Эмоциональный интеллект. Почему он может значить больше, чем IQ

Человеческое поведение определяется как разумом, так и эмоциями. Чувства — продукт эволюции; эмоциональный репертуар, к которому люди все еще прибегают при преодолении проблем сегодня, адаптирован к требованиям плейстоцена. ^[1] Чувства являются типичным побуждением к действию: гнев ведет к атаке, страх ведет к бегству, счастье побуждает к действию, удивление ведет к исследованию и т. д..

С точки зрения истории развития, чувства, которые действуют с молниеносной скоростью, были разумной поведенческой мерой для людей (например, страх / бегство). Как описал Джозеф Леду, чувства в лимбической системе особенно представлены в миндалевидном теле, которое действует как эмоциональный страж и в определенных тревожных ситуациях захватывает контроль над мозгом до того, как разум сможет вмешаться.^[2]Однако, как выразился Гоулман, миндалевидное тело работает «небрежно» и часто захватывает мозг, даже когда реальная ситуация лишь отдаленно напоминает тревожно вспоминаемый сценарий, что может привести к тому, что эмоционально мотивированное поведение не соответствует ситуации.^[3]

Конечно, миндалевидное тело берет на себя управление только в чрезвычайных эмоциональных ситуациях. Префронтальная кора играет ключевую роль в тонкой регуляции чувств и, поскольку чувство предшествует мышлению, также является предпосылкой для повышенной сложности чувства. ^[4]

Интеллект в традиционном смысле этого слова не является надежным прогностическим фактором в успехе (продвижения, престиж, счастье) в профессиональной и личной жизни - в лучшем случае он предопределяет успех в школе или в качестве профессора университета^[5]. В 1983 году Говард Гарднер предложил расширить традиционную концепцию интеллекта и принять во внимание не только лингвистические и математические навыки, но и целый ряд других «интеллектов» (теория множественного интеллекта).^[6] Созданные Гарднером конструкции «межличностного» и «интрапсихического» интеллекта часто называют «характером», используя неэмпирический-научный термин. ^[7] На этой основе Джон Д. Майер и Питер Саловей сформулировали в 1990 году базовое определение эмоционального интеллекта. Сюда входят пять индивидуальных компетенций:^[8]

- эмоциональное самосознание

- эмоциональная саморегуляция

- Возможность самомотивировать и отложенное вознаграждение

- Сочувствие

- социальная компетентность

Люди подвержены личным перцепционным и поведенческим привычкам и воспринимают чувства с разной степенью внимания, причем женщины склонны уделять своим чувствам больше внимания, чем мужчины.^[9] Способность сознательно воспринимать и навешивать ярлыки на чувства (Алекситимия) встречаются редко. ^[10] Согласно Джону Д. Майеру, эмоциональное самовосприятие включает не только восприятие чувства, но и сознательное восприятие возможных мыслей и суждений о чувстве.^[11]

Джон Боулби и Дональд Винникотт считают, что способность избавляться от неприятных эмоций — один из самых основных навыков в жизни. Хотя человек не может контролировать, какие чувства его настигнут, он может влиять на их продолжительность и силу. Эффективное профилактическое средство против нарастания гнева — раннее переосмысление запускающего стимула. Беспокойство может стать хроническим, с ним можно бороться так же, как и с грустью и меланхолией (Лизабет Ремер и Томас Борковец).^[12]

Эмоциональный интеллект — это обучаемый мета-навык, который определяет, насколько эффективно могут быть использованы другие навыки (например, чистый интеллект). Гнев, страх, беспокойство и печаль, когда они усиливаются, влияют на интеллектуальную деятельность. Чувства принципиально не вредят успехам человека. Напротив: энтузиазм, рвение и настойчивость приводят к успеху; даже здоровый уровень беспокойства может усилить самомотивацию. Способность контролировать импульсы, ждать отсроченной награды, надежда и оптимизм как формы уверенности в себе Альберт Бандура называет само эффективностью.^[13] Всем этим навыкам можно научиться.

Сочувствие (эмпатия) - это способность чувствовать чувства других людей; по большей части они передаются невербально.^[14] Сочувствие основано на самосознании; чем более открыты люди к своим чувствам, тем больше у них шансов правильно «прочитать» чувства других. Сильным определяющим фактором того, насколько человек сочувствует, является уровень раппорта (настройки, специфического контакта), который он испытал в раннем детстве. Сочувствие не связано напрямую с интеллектом человека, но может иметь косвенное влияние на успехи в учебе, потому что эмпатические студенты, например, особенно популярны у учителей. Американский психолог Мартин Хоффман утверждал, что эмпатия является отправной точкой альтруизма и морали.

