вздор! Эта самая Надежда не содержательница постоялой горницы, а моя жена, хозяйка моего петербургского дома, мать моих детей?^[7]

Рассказ размещён в одноимённом цикле первым^[8], выполняя в нём функции эпиграфа и экспозиции. Название возникло из образа элегии Н. П. Огарёва «Обыкновенная повесть» (1842)^[9], в которой описывается встреча влюблённых весной, а затем — их дальнейшая жизнь: их пути разошлись, он женат на другой, она тоже замужем, они иногда встречаются в свете, но уже не вспоминают о былой любви. Стихотворение становится литературным претекстом рассказа, а также ещё одним вариантом развития судеб героев, наводящим автора на размышления^[9].

О. В. Богданова считает, что любовь в творчестве И. А. Бунина многогранна и равнозначна жизни, а значит, тёмные и трагические «аллеи» любви — не что иное, как жизненные пути, которыми следуют его герои^[9].

В рассказе события разворачиваются в «холодное осеннее ненастье», то есть И. А. Бунин акцентирует внимание не на весне жизни и расцвете любви (как Н. П. Огарёв в «Обыкновенной повести»), а на осени жизни, когда герою «под шестьдесят», а героине 48 лет. О. В. Богданова отмечает, что юность героя соотносится с эпохой правления Александра II, а происходящие события — с эпохой Николая II. Повествование ведётся от третьего лица, безличного повествователя, однако сфокусированность на чувствах и воспоминаниях героя создаёт ощущение, что события видятся именно его глазами. Повествованию придаются черты субъективности: читатель наблюдает не только действия героя, но и его душевное волнение, а в финале — и его мысли^[9].

Герои встречаются в придорожной гостинице, то есть их случайная встреча связана с хронотопом дороги, символа жизненного пути, и это создаёт ощущение непрерывно текущей жизни. Повествователь акцентирует внимание на сходстве героев: он «ещё чернобровый», стройный, она «тоже чернобровая и тоже ещё красивая не по возрасту женщина». По мысли О. В. Богдановой, И. А. Бунин показывает повторы и подобия как неотъемлемую часть жизни, «обыкновенных» судеб героев. Неслучайно герой дважды повторяет: «История пошлая, обыкновенная» (об ушедшей молодости и любви к Надежде), «Впрочем, всё это тоже самая обыкновенная, пошлая история» (о любимой жене, которая его предала), и эти фразы отсылают к «Обыкновенной повести» Н. П. Огарёва. Автор не анализирует и не судит поступки героев, он наблюдает их как часть бесконечной жизни с её сходствами, повторами и случайностями^[9][10].

Часто литературоведы рассматривают образ героини как цельной и сильной натуры, способной любить «весь век» и хранить верность своему чувству. Герой же рассматривается как слабый человек, наказанный судьбой за то, что пренебрёг чувством из-за сословных предрассудков. Однако образы героев неоднозначны. В героине повествователь отмечает и черты, принижающие её образ (живот «как у гусыни», описание героем её красоты в прошедшем времени, подчёркивающее перемены в её внешности и пр.). Её обращение к герою «ваше превосходительство» и пренебрежительное отношение к стихам, которые он ей когда-то читал, показывает, что герои действительно из разных миров. Героиня хранит всю жизнь не только любовь и верность, но и обиду на героя. «Тёмные аллеи» из стихотворения она воспринимает как символ обмана. В описании облика героя во время их разговора («покраснел»), в его словах и жестах читается его стыд и смущение. Он сожалеет, что причинил боль героине, и это делает его образ сложным и неоднозначным. Он пережил не меньшую драму предательства, но, в отличие от героини, он чувствует себя виноватым, принимает на себя ответственность за случившееся и страдает от этого^[9][11]. Т. Ф. Панченко отмечает, что образ Надежды статичный, она живёт прошлым и не меняется. Образ Николая Алексеевича сложный и динамичный: в его представлении любовь предстаёт то как пошлая и обыкновенная история, то как «лучшие, истинно волшебные минуты»^[10].

В финале герой, с одной стороны, признаёт, что в Надежде он потерял «самое дорогое, что имел в жизни», с другой — понимает, что не может представить её своей женой, не видит её себе ровней. Этот монолог обнаруживает и сословное высокомерие героя, и его убеждённость в невозможности их совместного счастья. О. В. Богданова сравнивает этот монолог с фразой заглавного героя рассказа А. П. Чехова «Ионыч»: «А хорошо, что я на ней не женился…» и делает вывод, что И. А. Бунин, вслед за Чеховым, показывает жизнь как «суету сует», череду обыденных событий и судеб. Рассказ рассматривается как своего рода камертон к циклу о «тёмных аллеях» любви и человеческих судеб, который сам И. А. Бунин считал лучшим своим произведением^[9].

Композиция рассказа кольцевая: он начинается и заканчивается образами дороги и тарантаса. Сюжет может рассматриваться как развёрнутая метафора жизни, неизменной, обыденной, повторяющейся, как замкнутый круг рождения и смерти, созидания и разрушения, влюблённости и разочарования^[9].

Исследователи рассматривают интертекстуальность рассказа^[12][13]. Через библейские реминисценции (Книга Иова) и связь с «Обыкновенной повестью» любовь осмысливается как онтологическая, почти космическая сила, а судьбы героев — как «обыкновенные» и вместе с тем глубоко трагические^[10].