Присоединение Башкирии к России

В середине XVI века территория «исторического Башкортостана» находилась в составе Ногайской Орды, Астраханского, Казанского и Сибирского ханств. После поражения Казани в борьбе с Русским государством проживавшие на территории Казанского ханства башкиры стали переходить в подданство московских царей^[1][2][3].

В 1554 году в Казань направились посольства родов байляр, буляр, гайна, еней, елан, киргиз, уран и др., а в 1555 году — ногайские минцы и юрматы. К 1557 году договоры с Московским государем подписали также роды бурзян, кипчак, усерган и тамьян^[1][4][5].

В 1572 году Иван Грозный в своей духовной грамоте отписал сыну Казанское ханство «с Башкирдою»^[1]. Башкиры на территории бывшего Сибирского ханства первоначально не относились к служилому сословию и не имели вотчинных прав на свои земли, что позволило властям начать на их землях активное строительство крепостей и острогов. На юге же cтруктура управления была рассчитана на тесное взаимодействие с главами башкирских племенных образований, а земля находилась в родовой собственности^[1].

Переход башкир в русское подданство по большей части завершился с падением Сибирского ханства на рубеже XVI—XVII веков. При реорганизации Приказа Казанского дворца башкирские волости Тюменского уезда были переданы в ведомство уфимских воевод. К 1629 году к Уфимскому уезду отошла Катайская волость, а в 1640-е годы — Терсяцкая и Сынрянская^[1].

Русская администрация нередко давала башкирам всяческие льготы: они сохраняли свои земли в качестве вотчин; среди них не производилось переписи мужского взрослого населения (в ясачную книгу вносились только главы родов); им разрешалось исповедовать ислам^[1].

Башкирский ясачный оклад составлял 1,5—2 тыс. рублей, что было значительно ниже ясачного сбора с других народов. Попытки же местной администрации изменить податной статус башкир вылились в XVIII веке в череду восстаний^[1].

При этом этноним «башкир» почти не использовался в документации Сибирского приказа: башкирские племена и роды именовались катайскими, табынскими, сынрянскими, терсяцкими или салжаутскими татарами^[1].

Вопрос о характере вхождения Башкирии в состав Русского государства остаётся спорным. В историографии сложились три основные точки зрения на данную проблему: В. Н. Татищев, П. И. Рычков, Н. М. Карамзин, Д. Н. Соколов, М. И. Уметбаев, Н. В. Устюгов, А. Н. Усманов, Р. Г. Кузеев, И. Г. Акманов говорили о добровольном характере вхождения; С. М. Соловьёв, В. Н. Витевский, А. А. Валидов, П. Ф. Ищериков, Ш. И. Типеев, А. П. Чулошников, А. С. Доннелли — о насильственном; А. З. Асфандияров, Н. А. Мажитов, А. Н. Султанова, В. В. Трепавлов — о смешанном (добровольно-принудительном).

Также ведётся дискуссия о том, когда именно завершилось присоединение башкир к России.

Присоединение Башкирии к России нашли отражение в шежере и произведениях башкирского фольклора. В честь данного события в Уфе установлен Монумент Дружбы. В 1957 и 2007 годах в республике проходили торжественные мероприятия и научные конференции, посвящённые 400- и 450-летию присоединения Башкирии к России.