Нейрофеноменология

В 1986 году профессор Кийохико Икеда из Университета Яманаси пригласил нейроантрополога Чарльза Лафлина на международную научную конференцию, посвящённую проблеме структурализма в биологии. В конференции приняли участие примерно 50 учёных. В их числе был и чилийский биолог Франсиско Варела. Впоследствии Варела проявил большой интерес к опубликованной в 1988 году статье Лафлина под названием «The prefrontosensorial polarity principle: Toward a neurophenomenology of intentionality»^[9], в которой впервые была выдвинута идея нейрофеноменологии. В то время Варела работал редактором серии «New Science Library» издательства Shambhala Publications, и он предложил Лафлину написать книгу, в которой нейрофеноменология была бы освещена более подробно. Лафлин выполнил данную просьбу вместе со своими коллегами Джоном Макманусом и Юджином Д'Аквили, и в 1990 году это издательство опубликовало книгу под названием «Brain, Symbol & Experience: Towards a Neurophenomenology of Human Consciousness», которая в дальнейшем была перепечатана в издательстве Columbia University Press^[10]. В 1996 году Варела позаимствовал у авторов этой книги идею нейрофеноменологии и начал её использовать в собственных целях. Он не стал согласовывать с группой учёных под руководством Лафлина дальнейшее развитие данной концепции, что привело к возникновению двух почти не связанных друг с другом направлений, которые Лафлин обозначил как когнитивная нейрофеноменология и культуральная нейрофеноменология^[11].

Когнитивные нейрофеноменологи — это в основном философы и нейроучёные, являющиеся приверженцами предложенного Варелой проекта натурализации феноменологии в рамках философии сознания и когнитивной нейронауки. Психологи, использующие нейрофеноменологический подход, делают основной упор на экспериментальной работе, а философы, использующие нейрофеноменологический подход, делают основной упор на натурализации эпистемологии. В число проблем, над которыми работают когнитивные нейрофеноменологи, входят следующие^[12]:

• воплощение сознания;
• самосознание;
• трудная проблема сознания;
• гипноз;
• уайтхедианская метафизика;
• спонтанность сознания;
• проблема связи исследований сознания от первого лица и исследований сознания от третьего лица;
• проблема нейронных коррелятов сознания.

Культуральные нейрофеноменологи — это преимущественно антропологи, которые работают в области сновидений, чувств, медицинской антропологии, символизма и трансперсональной антропологии. Они используют натуралистический неэкспериментальный исследовательский подход. Главное отличие этой группы исследователей от большинства академических философов и психологов заключается в акценте на исследованиях культуры. Культуральные нейрофеноменологи занимаются кросс-культурными, этнографическими и прикладными исследованиями. В число проблем, над которыми работают культуральные нейрофеноменологи, входят следующие^[13]:

• сознание;
• религия и духовные практики;
• антропология опыта;
• сознание времени и культура;
• сновидения и работа со сновидениями в традиционных культурах;
• структура сознания в древности;
• природа этнографического эпохе;
• народное целительство.

Осенью 2000 года Франсиско Варела и его единомышленники создали Международную ассоциацию феноменологии и когнитивной науки (International Association for Phenomenology and the Cognitive Sciences (IAPCS)) для изучения проблем, лежащих на пересечении феноменологии и когнитивной науки, включая развитие нейрофеномнологии. Эта организация регулярно проводит посвящённые данным проблемам симпозиумы, результаты которых публикуются в издаваемом с 2002 года международном журнале Phenomenology and the Cognitive Sciences^[14][15].

Философским основанием нейрофеноменологического подхода служит трансцендентальная феноменология, разработанная немецким философом Эдмундом Гуссерлем. Этот философский подход к изучению сознания носил принципиально антинатуралистический характер. Гуссерль считал методологию естественных наук наивной, а потому бесполезной для исследования сознания^[16][17].

