Восход солнца (картина Куинджи)

На полотне изображён восход солнца над горными вершинами Кавказа^[1].

Лучи восходящего солнца освещают розовым светом горные вершины, покрытые снегом. На фоне лазурно-синего неба зритель видит яркие горы золотисто-розового цвета, окутанные нежной розоватой дымкой утреннего тумана^[1].

Ярко и живо на полотне изображены деревья и кустарники, сбегающие по горному склону. Плавными тонкими мазками автор показал, насколько разнообразна палитра растительности, расположившейся в верхней части горы. Некоторые деревья окрашены в золотистый цвет, другие — в изумрудный, а трава в лучах восходящего солнца приобрела светло-зелёный оттенок^[1].

Видно, что ночь только-только сменилась ранним утром. Природа лишь начала просыпаться от ночного сна. Деревья и кусты, растущие в нижней части гор, почти полностью погружены в тёмно-зелёную густую тень, куда пока не пробились лучи солнца. И лишь в нижней части полотна небольшая возвышенность, отделённая от гор ущельем, также начинает подсвечиваться солнцем. Зритель может увидеть деревце, написанное с детальной точностью, растущее на золотисто-зелёной каменистой почве^[1].

Полотно «Восход солнца» было написано Архипом Куинджи в период затворничества, когда художник не только не выставлял и не продавал свои произведения, но даже не показывал их самому ближайшему окружению^[2].

В 1888 году Архип Иванович по приглашению своего товарища, который также являлся живописцем, Николая Ярошенко отправился в путешествие на Кавказ. Там художник стал свидетелем очень редкого природного явления, называемого «горным призраком» и заключающееся в том, что тень человека, смотрящего на горы, на поверхности облаков видна в противоположном от солнца направлении^[2].

Необычайное природное явление, а также красивейшая природа Кавказа произвели на Куинджи огромное впечатление. Увиденное во время поездки вдохновило художника на создание картины «Восход солнца»^[2].

Искусствоведы отмечают, что творчество Архипа Куинджи может быть отнесено к русской школе люминизма. Именно для стиля люминизма в пейзаже характерна приоритетная роль палитры и света, глубокая воздушная перспектива, тонкие, изящные мазки, делающие изображение на полотне почти идеально гладким^[2].

Собраться Куинджи по кисти признавали его величайшее мастерство в умении очень точно и естественно передавать на полотне малейшие оттенки цвета.

«Иллюзия света была его богом, и не было художника, равного ему в достижении этого чуда живописи. Куинджи — художник света. Свет — очарование, и сила света, и его иллюзия были его целью», — писал Илья Репин^[2].

Репин нередко вспоминал о том, как однажды Д. И. Менделеев пригласил в свой кабинет художников-передвижников, чтобы опробовать свой прибор, предназначенный для измерения чувствительности человеческого глаза к различным изменениям тонов. Архип Куинджи полностью побил рекорд чувствительности среди своих товарищей. «Эффект Куинджи», который заключается в той особой уникальности, яркости и живости, которой отмечены все картины Архипа Ивановича, является ничем иным, кроме как результатом большой работы художника, его многочисленными экспериментами с красками. Виртуозности владения цветом и композиционной простотой Куинджи достиг настойчивым и упорным трудом. Он проводил множество экспериментов с палитрой, тщательно изучал законы взаимодействия цветов, искал верный тон, сверяя с цветовым соотношением в природе^[3].

«Куинджи — это колоссальный непосредственный талант, дошедший до возбуждения физиологического ощущения темноты»,— писал Иван Крамской^[4].

А известный художник-монументалист Константин Фокин в своей работе «Размышления о русской пейзажной живописи» писал, что пейзажи Архипа Куинджи «наполнены пантеистической одухотворённостью жизни природы, дающей витальные силы человеку, вселяющие в него желание жить не просто в природе, но в согласии с ней, творчески относясь к её дарам, как художественным ценностям»^[5].