Насколько удачлив и успешен человек в межличностных отношениях, насколько эффективно он взаимодействует с другими, во многом зависит от того, насколько хорошо он справляется с эмоциями. Основа социальной компетентности — это способность справляться с чувствами других людей.^[15] Предпосылками для этой способности являются самоконтроль, сочувствие и способность выражать правильные чувства правильным образом в подходящей ситуации. Чувства играют центральную роль в социальном взаимодействии, так как они очень заразительны. Говард Гарднер и Томас Хэтч определили «межличностный интеллект», как сумму определенных индивидуальных способностей.

Люди, которые не умеют правильно читать невербальные сигналы и выражать их, имеют проблемы в общении с другими людьми. Например, чужаки и посторонние люди, которым трудно найти признание в существующей социальной группе, часто склонны требовать много внимания. Гоулман называет «социальных хамелеонов» еще одной проблемной группой, они знают, как умело управлять чувствами других людей (актеров, юристов, продавцов, дипломатов, политиков).

В современном обществе, в условиях отсутствия внешнего давления, эмоциональный интеллект партнера становится главным определяющим фактором успеха и стабильности сосуществования.^[16] Партнерские отношения терпят неудачу, когда не хватает эмоционального самосознания, самоконтроля, сочувствия и способности успокаивать себя и других.

Мальчики и девочки переживают разную эмоциональную социализацию, позже они переносят этот опыт на семейные отношения: женщина требует от мужчины большего общения и привязанности, а мужчина отказывается выполнять эти требования. Такие отношения обычно заканчиваются разводом.

В подобных отношениях партнеры упорно настроены на обнаружение плохих качеств партнера. Даже если один из них ведёт себя дружелюбно и сотрудничает, исправляется, другой не осознаёт своих ошибок и продолжает углублять конфликт.

Прежде всего, люди хотят, чтобы их слышали и понимали, даже если вы не разделяете их точку зрения. Гоулман считает гнев способом довести до партнёра важность проблемы или вопроса.

В профессиональном мире недостаточный эмоциональный интеллект имеет такие последствия, как снижение производительности, несоблюдение сроков, ошибки, неудачи и миграция недовольных. С 1980-х годов во многих компаниях стали считать, что навыки межличностного общения более полезны для корпоративного успеха, чем невнимательное руководство.^[17]

По мнению Гоулмана, три области ответственности создают особые проблемы для управления человеческими ресурсами в современных компаниях: социальная гармония как предпосылка для эффективной командной работы, терпимость сотрудников к меньшинствам (клиентам, коллегам, деловым партнерам) и, что наиболее важно, противодействие критике.

Поскольку успех компании во многом зависит от результатов работы её сотрудников, от взаимоотношений руководства и сотрудников — это вопрос выживания компании. Часто критика приходит слишком поздно, а именно тогда, когда ущерб уже невозможно исправить, и начальство «кипит» от разочарования. И наоборот, многие сотрудники не могут принять критику, вместо этого чувствуют себя несправедливо обиженными, занимают оборонительную позицию и уклоняются от ответственности.^[18]

Гоулман также рассматривает последствия для здоровья эмоций, обращая внимание на два вопроса:

- Люди более или менее хорошо справляются со своими эмоциями. Каковы последствия этого для их здоровья?

- В какой степени эта взаимозависимость актуальна для медицинских работников (врачей и т. д.)?

Существует мнение, основанное на положениях позитивной психологии, согласно которому «позитивный настрой» якобы может вылечить все болезни.^[19]Гоулман считает такие обобщения вредными, потому что они вызывают у больного чувство ответственности за свою болезнь.^[20] Однако многочисленные медицинские исследования показали, что между чувствами и здоровьем существует сложная, но прочная связь.^[21] Особая заслуга принадлежит психонейроиммунологии, которая предоставила много сведений о взаимодействии между эмоциями и иммунной системой. ^[22] Хотя еще не полностью выяснено, как стресс и другие негативные чувства влияют на иммунную систему, сегодня нет сомнений в этой связи.^[23] Неразрешенный стресс и депрессия косвенно увеличивают восприимчивость к различным инфекционным заболеваниям и могут даже снизить сопротивляемость организма. Плохое лечение, хронический гнев, стресс, депрессия и привычный пессимизм являются предпосылками болезней сердца. Гармоничные межличностные отношения описываются как факторы, предотвращающие болезнь или способствующие исцелению.^[24] Гоулман требует от медицинских работников больше сочувствия к пациентам.

Формированием эмоционального интеллекта эмоционально интеллигентные родители начинают заниматься с раннего детства своего ребенка.^[25] Родители, которые разбираются в своих чувствах, могут научить своего ребенка разбираться в своих чувствах и чувствах других людей. Они с уважением относятся к чувствам ребенка, также учат ребенка, если его поведение неуместно, использовать альтернативные, более эффективные формы выражения эмоций. Дети, воспитанные в подобных семьях, умеют успокаиваться, уравновешены и в целом нравятся другим людям. Кроме того, у них есть все предпосылки, чтобы хорошо учиться.