Франсиско Варела поставил задачу натурализовать феноменологию, то есть использовать её для нейробиологических исследований сознания. Чтобы наглядно отразить место нейрофеноменологии в науке о сознании, он использовал двухмерную систему координат, на которой графически представлены взаимоотношения между наиболее известными на конец XX столетия натуралистическими теориями сознания (поскольку Варела придерживался натуралистического подхода, дуалистические и квантовые теории сознания на этой схеме не отражены). В верхней части диаграммы он поместил функционалистские теории (Бернард Баарс, Дэниел Деннет, Джералд Эдельман и др.). В нижней части представлены противоположные функционализму мистерианистские теории (Томас Нагель, Колин Макгинн). В правой части представлены редукционистские и элиминативистские теории (Фрэнсис Крик и Кристоф Кох, Патрисия Чёрчленд). В левой части представлены противоположные редукционизму и элиминативизму феноменологические теории (Дэвид Чалмерс, Макс Велманс, Джон Сёрл и др.), включая нейрофеноменологию^{[4][18][комм. 1]}.

Нейрофеноменология базируется на следующих концепциях^[20]:

• аутопоэзис;
• энактивизм;
• энактивный ум;
• воплощённое сознание;
• циклическая причинность.

По мнению Франсиско Варелы и его сторонников, при эмпирических исследованиях сознания необходимо использовать особую методологию «самоотчётов», которая предусматривает предварительное обучение как учёных-экспериментаторов, так и участников экспериментов. Данная методология отличается как от используемого в классической феноменологии логического анализа структуры опыта, так и от используемой в психологии классической интроспекции. Кроме того, нейрофеноменология отказывается от теорий современной психологической науки. Вместо этого разработанная нейрофеноменологами методология базируется на восточных медитативных практиках (в особенности на используемых в буддийской медитации методах шаматха и випассана). Варела пришёл к выводу, что адепты этих практик за тысячи лет их развития добились в наблюдении за своим сознанием намного больших успехов, чем все представители западной психологической науки. Поэтому он заявил о необходимости внедрения новой методологии, которая превосходит используемые западными учёными методы исследования сознания и может привести к социологической революции в науке^[6][21].

При этом предложенное Варелой обучение включает в себя овладение практикой феноменологической редукции, начинающейся с «заключения в скобки» любых верований или теорий относительно субъективного опыта, которые могут иметься у исследователей сознания. Данное обучение не предусматривает заучивание текстов или формулировок феноменологии, оно направлено на восприятие объектов и предоставление понятных отчётов о наблюдаемых объектах и о субъективном опыте. Варела указал три составляющих данной практики:

1. Заключение в скобки и редукция. Ключевой метод феноменологии состоит в отказе от верований и теорий относительно наблюдаемых нами вещей. Феноменология не опирается ни на научные, ни на метафизические объяснения мира и нашего восприятия мира, а также отказывается от анализа в терминах здравого смысла или народной психологии. Основная цель феноменологического метода состоит в чистом восприятии мира и описании этого восприятия.
2. Близость и интуиция. При нейрофеноменологических исследованиях сознания чрезвычайно большое значение имеет достижение участниками экспериментов близости со своим субъективным опытом. К примеру, люди обычно не обращают внимания на то, каким образом наблюдаемые объекты появляются в центре или на периферии их внимания. Метод феноменологической редукции направлен на осознание таких аспектов восприятия. Важнейшую роль в данном процессе играет интуиция.
3. Описание. Пережитый исследователями сознания субъективный опыт должен быть описан в терминах, которые будут понятными людям, способным пережить такой же опыт. Обеспечение интерсубъективности описаний позволяет прояснить различные моменты опыта за счёт участия в экспериментах многих людей.

Прошедший нейрофеноменологическое обучение экспериментатор не станет спрашивать у участника эксперимента, похож ли пережитый им субъективный опыт на что-либо. Вместо этого он сформулирует свой вопрос иначе: «как бы Вы описали пережитый Вами субъективный опыт?» Такая формулировка предоставляет испытуемым возможность давать более сложные ответы и использовать свою собственную терминологию^[6][22].

