Медицина в средневековом исламском мире

Медицина была центральной частью средневековой исламской культуры. Этот период назывался Золотым веком ислама и длился с VIII по XIV век^[11]. Экономическое и социальное положение пациента в значительной степени определяло тип лечения, а ожидания пациентов варьировались в зависимости от подхода врачей.

В ответ на обстоятельства времени и места, исламские врачи и учёные создали обширную и сложную медицинскую литературу, исследующую, анализирующую и синтезирующую теорию и практику медицины. Исламская медицина изначально была основана на традициях, главным образом на теоретических и практических знаниях, накопленных в Аравии во времена Мухаммеда, древней эллинистической медицине, такой как Юнани, древней индийской медицине, такой как Аюрведа, и древней иранской медицине Академии Гондишапура. Труды древнегреческих и римских врачей Гиппократа^[12], Галена и Диоскорида также оказали долгосрочное влияние на медицину Ближнего Востока^[13]. Интеллектуальная жажда, открытость ума и энергичность достигли в эту эпоху небывалого уровня. В Золотой век ислама учёные и исследователи с таким усердием изучали, систематизировали и совершенствовали классические знания, что арабская наука стала самой передовой в своём времени^[11]. Офтальмология считалась наиболее успешной отраслью медицины того времени, а труды Ибн аль-Хайсама оставались авторитетными в этой области до начала Нового времени^[14].

Принятие новых идей и сохранение древних текстов мусульманами в средние века способствовали прогрессу медицины в этот период. Они дополнили древние медицинские идеи и методы, развили медицину и смежные науки, а также углубили медицинские знания в таких областях, как хирургия и понимание человеческого тела. Хотя многие западные учёные не признают влияние мусульман на медицину, они считают, что она не имела независимого влияния от древнеримской и древнегреческой медицины^[15].

В целом, исламская медицина представляет собой сочетание лекарственных средств Греции, Персии, Сирии, Индии и Византии. Литературный и научный язык был адаптирован, изменён и, что наиболее важно, «исламизирован». Его влияние распространилось не только на исламские земли, но и на Европу, Азию, Китай и Дальний Восток^[16].

Медицина в средневековом исламском мире часто была напрямую связана с растениеводством. Фрукты и овощи считались полезными для здоровья и благополучия, хотя их свойства отличались от тех, которые приписывает им современная медицина^[17]. В этот период в медицине также широко использовалась гуморальная теория, которая определяла диагностику и лечение пациентов. Такая медицина была в основном холистической, ориентированной на режим, окружающую среду и питание^[18]. В результате медицина была очень индивидуалистичной, поскольку каждый человек, обращавшийся за медицинской помощью, получал разные рекомендации, зависящие не только от его заболевания, но и от его образа жизни. Однако между методами лечения всё же была некоторая связь, поскольку медицина в основном основывалась на гуморальной теории, согласно которой каждого человека нужно было лечить в зависимости от того, были ли его гуморы горячими, холодными, меланхоличными или холерическими^[19].

Использование растений в медицине было довольно распространённым явлением в эту эпоху, причём большинство растений, используемых в медицине, ассоциировались как с некоторыми преимуществами и эффектами от их применения, так и с определёнными ситуациями, в которых их следует использовать^[17].

Авторитет великих врачей и учёных Золотого века ислама на протяжении многих веков оказывал влияние на искусство и науку медицины^[1][3]. Их концепции и идеи о медицинской этике обсуждаются и в XXI веке, особенно в исламских странах мира^[2]. Их представления о поведении врачей и отношениях между врачом и пациентом рассматриваются как потенциальные образцы для подражания для современных врачей^[21][19].

Развитие и рост больниц в древнем исламском обществе расширили медицинскую практику до того, что в настоящее время известно как хирургия. Хирургические процедуры были известны врачам в средние века благодаря более ранним текстам, в которых содержались описания этих процедур^[22]. Перевод доисламских медицинских публикаций был фундаментальным строительным блоком для врачей и хирургов в целях расширения практики. Хирургия редко практиковалась врачами и другими медицинскими работниками из-за очень низкого процента успешных операций, хотя более ранние записи свидетельствовали о благоприятных результатах некоторых операций^[22]. В древнем исламе, особенно в области офтальмологии, проводилось много различных видов операций.

Врачи, такие как ар-Рази, писали о важности морали в медицине и, возможно, вместе с Авиценной и Ибн ан-Нафисом, представили первую концепцию этики или «практической философии» в исламской медицине^[19]. Ар-Рази написал трактат «Kitab al-tibb al-ruhani», также известный как «Книга о духовной медицине», посвящённый популярной этике^[23]. Он считал, что врач должен не только быть экспертом в своей области, но и служить образцом для подражания. Его идеи о медицинской этике были разделены на три концепции: ответственность врача перед пациентами и перед самим собой, а также ответственность пациентов перед врачами^[24].