Одно из самых разрушительных переживаний, которые может испытать ребенок — это эмоциональное пренебрежение, которое бросает вызов базовому доверию и может создать пессимистическое отношение на всю жизнь. Как показала психолог Марта Эриксон (Университет Миннесоты), эмоциональное пренебрежение приводит к ещё более серьезным долгосрочным последствиям для ребенка, чем жестокое обращение. Оно также мешает воспитанию сочувствия и, таким образом, резко снижает школьные и личные перспективы ребенка.^[26]

Концепция эмоционального интеллекта, также полезна для понимания и лечения психологических травм. Травмы можно описать, как на нейрофизиологическом, так и на эмоциональном уровне.

Гоулман вносит существенный вклад в оценку травмирующего потенциала стихийных бедствий и актов насилия. Последние более разрушительны, чем стихийные бедствия, потому что жертвы насилия чувствуют, что они были намеренно выбраны в качестве цели злого умысла. Это разрушает предположения о надежности людей и безопасности межличностного мира, одним махом социальный мир становится опасным местом, где люди становятся потенциальной угрозой для собственной безопасности.^[27]. В отличие от обычного страха, который исчезает со временем, для того, чтобы справиться с травмой, обычно необходим обширный, терапевтически сопровождаемый процесс обучения, цель которого в первую очередь состоит в том, чтобы на тривиальные раздражители больше не было ответа в виде панических атак.^[28]

Согласно современным исследованиям, темперамент человека поддается проверке при рождении. Даже новорожденные проявляют индивидуальные склонности к бодрости или меланхолии, к смелости или застенчивости.^[29] Есть, например, склонные к страху младенцы, миндалевидное тело которых уже было перевозбуждённым во время рождения, так что минимальных раздражителей достаточно, чтобы вызвать чувство неудовольствия или страха. В дальнейшем из таких детей часто вырастают боязливые и застенчивые взрослые. Психолог Джером Каган своими исследованиями доказал, что на темперамент такого ребенка можно в значительной степени повлиять путём воспитания. Учить управлять своими чувствами, преодолевать свои страхи и т. д..^[30]

Гоулман считает, что социальное значение неадекватного эмоционального образования огромно. Это способствует появлению следующих проблем:

• Стрельба в школе. ^[31]

• Преступность несовершеннолетних. Издевательства со стороны школьных хулиганов. ^[32]

• Социальные аутсайдеры, неудача в школе и отсев из школы.

• Подростковая беременность и заболевания, передающиеся половым путем (например, СПИД) у подростков.

• Наркомания. ^[33]

• Психические расстройства, особенно депрессия ^[34] и расстройства пищевого поведения.

• Самоубийство среди подростков. ^[31] [90] Хотя во всех случаях, также задействованы биологические, семейные, социальные и экономические факторы, вопрос о том, какие люди становятся жертвами риска, в конечном итоге зависит от устойчивости человека.^[35]

Гоулман обращает внимание, что общество обычно принимает меры уже после свершившегося факта. В последней главе своей книги автор призывает к предотвращению подобных негативных явлений, особенно он надеется на школу. К моменту публикации книги, во многих американских школах существовали модельные программы эмоционального воспитания. Их цель была повысить социальную и эмоциональную компетентность детей в рамках обычного образования. ^[36]

Дэниел Гоулман — известный американский психолог, научный журналист. Родился в городе Стоктон в Калифорнии в 1946 году. Сотрудничал с The New York Times, писал статьи по психологии и науках о мозге. Написал более 10 книг по психологии, образованию, науке и лидерству.^[37]

Получил мировую известность после выхода книги «Эмоциональный интеллект», которая продержалась в списке бестселлеров «Нью-Йорк таймс» более полутора лет.

Гоулман имеет множество наград, в том числе за достижения в сфере журналистики от Американской психологической ассоциации. Был избран членом Американской ассоциации содействия развитию науки. Дважды номинировался на Пулитцеровскую премию.

Книга была опубликована в начале сентября 1995 года нью-йоркским издательством Bantam Books, дочерней компанией издательской группы Random House, и в течение 18 месяцев находилась в списке бестселлеров New York Times. Она переведена на 40 языков, было продано более пяти миллионов экземпляров.^[38] Журнал TIME внёс её в список двадцати пяти самых влиятельных деловых книг.^[39]В Германии Стефана Сабин, обвинила Гоулмана в чрезмерной вере в воспитание.^[39] Журналист Рольф Деген (ФРГ) считал книгу, как и всю концепцию эмоционального интеллекта, просто ненаучной.^[40]