Характеризуя отношение нейрофеноменологии к религии и науке, Эван Томпсон отметил, что термином «когнитивная наука» обозначается междисциплинарная область исследований, которая включает в себя психологию, нейронауку, лингвистику, вычислительную науку, искусственный интеллект и философию сознания (присутствие философии сознания в этом списке, по словам Томпсона, является показательным). При этом когнитивная наука не имеет единой парадигмы, в отличие, к примеру, от молекулярной биологии или физики высоких энергий, а представляет собой совокупность конкурирующих между собой исследовательских программ. Ввиду многообразия исследовательских подходов в рамках когнитивной науки возможны различные их комбинации с различными научными подходами к религии. Нейрофеноменология является одним из множества возможных вариантов отношений между наукой и религией. Хотя нейрофеноменология не затрагивает напрямую когнитивное религиоведение, она тесно с ним связана, в особенности в части психологических и биологических исследований религиозного опыта. Рабочая гипотеза нейрофеноменологии состоит в том, что феноменологическое исследование структуры человеческого опыта и научное исследование когнитивных процессов могут быть взаимополезными и взаимообогащающими. При этом нейрофеноменология, в отличие от когнитивного религиоведения, рассматривает религию не как объект научного изучения, а как основу созерцательной и феноменологической экспертизы (в особенности это относится к буддизму). С точки зрения нейрофеноменологии, такая экспертиза может принести большую пользу в научных исследованиях сознания^[23][24][25]. При проведении экспериментальных исследований медитации нейрофеноменологи используют концепции, заимствованные из буддистской психологии^[26].

Британский психолог Брайан Ланкастер в 2015 году отметил, что предложенный Варелой нейрофеноменологический подход, отстаивающий необходимость ведения диалога между наукой и религией, стал ориентиром для многих исследователей в этой области. Взрывной рост исследований сознания с участием практикующих буддийскую медитацию, который наблюдается в последние годы, во многом был стимулирован исследователями, придерживающимися предложенного Варелой подхода. Значительную роль в этом процессе сыграл институт «Ум и жизнь», созданный при активном участии Варелы^[27].

Наряду с исследованиями нейрофизиологических коррелятов состояний сознания, достигаемых при помощи буддистской медитации, нейрофеноменологический подход получил распространение в исследованиях состояний сознания, достигаемых в других медитативных традициях (в частности, в исследованиях трансцендентальной медитации) и при гипнозе. Сотрудничество между представителями различных медитативных традиций и нейроучёными позволило выявить целый ряд феноменологических изменений, которые происходят при длительных занятиях созерцательной практикой^[28].

Одна из ключевых концепций нейрофеноменологии — воплощённое познание — была вдохновлена буддизмом. Она получила широкое признание в современной когнитивной науке и в философии науки. Написанная Варелой и его коллегами книга «Воплощённый разум» («The Embodied Mind»), в которой была изложена эта концепция, стала классикой в философии науки и очень часто цитируется^[29]. Однако Асаф Федерман отмечает, что сдвиг парадигмы в когнитивной науке в сторону принятия концепции воплощённого сознания имел более широкие основания. По его словам, в когнитивной науке давно нарастало недовольство картезианской картиной мира, поэтому основанная на буддизме нейрофеноменология стала частью этого сдвига, а не его причиной^[29].

Субъективный опыт имеет огромное значение для любого человека. Однако в XX столетии научное исследование сознания в когнитивной науке сопровождалось сведением субъективного опыта к физическим процессам в мозге. В конвенциональной нейронауке стал общепринятым подход, который редуцирует исследования сознания от первого лица к исследованиям сознания от третьего лица. Этот подход получил название «научный редукционизм» или «научный материализм». По словам американского исследователя сознания Алана Уолласа, научные редукционисты рассматривают сознание как биологический феномен и считают единственной нерешённой проблемой поиск объяснения того, как именно мозг производит состояния сознания. При этом, по его мнению, они путают свою веру с научным знанием^[30].