Самым ранним сохранившимся арабским трудом по медицинской этике является «Adab al-Tabib» (араб. أدب الطبيب‎, лат. Adab aț-Ṭabīb, «Этикет врача» или «Практическая медицинская деонтология») Исхака ибн Али аль-Рухави, основанный на трудах Гиппократа и Галена^[25]. Однако стоит отметить, что в отличие от Гиппократа, Гален не предлагал чёткого кодекса медицинской этики. «Этикет врача» была вступительным комментарием аль-Рухави, призванным повысить уровень медицинской практики, чтобы помочь больным и заручиться поддержкой Бога^[23]. Он процитировал Гиппократа, который сказал, что медицинское искусство включает в себя три фактора: болезнь, пациента и врача. Книга состояла из двадцати глав, посвящённых различным темам, связанным с медицинской этикой^[23]. В первой главе своей книги аль-Рухави заявил, что для врачей, следующих рациональной этике и медицинским предписаниям, истина важнее всего^[23]. Аль-Рухави считал врачей «хранителями душ и тел» и настаивал на том, чтобы они соблюдали надлежащий медицинский этикет для обеспечения строгой медицинской этики и не игнорировали теоретические аспекты. В доисламские времена существовала нехватка элементов борьбы и конфликта для разрешения этических дилемм. Аль-Рухави помог восполнить этот пробел.

Исламская медицинская этика может быть разделена на два типа тем: литература Адаб и классическая исламская правовая традиция^[26]. Основная цель литературы Адаб — продвижение существующих универсальных добродетелей и моральных ценностей. Её главная задача — пропаганда важности этического поведения, хороших манер и социального этикета, которые могут быть применены ко всем людям, независимо от их религиозной или культурной принадлежности^[26]. Благодаря этому литература Адаб является очень универсальной и привлекательна для представителей самых разных религий и культур. С другой стороны, исламские правовые традиции уходят корнями в исламские законы и юриспруденцию^[26]. Исламские правовые традиции часто используются при решении определённых этических дилемм. Это могут быть такие вопросы, как биомедицинские проблемы, и исламские правовые традиции тесно связаны с исламской медицинской этикой и законами^[26].

Многие больницы были построены в ранний период ислама. Они назывались «бимаристан» или «дар аль-шифа», что в переводе с персидского и арабского означает «дом [или место] больных» и «дом исцеления» соответственно^[27]. Идея больницы как места для ухода за больными была заимствована у ранних халифов^[16]. Бимаристан появился ещё во времена Мухаммеда, а в мечети Пророка в городе Медина во дворе была организована первая мусульманская больница^[28]. Во время Газава Хандак (Битвы у рва) Мухаммед встретил раненых солдат и приказал поставить палатку для оказания медицинской помощи^[28]. Со временем халифы и правители расширили передвижные бимаристаны, включив в них врачей и фармацевтов.

Первым строителем бимаристана в Дамаске в 707 году н. э. часто считается халиф Омейядов Аль-Валид ибн Абдул-Малик^[29]. В бимаристане работали наёмные врачи и была хорошо оборудованная аптека^[28]. Здесь лечили слепых, прокажённых и других инвалидов, а также отделяли больных проказой от остальных пациентов^[28]. Некоторые считают этот бимаристан не более чем лепрозорием, поскольку в нём содержались только больные проказой^[29]. Первая настоящая исламская больница была построена во время правления халифа Харуна ар-Рашида (786—809 гг. н. э.)^[16]. Халиф пригласил сына главного врача Джибраила ибн Бахтишу возглавить новый багдадский бимаристан. Он быстро приобрёл известность и привёл к появлению других больниц в Багдаде^[16][30].

По мере развития больниц в исламской цивилизации сформировались их специфические особенности. Бимаристаны были светскими учреждениями. Они обслуживали всех людей, независимо от их расы, религии, гражданства или пола^[16]. В документах вакфа было указано, что никому не должно быть отказано в помощи^[28]. Конечной целью всех врачей и персонала больницы было совместное стремление к благополучию своих пациентов^[28]. Не было ограничений по времени пребывания пациента в стационаре^[29]; в документах вакфа было указано, что больница обязана содержать всех пациентов до полного выздоровления^[16]. Мужчины и женщины размещались в отдельных, но одинаково оборудованных палатах^[16][28]. Отдельные палаты были дополнительно поделены на отделения для психически больных, инфекционных больных, неинфекционных больных, хирургическое, терапевтическое и офтальмологическое^[28][29]. За пациентами ухаживали медсёстры и персонал того же пола^[29]. В каждой больнице были лекционный зал, кухня, аптека, библиотека, мечеть и иногда часовня для христианских пациентов^[29][31]. Для развлечения и поднятия настроения пациентов часто привлекались развлекательные материалы и музыканты^[29].

