Август (стихотворение)

Преображение Господне (Второй Спас), о котором идёт речь в стихотворении, ― христианский праздник, посвящённый описанному в Евангелии событию: в Галилее на горе Фавор Иисус Христос явил ученикам (Петру, Иоанну, Иакову) божественный свет, исходящий от его лица и одежды. Отмечается праздник 6 августа по старому стилю^[1]. В этот день в 1903 году юный Борис Пастернак чудом выжил, упав с лошади. Позже он говорил, что в этот день пробудилось его творческое призвание. Стихотворение написано к 50-летию этого события ― в августе 1953 года^[2].

В деревне Переделкино, где поэт долгое время жил на даче, стоял храм Преображения (посвящённый этому празднику)^[2], он упомянут в стихотворении. В описании комнаты, вида из окна, леса и кладбища тоже узнаются детали дачного дома поэта и местности в Переделкине^[3]. На написание стихотворения повлиял и пережитый поэтом в 1952 году инфаркт^[4][5].

Впервые стихотворение опубликовано в составе романа «Доктор Живаго», вышедшего в Милане в 1958 году^[2].

Лирический герой, проснувшись утром, вспоминает сон о своей смерти: 6 августа (по старому стилю), в праздник Преображения Господня, его друзья через кладбищенский лес идут к нему «на проводы». Герой прощается с жизнью, с возлюбленной, с поэзией («образ мира, в слове явленный») и т. д.^[3]

О. С. Мирошниченко, анализируя жанровые особенности стихотворения, приходит к выводу, что в нём преломляются традиции разных жанров:

• элегии (философское размышление о жизни и смерти, мотивы воспоминания, слёз во сне, лирический монолог в финале). Элегический лирический сюжет разворачивается в сознании спящего героя, который переживает умирание и прощается с жизнью, пересматривает основные в его жизни ценности;
• баллады (повествовательный сюжет и традиционная для баллады композиция, мотив сна, соединение земного мира и потустороннего). Однако, в отличие повествовательного жанра от баллады, герой которой обычно отделён от автора, в «Августе» героем событий и субъектом переживаний является лирическое «я». Балладный сюжет разворачивается в сознании героя, который проснулся и вспоминает сон;
• идиллии (умиротворённый идиллический пейзаж). Пейзажные образы описаны в яркой и жизнеутверждающей цветовой палитре и соединены с христианскими мотивами и образами: «Имбирно-красный лес кладбищенский, / горевший, как печатный пряник», «Обыкновенно свет без пламени / Исходит в этот день с Фавора, / И осень, ясная как знаменье, / К себе приковывает взоры»;
• стихотворения-«памятника» (герой в финале осознаёт себя как поэт и творчество видится ему главным предназначением в жизни; образ провидческого голоса героя, «не тронутого распадом»; соединения творчества с чудотворством). Однако здесь, в отличие от классических стихотворений-памятников в русской литературе (М. В. Ломоносова, Г. Р. Державина, А. С. Пушкина) делается акцент не на бессмертии творчества, а на бессмертии души.

Таким образом, с помощью синтеза жанров создаётся уникальная жанровая конструкция^[6].

Композиция трёхчастна:

• пробуждение героя;
• его сон (событийная часть);
• финальный лирический монолог (также часть сна)^[6].

Обычно в балладе, строящейся на мотивах сна и пробуждения, пробуждение происходит в финале. В стихотворении Август оно перенесено на начало и предшествует разворачиванию основного сюжета^[6].

Основные темы стихотворения: вера, смерть, итоги жизненного пути, творчество^[4], бессмертие и воскресение^[7].

Образ лирического героя многогранен: это и человек, вспоминающий утром свой сон, и сознание, переживающее сновидение. Кроме того, этот образ отождествляется с образом героя романа — Юрия Живаго, предстающего в произведении как автор этих стихов^[8].

В первых двух строфах возникает образ солнечного света, преображающего мир. Он перекликается с исходящим с Фавора божественным «светом без пламени» в пятой строфе. Друзья идут прощаться с героем через озарённый осенним солнцем кладбищенский лес^[4][9].

Затем возникает образ смерти, предстающий в облике казённой землемерши^[4]:

В лесу казённой землемершею

Стояла смерть среди погоста,

Смотря в лицо моё умершее,

Чтоб вырыть яму мне по росту.

Герой присутствует на своих похоронах в двух проявлениях: мёртвое тело и нетленный голос^[6]. Голос героя, ощутимый всеми присутствующими, прощается с окружающим миром, «годами безвременщины», любовью, вдохновением, творчеством^[4] и «чудотворством» (т. е. высшей степенью творчества)^[6]:

Прощай, размах крыла расправленный,

Полёта вольное упорство,

И образ мира, в слове явленный,

И творчество, и чудотворство.

Герой, прощаясь с жизнью, осознаёт свои основные ценности, поэтому встреча со смертью во сне оказывается для него преображающей. О. С. Мирошниченко обращает внимание на присутствие голоса одновременно в двух мирах: его слышит умерший герой и его живые друзья. Нетленность голоса, как считает исследователь, является залогом воскресения, представленного в стихотворении как пробуждение ото сна. В мотиве пробуждения-воскресения также прочитывается параллель героя с Иисусом Христом^[6]. По словам Г. А. Закроевой, «сновидение становится приёмом выражения идеи преображения или воскрешения, которая заключена в празднике Преображения Господня». Прощание с «чудотворством» тоже прочитывается в контексте параллели поэт — Христос^[8].

Стихотворение написано четырёхстопным ямбом. Рифмовка перекрёстная, с чередованием в первой строфе гипердактилических окончаний с женскими, в остальных строфах — дактилических с женскими^[4].

В стихотворении используются такие фигуры и тропы:

• эпитеты: полосой шафрановою, жаркой охрою, осень ясная, «мелкий, нищенский, / Нагой, трепещущий ольшаник», имбирно-красный лес, притихшими… вершинами, казённой землемершею, голос… провидческий;
• олицетворение: «Как обещало, не обманывая, / Проникло солнце», «Соседствовало небо важно», «голосами петушиными / Перекликалась даль», стояла смерть;
• метафоры: солнце… покрыло жаркой охрою; осень… приковывает взоры; лес… говевший; горечь рокового часа; «бездне унижений / Бросающая вызов женщина», «Я — поле твоего сражения»;
• сравнения: осень…, как знаменье; горевший, как печатный пряник; «казённой землемершею / Стояла смерть»;
• перифраз: лазурь преображенская, золото второго Спаса, размах крыла расправленный, Полёта вольное упорство, образ мира, в слове явленный;
• анафора: Прощай… Прощайте… Простимся…;
• инверсии: полосой шафрановою, подушку мокрую, увлажнена подушка, соседствовало небо и пр.
• риторические обращения и восклицания: Прощай, лазурь преображенская…; Простимся, бездне унижений / Бросающая вызов женщина!^[4][8]