Ласточки пропали...

Стихотворение было написано в 1854 году и впервые опубликовано в 1855 году в январском номере журнала «Современник» (том 49, № 1) под заголовком «Осень»^[1]. Оно вошло в прижизненный сборник стихотворений 1863 года^[2]. В плане собрания сочинений 1892 года, не осуществлённого при жизни автора, А. А. Фет поместил стихотворение в раздел «Осень»^[3].

Заголовок стихотворения «Осень» снял Б. Я. Бухштаб, когда готовил стихотворение к публикации в серии «Библиотека поэта». Оно повторяло заглавие раздела, а, по словам составителя, «во всех сборниках Фета проводится постоянный принцип снимания заглавий, совпадающих с заглавием отдела»^[3].

А. А. Фет — сторонник идеи «чистого искусства», свободного от социальной составляющей и сосредоточенного на вечных темах, таких как природа, любовь, творчество. Он не относил свою лирику к какому-либо направлению. Жанр стихотворения — элегия.

Композиция стихотворения двухчастная:

• в первых двух строфах делается акцент на описании пейзажа за окном;
• во вторых двух строфах наряду с пейзажными образами появляется прямое описание душевного состояния лирического героя.

А. А. Фет создаёт картину осени, которая соотносится с печальным и тревожным состоянием лирического героя:

Ласточки пропали,

А вчера зарёй

Всё грачи летали

Да как сеть мелькали

Вон над той горой.

С вечера всё спится,

На дворе темно.

Лист сухой валится,

Ночью ветер злится

Да стучит в окно.

Развитие лирической темы происходит сразу, с первых строк. Строка «ласточки пропали…» выражает тревогу (ласточка — символ весны и связанных с ней состояний пробуждения, обновления). Мельтешение улетающих на юг грачиных стай, порывы ветра, шуршание листьев и крики журавлей («Словно как с испугу / Раскричавшись, к югу / Журавли летят») усиливают и дополняют эту картину. Даже третья строфа, где образам тоскливой осени противопоставляется ожидание зимы («Лучше б снег да вьюгу / Встретить грудью рад!») не меняет общего тона тоски и безысходности. Осень — символ старения и увядания, а зиму в этом контексте можно трактовать как символ смерти. Таким образом, для лирического героя лучше смерть, чем безысходность и тревога, которые он переживает сейчас^[4].

В первых трёх строфах лирический герой наблюдает осенний пейзаж и слышит звуки, находясь в доме. В последней строфе он выходит «на воздух», и ракурс изображения меняется. Но облегчения он не чувствует. В строках: «Выйдешь — поневоле / Тяжело — хоть плачь!» лирический герой выражает эмоции уже не метафорически, через природные образы, а напрямую: ни дома, ни на улице он не в силах справиться со своей печалью. Завершается картина бесприютности и запустения образом прыгающего перекати-поля (высохшее растение, оторванное от корней, которое двигается, как живое). Этот образ усиливает состояние тоски, одиночества, смятения и неприкаянности^[4]:

Смотришь — через поле

Перекати-поле

Прыгает как мяч.

Слово «перекати-поле» стоит в конце строки — в абсолютно сильной позиции. Воздействие образа также усиливается лексическим повтором («поле — поле»), вторая часть слова («перекати») образует смысловой повтор со словом «прыгает»^[5].

Состояние полёта души, воплощённое в образах покинувших или покидающих родные края перелётных птиц, остаётся в прошлом. Завершается стихотворение также образом движения (прыгающее перекати-поле), но это лишь некое подобие полёта, отражение того, как видит герой своё состояние в настоящий момент времени.

Основные темы и мотивы стихотворения: осень, сожаление об утраченном, старость, уныние, одиночество, смерть. Образ осенней природы в стихотворении представлен как враждебная человеку стихия хаоса^[6].

Человек и природа в лирике А. А. Фета предстают в единстве и гармонии, а потому осень — время, когда перелётные птицы улетают, природа засыпает, её жизнь временно замирает, отражается на душевном состоянии лирического героя. Он переживает одиночество, уныние и тревогу. С осенью у поэта ассоциируется и заключительный этап человеческой жизни — старость.

Стихотворение написано трёхстопным хореем с пиррихиями. Поэт использует «неустойчивые» (пятистрочные) строфы со смешанной рифмовкой и преобладанием женской рифмы (AbAAb)^[5].

Средства выразительности в стихотворении:

• мнимые противопоставления: ласточки пропали — а вчера... грачи летали (с одной стороны, сегодняшняя пустота неба, в котором нет ласточек, действительно противопоставляется воспоминанию о вчерашнем хаотичном движении грачей в небе; с другой стороны, обе картины говорят об одном — опустевшем небе, обе создают тревожное настроение); в противовес удручающему состоянию осени — «лучше б снег да вьюгу» (движение в противовес сонному состоянию, но не менее печальное и тревожное)^[5];
• сравнения: грачи... как сеть мелькали, словно как с испугу, прыгает как мяч;
• олицетворение: ветер злится да стучит в окно
• синекдоха: лист сухой валится (единственное число вместо множественного). Исследователь С. К. Константинова утверждает, что синекдоха здесь соединена с олицетворением, потому что весь изображённый в строфе пейзаж представляет собой отражение душевного состояния героя^[7];
• анжабеман (перенос части синтаксической единицы на другую строку): Словно как с испугу / Раскричавшись …; Выйдешь — поневоле / Тяжело …; Перекати-поле / Прыгает как мяч;
• звукопись: в первых трёх строках повторяются звуки ла—ал, ра—ар, ра—ал: Ласточки пропали, А вчера зарёй / Всё грачи летали. При этом звуки ра—ар создают звуковой образ крика грачей.

Ю. Е. Фёдорова сравнивает манеру повествования в лирике А. А. Фета с картинами импрессионистов, передающих мгновенное впечатление и создающих визуальные образы крупными мазками. В стихотворении «Ласточки пропали…» создаются зримые природные образы, но за счёт олицетворений, сравнений и других выразительных средств они предстают в субъективном «внутреннем освещении», то есть прямо соотносятся с состоянием души наблюдателя^[8].