Больница была не только местом лечения пациентов: она также служила медицинской школой для обучения и подготовки студентов^[28]. Основные научные знания приобретались с помощью частных репетиторов, самообучения и лекций. Исламские больницы были первыми, кто начал вести письменные записи о пациентах и их лечении^[28]. Студенты были ответственны за ведение этих записей о пациентах, которые впоследствии редактировались врачами и использовались в качестве справочного материала при лечении в будущем^[29].

В этот период в халифате Аббасидов вступило в силу обязательное лицензирование врачей^[29]. В 931 году халиф Аль-Муктадир узнал о смерти одного из своих подданных в результате ошибки врача^[31]. Он немедленно приказал своему мухтасибу Синану ибн Сабиту провести расследование и запретить врачам практиковать до тех пор, пока они не сдадут экзамен^[29][31]. С этого момента стали обязательными экзамены на получение лицензии, и только квалифицированные врачи могли заниматься медициной^[29][31].

В средневековых исламских культурах существовали различные способы обучения медицине до появления регулируемых стандартизированных институтов. Как и в других областях знаний того времени, многие будущие врачи учились у своих родственников и в ремесленных мастерских, пока не появились меджлисы, обучение в больницах и, в конечном итоге, медресе.

Существует несколько примеров самообразования, таких как Ибн Сина, но в целом студенты обучались у врачей, хорошо знакомых с теорией и практикой. Ученики обычно находили учителя, родственника или постороннего человека, что, как правило, требовало оплаты. Те, кто учился у родственников, иногда становились известными врачами. Семья Бухтишу прославилась тем, что почти три столетия работала на багдадских халифов^[22].

До начала нового тысячелетия больницы стали популярными центрами медицинского образования, где студенты проходили обучение непосредственно у практикующих врачей. Вне больницы врачи преподавали студентам на лекциях, или «меджлисах», в мечетях, дворцах или общественных местах. Аль-Дахвар прославился в Дамаске своими меджлисами и в конечном итоге стал курировать всех врачей Египта и Сирии^[22]. Впоследствии он стал первым, кто основал то, что можно было бы назвать «медицинской школой», поскольку её обучение было сосредоточено исключительно на медицине, в отличие от других школ, где в основном преподавали фикх. Она была открыта в Дамаске 12 января 1231 года и, по имеющимся данным, просуществовала по крайней мере до 1417 года. Это соответствовало общей тенденции институционализации всех видов образования. Несмотря на существование медресе, ученики и учителя часто прибегали к различным формам образования. Обычно ученики учились самостоятельно, слушали учителей в меджлисах, работали под их руководством в больницах и, наконец, поступали в медресе после их создания^[22]. Всё это в конечном итоге привело к стандартизации и контролю качества медицинского образования.

В 639 году н. э. мусульмане завоевали и взяли под свой контроль персидский город Гунде-Шапур. Несмотря на то, что город был захвачен, большинство существовавших больниц и университетов остались нетронутыми для использования в будущем^[32]. Позже были построены исламские медицинские школы по образцу ранее существовавших, и медицинское образование стало восприниматься очень серьёзно в отношении учебной программы и клинической подготовки.

Исламская медицина создала «бимаристаны» — больницы, которые были очень хорошо развиты, эффективны и имели передовые системы^[32]. Эти больницы были открыты для всех бесплатно, они были передовыми в том, как они работали, разделяя мужчин и женщин, а также имея разные палаты для разных типов заболеваний.

Фармацевтика как самостоятельная, чётко определённая профессия возникла в начале IX века благодаря мусульманским учёным. Исламская фармакологическая традиция была результатом деятельности месопотамских интеллектуальных центров, которые поддерживали обмен идеями. Индийские и дальневосточные влияния проникли в Месопотамию по торговым путям. Месопотамия охватывала большую часть современного Ирака, который позже стал Сасанидской империей. Персы сохранили греческие идеи, которые проникли в исламскую фармакологию. Фармакология в исламских империях характеризовалась использованием всех веществ, применяемых к человеческому телу. Лекарства, продукты питания, напитки, косметика и духи использовались благодаря своим лечебным свойствам. Лекарства состояли из веществ растительного происхождения, которые были собраны в различных регионах Азии. Фармакологические средства использовались в лечении на основе их эффективности в поддержании равновесия организма человека. Греческий врач Гиппократ классифицировал болезни как дисбаланс абстрактных качеств: холодного, горячего, сухого и влажного. Для восстановления равновесия назначалась диета^[33].

