Туркманчайский мирный договор

Договор подтверждал территориальные приобретения России по Гюлистанскому мирному договору (1813)^[3]. По Туркманчайскому договору к России также отходили территории Восточной Армении^{[Комм. 2][4][5][6][7][8][9][10][11][12][13][14][15][16][17]} — Эриванское и Нахичеванское ханства. Также Персия обязалась не препятствовать переселению армян в русские пределы^{[Комм. 3][5][18][19]}. На Персию налагалась контрибуция в 20 млн рублей серебром. Стороны обменивались миссиями на уровне посланников. Русское правительство признало Аббас-Мирзу, подписавшего договор с Россией, наследником персидского престола. Новая граница между государствами проходила по реке Аракс^[3].

Одновременно с мирным договором был подписан торговый трактат («Трактат, заключённый с Персией, о торговле Российских и Персидских подданных»), в соответствии с которым, русские купцы получили право свободной торговли на всей территории Ирана. Договор укрепил позиции России в Закавказье, способствовал усилению влияния России на Среднем Востоке и подрывал позиции Великобритании в Персии. Так, договор подтверждал свободу плавания в Каспийском море для русских торговых судов и исключительное право России иметь здесь военный флот. «Особый акт о торговле» устанавливал, что «во всех делах и тяжбах, могущих возникнуть на территории Ирана между русскими подданными или между ними и подданными какой-либо другой державы, русские подданные подлежали юрисдикции русских дипломатических представителей»^[20][21]. Судебные дела между русскими и иранскими подданными должны были рассматриваться иранскими властями, но обязательно в присутствии драгоманов русской миссии или консульства^[20].

Договор имел большое значение для армян, проживавших в Персии. После подписания договора десятки тысяч армян^{[Комм. 4]} переселились на российскую территорию. При этом, согласно ст. XV договора, переселявшиеся имели право вывоза своего имущества без пошлин и налогов, а также могли беспрепятственно распорядиться принадлежащей им недвижимостью.

По оценке западных и иранских авторов Туркменчайский договор имел отрицательные последствия для дальнейшей судьбы Ирана, особенно для его экономики^[21]. Чтобы выплатить необходимую сумму, объявлялось о введении новых налогов для населения, что вызвало массу недовольства. Согласно J. Kaye Туркменчайский договор был «глубоко оскорбительным для Ирана»^[22]. Фридрих Энгельс указывал, что «Туркменчайский договор превратил Персию в вассала России»^[23]. По мнению же иранского историка Мехди Моджтахеди Туркменчайский договор оказался «злосчастнее и вреднее Гюлистанского», потому что «Иран полностью капитулировал, а Каджары стали политическим орудием России»^[24]. По выражению другого иранского автора М. Афшара «Туркманчай был началом политического упадка Ирана, а империя шаха была не только лишена права бороться против своего могущественного соседа, но даже сопротивляться ему»^[25]. Напоминая, что иранские историки обычно называют Дербент «Дверью Ирана», он приходит к заключению, что потеря Кавказа для Ирана была «не только потерей части её территории», но и «открытием дверей собственного дома своему наиболее непримиримому врагу»^[25].

Вскоре после заключения Туркманчайского договора, в связи с начавшейся русско-турецкой войной (1828—1829), подстрекаемое Великобританией иранское правительство попыталось уклониться от выполнения условий договора. Нарушения договора иранским правительством вызвали ряд протестов со стороны А. С. Грибоедова, который занимал в это время пост русского министра-резидента в Тегеране. 11 февраля 1829 года антироссийски настроенной придворной группой (тесно связанной с британскими агентами и близкой к шаху) был организован и осуществлён погром русской миссии, в результате чего погиб Грибоедов. Император Николай I, не желавший вступать в новый вооружённый конфликт с Ираном, удовлетворился принесёнными шахом формальными извинениями^[20].

Договор составлял основу русско-иранских отношений вплоть до Октябрьской социалистической революции^[20].