В 1990-х годах ряд нейроучёных решил отказаться от материалистических дотеоретических допущений при проведении нейронаучных исследований. Эта группа учёных аргументировала свой подход тем, что когнитивная наука не должна отказываться от изучения субъективного опыта^[25]. В рамках развития данного подхода его сторонники (Франсиско Варела, Эван Томпсон, Джонатан Шир, Крис Фрит, Мортен Овергаард, Антуан Лутц, Шон Галлахер, Хлоя Фаррер и др.) предложили несколько вариантов научных исследований сознания от первого лица, в качестве обобщающего названия которых они используют термин «нередуктивная когнитивная наука». Нейрофеноменология является одним из наиболее влиятельных направлений в нередуктивной когнитивной науке. Согласно нейрофеноменологическому подходу, для решения проблем, связанных с научными исследованиями сознания, необходима комбинация феноменологических исследований сознания от первого лица и нейронаучных исследований сознания от третьего лица. При этом, с точки зрения нейрофеноменологов, феноменологии требуется натурализация, а нейронауке – отказ от материалистических предпосылок, которые редуцируют всё к физическим процессам^[31][32].

Нередуктивный подход к научным исследованиям базируется на феноменологическом натурализме и предусматривает отказ от сциентизма, которым заражены науки, основывающиеся на ньютоно-картезианской парадигме^[33].

Концепция нередуктивной когнитивной науки вызвала много возражений со стороны сторонников традиционного подхода к исследованиям сознания. Эти возражения в наиболее концентрированном виде сформулировал в 2001 году Дэниел Деннет: «наука о сознании от первого лица – это дисциплина, у которой нет ни методов, ни данных, ни результатов, ни будущего, ни перспектив. Она останется фантазией». Несмотря на подобные возражения, многие учёные и философы признают необходимость использования методов от первого лица при экспериментальных исследованиях сознания, а количество публикаций по данной теме постоянно растёт^[6][32][34]. В 2011-2013 гг. международная группа психологов, нейроучёных и философов провела первое в истории экспериментальное научное исследование с участием НАСА, которое было посвящено изучению благоговения и удивления, переживаемых астронавтами во время космических полётов. Это исследование основывалось на методах нередуктивной когнитивной науки^{[35][комм. 2]}.

Нейробиолог Антуан Лутц и философ Эван Томпсон выразили мнение, что хотя Франсиско Варела назвал нейрофеноменологию методологическим средством для решения трудной проблемы сознания, в действительности нейрофеноменология не ставит свой целью нахождение решения метафизического аспекта данной проблемы. Этот аспект заключается в поисках ответа на вопрос, может ли физическая система породить субъективный опыт (феноменальное сознание). Если ответ на данный вопрос окажется положительным, то победу в дискуссии одержат сторонники физикалистского монизма. Если он окажется отрицательным, то победа в споре останется за сторонниками натуралистического дуализма, либо за сторонниками субстанциального дуализма, либо за сторонниками идеализма.

Однако Лутц и Томпсон полагают, что картезианская дихотомия между психическим и физическим представляет собой часть трудной проблемы, а не часть её решения. Поэтому нейрофеноменология, с их точки зрения, направлена скорее на решение методологического аспекта трудной проблемы сознания, известного как разрыв в объяснении. Этот аспект заключается в поиске связи между феноменальным сознанием (сознанием от первого лица) и исследованиями сознания от третьего лица в когнитивной нейробиологии. Таким образом, цель нейрофеноменологии состоит не в онтологическом, а в эпистемологическом и методологическом закрытии разрыва в объяснении. При этом Лутц и Томпсон отметили, что в настоящее время нейрофеноменология не достигла этой цели, а лишь предложила научную исследовательскую программу для решения данной задачи ^[37].