Аль-Бируни утверждает, что «фармацевтика стала независимой от медицины, так как язык и синтаксис отделены от композиции, знание просодии от поэзии, а логика от философии, поскольку она [фармацевтика] является скорее помощником [медицины], чем слугой». Сабур ибн Сахль был врачом (ум. 869), который написал первый текст по фармацевтике в своей книге «Aqrabadhin al-Kabir». Считается, что его книга, написанная под сильным влиянием Диоскорида, была написана после «Materia Medica» Диоскорида^[34].

Известный греческий травник Диоскорид работал вместе с греческим врачом Галеном над классификацией фармакологических средств. Андалусский врач Ибн Джульджуль систематизировал вещества из Индии, Юго-Восточной Азии и стран Индийского океана. Классификация веществ была дополнительно организована на основе их передачи в исламскую империю. Их происхождение было греческим, индийским или иранским. Знания о лечебных свойствах веществ были созданы доисламской Сасанидской империей и пиро-персидской культурой, которые уделяли большое внимание фармакологии. Исламская фармацевтика достигла внедрения систематического метода идентификации веществ на основе их лечебных свойств. Кроме того, Сабур написал три других книги: «Опровержение книги Хунайна о различиях между диетой и слабительными лекарствами», «Трактат о сне и бодрствовании» и «Замена одного лекарства другим». Хотя его работы не были введены в обязательную практику государственными органами, они получили широкое признание в медицинских кругах. Фармакология как наука была результатом преемственности и развития знаний ранее существовавших цивилизаций^[34].

В средние века трактаты Гиппократа получили широкое распространение среди средневековых врачей благодаря своей практической форме и доступности для практикующих врачей того времени^[35]. Трактаты Гиппократа по гинекологии и акушерству часто цитировались мусульманскими врачами при обсуждении женских заболеваний^[35]. Авторы-гиппократики связывали общее и репродуктивное здоровье женщин с органами и функциями, которые, как считалось, не имели аналогов в мужском организме^[35].

В Гондишапуре существовал госпиталь и центр подготовки врачей. Город Гондишапур был основан в 271 году сасанидским царём Шапуром I. Он был одним из крупнейших городов провинции Хузестан Персидской империи на территории современного Ирана. Значительную часть населения составляли сирийцы, большинство из которых были христианами.

При правлении Хосрова I убежище было предоставлено греческим философам-несторианцам, в том числе учёным Персидской школы Эдессы (Урфа) (также называемой Афинской академией), христианского теологического и медицинского университета. Эти учёные прибыли в Гондишапурв 529 году после закрытия академии императором Юстинианом. Они занимались медицинскими науками и инициировали первые проекты по переводу медицинских текстов^[36]. Прибытие этих врачей из Эдессы ознаменовало начало создания больницы и медицинского центра в Гондишапуре^[37]. Он включал медицинскую школу и больницу (бимаристан), фармакологическую лабораторию, переводческую контору, библиотеку и обсерваторию^[38]. Индийские врачи также внесли свой вклад в развитие школы в Гондишапуре, в частности, медицинский исследователь Манка. Позже, после исламского завоевания, труды Манка и индийского врача Сустуры были переведены на арабский язык в Багдаде^[39]. Дауд аль-Антаки был одним из последних влиятельных арабских христианских писателей.

Сотрудничество, которое возникло во время правления династии Аббасидов в 750 году н. э., основывалось на взаимодействии между несторианскими христианами из Византийской империи и правящей элитой Аббасидов. Несторианские христиане из Византийской империи бежали от преследований и противодействия научным достижениям, чтобы получить финансовую поддержку от правящей элиты Византийской империи. Греческие тексты Галена были представлены христианами и переведены на арабский язык для исламских учёных и врачей, чтобы они могли дать свои комментарии. С появлением объединённых цивилизаций халифы Аббасидской империи стремились получить знания от ранее существовавших обществ. Византийская империя представляла собой модернизированное общество, занимавшееся медициной и фармакологией. Менее угнетающее исламское отношение к греческим светским знаниям способствовало сотрудничеству между несторианскими христианами и исламской империей^[40].

Аббасидский халиф аль-Мамун заслужил признание за содействие переводу греческих текстов, что ускорило укрепление медицины в исламских империях. Сотрудничество с несторианскими христианами стало возможным благодаря отсутствию конфликтов, связанных с предметом медицины. Христиане и мусульмане могли сотрудничать без возникновения религиозных конфликтов. Греческие и сирийские тексты были переведены на арабский язык, когда эллинистический период научных исследований перешёл в исламскую империю^[40].

Одним из самых известных переводчиков исламских империй был несторианский христианин Хунайн ибн Исхак, который хорошо владел сирийским, греческим и арабским языками и имел медицинское образование. Переводы Хунайна были в основном работами греческого врача Галена. В конечном итоге, Хунайну приписывают создание успешного систематического метода перевода научных текстов^[40].